Ресницы её слегка вздёрнулись, и она вежливо улыбнулась:
— Вы кто?
Му Ша мягко улыбнулась в ответ:
— Я коллега госпожи Гу, можно сказать, и подруга. Ищете её? Тогда проходите наверх.
Чжоу Хуэймэй кивнула и, бросив презрительный взгляд на девушку за стойкой ресепшн, добавила:
— Только она, похоже, не хочет меня объявлять.
— Юйю, это неправильно, — с лёгким укором заметила Му Ша. — По правилам компании, если гость объявлен и получено разрешение, его обязаны пропустить.
Девушка по имени Юйю обиженно надула губы, но, взглянув на Му Ша, промолчала.
Чжоу Хуэймэй сразу поняла: перед ней женщина с весом в компании. Лицо её тут же расцвело:
— Тогда…
— Идёмте со мной, — сказала Му Ша.
Чжоу Хуэймэй тут же важно зашагала на шестисантиметровых каблуках, миновала стойку ресепшн и направилась к лифту.
Ань Жань, уловив многозначительный взгляд Му Ша, кивнула и отправилась ждать у машины.
В лифте Чжоу Хуэймэй с удовольствием отметила, что Му Ша выбрала редко используемый, уединённый подъёмник. Без толчеи и суеты ей стало гораздо комфортнее — ведь именно такое ощущение одиночества и роскоши она и ценила.
Пока этажи мелькали на табло, Му Ша негромко спросила:
— Скажите, вы родственница госпожи Гу?
Чжоу Хуэймэй, которой Му Ша сразу пришлась по душе, решила раскрыться:
— Я её…
…
В другом конце Фуцзяна, в Четвёртой южной больнице.
В кабинете заместителя заведующего отделением доцент Цюй Минъянь, заполняя операционные записи, не унимался:
— По-моему, она отлично поступила. Посмотри на её нынешнее положение и на твоё! Если вы сойдётесь, в прессе поднимется шум, репутация вашего GIO Investments пострадает, акции рухнут. Сможешь потом объясниться перед акционерами? Да и вспомни, кто её бывший муж! Однажды кто-то попытался подставить его — и того чуть не довели до полного разорения и тюрьмы. И ты хочешь ввязываться в это?
Цюй Минъянь говорил без умолку, а напротив него, в белоснежном костюме, сидел мужчина с безупречными чертами лица, чей взгляд становился всё холоднее.
Цюй Минъянь нахмурился и продолжил:
— Главное — это ради неё самой. Ты же знаешь характер госпожи Гу. Если вы всё-таки сойдётесь, а потом акции упадут, а общественное мнение выйдет из-под контроля, акционеры заставят тебя от неё отказаться. Каково ей тогда будет?
Возможно, именно эти слова задели за живое. Юй Юаньшэнь опустил глаза, немного смягчился, но ледяной холод в них остался.
Он молчал. Цюй Минъянь вспомнил вчерашнюю встречу с друзьями: Юй Юаньшэнь почти не проронил ни слова. Лишь позже, тайком спросив у Чэнь Сихэна, он узнал, что Гу Цзысюань, оказывается, уже с Фэн Чэнцзинем.
Для Цюй Минъяня это было отличной новостью. Особенно после того, как Чэнь Сихэн, услышав последние слухи в кругах, перестал так рьяно поддерживать их связь.
Любовь или жизнь — что важнее? На этот счёт у всех своё мнение.
Юй Юаньшэнь всё ещё молчал. Цюй Минъянь вспомнил, зачем вообще позвал его сегодня, и осторожно предложил:
— Может, поужинаешь с госпожой Фэн?
Это была добрая попытка помочь, но в следующее мгновение он поймал на себе пронзительный, ледяной и мрачный взгляд Юй Юаньшэня — такой эмоции тот никогда не проявлял.
Цюй Минъянь сразу понял: раз Фэн Чэнъюэ — сестра Фэн Чэнцзиня, то сейчас Юй Юаньшэнь, скорее всего, не хочет слышать даже упоминания о семье Фэн. Он виновато сжался в кресле.
— Я же думаю о твоём благе. Всё уже случилось.
— А тебе не пора доклады по операциям писать? — холодно спросил Юй Юаньшэнь, указав взглядом на стопку бумаг перед Цюй Минъянем.
Тот опешил, затем в отчаянии схватил ручку:
— Проклятый лысый старик! Навалил мне столько операций подряд! Ещё и сваху прислал — прислал, чёрт побери! Всё время расписано до минуты. Лучше бы я диссертацию дописал и стал профессором, чтобы вытеснить этого старого хрыча!
Он бормотал себе под нос, когда вдруг дверь открылась, и вошла медсестра Сяо Чу:
— Доцент Цюй, вас зовёт профессор Ли.
За ней в кабинет вошёл профессор Ли Минда вместе с Фэн Чэнъюэ и несколькими новыми интернами.
Воздух в кабинете мгновенно застыл.
Только Фэн Чэнъюэ не выдержала и фыркнула:
— Ха-ха!
Остальные стояли в неловком молчании.
Лишь профессор Ли, засунув руки в белый халат и с лицом, исчерченным морщинами мудрости, многозначительно произнёс:
— Интересная мысль…
…
Когда Юй Юаньшэнь вышел из кабинета заместителя заведующего отделением, он вежливо попрощался с профессором Ли.
Не обращая внимания на отчаянные вопли за спиной — «Отец! Я же ваш вечный ученик! Это была оговорка, честно!.. Юй, подожди!..» — он направился к выходу.
Дойдя до лестничной площадки, Юй Юаньшэнь достал сигарету, прикурил и глубоко затянулся.
Сизый дым окутал его фигуру — высокую, одинокую и до боли трогательную.
Он не произнёс ни слова. Уже несколько дней он не заходил к Вэйвэй.
Без всплеска чувств, без надежды на любовь — остаётся лишь холодный расчёт. Он не хотел ставить Цзысюань перед мучительным выбором.
Но вчера днём он всё же не удержался и заехал к ней. И увидел: её спальня пуста. Она уехала.
Услышав, что причиной переезда стала попытка Хэ Цимо насильно проникнуть к ней, он сожалел, что не оставался рядом каждый день, чтобы защитить. И в глубине души мучительно спрашивал себя:
«Всё кончено?»
Неужели Цзысюань из-за чувства вины перед ним и желания не втягивать его в проблемы всё чаще обращается за помощью к Фэн Чэнцзиню? Или она уже по-настоящему влюблена и выбрала его?
Ответа не было. А сегодня утром пришло новое сообщение: Цзысюань устроилась работать в «Фэн И».
Юй Юаньшэнь молчал, выпуская клубы дыма.
Вскоре Фэн Чэнъюэ, выйдя из кабинета доцента и проходя мимо аварийной лестницы, неожиданно остановилась.
— Господин Юй?
Юй Юаньшэнь поднял глаза, слегка удивился и кивнул:
— Госпожа Фэн.
Несмотря на обиду на Фэн Чэнцзиня, он не переносил злость на других членов семьи Фэн.
Хорошие манеры Фэн Чэнъюэ вызвали уважение. Заметив на его лице мимолётную, но не скрытую вовремя грусть, она мягко улыбнулась:
— Вы здесь?.
А где ещё ему быть?
Юй Юаньшэнь молча посмотрел на неё.
Фэн Чэнъюэ вспомнила разговор несколько минут назад с подругой, работающей в «Фэн И»:
— «С госпожой Гу проблемы — к ней заявилась свекровь. Не пойдёшь ли посмотреть?»
Юй Юаньшэнь вздрогнул. Вспомнив, как семья Хэ издевалась над Цзысюань, и зная, что для неё действительно важно… он быстро сбросил сигарету в урну и бросился к лифту.
Сделав два шага, вдруг остановился, вернулся и вежливо сказал:
— Спасибо.
Его взгляд был искренним, тёплым, как нечто мягкое и неразрывное.
От такого взгляда в груди становилось тепло, и никому не хотелось причинять ему боль.
Фэн Чэнъюэ почувствовала лёгкую дрожь в сердце, улыбнулась:
— Не за что.
Юй Юаньшэнь ушёл.
Но сцена их встречи попалась на глаза Цюй Минъяню, который как раз выскакивал из кабинета, прячась от профессора Ли.
Он перевёл взгляд с одного на другого — и замер.
…
В Четвёртой южной больнице Юй Юаньшэнь быстро сел в машину. Белый Bentley Continental, словно молния, помчался в сторону башни «Фэн И».
Тем временем…
На совещании в провинциальном управлении культуры Фуцзяна по вопросам дальнейшего развития интернет-проектов.
Поскольку Дин Хуэй отправился за границу по поручению Фэн Чэнцзиня — вместо него отказался от переговоров, которые должны были занять четыре дня, — а другие вице-президенты компании были полностью загружены, Фэн Чэнцзинь сам пришёл на совещание.
Он просматривал правительственные материалы, сидя во главе круглого стола. Начальник управления культуры Фуцзяна был слегка ошеломлён, что Фэн Чэнцзинь лично явился, но и гордился этим.
Голос его стал ещё громче:
— По вопросу утверждения проектов у нас есть несколько замечаний. Первое…
Когда он дошёл до «шестого пункта, который включает несколько подпунктов…», телефон Фэн Чэнцзиня вибрировал.
Он открыл сообщение. Текст был краток и ясен:
[Господин Фэн, снова пришла госпожа Чжоу…]
Фэн Чэнцзинь сжал губы, долго молчал.
Затем отодвинул документы и тихо сказал Цзян Юань, которая сидела рядом:
— У меня срочно уехать. Запиши всё. После совещания передай господину Юэ, что я приглашаю его на ужин.
Цзян Юань тоже прочитала сообщение. Сердце её дрогнуло, и она кивнула.
Это ведь начальник управления — с ним нельзя ссориться.
Но то, как безоговорочно, без всяких колебаний господин Фэн бросал всё ради одной женщины…
Цзян Юань опустила глаза. Фэн Чэнцзинь встал и тихо вышел из-за стола.
Его высокая фигура, полная естественного величия, невольно притягивала взгляды всех присутствующих, даже несмотря на то, что он старался не привлекать внимания.
Начальник управления Юэ поднял глаза.
Цзян Юань встала и подошла к нему:
— Извините, господин Юэ. У господина Фэна срочный звонок — ему нужно срочно уехать. Он просил передать, что вечером приглашает вас на ужин.
Это было сказано так тактично и уместно.
Фэн Чэнцзинь редко появлялся на светских мероприятиях, его личные приглашения — большая редкость. К тому же он был на «ты» с чиновниками национального уровня, так что для провинциального начальника это было высшей честью.
Господин Юэ понимающе улыбнулся и кивнул.
Ничего не сказав, он поднял голову и торжественно произнёс:
— Продолжим совещание.
Разрешив Цзян Юань сесть, он продолжил:
— Шестой пункт, первый подпункт: необходимо усилить регулирование интернет-контента с учётом особенностей культурного рынка нашей провинции и улучшить систему регистрации культурных предприятий…
…
Внизу Фэн Чэнцзинь быстро спустился, сел в машину и резко вырулил с парковки, совершив эффектный дрифт.
Проезжая мимо ворот правительственного комплекса, он заметил, как охранники — те самые, что ранее регистрировали его роскошный автомобиль «Фэн И» — почтительно отдали ему честь.
Фэн Чэнцзинь кивнул и слегка поднял руку в ответ.
Охранники с восхищением смотрели ему вслед. Ведь это был не просто выдающийся предприниматель Фуцзяна, а один из самых влиятельных людей страны, чьё происхождение делало его недосягаемым для почти всех женщин местной аристократии.
Покинув правительственную резиденцию, Фэн Чэнцзинь, прищурившись, свернул на ближайшую дорогу, ведущую к центру города…
…
Машины мчались.
С противоположных концов Фуцзяна два роскошных автомобиля неслись навстречу друг другу.
http://bllate.org/book/2394/262551
Готово:
