В пространстве Системы Чу Цзыюй вместе с Системой наблюдали за происходящим на экране.
— Хозяин, вид у тебя сейчас такой жалкий, будто тебя хорошенько потрепали, а потом ты, сбежав, упал без чувств прямо на дороге.
— Никаких серьезных травм нет, просто выгляжу плохо. Линь Циань наверняка будет переживать, а мне нравится, когда он обо мне заботится. Но все же немного больно. Есть функция блокировки боли? Считай это производственной травмой, включишь?
— Без проблем, босс.
Тело Чу Цзыюя стало легким, и он пришел в себя. Открыв глаза, он увидел Линь Цианя, чье лицо было залито слезами, а глаза покраснели. Чу Цзыюй подумал: «Черт, такой Линь Циань просто невыносимо мил, попадает прямо в самое сердце».
Глядя на него, похожего на заплаканного красноглазого кролика, Чу Цзыюй почувствовал, как гнев в душе улетучился, и с улыбкой произнес:
— Сяо Ань, ну чего ты как маленький? Слезы градом, прямо сердце сжимается, глядя на тебя.
Он потянулся здоровой рукой, чтобы стереть слезы с правой щеки Линь Цианя, но забыл о крови на своих пальцах. В итоге вместо утешения он превратил лицо парня в мордочку чумазого котенка. Чу Цзыюй невольно прыснул со смеху.
Линь Циань густо покраснел и вытер лицо. Чу Цзыюй поднялся, размышляя про себя: «Без боли двигаться — одно удовольствие».
Однако он не заметил, как от резкого движения разошлись раны. Линь Циань увидел, как пятна крови на животе и руках Чу Цзыюя стали еще больше, а раны на лице снова начали кровоточить от разговора. Сердце парня сжалось от боли, и он тревожно воскликнул:
— Тебе не больно? Чего ты дергаешься? Лежи смирно!
Чу Цзыюй, поймав его взгляд, замер, испугавшись пошевелиться, и подумал: «Никакой боли, просто эйфория, забыл, что я ранен».
Но внешне он изменился: опустил ресницы, уголки губ поползли вниз, а в глазах заблестели слезы.
— Ты на меня кричишь?
— Нет-нет, Чу-гэ, сейчас подую, и все пройдет, не больно, — Линь Циань принялся утешать его, словно маленького ребенка. Убедившись, что тот успокоился, он сам перевел дух.
Линь Циань подхватил Чу Цзыюя на руки, усадил на пассажирское сиденье машины, пристегнул ремень и начал использовать свою недавно пробудившуюся способность для лечения. Чу Цзыюй с удивлением наблюдал за мягким белым свечением, окутавшим его раны.
— Ты пробудил новую способность?
Видя искреннюю радость в глазах Чу Цзыюя, Линь Циань почувствовал, как на душе стало тепло.
— Да, способность исцеления. Теперь я могу лечить твои раны. Ты все еще злишься?
— Уже нет, хм. Сначала вылечи лицо, быстрее, а то снова рассержусь.
— Хорошо-хорошо, лечу.
Линь Цианю пришлось сначала заняться лицом, а остатки сил потратить на руки. Перебинтовав раны на животе, он с сомнением посмотрел на синяки на теле Чу Цзыюя и тихо спросил:
— Чу-гэ, они тебя обижали?
— В той базе было слишком много людей, они прижали меня, я не мог пошевелиться. Они начали распускать руки, но потом я взорвался, угнал их машину и сбежал.
Линь Циань промолчал, лишь мягко целуя его шрамы.
— Они не успели ничего сделать, так, пощупали пару раз. Не грусти, Сяо Ань, все хорошо.
Линь Циань резко откинул спинку сиденья и, навалившись сверху, поцеловал его в болтливые губы. Чу Цзыюй хотел было продолжить, но почувствовал слезы, капающие ему на лицо, и замолчал.
Спустя долгое время Линь Циань отстранился. Прильнув к его груди, он прошептал:
— Я думал, что из-за своего поведения навсегда потеряю тебя, Чу-гэ.
Чу Цзыюй погладил его по спине, успокаивая. Напряжение покинуло Линь Цианя, и он уснул.
Проснувшись, он обнаружил, что все еще лежит на груди у Чу Цзыюя. Подняв голову, он встретился с его улыбающимися глазами и тут же вспыхнул, поспешно отстраняясь.
— Наш маленький соня проснулся!
— Я не соня.
— Не соня, а мой маленький малыш.
Чу Цзыюй чмокнул Линь Цианя, отчего тот стал красным, как спелое яблоко.
— Сяо Ань, поехали, найдем брата. До города B уже рукой подать.
— Хорошо.
К вечеру они добрались до города B. Выяснив, что дом брата находится на территории базы, они перекусили, переоделись и встали в очередь на проход. Перед Чу Цзыюем стоял мальчишка лет тринадцати-четырнадцати с длинными волосами и в лохмотьях.
— Босс, это злодей Ван Сяомин. В середине сюжета он пробудит способность Тьмы и сможет управлять зомби. Из-за своей любви к Линь Цианю он будет противостоять главному герою, и в конце концов погибнет, спасая Линь Цианя.
— Такая мощная способность, почему он сейчас в таком жалком состоянии?
— У него еще не пробудилась сила. Он из детского дома в городе B, сбежал оттуда, прятался на складе супермаркета, пока его не нашли мародеры. Теперь они используют его как приманку для зомби, он не ел уже два дня.
— Бедный ребенок. А кто его держит?
— Вон тот мужчина в красном, Чжан Ян, металлическая способность первого уровня. Остальные восемь человек — его команда, довольно сильные ребята.
Чу Цзыюй жестом попросил Линь Цианя дать ему булочку и передал ее Ван Сяомину. Тот, не сказав ни слова, начал есть прямо вместе с оберткой. Это привлекло внимание Чжан Яна. Он подошел, увидел булочку и взревел:
— Ты, щенок, еще и еду прячешь? Я тебя кормлю, ты должен быть благодарен, а ты крысишь припасы! Выплевывай!
Чжан Ян замахнулся, но Линь Циань перехватил его запястье.
— Булочку дали мы, он ничего не прятал.
Чжан Ян сплюнул, в его глазах блеснул расчет.
— Ах вы, предатели! Хотите помочь ему? Дайте нам два килограмма еды, и он ваш.
— 6872, положи в мой рюкзак два килограмма еды.
— Слушаюсь, босс.
Линь Циань, стоявший близко к Чу Цзыюю, заметил, как рюкзак внезапно стал тяжелее. Сейчас было не время спрашивать, он решил оставить это на потом.
— Хорошо, я дам.
Чу Цзыюй бросил рюкзак. Чжан Ян прикинул вес — достаточно. Его лицо расплылось в довольной улыбке.
— Забирайте этого никчемного ублюдка и проваливайте.
Чжан Ян и не думал, что этот бесполезный мальчишка принесет ему припасы. Он махнул рукой и ушел.
Ван Сяомин посмотрел на Чу Цзыюя и Линь Цианя и осторожно произнес:
— Старшие братья-небожители, я ни на что не гожусь, вы зря потратили на меня еду.
Видя надежду и тревогу в его глазах, Чу Цзыюй и Линь Циань переглянулись и приняли решение.
— С сегодняшнего дня ты будешь нашим сыном.
— С сегодняшнего дня ты будешь нашим младшим братом.
— Сыном?
— Братом?
Линь Циань возмущенно воскликнул:
— Чу Цзыюй, ты о чем вообще? Тебе самому двадцать два, а ты собрался усыновить тринадцатилетнего ребенка? Ты что, настолько одаренный?
Чу Цзыюй не нашелся, что ответить. Он просто хотел почувствовать себя отцом, ведь каждый парень об этом мечтает.
— Ну, понимаешь... мы же все равно не сможем иметь детей, поэтому...
— И не мечтай! Отойди в сторону и молчи.
Линь Циань оттащил Чу Цзыюя в сторону и сказал Ван Сяомину:
— Малыш, я Линь Циань, это Чу Цзыюй, мы пара. Будешь нашим младшим братом, хорошо? Мы будем о тебе заботиться, ты будешь сыт и одет. Пока мы живы, мы тебя в обиду не дадим.
— Спасибо, братья! Я Ван Сяомин, мне тринадцать. После начала конца света я остался совсем один. Если вы примете меня, я буду стараться изо всех сил, не буду обузой. Спасибо вам!
Глаза Ван Сяомина светились от счастья. У него наконец-то появился дом — то, чего у него не было за все тринадцать лет жизни.
Решив все вопросы, они втроем встали в очередь. Через час, пройдя карантинный осмотр, они вошли на территорию базы города B.
http://bllate.org/book/23835/2701732
Готово:
