Готовый перевод Obsessive CEO and the Boy / Одержимый президент и юноша: Глава 21

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Дверь в гостиную была открыта, Вэнь Шици и Сяо Циань сидели друг напротив друга за большим квадратным столом.

Вэнь Шици по-прежнему выглядел заурядно и безразлично, в то время как Сяо Циань о чём-то яростно спорил.

Издалека Сяо Жунхуань расслышал ключевые слова вроде «инвестиции», «прибыль» и «перспективы». Без сомнения, Сяо Циань распинался о том самом проекте, который нуждался в финансировании семьи Вэнь.

— Шици, послушай меня, я приложил огромные усилия, чтобы отыскать место, где прячется Жунхуань, этот проект ты непременно должен…

Сяо Жунхуань подошел к двери и слегка постучал в деревянную панель.

— Седьмой господин.

Стук прервал разговор в комнате. Сяо Циань обернулся и, увидев его, на мгновение замер от удивления.

— Прошу меня извинить. — Заметив его, Вэнь Шици с улыбкой кивнул Сяо Цианю, затем поднялся и вышел.

Мужчина шагнул за порог и машинально прикрыл за собой дверь.

Кто же запирает гостей внутри комнаты?

Через узкую щель в приоткрытой двери Сяо Жунхуань заметил, как в тот самый момент, когда Вэнь Шици закрывал её, лицо Сяо Цианя сменило с десяток выражений — поистине незабываемое зрелище.

— Голова всё ещё болит? — Мужчина остановился прямо перед ним, слегка опустив тёмные, сияющие изнутри глаза, и вперил в него взгляд, полный неподдельного участия.

Сяо Жунхуань смущённо ответил:

— …Вроде бы прошло.

Вэнь Шици ничего особенного не сделал, но стоял так близко, что стоило ему лишь чуть податься вперед — и он смог бы поцеловать его в лоб.

На таком расстоянии Сяо Жунхуань даже чувствовал жар от его груди и в то же время какое-то безмолвное давление.

Он невольно отступил на полшага назад.

— Мне нужно объяснять тебе сегодняшнюю ситуацию? — Вэнь Шици, казалось, вовсе не заметил его мелких движений. — Твой отец решил, что ты сбежал от меня, поэтому опоил тебя и привез ко мне, надеясь выбить из меня восемьдесят миллионов инвестиций.

Сяо Жунхуань уже догадался обо всем если не полностью, то с точностью до девяноста процентов, но теперь, услышав это прямо от Вэнь Шици, он почувствовал к Сяо Цианю ещё большее отвращение.

— …Я понял.

— И что ты об этом думаешь? — Вэнь Шици посмотрел на него и спокойно произнес: — Хочешь, я помогу тебе проучить его?

Мужчина смотрел сосредоточенно, но в его глазах и голосе не было и следа эмоций — так родители мимоходом спрашивают ребенка, не хочет ли тот купить игрушечную машинку.

Впрочем… разве «урок», о котором говорил молодой господин семьи Вэнь, можно было сравнивать с детской игрушкой?

Вспомнив методы мужчины, Сяо Жунхуань тут же покачал головой.

Как-никак, Сяо Циань оставался его отцом.

Пусть тёплыми их отношения с отцом никогда не назовешь, но они всё же кое-как прожили вместе больше десятка лет. Любви не было, но до ненависти дело не доходило.

— Решил? — переспросил Вэнь Шици.

— Да… — кивнул Сяо Жунхуань.

Он думал, что Вэнь Шици скажет что-то еще, но взгляд мужчины лишь на секунду задержался на его лице с оценивающим выражением, после чего тот произнес:

— Тогда, когда тётушка Линь очнется, поедем вместе к твоему отцу и всё объясним, чтобы впредь не возникало подобных недоразумений.

Реакция Вэнь Шици оказалась неожиданной.

В его словах отчётливо сквозило желание не иметь с ним ничего общего в дальнейшем.

Сяо Жунхуань не до конца понимал истинные цели мужчины, но всё же кивнул:

— …Хорошо.

В коридоре повисло молчание. Сяо Жунхуань опустил голову, раздумывая, что бы такого сказать, но мужчина вновь шагнул к нему ближе.

— Ты избавился от ребенка?

Сяо Жунхуань тут же отрезал:

— Нет.

— Вот как… — протянул Вэнь Шици и протянул к нему руку.

Сяо Жунхуань по привычке попытался отпрянуть.

— Не двигайся.

Его движение было пресечено двумя небрежно брошенными словами.

Широкая, теплая ладонь легла ему на живот.

Ладонь поверх одежды поглаживала его нижнюю часть живота, и от этого было одновременно и тепло, и щекотно.

У Сяо Жунхуаня мгновенно запылали уши, кожа на них стала полупрозрачно-красной.

Заметив его налившиеся румянцем мочки ушей, Вэнь Шици внезапно чуть изогнул губы, и на его лице промелькнула улыбка.

— На своем нынешнем телефоне ты ведь до сих пор пользуешься тем номером, что я тебе подарил? — спросил Вэнь Шици.

— …Да. — Лицо Сяо Жунхуаня горело огнем, в голове царил полный туман, и он никак не мог взять в толк, к чему вдруг Вэнь Шици завёл об этом речь.

— Единица — это моя клавиша экстренного вызова. — Мужчина убрал руку с его живота, но не удержался и слегка потрепал его за миниатюрную, покрасневшую мочку. — Запомни это, Жунхуань.

— … — От этого жеста, больше похожего на флирт, Сяо Жунхуань чуть было не подскочил на месте.

У него покраснела даже шея, и он смотрел на Вэнь Шици влажными от смущения глазами.

— … — Дыхание мужчины на секунду сбилось, а взгляд слегка потемнел.

— Жунхуань… — В этот момент подоспела Линь Жун в сопровождении дядюшки У.

Лицо Линь Жун тоже выглядело ужасно, от головной боли она едва держалась на ногах, но всё же поспешно бросилась к Сяо Жунхуаню:

— Ты в порядке?

Сяо Жунхуань отвел взгляд от мужчины и ответил:

— …Всё хорошо.

— Раз все в сборе, давайте войдем внутрь. — Вэнь Шици вновь обрел прежнее невозмутимое выражение лица и бросил взгляд на часы. — В девять вечера у меня прием.

Линь Жун ничего не понимала и смотрела на Вэнь Шици с нескрываемой враждебностью.

Сяо Жунхуань слегка потянул мать за руку, и лишь тогда Линь Жун заставила себя промолчать.

Парадная дверь распахнулась.

В гостиной работал кондиционер, поддерживая комфортную температуру, однако Сяо Циань по неизвестной причине весь покрылся мелким потым, а выражение его лица было тревожным и мрачным, словно у приговоренного в ожидании приговора.

Заметив, что дверь открылась, Сяо Циань словно гора с плеч свалилась: он тут же поднялся на ноги и с заискивающей улыбкой обратился к Вэнь Шици:

— Господин Вэнь…

— Дядюшка Сяо. — Вэнь Шици кивнул и шагнул в сторону, пропуская шедших позади Сяо Жунхуаня и Линь Жун.

Улыбка на лице Сяо Цианя на миг окаменела, но он быстро взял себя в руки.

— Это…

— Дядюшка Сяо, возможно, ранее кое в чем заблуждался. — На лице Вэнь Шици появилась вежливая, но холодная улыбка. — Я не удерживал Жунхуаня силой, у нас совсем не те отношения, о которых вы подумали.

— Это… — Вэнь Шици выразился настолько прямо, что даже бесстыжий по своей натуре Сяо Циань в этот момент испытал жуткую неловкость. Его глаза заБегали, не смея встретиться с Сяо Жунхуанем, которого он только что преподнес как какой-то «подарок».

— Мы с Жунхуанем начали встречаться в марте, были вместе чуть больше пяти месяцев, и по ряду причин неделю назад мирно расстались. — Вэнь Шици изложил всё четко, ровным тоном, соблюдая идеальный баланс между холодной отстраненностью и прежней близостью.

— Жунхуань получает поддержку от семьи Вэнь с двенадцати лет, для меня он как член семьи, поэтому я уважаю его решение съехать из поместья, и здесь нет никакого похищения, о котором говорил дядюшка Сяо.

— Вот как… Вот как…

— В дальнейшем он, судя по всему, будет жить в квартире тётушки Линь, но из уважения к личному пространству Жунхуаня я не стал проверять точный адрес.

Подразумевалось следующее: если бы я захотел узнать, то смог бы выяснить это в любой момент.

Вспомнив, как он только что распинался о том, каких невероятных трудов стоило ему выследить жилье Сяо Жунхуаня и использовать это как рычаг для вымогательства дополнительных инвестиций у Вэнь Шици, Сяо Циань почувствовал себя еще более неловко.

— Простите… Большое вам спасибо… то есть, простите…

— Раз недоразумение исчерпано, оставим это, — произнес Вэнь Шици. — Что касается инвестиционного предложения дядюшки Сяо, в понедельник я передам его в наш профильный оценочный отдел для анализа. Вкладывать средства или нет — мои помощники сообщат вам позже.

— Хорошо… Хорошо… — Слова Вэнь Шици были лишь дежурной отговоркой, но Сяо Цианю было уже не до того — ему хотелось лишь как можно скорей убраться отсюда.

Закончив говорить, Вэнь Шици отошел в сторону, давая троим свободный проход, и всем своим видом показывая, что намерен проводить гостей:

— Нужно ли подать машину, чтобы отвезти вас троих?

— Не нужно! — сходу отказался Сяо Циань. — Я приехал на своей машине, сам доберусь.

— А Жунхуань?

— … — Сяо Жунхуань на секунду замялся, а затем произнес: — …Тоже не нужно.

После того как Вэнь Шици заступился за него и столько всего объяснил, ему было отчаянно неловко снова утруждать мужчину.

Вэнь Шици больше не настаивал.

— Хорошо, тогда телохранители проводят вас до ворот. У меня вечером прием, пойду готовиться.

— Хорошо… — произнес Сяо Жунхуань. — До свидания, Седьмой господин.

— Счастливой дороги.

Все трое вышли к парадному входу.

Поместье семьи Вэнь представляло собой огромную территорию с живописной и уединенной окрестностью, а потому — никаких такси поблизости, разумеется, не водилось.

— Хватит тут стоять, садись в мою машину, поедем, — бросил Сяо Циань, первым запрыгивая в салон, после чего окинул Сяо Жунхуаня презрительным взглядом: — Ха, даже машину, чтобы отвезти тебя домой, пожалели дать. Сяо Жунхуань, ну надо же так бездарно просрать все карты, которые были у тебя на руках…

Линь Жун вспылила:

— Сяо Циань, ты вообще в своем уме?!

— Любая женщина знает, как возвыситься за счет ребенка, но только не наш послушный сынок… — Сяо Циань уставился на Сяо Жунхуаня со злобным оскалом. — Знал бы, что так выйдет, не стал бы растить тебя как парня. В конце концов, раз в твоем животе завелась уродливая дрянь, от женщины ты ничем не отличаешься!

Раздался глухой удар.

Потеряв всякое терпение, Сяо Жунхуань двинул кулаком прямо в скулу Сяо Цианю.

— Жунхуань… — испуганно ахнула Линь Жун и тут же бросилась оттаскивать сына.

Удар вышел тяжёлым: Сяо Цианя отбросило в сторону, в глазах у него потемнело, и он не сразу сообразил, что произошло.

— Отец, выбирай выражения. — Лицо Сяо Жунхуаня исказилось от гнева, и в этот момент он до боли в глазах напоминал Вэнь Шици.

— Жунхуань… — Линь Жун испуганно смотрела на него. — Перестань… Не устраивай драку здесь…

— Уходим. — Бросив косой взгляд на сидевшего в машине Сяо Цианя, Сяо Жунхуань подхватил Линь Жун под руку и зашагал прочь.

— … — Линь Жун с тревогой оглянулась назад и, убедившись, что Сяо Циань пока не бросился в погоню, пробормотала: — Не стоит с ним так жестко… У твоего отца ужасный характер…

— Он мне не отец. — Доведя Линь Жун до обочины, Сяо Жунхуань вытащил телефон и вызвал такси через приложение.

……

Вернувшись домой, мать и сын зажили прежней жизнью. Сяо Жунхуань с головой ушел в подготовку к художественному конкурсу — дни напролет он либо копировал чужие работы, либо смешивал краски. Этот конкурс действительно многое для него значил.

Из-за этого он совершенно упустил из виду, что Линь Жун стала возвращаться домой всё позже и позже, а её эмоциональное состояние ухудшалось с каждым днем.

В один из дней Сяо Жунхуань, как обычно, рисовал дома. Темой грядущего состязания были цветы.

Под его кистью рождалось изображение пионов — это была его лучшая работа за последние десять с лишним дней, и к нанесению цвета он подходил с предельнейшей осторожностью.

В этот момент из прихожей донесся резкий, торопливый звук поворачивающегося ключа.

Заподозрив неладное — не вломился ли вор? — он поспешно поднялся на ноги, но тут же столкнулся лицом к лицу с ворвавшимся в квартиру Сяо Цианем, за которым следовала толпа крепких медиков.

— Вот он! — Сяо Циань ткнул пальцем в Сяо Жунхуаня. — Быстрее! А не то он сейчас начнет буйствовать!

Не успевший прийти в себя Сяо Жунхуань был мгновенно скручен четырьмя или пятью здоровенными санитарами в белых халатах.

В глаза бросилась жуткая надпись: «Психиатрическая больница имени...»

Зрачки Сяо Жунхуаня сузились, и он исступленно завопил:

— Я не болен!

— Держите его крепче! — Сяо Циань указал на синяк у себя на лице. — Травмы на моем лице — его рук дело! В полицейском участке есть официальное освидетельствование побоев!

— Разве психически больной человек способен выдать такую живопись?!

— … — Санитары перевели взгляд то на Сяо Цианя, то на холст Сяо Жунхуаня, после чего переглянулись и с сомнением произвели: — Вы уверены, что это он?

— Уверен! — Сяо Циань извлек из кармана бумагу. — Я его опекун! Я его родной отец! Я несу за него полную юридическую ответственность!

— Я здоров! — изо всех сил закричал Сяо Жунхуань. — Отпустите меня!

Соседи по лестничной площадке, заслышав шум, начали один за другим приоткрывать двери и выглядывать наружу.

— Утащите его скорее! — заметив зевак, Сяо Циань засуетился еще сильнее и, вытащив из кармана кошелок, выудил оттуда пачку купюр. — Я его опекун! Я имею право им распоряжаться!

Санитары уставились на деньги, затем снова обменялись взглядами и кивнули.

Сяо Жунхуань отчаянно забился. Он почти вырвался из хватки, но санитары навалились на него с новой силой.

— Дайте наркоз! Вы что, не принесли с собой успокоительное?! — занервничал Сяо Циань.

Белая тряпка в тот же миг закрыла Сяо Жунхуаню рот и нос, и резкий, удушливый запах мгновенно ударил в голову.

— Сяо Циань! — Из лестничного пролета донеслись торопливые, сбивчивые шаги Линь Жун. — Что ты творишь?! Всё, чего ты хотел, я же…

Сяо Жунхуань потерял сознание.

……

Он пришел в себя спустя несколько часов.

Нос защипало от резкого запаха спирта, Сяо Жунхуань резко распахнул глаза и инстинктивно попытался приподняться, но его движения были скованы туго стянутыми эластичными ремнями.

Где он?

— Очнулся… — раздался над ухом женский голос.

— Тогда начинайте операцию, — последовал голос Сяо Цианя.

Операция? Какая еще операция?

Сяо Жунхуань впился ногтями себе в ладонь, и острая боль помогла ему окончательно прийти в себя.

Он ожидал увидеть больничную палату, но вместо этого металлическая поверхность кушетки холодила спину, сверху слепил мощный бестеневой хирургический светильник, а рядом стоял аппарат УЗИ.

Вокруг царил полумрак: ни привычных белых стен, ни больничного запаха хлорки, ни даже железной двери.

Он находился не в психиатрической лечебнице.

— Жунхуань! — Линь Жун, привязанная веревками к стулу, с отчаянием смотрела на него. — Жунхуань…

— Сяо Циань! — Сяо Жунхуань с трудом переборол раскалывающуюся от боли голову. — Чего ты добиваешься?!

— Жунхуань, будь послушным. — Сяо Циань даже не стал отчитывать его за дерзость, а в его безумных глазах плескалась леденящая кровь жадность. — Избавься от ребенка в своем животе… и тогда тебя можно будет выгодно продать…

— …Выгодно продать? — Сяо Жунхуань совершенно не понимал, что творится в голове у Сяо Цианя. — Вэнь Шици бросил меня! Ребенок в моем животе — его, кому он нужен на продажу…

— Раз он не нужен ему, найдется тот, кому нужен. — Сяо Циань жадно ухмыльнулся. — Раз у тебя в брюхе ублюдок от какого-то чужака, разве могу я приводить тебя к покупателям в таком виде? Конечно, сперва нужно всё вычистить, а уж потом покупатели смогут делать с тобой всё, что заблагорассудится…

— Что? — Сяо Жунхуань нахмурился. — Какой еще покупатель…

— Хватит болтать. — Сяо Циань махнул рукой стоявшему рядом медику в маске. — Приступайте к операции! Время на исходе!

Стоявшие поодаль медики кивнули и принялись натягивать стерильные перчатки, готовя шприцы с наркозом.

Но Сяо Жунхуань не собирался сдаваться без боя: он изо всех сил прикусил кончик языка, и пронзительная боль прояснила сознание, вернув телу утерянную силу. Он резко дернулся вверх, силой сорвав фиксирующие ремни.

Прямо под рукой оказался лоток с хирургическими инструментами, и Сяо Жунхуань ухватил со стола скальпель, одновременно притянув к себе стоявшую ближе остальных медсестру.

Лезвие уткнулось ей в горло.

— Выпустите меня!

Врачи, готовившиеся к операции, перепугались не на шутку, никто из них не смел сделать и шага вперед.

Сяо Циань не ожидал такого поворота событий, и его лицо мгновенно перекосило.

— Выпустите меня! — Сяо Жунхуань чувствовал, как тело вновь наливается слабостью — долго он так не продержится.

— Сяо Жунхуань! — Сяо Циань грубо дернул за привязанную к стулу Линь Жун, опрокидывая её на пол, и подхватил валявшийся неподалеку другой скальпель. — Дернешься — убью её!

Глаза Сяо Жунхуаня налились кровью:

— …Ты!

— Беги! — завопила Линь Жун. — Жунхуань, не смотри на меня, беги…

Сяо Циань с размаху влепил Линь Жун пощечину, а затем злобно зыркнул на Сяо Жунхуаня:

— Мне твоя жизнь ни к чему, нужно лишь избавиться от этого ублюдка в твоем животе!

— …

— Или, по-твоему, твоя мать стоит меньше, чем эта дрянь у тебя внутри? Вэнь Шици от тебя уже отказался! — Сяо Циань прищурился.

— … — Сяо Жунхуань потерял дар речи.

— Ты же хороший мальчик, тебе наверняка жаль эту ни в чем не повинную медсестру, верно? — Сяо Циань, казалось, видел его насквозь.

— …

— Сяо Циань… — пролепетала лежавшая на полу Линь Жун, дрожа всем телом. — Тебе… нужен только ребенок Жунхуаня… верно?

— Да. — Сяо Циань мертвой хваткой вцепился в длинные волосы Линь Жун. — Жунхуань, даю слово: избавишься от ребенка — я отпущу тебя вместе с матерью. Сам видишь, кроме врачей, медсестер и необходимого оборудования, здесь больше ничего нет. Мне нужен только этот выродок.

— … — На этот раз Линь Жун промолчала.

Сомнений не оставалось: Линь Жун тоже хотела, чтобы он избавился от ноши в его утробе.

— … — Рука Сяо Жунхуаня, сжимавшая скальпель, задрожала.

Ребенку в его животе уже исполнилось пять месяцев, он даже чувствовал, как округлился низ живота, а если сделать аборт, то малыша внутри него просто разорвут на куски…

В этот момент Сяо Циань криво усмехнулся:

— Кстати, я тут слышал другую версию вашей с Вэнь Шици истории… Говорят… ребёнок в твоем чреве появился после того, как Вэнь Шици изнасиловал тебя?

— … — Сяо Жунхуаня прошибла дрожь.

Линь Жун, припав к полу, смотрела на него заплаканными, красными глазами и медленно покачала головой.

Верно. Внутри него растет плод насильника, и избавиться от него — самое правильное решение.

Сяо Жунхуань разжал пальцы, и скальпель со звонком упал на пол.

— Быстро! — Сяо Циань наконец отпустил Линь Жун и бросился вперед. — Вяжите его! Начинайте операцию!

Сяо Жунхуаня безвольно уложили на операционный стол, снова опутывая ремнями.

На этот раз врачи не стали медлить и решительно ввели ему дозу анестезии.

— Сяо Циань, ты обещал отпустить его после аборта…

— Разумеется! — глаза Сяо Цианя сияли от предвкушения. — Избавившись от обузы, Жунхуань сможет устроиться в новом доме… вечно ты не понимаешь моих благих намерений…

Обезболивающее начало действовать, и сознание Сяо Жунхуаня стало стремительно меркнуть.

— Жунхуань, кто бы мог подумать… Раньше я считал тебя бесполезным уродцем, а теперь ты стоишь целое состояние…

Он почувствовал, как одежду на животе приподняли, а холодное лезвие скальпеля коснулось кожи.

Как холодно… Как же холодно…

Стоило острию царапнуть кожу, как ребенок внутри него испуганно шевельнулся, и живот свело судорогой.

Пальцы случайно нащупали в кармане телефон, и в памяти всплыли слова Вэнь Шици:

— Мой номер экстренного вызова — единица.

Действие наркоза еще не захватило его полностью, и он из последних сил нащупал телефон в кармане, по памяти находя нужные кнопки.

Большой палец нажал на синюю клавишу, вызов пошел.

— Седьмой господин… — выдохнул он из последних сил, не зная даже, услышал ли его Вэнь Шици на том конце провода. — Седьмой господин… спасите…

Раздался оглушительный грохот — дверь клиники слетела с петель от мощного удара ноги.

Скальпель выпал из дрожащих рук врача.

— Руки за голову, всем оставаться на местах! Иначе пеняйте на себя! — В помещение хлынули десятки тренированных людей в черных костюмах.

http://bllate.org/book/23824/2697378

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода