Суй Синь не выдержала и резко схватила Ся Линь за руку, тихо прошептав:
— Если прямо сейчас не скажешь, зачем меня сюда привела, я уйду!
Ся Линь на миг опешила — она уже собиралась удержать подругу, — но в этот момент к ним подошла горничная и знаком пригласила следовать за собой.
— Ладно, ладно! — сдалась Ся Линь. — Скажу тебе: тебе просто нужно нарисовать портрет сына хозяев этого дома. Обещаю, больше ничего не потребуется!
Суй Синь нахмурилась:
— И всё?
— Да, и всё!
Ся Линь схватила её за руку и повела вслед за горничной по узкому коридору, пока они не оказались в уютной гостиной.
Там уже стоял огромный мольберт с чистым белым холстом, а рядом на столе были расставлены баночки с масляными красками самых разных оттенков. Чтобы не испачкать пол, под мольбертом и столом расстелили большое белое полотно.
Но Суй Синь всё равно чувствовала себя неловко:
— У этих людей столько денег — зачем им именно я? Я ведь не какая-нибудь знаменитость в живописи.
Ся Линь обняла её за плечи:
— Ты и правда не знаменитость, но мой отец давно знаком с этой семьёй, а я дружу с их сыном. Как-то за разговором я упомянула, что ты подрабатываешь, учишься и очень стараешься, и они сразу захотели помочь! Правда, раз ты сама говоришь, что не мастер, оплата будет скромной — максимум двести канадских долларов за картину.
Суй Синь молчала, размышляя. Цена и вправду невысока, но работа займёт всего несколько часов, да и Ся Линь поручилась — вряд ли здесь что-то пойдёт не так.
— А как я потом домой доберусь?
— За тобой пришлют машину! Не переживай. Если вдруг не пришлют — звони мне, я сама тебя заберу. Устраивает?
Когда Ся Линь ушла, Суй Синь осталась одна в гостиной, чувствуя себя крайне неловко.
Прошло минут десять, прежде чем горничная вернулась и сообщила, что хозяин уже спустился и ждёт её готовности.
Суй Синь глубоко вдохнула, подошла к мольберту и натянула рабочий халат, лежавший на стуле. Только она завязала шнурок на шее, как за спиной раздался лёгкий шорох.
Она обернулась и увидела высокую фигуру у двери.
Это был красивый мужчина лет двадцати с небольшим, одетый в повседневную одежду. Его лицо казалось немного осунувшимся, под глазами залегли тёмные круги — явно привык работать по ночам.
Он внимательно оглядел Суй Синь, и его взгляд вызвал лёгкое беспокойство, хотя, приглядевшись, она не уловила в нём злого умысла.
Мужчина отвёл глаза, прошёл мимо неё и сел на диванчик напротив.
— Можете начинать.
* * *
(внеочередная глава)
После того как на совещании господина Чэня все акционеры единогласно проголосовали за назначение директора второго проектного отдела Чжун Миня руководителем китайского филиала через год, прошло всего несколько дней, и Чжун Минь передал Чэнь Цюаню на оценку анонимный план управления одной компании.
Сам документ был недлинным, но каждая строка в нём несла скрытый смысл.
Чэнь Цюань провёл несколько бессонных ночей, тщательно изучая каждую деталь и стараясь найти хоть малейшую ошибку. Однако в итоге ему пришлось признать: план был безупречен — как для внешней, так и для внутренней политики компании.
Лишь спустя несколько дней Чэнь Цюань узнал, что речь шла о новой ювелирной компании «Мэйцзя».
Как Чжун Минь получил доступ к внутреннему управленческому плану этой фирмы, оставалось загадкой. Но Чэнь Цюань смутно чувствовал, что между компанией и Чжун Минем существует какая-то связь.
Подходило Рождество, и в компании Чжунов царило спокойствие: все китайцы уже привыкли к западным праздникам и расслабились. Однако в одно совершенно обычное утро пришло потрясающее известие.
Фан Ваньчжун, давний друг и партнёр председателя Чжун Юаньшаня, много лет поставлял компании сырьё для ювелирных изделий, а сам занимался их производством. Их сотрудничество было образцовым, они считались почти братьями.
Но теперь отдел контроля качества обнаружил, что последняя партия сырья от компании Фана содержала массовую подделку!
Особенно пострадала партия бриллиантов, которые должны были соответствовать стандарту 5A. При независимой экспертизе выяснилось, что половина из них — синтетические. Их искусственно «вырастили» под высоким давлением — метод, известный в отрасли как «выращивание» алмазов. Даже профессиональные микроскопы и теплопроводные тестеры не могли распознать подделку; для этого требовались специализированные лабораторные приборы.
Компания Фана всегда пользовалась безупречной репутацией. Сам Фан Ваньчжун начинал карьеру как покупатель без единого дефекта в истории, работал консультантом и экспертом в известных ювелирных домах, а позже основал собственную фирму по поставкам драгоценных камней.
Но на этот раз доказательства подделки были неопровержимы. Новость мгновенно разлетелась по всему деловому сообществу, и за три дня ещё пять компаний обнаружили аналогичные нарушения в поставках от Фана. А ведь часть поддельных бриллиантов уже попала на рынок.
Разумеется, компания Фана должна была выплатить многократную компенсацию пострадавшим. Их, казалось бы, нерушимая финансовая крепость рухнула в одночасье, превратившись в хрупкую конструкцию без поддержки денежного потока.
Компания Чжунов также понесла серьёзный урон: репутация была подмочена, дилеры стали отменять заказы, а переговоры по новым контрактам внезапно прервались. Это стало тяжёлым ударом как для удержания позиций на европейском и американском рынках, так и для планов выхода на китайский рынок.
В последние дни компания Чжунов вела настоящую войну. Чжун Юаньшань лично связывался со старыми партнёрами, чтобы стабилизировать ситуацию. В отделе маркетинга каждый день слышали рёв Чжун Чжэня — сотрудники ходили на цыпочках и вместе с ним работали по ночам без сна. А Чжун Минь лично спустился в лабораторию производственного цеха, руководя повторной проверкой всей продукции и контролируя каждый этап обработки. Каждый поддельный бриллиант, попавший в продажу, выкупался по многократной цене, чтобы минимизировать ущерб.
Только сегодня утром, к рассвету, работа была завершена.
В восемь часов утра Чжун Минь стоял у раковины в офисной уборной. Дверь была приоткрыта, и сквозь щель виднелась часть его мускулистого торса. Волосы, накрытые светлым полотенцем, были мокрыми, и капли воды уже проступили на воротнике хлопковой футболки.
Грубоватые пальцы провели по подбородку, покрытому тёмной щетиной. Он уже приложил горячее полотенце, чтобы смягчить волоски.
Чжун Минь нанёс пену для бритья и, взяв старую, но надёжную бритву, медленно, одним движением снял пену вместе со щетиной. Лезвие скользнуло по коже, обнажая гладкую поверхность.
В этот момент секретарь постучала и вошла, держа в одной руке эспрессо, а в другой — полный комплект костюма. Не найдя его за столом, она обернулась и увидела через приоткрытую дверь уборной эту сцену. Её пальцы непроизвольно сжались, и пара капель кофе пролилась на край чашки.
Секретарь тут же вытащила салфетку, аккуратно вытерла капли и поставила кофе на стол.
Чжун Минь уже снял остатки пены, вытирал волосы полотенцем и, выходя из уборной, бросил на секретаря короткий взгляд, затем перевёл его на ароматный кофе и сделал глоток.
Горький вкус мгновенно атаковал вкусовые рецепторы, но он даже бровью не повёл.
Он протянул чашку секретарю и взял у неё костюм. Его голос поутру был хрипловат:
— Отправь план господину Лю; к полудню факсом в Нью-Йорк передай презентацию госпоже Юань; отдел контроля уже завершил подсчёт убытков от поставок Фана — запроси у Чэнь Цюаня копию и передай в совет директоров; отмени обеденное совещание — сегодня я не вернусь в офис; все важные звонки перенаправляй на мой мобильный; подготовь также расчёт всех долгов компании Фана и предварительную оценку общих убытков.
Он не задержался и секунды дольше.
Секретарь, успевшая всё записать, подняла глаза и увидела, как сквозь полуприкрытые шторы в комнату проникал тёплый оранжевый свет утра. Капли воды на волосах блестели, отражая солнце, но его тёмные глаза оставались в тени.
— Всё, можешь идти, — сказал он.
В полдень Чжун Минь прибыл на условленный обед. Главным гостем этого дня был Яо Чэнчжи, глава клана Яо, прибывший из Китая накануне.
Хотя мероприятие называлось «обедом», на деле это была встреча, организованная родителями для знакомства молодых людей.
Изначально Яо Чэнчжи не собирался ехать лично — он хотел отправить дочь Яо Сяону под предлогом визита к старшим. Но затем произошли непредвиденные события: сначала дочь подверглась нападению в университете, а потом в компании Чжунов вспыхнул скандал. После двадцатиминутного разговора по телефону Чжун Юаньшань и Яо Чэнчжи договорились о личной встрече в Канаде.
В светлом ресторане за столом сидели только две пары: два мужчины средних лет и две женщины.
На лицах обоих мужчин читалась усталость, особенно у Чжун Юаньшаня, который в последнее время явно перенапрягался. Его густые брови были слегка сдвинуты, но при виде Яо Чэнчжи он всё же заставил себя улыбнуться.
Рядом с ним сидела Цинь Минли — макияж аккуратный и сдержанный, голос мягкий. Она участливо расспрашивала Яо Сяону о жизни.
Яо Сяона специально для этой встречи сняла чёрный лак с ногтей и покрыла их нежно-розовым. Из гардероба она выбрала самое скромное платье, надела туфли того же оттенка и серёжки из жемчуга, выпущенные компанией Чжунов. Под руку с отцом она прибыла за полчаса до назначенного времени.
Но Чжун Минь опаздывал.
Цинь Минли уже собиралась позвонить ему, как вдруг за спиной раздались размеренные шаги — кожаные туфли чётко отстукивали ритм по мраморному полу.
Она обернулась — это был Чжун Минь.
— Как ты можешь так опаздывать? Девушка уже давно ждёт! — упрекнула она.
Чжун Минь не остановился, продолжая идти и медленно ответил:
— Мне тоже удивительно: обычно жених ждёт невесту, а не наоборот. Кто-то, не зная ситуации, подумает, что именно Чжуновы сейчас в беде и просят помощи.
Они подошли к столу. Солнце уже стояло высоко. Цинь Минли тут же надела безупречную улыбку и представила Чжун Миня Яо Чэнчжи.
После коротких приветствий Цинь Минли вернулась на своё место, но Чжун Минь остался стоять. Он слегка приподнял бровь и уставился на Яо Сяону, которая сидела с идеальной улыбкой.
Затем, к изумлению всех старших, он спокойно произнёс:
— На самом деле мы с вашей дочерью уже встречались.
Яо Чэнчжи удивился:
— Правда? Какая удача!
Яо Сяона улыбнулась:
— Мы встречались не один раз.
Яо Чэнчжи просиял:
— Тогда, молодой Чжун, садись скорее! Расскажите друг другу всё за обедом.
Но Чжун Минь лишь слегка усмехнулся:
— Такая официальная обстановка не подходит для незнакомых молодых людей. Давайте найдём что-нибудь повеселее. Вы продолжайте обедать.
С этими словами он подошёл к Яо Сяоне и увёл её.
Едва машина тронулась, Яо Сяона уже придумала тему для разговора. Но, обернувшись с улыбкой, она увидела, что Чжун Минь надел очки и углубился в документы, будто в салоне был только он один.
Яо Сяона на миг замерла, стараясь сохранить самообладание. Она решила, что он просто играет роль.
Но через несколько минут терпение лопнуло:
— Это и есть твоё «отдельное общение»?
— Со всеми подругами я веду себя так же, — не отрываясь от бумаг, ответил Чжун Минь. — Но дочь господина Яо — особая. Требуется особое отношение.
— Особое? — её голос стал резким. — То есть игнорировать меня? Боишься, что я пожалуюсь отцу?
Чжун Минь наконец поднял глаза. Его взгляд был ледяным и твёрдым:
— Через несколько минут мой секретарь проведёт для тебя экскурсию по компании — покажет все отделы и объяснит, как всё работает. Когда будешь жаловаться отцу, заодно передай, чтобы клан Яо серьёзно пересмотрел планы по инвестированию в китайский рынок.
Он сделал паузу и добавил:
— Честно говоря, я не хочу, чтобы клан Яо вмешивался в наши дела. Если мы с тобой придём к согласию, больше не будем тратить время на подобные встречи.
http://bllate.org/book/2378/260993
Готово:
