Вэй Усянь посмотрел на Ху Юйаня, затем перевел взгляд на Лань Ванцзи и, наконец, указал на себя:
— Неужели я настолько важен?
Ху Юйань посмотрел на него так, словно того ошеломило свалившееся как снег на голову известие. Закатив глаза, он с досадой произнес:
— Конечно. Ты даже не представляешь, насколько. Не стоит принижать себя: ты ведь единственный в мире заклинатель, практикующий темный путь, у которого есть связь с Преисподней.
Вэй Усянь, глядя на него, словно на человека, который считает его кем-то невероятно значимым, криво усмехнулся:
— Я и сам не знал, что обладаю такой важностью.
Лань Ванцзи взял его за руку и, посмотрев на Ху Юйаня, спросил:
— Что означает связь с Преисподней?
Ху Юйань покосился на их сцепленные руки и снова закатил глаза. Эти двое явно издеваются над одиноким лисом. Но, услышав вопрос, он был вынужден ответить:
— Преисподняя есть Преисподняя. Всё, что связано с миром теней, подчиняется ей. Когда человек умирает, он либо отправляется в Преисподнюю, либо становится неприкаянным духом — тем, кого вы называете злыми духами. Почему адепты великих орденов говорят, что после прохождения обряда упокоения души не будут буйствовать? Да потому что они заранее договорились с Преисподней. Какие бы обиды ни накопились при жизни, после смерти душа должна ждать в Преисподней своего перерождения. А если обряд не проведен и человек умер в муках, он, естественно, начнет творить зло в мире живых, а вы его либо поймаете, либо успокоите, либо развеете. Такова их судьба.
Вэй Усянь и Лань Ванцзи услышали об этом впервые. Они-то полагали, что обряд упокоения нужен лишь для того, чтобы дух не стал злобным, а оказалось, что цена спокойствия — это путь в Преисподнюю для перерождения.
Вэй Усянь тут же нашелся что спросить. Он посмотрел на Ху Юйаня, разрываясь между любопытством и опасением, что его слова могут не понравиться Лань Ванцзи, но в итоге любопытство взяло верх:
— А если я управляю трупами, это как понимать? Получается, я отнимаю души у Преисподней?
Ху Юйань кивнул, глядя на него с одобрением:
— Именно. Ты и есть тот, кто отнимает у них людей. Просто Преисподняя проложила для тебя особый путь. В конце концов, ты — избранник Небесного Пути. Тело после смерти — лишь пустая оболочка, так почему бы не использовать его для дела? Ты оказал услугу Небесам, так что всё справедливо. К тому же этот мир давно погряз в неразберихе, где черное не отличить от белого, и Преисподняя давно закрыла свои врата. Иначе как, по-твоему, появилось столько злых духов? А теперь, когда нет тебя, чтобы направлять их, эти неприкаянные души делают всё, что им вздумается.
Под конец голос Ху Юйаня звучал с нескрываемой горечью. Врата Преисподней закрыты, а значит, закрыт и путь к вознесению. Жаль, что он, лис с тысячелетней историей, вынужден скитаться среди людей, не имея возможности достичь бессмертия и лишь зализывая раны.
Вэй Усянь холодно хмыкнул:
— Судя по твоим словам, из-за моей связи с Преисподней только я один и могу усмирить тех зверей-ёкаев из твоей книги. Это что, намордник на меня надели? Даже если я захочу остаться в стороне, мне не позволят? Что за навязывание услуг?
Последнюю фразу он произнес с явным раздражением. Даже если он хочет спасать людей, это не значит, что на него можно вешать всех собак. Если он не справится, неужели любой сможет обвинить его во всех грехах, как в прошлый раз? Теперь он не один, он не действует на свой страх и риск, с ним орден Лань и Лань Ванцзи. Лань Ванцзи — благороднейший из людей, да и весь орден Лань славится своей добродетелью. Если из-за него они пострадают, он себе этого никогда не простит. Старшие ордена Лань, наверное, восстали бы из гробов, чтобы прибить его на месте.
Выслушав его, Ху Юйань усмехнулся:
— Можешь сколько угодно упражняться в острословии, но я знаю: ты точно не останешься в стороне. Я сказал всё, что хотел. Верить или нет — ваше дело. А что будет дальше — меня не касается. Я всего лишь лис, который ничего не знает, и даже если мне не суждено стать небожителем, я вполне неплохо устроился среди людей.
Он прекрасно понимал, что представляют собой эти двое. Они всегда взваливают на свои плечи судьбы мира. Один — пример для всех заклинателей, всегда бросается туда, где царит хаос, а другой вряд ли от него отстает.
Вэй Усянь опустил голову и потер лицо рукой:
— Ну вот, ты меня раскусил. Я становлюсь всё мягче с годами. Раз уж так, давай начистоту: сколько у нас времени? Нам нужно готовиться.
Ху Юйань искоса взглянул на него:
— Эти твари долго были запечатаны, им нужно восстановить силы. В месте, где духовная энергия скудна, а темная — недостаточна, им потребуется время. У вас будет запас. По крайней мере, до того самого собрания кланов ничего не случится.
Лань Ванцзи и Вэй Усянь облегченно вздохнули. Лань Ванцзи поднялся и отвесил Ху Юйаню глубокий поклон:
— Благодарю.
Ху Юйань был ошеломлен. Он вскочил, ответил по всем правилам этикета и рассмеялся:
— Не за что, не за что. Раз я всё рассказал, вы теперь отпустите меня?
Вэй Усянь при этих словах поднялся, схватил Лань Ванцзи за руку и направился к выходу, бросив через плечо:
— Я-то тебе обещал, но старшие ордена — нет. Посиди-ка здесь еще несколько дней. А заодно напиши всё, что знаешь об этой книге с монстрами, чтобы мы могли подготовиться.
Ху Юйань опешил. Как этот человек может так мастерски нарушать обещания и при этом не испытывать ни капли стыда? Кого вообще выбрал Небесный Путь?
Поняв, что его обманули, Ху Юйань пришел в ярость. Он решил, что теперь-то его никто не удержит, и бросился к выходу, но с грохотом врезался в барьер. Этот Вэй Усянь поставил на него заклятие!
Ху Юйань хотел было сложить пальцы в печати, чтобы разрушить барьер, но не успел: в голове внезапно прозвучал голос:
— Ху Суй, жди приказов, не своевольничай.
Услышав это, Ху Юйань был вынужден подавить гнев. Скрепя сердце, он буркнул:
— Ху Суй приказ принял.
Он плюхнулся на стол. Достав гребень, он принялся приводить в порядок мех — от ярости у него даже хвосты распушились.
Раздражает!
http://bllate.org/book/23514/2538192
Готово:
