Звук мотора приближался, и бронированный биохимический фургон, выехав из конца длинной улицы, медленно остановился перед разъяренным Чжоу Жуном. Стекло опустилось: на приборной панели были навалены сухое молоко, конфеты и сухие бисквиты. Сы Нань, перекинув через плечо автомат, держал в одной руке банку с медом и ел, отчего его щеки слегка покраснели.
Увидев, что плечо парня испачкано черно-бурой кровью и он явно только что в одиночку обчистил супермаркет, Чжоу Жун взорвался:
— Самовольное оставление отряда! Полное отсутствие дисциплины! Товарищ Сы Нань, если бы ты был официальным бойцом, я бы тебя уже отходил! Ты хоть думал о последствиях, когда так сбегал?!
Сы Нань холодно уставился на него.
— На что ты смотришь?! Если не хочешь подчиняться, то просто...
Чжоу Жун хотел продолжить ругань, но Сы Нань внезапно швырнул ему в лицо два блока сигарет, быстро поднял стекло и, вдавив педаль газа, рванул на дорогу.
— Эй! Мерзавец! — Чжоу Жун, поймав прилетевшие в него блоки, подпрыгивал на месте и орал вслед машине.
Сы Нань всерьез разозлился.
Чжоу Жун наконец закончил свой рейд по сбору припасов. Сжимая в руках два блока сигарет, он с мрачным лицом вел машину. Две машины одна за другой выехали из города Б на шоссе, и к вечеру, до наступления темноты, они вернулись в пригородный индустриальный парк. Внезапно биохимический фургон ускорился, свернул на боковую дорогу и направился прямо к задней территории завода удобрений.
Неужели решили разойтись?
Чжоу Жун резко вывернул руль, преследуя его, и на приличном расстоянии поплелся следом. Через несколько минут он увидел, как фургон остановился у задних ворот завода. Сы Нань, прихватив немного еды, выпрыгнул из машины и в два счета перемахнул через ограду.
Чжоу Жун велел Чуньцао присмотреть за машиной, а сам бесшумно проследовал за ним. Разогнавшись, он перепрыгнул через стену, взобрался на дерево гинкго, растущее за ней, и украдкой заглянул вниз.
Сы Нань шел прямо по заросшей тропинке в сторону цеха по переработке безводного аммиака. Среди густых сорняков стоял заброшенный гараж для грузовиков.
Там, в пустом пространстве под задним окном гаража, присела стройная фигура. Услышав шаги, она обернулась и с восторгом бросилась навстречу.
Это была У Синьянь.
С такого расстояния было не разобрать, о чем они говорят. Чжоу Жун долго смотрел на них, чувствуя неприятный осадок, и тяжело вздохнул.
На что я вообще рассчитывал, — с горечью подумал он.
Она явно из Ассоциации по защите прав бета, хорошо еще, если не питает ненависти к альфам, на что тут можно надеяться? К тому же, с такой внешностью и навыками, в этом постапокалиптическом мире найдется немало девушек, желающих прильнуть к нему.
В горле у Чжоу Жуна запершило. Он зацепился рукой за ветку, спрыгнул со стены и выбрался через заднюю дверь.
***
— Вернулись? — неверяще спросил Фэн Вэньтай.
Его подчиненный кивнул.
Фэн Вэньтай вылетел из помещения и почти бегом спустился вниз, к переднему двору завода. На открытой площадке уже собралось больше десяти человек — выживших, которые изначально сбежали из города Т вместе со спецназовцами. Три альфа-телохранителя семьи Фэн тоже стояли на страже, негласно оттесняя людей и подозрительно оглядываясь по сторонам.
За сетчатым забором стоял военный бронированный автомобиль. Чжоу Жун и его люди, уставшие и потрепанные, выносили раненого Янь Хао, который был без сознания, и мешок с телом Чжан Инцзе.
Увидев их грязную одежду и изможденный вид, Фэн Вэньтай сразу все понял, и сердце его ушло в пятки.
Однако командир по фамилии Чжоу, обернувшись, слегка изогнул губы в ироничной усмешке:
— Брат Фэн! Как дела? У нас тут все в порядке?
Не дожидаясь ответа, он повернулся к своим:
— Припасы пересчитать и на склад, сделать опись. Тело Инцзе пока отложите, я сам займусь позже. — Затем он махнул рукой толпе и громко произнес: — Доктор Чжэн! Мой брат ранен, будьте добры, возьмите пару человек и отнесите его наверх, осмотрите!
Помимо самих спецназовцев, тридцать с лишним выживших и так негласно считали доктора Чжэна своим лидером, поэтому, услышав приказ, они без лишних слов осторожно подхватили носилки с Янь Хао.
— Ох, всего несколько дней прошло, а кажется, целая вечность! — Чжоу Жун размял шею, которая затекла от долгого вождения, и она хрустнула. Сначала он поприветствовал толпу, а потом с улыбкой похлопал Фэн Вэньтая по плечу: — Эти дни были тяжелыми, спасибо, брат Фэн! Запишу тебе огромную заслугу!
Запекшаяся кровь через некоторое время теряет свой запах феромонов, точно так же, как на трупе через пару дней уже не остаются отпечатки пальцев. Слишком резкий запах феромонов альфы от Чжоу Жуна давно выветрился, иначе он ходил бы вокруг как ходячая атомная бомба мужских гормонов, и Сы Нань точно не смог бы этого вынести.
Но Фэн Вэньтай этого не знал.
Он лишь почувствовал, что Чжоу Жун, едва вернувшись, тут же взял на себя роль хозяина, что сделало его и без того разочарованное состояние еще более двусмысленным. Однако он не хотел этого показывать и с улыбкой ответил:
— Все хорошо, все хорошо, это мой долг, ничего особенного. Командир Чжоу, удалось связаться с заместителем министра Го?
Чжоу Жун покачал головой.
Улыбка Фэн Вэньтая стала менее заметной:
— Тогда... что же нам делать?..
Чжоу Жун приобнял его за плечи:
— Пойдем в столовую, по пути обсудим.
***
— Дело обстоит так, — десять минут спустя, за обеденным столом в столовой, Чжоу Жун пожал плечами.
Было время ужина, все выжившие стояли в очереди за едой, в витрине были только жидкая каша из злаков и вареный картофель. Неподалеку телохранители Фэн Вэньтая сидели за отдельным столиком, у каждого на поясе пистолет, перед ними — белый рис и четыре вида овощных блюд, открыты две бутылки пива.
Чжоу Жун сделал вид, что ничего не замечает:
— Дальше мы покидаем завод удобрений. Все выжившие поедут на автобусе в штаб на Юге. Мы получили новейшие данные по исследованию вируса, они имеют решающее значение для разработки вакцины...
— Один ваш человек погиб, еще один тяжело ранен? — перебил Фэн Вэньтай.
— Да, — ответил Чжоу Жун.
— А тот младший брат, который выглядел так... симпатично?
— Потерялся, — лаконично бросил Чжоу Жун.
— То есть, вас теперь всего четверо.
— Да.
Фэн Вэньтай помолчал, а когда заговорил снова, его тон стал холодным:
— Прошу прощения за прямоту, командир Чжоу. Лучше всего нам остаться на заводе и не предпринимать опрометчивых шагов. Вам следует отправить сигнал с координатами в штаб на Юге и вызвать вертолет. Если данные, о которых вы говорите, действительно так важны, Центр обязательно пришлет помощь...
— Центра больше нет, — спокойно сказал Чжоу Жун. — Сигнал не проходит, и до того, как мы свяжемся с Югом, неясно, пал ли их штаб.
— Тогда нам нужно идти на Северо-Восток, — тут же заявил Фэн Вэньтай. — У моей семьи там есть владения и мукомольный завод. Если мои люди, которые остались дома, выжили, то, собравшись вместе, мы создадим внушительную вооруженную силу. К тому же, суровый холод Севера ограничит передвижение зомби, так что во всех отношениях это безопаснее, чем пробираться на Юг к густонаселенным прибрежным районам.
Фэн Вэньтай явно все продумал заранее. Он продолжал убеждать, а потом сменил тон:
— Командир Чжоу и ваши люди, конечно, достойны уважения за преданность стране, но в этом апокалипсисе надо думать и о себе. Если вы готовы присоединиться к нам, я гарантирую, что не обижу вас. После прибытия на Северо-Восток вы будете жить в полном комфорте — о богатстве и роскоши в такие времена даже говорить не стоит, но по крайней мере жизнь будет не хуже, чем до конца света. Что скажете?
Чуньцао, Го Вэйсян и Дин Ши, закончив опись имущества, вошли в столовую с котелками и издалека увидели, как Фэн Вэньтай и Чжоу Жун сидят в углу, а телохранители Фэна недобро поглядывают на них, попивая пиво.
Чуньцао сделала шаг вперед, но Чжоу Жун, держа руки за спиной, покачал головой, запрещая ей приближаться.
— Как бы сказать, — рассмеялся Чжоу Жун, — как спецназовцы, мы воспитаны государством, и сейчас именно тот момент, когда мы нужны ему больше всего...
Фэн Вэньтай нетерпеливо перебил:
— Я понимаю ваши принципы, но вы должны подумать и о своих людях. Двое уже погибли, что страна может им дать? Медали? Пособия? Весь военный округ Б пал! Правительство, скорее всего, само себя спасти не может, какие уж тут пособия?
— Господин Фэн, — усмехнулся Чжоу Жун, — Янь Хао еще не умер.
Фэн Вэньтай осекся.
Чжоу Жун, наблюдая за его реакцией, вовремя кашлянул, прежде чем тот успел разозлиться:
— С другой стороны, если мы двинемся на Север, что будет со всеми этими людьми здесь?
Фэн Вэньтай огляделся: люди в очереди за едой с недовольством смотрели на их жареные блюда и пиво.
— У нас мало запасов, — понизил он голос.
Чжоу Жун молча смотрел на него.
— Если взять всех, боюсь, еда закончится на полпути. В такой мороз, если не получится пополнить припасы, все могут погибнуть. — Фэн Вэньтай немного подумал и снова заговорил: — На мой взгляд, тех, кто не может передвигаться или слаб здоровьем, лучше оставить на заводе. Кроме того, есть те, кто может не подчиняться приказам — чтобы избежать конфликтов в пути, будет лучше позволить им самим искать свой путь. Это решение, которое устроит всех.
Чжоу Жун молчал, и с каждым словом его улыбка становилась все шире.
Намерения Фэн Вэньтая были очевидны. Женщин, стариков и детей брать не нужно, тех, кто кажется «колючим» — тоже. Он альфа, цель — его дом, и по прибытии на Северо-Восток все будут зависеть от его складов с зерном. Значит, в путь отправятся только те, кто готов подчиниться ему.
Что касается накопленных на заводе запасов продовольствия, то их, разумеется, заберут с собой.
Вернувшись домой, господин Фэн сможет построить утопию со строгой иерархией, где Чжоу Жун и его люди, примкнувшие первыми, точно не будут обделены.
— Господин Фэн, вы обладаете поистине дальновидным мышлением, — похлопал в ладоши Чжоу Жун.
Фэн Вэньтай скромно улыбнулся.
— Но, — искренне произнес Чжоу Жун, — мы все равно пойдем на Юг.
— ...Почему?
— Зомби сохраняют многие базовые биологические инстинкты, один из которых — стремление к теплу. Как только придет зима, огромные орды зомби двинутся на Юг. Если мы пойдем на Север, то столкнемся с бесчисленным множеством тварей. Это первое.
— Второе, — несерьезная улыбка Чжоу Жуна исчезла. На его лице с глубокими глазницами и резкими чертами наконец проступило настоящее выражение — дерзкое и полное свирепости. Он смотрел на всех сверху вниз, с властностью вожака стаи: — Данные исследования вируса, полученные ценой жизни Чжан Инцзе, должны быть доставлены военным. Даже если штаб на Юге пал, мы продолжим путь, пока не найдем военных.
— На этом пути мы не бросим ни одного выжившего. Старики, женщины, беременные, дети — сколько бы нам ни встретилось, мы спасем всех. Закончится еда — будем сажать, закончатся припасы — будем искать. Пока мы живы, жива и страна, никто не будет брошен.
Чжоу Жун откинулся на спинку стула, слегка задрав подбородок. Его густые брови изогнулись, и он свысока оглядел Фэн Вэньтая.
Его тонкие губы, крепкая шея, мускулы плеч, которые не могла скрыть даже камуфляжная форма, и автомат, висящий на правом плече, — все это излучало подавляющую мужскую силу.
Фэн Вэньтаю стало трудно дышать. Придя в себя, он осознал, что ему угрожает бэта, и от злости и стыда вспыхнул:
— Красиво говоришь, но вы, военные, сами...
— Можете агитировать тех, кого хотите забрать с собой, — равнодушно сказал Чжоу Жун, сделав жест, приглашающий к действию, в котором было даже некое изящество. — Я не стану препятствовать тем, кто хочет уйти с вами. Только патроны придется оставить. Идите.
Фэн Вэньтай резко встал, телохранители последовали его примеру, положив руки на пояса.
Трое спецназовцев тут же подошли ближе, с автоматами за спинами. Чуньцао холодно кашлянула.
Чжоу Жун, глубоко утонув в кресле, казалось, вовсе не замечал напряженной атмосферы. Фэн Вэньтай, сжимая зубы, смотрел на его ненавистную усмешку. Он хотел пригрозить, но не осмелился. В конце концов, он махнул рукой и рявкнул:
— Уходим!
Альфа-телохранители последовали за боссом из столовой. Чуньцао медленно подошла, злобно глядя им вслед:
— Этот Фэн уже не может сдерживаться.
— Я знаю, — прервал ее Чжоу Жун.
Он немного подумал и отдал распоряжения:
— Сегодня ночью дежурим по очереди. Склад, гараж и ворота — под присмотром, следите за Фэн Вэньтаем. Стекло на биохимическом фургоне, на котором ездил Сы Нань, заменили, оно больше не пуленепробиваемое. Все вещи и оружие перенести в броневик и запереть.
Чуньцао кивала на каждое его слово, но вдруг Чжоу Жун словно что-то вспомнил:
— А где Сы Нань?
— Только что вернулся в казарму за одеялом, сказал, что будет спать в задней части завода. — Чуньцао сама находила это странным. — Зачем он туда пошел?
Чжоу Жун вспомнил У Синьянь, ждущую за гаражом, и промолчал, его взгляд стал темным и нечитаемым.
Его холодный вид немного напугал подчиненных. Чуньцао, облокотившись на спинку стула, прошептала:
— Командир Жун?
— Товарищ Сы — взрослый человек. Вы бы лучше о себе подумали, когда уже найдете себе пару? — Чжоу Жун встал, взъерошил волосы Чуньцао и усмехнулся, вернувшись к своему обычному беспечному виду. — Дочка, будь умницей, принеси отцу картошки, и не забудь перец и соевый соус.
***
— Это мое, — холодно сказал Сы Нань.
У Синьянь: «...»
Ее рука, потянувшаяся было к банке с медом, послушно переметнулась к вакуумной упаковке с яйцами.
Сы Нань приоткрыл один глаз. Очевидно, особой жадности к яйцам он не питал, и его густые ресницы снова опустились.
В заброшенном гараже не было света, зимняя ночь была непроглядной, в щелях окон завывал холодный ветер, будто где-то вдалеке стонали орды зомби.
У Синьянь, жуя яйцо и кутаясь в одеяло, не выдержала тишины и решила заговорить:
— Слушай... почему ты так любишь сладкое?
Сы Нань редко был инициатором разговора с посторонними, но на вопросы отвечал:
— Не знаю.
— Ты любишь вообще любое сладкое?
— Нет.
— Не кажется приторным?
— Нет.
— ...
— Моему организму нужна глюкоза, — сухо пояснил Сы Нань. — У меня часто низкий сахар.
У Синьянь облегченно выдохнула:
— Я уж подумала, что говорят правду: мол, сладкое любят только те, кто много страдал. Если бы у тебя была куча печальных историй, я бы не выдержала. Фух, хорошо, что я напридумывала лишнего.
Сы Нань: «...Будь нормальной».
Он достал из кармана пакетик с яблочными цукатами, которые берег, и принялся их жевать. В темноте послышалось чавканье.
Через некоторое время голос У Синьянь прозвучал снова, на этот раз с ноткой сомнения:
— Как думаешь, этот Ван придет сегодня ночью?
— Придет.
— ...Почему?
Сы Нань, жуя половинку цуката, невнятно пробормотал:
— Если Чжоу Жун спросит, куда ты делась, Фэн Вэньтай скажет, что ты сама убежала, пропала без вести. Его телохранитель Ван знает, что завтра, когда Чжоу Жун все выяснит, у него не будет шанса добраться до тебя. Поэтому он обязательно воспользуется сегодняшней ночью как последним шансом.
— И ты сама сказала, что этот Ван сегодня следил за тобой, — Сы Нань проглотил цукат и облизал липкие пальцы. — Сегодня, когда все уснут, он точно появится.
Лицо У Синьянь побледнело, она кивнула.
Два спальных места были расстелены рядом, Сы Нань и У Синьянь кутались в одеяла, между ними лежала гора закусок. У Синьянь, доев яйцо, потянулась за шоколадкой, но, взяв ее в руки, вдруг что-то осознала и робко спросила:
— Можно?
— Можно, — сказал Сы Нань. — Шоколад — это единственное, что я не ем.
— ...Почему?!
Сы Нань не успел ответить: неподалеку послышались легкие шаги, которые замерли под задним окном.
Пришел!
У Синьянь вздрогнула, холод пробрал ее до костей. Она бросила на соседа взгляд, полный мольбы, но увидела, что Сы Нань задумчиво смотрит назад:
— ...Чжоу Жун?
Он подозрительно закутался в одеяло и встал:
— Ты что там стоишь?
Человек под окном кашлянул. Это был тот самый богатый мужской бас командира Чжоу, который сейчас звучал как-то неуверенно:
— О, товарищ Сы! Я... я не мог уснуть, решил прогуляться. Ты ел?
Сы Нань промолчал.
— ... — У Синьянь дрожащим голосом поздоровалась: — Командир... командир Чжоу, доброй ночи...
Сы Нань махнул ей рукой, мол, не обращай внимания.
Чжоу Жун был крайне смущен:
— Доброй, доброй ночи. Почему вы не в казарме? Холодно же тут, в темноте, простудитесь еще. Я человек бывалый, все понимаю, молодежь, ха-ха...
У Синьянь почувствовала, что должна объясниться, очень должна. Однако выражение лица Сы Наня ясно давало понять: не смей открывать рот. Немая дуэль длилась несколько секунд, пока У Синьянь не выдержала:
— Да что с вами такое?!
Сы Нань сказал:
— Он орал на меня.
Чжоу Жун за окном: «...»
— Еще сказал, что изобьет меня, — холодно добавил Сы Нань. — Кто кого еще изобьет? Я ему одну руку уступлю.
У Синьянь остолбенела.
Смущение Чжоу Жуна достигло апогея:
— Сы Сяо Нань! Брат был неправ, пришел извиниться, ладно? Не надо было орать утром, не злись, я нашел тебе кое-что поесть...
Раздался шорох пластиковой упаковки: Чжоу Жун что-то достал из-за пазухи.
— Вот, — сказал он. — Выходи, принес тебе целую плитку шоколада «Дав».
Сы Нань: «...»
После долгого молчания У Синьянь почувствовала, что больше не может терпеть. Она сглотнула, и ее голос прозвучал совсем слабо:
— Э-э, командир Чжоу...
— Может, вы оставите шоколад...
Она не успела договорить, как Сы Нань выбрался из-под одеяла, накинул куртку и вышел за дверь.
У Синьянь снова оцепенела, долго не в силах прийти в себя.
— Чего надо? — голос Сы Наня был совершенно равнодушным. — Быстрее, я тороплюсь.
Сы Нань был одет лишь в черную облегающую полицейскую футболку, руки скрещены на груди, куртка от формы накинута на плечи.
http://bllate.org/book/23335/2509416
Готово:
