— Забей, если я начну понимать мысли этого психа, то сам скоро стану таким же недоумком. Ачжэ, что теперь собираешься делать? — Гу Сыян прислонился к раковине и затянулся сигаретой, чувствуя, как ноют костяшки пальцев.
— А что еще делать? Если честно, люди должны держать друг друга на расстоянии. Особенно те, кто мне неприятен. Лучше всего — если нас будут разделять миры.
Бай Чжэ стер с лица капли воды, чувствуя, как внутри все кипит от раздражения.
Гу Сыян не знал, смеяться ему или плакать:
— Может, спрячешься у меня на какое-то время?
— Брось, ты живешь с родителями. От того, как они ко мне относятся, я уже устал, а еще твоя бабушка — как ни увидит, хватает за руку и все кличет внучком... — Бай Чжэ передернуло, по коже пробежали мурашки.
Гу Сыян с трудом сдержался, чтобы не отвесить ему подзатыльник:
— Да делай что хочешь, плевать мне.
Заметив, что друг помрачнел, Бай Чжэ взъерошил волосы и виновато произнес:
— Я ведь не хочу доставлять вашей семье лишних хлопот. Слушай... Ян-ян, сделай мне одолжение.
— Говори уже. Видимо, я в прошлой жизни сильно нагрешил, раз мне достался такой проблемный друг. Ладно, выкладывай.
— Помоги связаться с частной клиникой в городе. Я хочу перевести дедушку в другое место.
Гу Сыян замер и устало потер переносицу:
— Чуть не забыл сказать, Чэнь Цяньцянь с самого утра околачивалась у реанимации, словно воровка. Думала, мы с Су Му слепые. Скорее всего, она искала тебя. Эта баба не успокоится, пока не приберет к рукам ваш зал.
При одном упоминании имени Чэнь Цяньцянь Бай Чжэ охватила ярость:
— Как бы она ни старалась, все бесполезно. Я уже продал зал!
— Уже продал? Так быстро? И кому?
При упоминании этой сделки Бай Чжэ помрачнел:
— Тому парню по фамилии Вэй...
— А? — Гу Сыян опешил. — По фамилии как?
Бай Чжэ раздраженно отмахнулся:
— Да брат этого Вэй Цзыжаня!
Гу Сыян наконец понял:
— ...Его зовут Вэй Янь. Он гендиректор группы Хэнцзюй. Половина земли в городе А принадлежит ему, связи у него железные. Ты хоть понял, на сколько его развел?
Бай Чжэ возмутился:
— В смысле развел? Это была честная сделка!
— Ладно, не хочу даже спрашивать. — Гу Сыян вздохнул. — Есть вещи, о которых мне не хочется распространяться, решай сам, раз уж ты вечно жалуешься на мою болтливость. Но я дам совет: держись от Вэй Яня подальше. Хоть они с Вэй Цзыжанем и родные братья, характеры у них как небо и земля. Подумай сам, за пару лет он стал единоличным правителем в городе А, затмив даже своего деда Вэй Цзяньжуна. Его методы тебе, желторотому юнцу, и не снились. Беги от него подальше!
Бай Чжэ почесал затылок, чувствуя нарастающее раздражение. Почему Гу Сыян не сказал этого раньше? Обязательно было ждать, пока он продастся, чтобы потом выступать с нравоучениями?
— Ладно, решено. Я договорюсь с клиникой, чтобы дедушку перевели как можно быстрее. Как только оформят бумаги, приедешь и подпишешь. А теперь пошли, отвезу тебя в Третью больницу проверить голову. Ты и так не особо умен, а если температура окончательно сожжет остатки мозга, не жди, что я буду нянчиться с тобой всю жизнь.
Бай Чжэ поморщился и, ворча, залез в машину.
Температура была высокой, и ему пришлось провести в больнице три или четыре дня под капельницами, прежде чем она спала. Гу Сыян действовал быстро. Бай Юньхай был крепким мужчиной, и если бы не сильный стресс, до инсульта бы не дошло, так что его состояние быстро стабилизировалось. Его успешно перевели в частную клинику, и, кроме них троих и Су Му, никто не знал, где он находится — даже ученики из зала.
Гу Сыян организовал перевозку Бай Юньхая глубокой ночью, обставив все так, будто они снимались в партизанском фильме и эвакуировали раненого с секретными данными.
Хотя документы на зал еще не были оформлены окончательно, Вэй Янь не стал тянуть — видимо, понимая, что Бай Чжэ прижат к стенке финансовыми трудностями, он быстро и четко перевел всю сумму.
Даже с близкими друзьями нужно вести дела честно, поэтому Бай Чжэ не хотел оставаться в долгу у Гу Сыяна и, как только все уладил, вернул ему все деньги, которые занимал ранее.
Гу Сыян промолчал, возможно, догадываясь, что Бай Чжэ выторговал у Вэй Яня немалую сумму.
Когда капельницы были сняты и жар прошел, наступил конец сентября. Через пару дней начинались праздники по случаю Дня образования КНР. Его машинку наконец починили в сервисе, и Бай Чжэ, забрав ее, начал паковать вещи, собираясь переезжать. Цзи Мо, судя по всему, здорово досталось, так что пока он затаился, но Бай Чжэ не терял бдительности — он боялся, что этот псих в любой момент может выкинуть что-то неожиданное.
Если дело доходило до честной драки один на один или массовой потасовки, Бай Чжэ был готов в любой момент. Но против подлостей он был бессилен — слишком глубокой оказалась психологическая травма, полученная когда-то давно.
Как говорится, бежать некуда, если храм уже не спасает. В этот раз он решил бросить даже сам храм, собрал вещи и просто исчез.
http://bllate.org/book/23312/2506384
Готово:
