У Се вытолкнули из машины. Холодный ветер пустыни ворвался за шиворот, заставив его невольно вздрогнуть.
Вокруг простиралась каменистая равнина, усеянная рядами внедорожников, а земля была завалена снаряжением и припасами. У Се увидел, как Чжан Цилинь вышел из машины и направился прямиком к палатке, и поспешил ухватить его за руку. Хэй Сяцзы, заметив это, тоже остановился, расплылся в широкой улыбке и помахал рукой.
— Когда ты вышел из Бронзовых врат? И что здесь происходит? Куда ты собрался? Пока не объяснишь, никуда не пойдешь.
— Вот именно, просвети нас, мне, Сяцзы, тоже ужасно интересно.
Чжан Цилинь с досадой посмотрел на У Се:
— Это не то дело, в которое тебе стоит вмешиваться. Возвращайся в Ханчжоу и больше не приближайся к лечебнице.
У Се хотел лишь выяснить, как Чжан Цилинь выбрался из Бронзовых врат, а услышав приказ уйти, почувствовал горькое разочарование.
— Я могу вернуться, но сначала ответь на пару моих вопросов.
Чжан Цилинь бесстрастно посмотрел на него:
— Есть вещи, которые тебе не дано понять. К тому же, я и сам всё еще ищу ответы.
Сказав это, он, не оглядываясь, вошел в палатку. У Се от злости чуть не выплюнул кровь. Хэй Сяцзы похлопал его по плечу:
— Там стоят автобусы, три часа — и ты в городе. Счастливого пути!
Затем он тоже скрылся в палатке. У Се чувствовал себя крайне неловко, словно его бросили на произвол судьбы. В конце концов, он оказался здесь случайно, никто не был обязан заботиться о нем, и, конечно, ему следовало просто сесть на автобус и уехать. Но смириться он не мог.
Действуй решительно.
В ушах внезапно прозвучали слова деда. У Се нащупал в кармане блокнот — он достал его только благодаря собственной смекалке и решимости. В голове быстро созрел план: если Сяо-гэ может туда отправиться, почему он не может?
Приняв решение, он направился к А Нин, которая как раз проверяла снаряжение.
— Куда вы направляетесь? Есть ли у вас лишнее снаряжение? Я хочу присоединиться.
А Нин была удивлена, что У Се еще не уехал. Она промолчала, продолжая осматривать вещи. У Се не отступал:
— Я могу быть полезен. Вспомни Небесный дворец на вершине облаков.
А Нин подняла на него взгляд:
— Ты серьезно? Мы планируем найти место под названием Тамуто. Если ты твердо решил идти, бери любое снаряжение.
— Тогда в какой палатке мне поселиться?
В этот момент из палатки вышли Чжан Цилинь и Хэй Сяцзы. А Нин кивнула на Чжан Цилиня:
— Ты его привел, ты за него и отвечаешь.
Чжан Цилинь никак не отреагировал. Хэй Сяцзы переводил взгляд с У Се на Чжан Цилиня, про себя усмехаясь: ну прямо сцена из сериала — он бежит, он догоняет, и никуда ему не деться.
Когда все разошлись, У Се достал блокнот Чэнь Вэньцзинь. Едва он открыл его, как из страниц выпал листок с какими-то странными символами. У Се поднял его и присмотрелся. Рисунок состоял из нескольких линий и неправильного круга. Чем дольше он смотрел, тем больше это напоминало графические расшифровки шелковых свитков, о которых рассказывал третий дядюшка.
Но рядом с каждой линией на листке были пометки. У Се перехватило дыхание: эти линии, соединенные вместе, были не чем иным, как картой расположения драконьей жилы. В центре этого сплетения стояла черная точка, а рядом мелким почерком было выведено: Тамуто.
В блокноте тоже упоминалось Тамуто. Неужели Чэнь Вэньцзинь там была? Что это за место? Неужели там тоже есть древняя гробница? У Се пролистал записи — всё было хаотично, но упоминалось, что Ван Цзанхай после побега из Небесного дворца на вершине облаков отправился именно в Тамуто. Значит, это место связано с дворцом.
Неужели Чэнь Вэньцзинь тоже входила в Бронзовые врата? Она видела там Абсолют? Что это вообще значит? Похоже, именно после выхода из врат у нее возникла идея отправиться в Тамуто.
У Се читал дальше. Тамуто был оазисом в пустыне. В свое время Чэнь Вэньцзинь наняла проводника по имени Динчжу Чжома, чтобы та провела их через пустыню. Но оазис оказался настолько опасным, что в отряде начались разногласия, и им пришлось повернуть назад.
У Се чувствовал, как всё происходящее выходит за рамки здравого смысла. Казалось, каждый его шаг и каждая находка были кем-то заранее просчитаны. От этой мысли стало нечем дышать, словно чья-то рука сжала горло.
— У Се! — позвала А Нин снаружи.
Он поспешно спрятал блокнот в карман и вышел. А Нин отвела его в самую большую палатку лагеря. Оказавшись внутри, У Се сразу увидел Чжан Цилиня — тот сидел, прислонившись к войлоку, и прикрыл глаза.
В центре сидела пожилая тибетка с седыми волосами, рядом с ней стояла женщина средних лет. Вскоре в палатку вошли остальные. Когда все расселись, А Нин достала осколки фарфорового диска, которые Хэй Сяцзы принес из лечебницы, и почтительно протянула их старухе:
— Ма-най, посмотрите, это то, что нужно?
Переводчик тут же перевел ее слова на тибетский. Старуха взяла диск и принялась изучать его. Хэй Сяцзы, заметив любопытство У Се, прошептал:
— Это Динчжу Чжома, бывший проводник Чэнь Вэньцзинь.
У Се удивленно взглянул на А Нин. Он сам с трудом нашел зацепки в блокноте, а компания А Нин знала о Тамуто всё и даже смогла найти проводника, работавшего с Чэнь Вэньцзинь десятилетия назад.
Старуха что-то сказала на тибетском. Ее спутница кивнула, повернулась к А Нин и пояснила:
— Моя бабушка говорит, что на диске не хватает двух фрагментов. Без них путь не найти.
— Есть зацепки, где искать эти фрагменты? — спросила А Нин.
Женщина переспросила старуху и ответила:
— Бабушка говорит, что фрагменты в Ланьцо. Привезете их — и можно выступать.
Чжан Цилинь поднялся и вышел из палатки. У Се бросился следом:
— Сяо-гэ, подожди!
— О, Немой, кажется, он хочет с тобой поговорить, — Хэй Сяцзы последовал за ними.
— Пожалуй, в Ланьцо поеду я. А вы двое — идите, пообщайтесь, вспомните былое, — он подмигнул У Се и Чжан Цилиню и, скалясь, направился к машине.
— Завтра поедешь. Их деревня не любит чужаков по ночам, — остановил его Чжан Цилинь.
Хэй Сяцзы кивнул и вернулся в свою палатку.
http://bllate.org/book/23291/2502563
Готово:
