В памяти Дуань Чу не было ни следа этого молодого человека. К тому же на нем не было никаких знаков различия, указывающих на статус, так что было неясно, пробужденный он или обычный человек. Однако, судя по тону, этот парень определенно имел отношение к Юаньцзиньтану, и Ван Ханьчи явно не поздоровится.
Молодой человек проигнорировал оправдания Ван Ханьчи и лишь указал на стоявшего позади него официанта, спросив:
— Это он тот самый, что заставил тебя торчать в аптеке и морочил голову клиенту, отказываясь выдавать лекарство?
Официант, едва не плача, кивнул. Лицо Ван Ханьчи вмиг стало мертвенно-бледным.
— Старший молодой господин, я, это… — он замямлил, суетливо вращая глазами и то и дело поглядывая на Дуань Яцин и Мэн Цзяи, надеясь, что эти двое аристократов замолвят за него словечко.
Дуань Яцин дернула бровью, изящно шагнула вперед и, слегка поклонившись, виновато произнесла:
— Господин Юань, прошу прощения. Это моя вина. У меня было срочное дело к седьмому брату, и управляющий Ван просто хотел помочь мне его задержать…
Она посмотрела на Дуань Чу с выражением, будто хотела что-то добавить, но сдержалась. Увидев, что тот лишь усмехнулся, явно наслаждаясь представлением, она крепче сжала руки. Гнев внутри нее бурлил. Если бы не страх перед семьей Юань — могущественным родом аптекарей — и опасение, что Ван Ханьчи в панике наговорит лишнего и вызовет неприязнь Юань Юнъи, стала бы она, знатная леди из семьи Дуань, унижаться и так низко кланяться перед каким-то второсортным воином, который даже в армию не попал?
Дуань Чу окинул взглядом окружающих и невольно хмыкнул. Неуклюжие оправдания Дуань Яцин, в которых при желании можно было найти массу нестыковок, внезапно вызвали у толпы сочувствие. Видимо, даже на планете Ивиса, где превыше всего ценилась сила, люди все еще питали слабость к хрупким и утонченным созданиям. К счастью, методы Дуань Яцин были куда слабее, чем у Бэй Цзинлань, иначе проблем у него было бы куда больше.
Юань Юнъи уловил обмен взглядами между ними и заметил, как Ван Ханьчи расчувствовался. Он приподнял бровь и с вежливой, обходительной улыбкой обратился к Дуань Яцин:
— Госпожа Дуань, вы слишком любезны. Я слышал, что старшая дочь семьи Дуань души не чает в своем сводном брате. Раз у вас было такое срочное дело к седьмому господину, достаточно было связаться с ним через коммуникатор. Зачем же управляющему Вану нарушать правила магазина, полчаса водить за нос клиента и прибегать к таким грязным методам, как перехват? Вам не стоит выгораживать его.
С каждым словом его голос становился холоднее, и даже манера обращения с Ван Ханьчи изменилась:
— Раз ты так радеешь за интересы госпожи Дуань, что даже забыл о правилах дома Юань, то сегодня и отправляйся вслед за госпожой Дуань Яцин. Говорят, госпожа Бэй Цзинлань как раз открывает аптеку и уже выбрала место! Твой богатый опыт управляющего будет там весьма кстати.
Дуань Яцин словно хлестнули по лицу. Она то краснела, то бледнела, слыша перешептывания зевак, и чувствовала жгучий стыд вперемешку с яростью. Но она не могла позволить себе конфликт с Юань Юнъи, за которым стояла такая мощная семья. Ей пришлось проглотить обиду, и ее яркие глаза мгновенно подернулись влажной дымкой, придавая ей вид глубоко оскорбленной невинности.
Мэн Цзяи, будучи ее женихом, конечно, не мог просто стоять в стороне и решил вступить в спор, защищая невесту. Но Юань Юнъи оказался быстрее. Не дав ему и слова сказать, он перебил его:
— Ой, госпожа Дуань, вы чем-то недовольны? — Юань Юнъи изобразил удивление, а затем, словно озаренный догадкой, добавил: — А, понял. Вы боитесь, что старший господин Мэн приревнует? Не волнуйтесь, не волнуйтесь! Управляющий Ван всего лишь последователь, разве это не доказывает ваше очарование, госпожа? Старший господин Мэн скоро станет вашим мужем, он, конечно же, не придаст значения такой мелочи, верно?
Мэн Цзяи почувствовал, что Юань Юнъи просто невыносим. Только что он обвинял Дуань Яцин в том, что она сговорилась с чужаками, чтобы травить брата, а теперь все отрицает. И ведь не подкопаешься! К тому же, по силе этот парень, который младше него, уже был воином пятого уровня. Мэн Цзяи сердито зыркнул на Дуань Яцин. Если бы она не подкупила людей Юаньцзиньтана и не попалась, Юань Юнъи не вел бы себя как бешеный пес, кусающий всех подряд.
Дуань Чу впервые видел Дуань Яцин в такой ситуации — когда она была вынуждена проглотить оскорбление, не смея даже пикнуть. Это показалось ему странным. Конфликт начался из-за него, но ничего серьезного не произошло. Даже если Юань Юнъи злился на Ван Ханьчи за предательство, не было нужды так унижать Дуань Яцин. Однако его нынешнее тело никак не пересекалось с Юань Юнъи, значит, тот не мстил за него. Неужели у наследника семьи Юань была личная неприязнь к Дуань Яцин или ко всей семье Дуань?
Дуань Чу нахмурился. Он не питал симпатии ни к семье Дуань, ни к Дуань Яцин, но и не хотел, чтобы его использовали как марионетку.
— Пойдем, — тихо сказал он и, развернувшись, направился к выходу.
— Седьмой брат, седьмой брат… — Дуань Яцин в спешке протянула руку. Заметив двух воинов четвертого уровня за спиной Дуань Чу, она неестественно улыбнулась и взмолилась: — Седьмой брат, мне нужно поговорить с тобой. Давай поедем в Аркашон, хорошо? — она дернула Мэн Цзяи за рукав.
Мэн Цзяи, желая поскорее избавиться от неловкости, с мягкой улыбкой обратился к Дуань Чу:
— Да, Сяо Чу, твоя сестра просто очень волновалась. Давай съездим в Аркашон и все обсудим. К тому же, когда у тебя было совершеннолетие, меня не было в городе, я так и не вручил тебе подарок!
Мэн Цзяи был уверен в себе. Дуань Чу всегда был влюбленным и слабохарактерным, как он мог пойти против его воли?
В глазах Дуань Яцин промелькнуло недовольство, но, вспомнив о Сюань Ши, она стерпела. Мэн Цзяи был лучшим вариантом на планете Ивиса. Став его женой, они смогут вернуться на Столичную планету, поступить в Академию Демос и стать высококлассными аптекарями. Тогда никто больше не посмеет смотреть на нее свысока из-за статуса незаконнорожденной. Даже если воины могли иметь четырех наложников, Мэн Цзяи будет верен ей одной, как отец был верен Бэй Цзинлань. А Дуань Чу, этот никчемный отброс, останется ни с чем.
— Какой подарок? — Дуань Чу остановился. Увидев радость на лицах парочки, он усмехнулся, подошел к Мэн Цзяи и тихо, с издевкой, произнес: — Подарок в честь того, что ты предал меня и обручился с другой?
Сказав это, он холодно фыркнул и, не обращая внимания на остолбеневших от шока людей и последовавший за его словами взрыв хохота, быстрым шагом покинул Юаньцзиньтан.
Прес украдкой взглянул на Юань Юнъи, который смеялся так, что у него выступили слезы, затем перевел взгляд на перекошенные лица Мэн Цзяи и Дуань Яцин, поспешно опустил голову и побежал следом за Дуань Чу.
— Седьмой господин, мы все еще идем в аптеку? — Прес еще больше утвердился в мысли, что Дуань Чу — человек, с которым лучше не шутить, и стал еще почтительнее.
Дуань Чу кивнул. Рядом как раз находилась аптека. Заметив, что Стив и Марвин тоже последовали за ним, он свернул внутрь.
— Здравствуйте, что бы вы хотели приобрести? — к ним подошел миловидный официант. Его глаза живо забегали, но, заметив знаки различия на форме Стива и Марвина, в них вспыхнул фанатичный блеск.
— Шунин, — коротко ответил Дуань Чу. Он заметил, что эта аптека была намного меньше Юаньцзиньтана, и в ее названии не было того странного символа, который он видел раньше. У него возникло смутное подозрение.
Улыбка официантки на мгновение застыла, она слегка поклонилась:
— Прошу прощения, все препараты, воздействующие на психику обычных людей, продаются только в аптеках, аффилированных с Гильдией Адептов.
Дуань Чу прищурился. Психотропные лекарства он мог понять — всякие эликсиры ясности или эволюционные сыворотки, конечно, относились к этой категории. Но он хотел всего лишь средство от укачивания, как это связано с духовной силой? И что это за Гильдия Адептов? Ни в воспоминаниях прежнего владельца тела, ни в информации, которую он почерпнул в Сети за последние дни, не было ни слова об этом. Дуань Чу вспомнил слова доктора Лин Эна о том, что повреждения духовной силы у обычных людей лечатся только покоем.
— А лекарства от повреждений духовной силы у обычных людей тоже продаются только там? — нерешительно спросил Дуань Чу.
Девушка-официант улыбнулась и кивнула. Информация о Гильдии Адептов не была публичной, неудивительно, что молодой человек не был в курсе. Она набралась терпения и мягко пояснила:
— Повреждения духовной силы у обычных людей очень трудно излечить. Для этого подходят только эликсиры ясности класса А, созданные мастерами-адептами. Шунин — это побочный продукт таких эликсиров, он используется для снятия симптомов дискомфорта у обычных людей при нестабильности духовной силы. Но лекарства, созданные мастерами-адептами, крайне редки и поставляются исключительно в аптеки Гильдии.
Услышав это, Дуань Чу понял, что его укачивание — совсем не то, о чем он думал, и невольно содрогнулся. Если бы не атака Сюань Ши, его странное состояние на летательном аппарате могло бы вызвать подозрения. К тому же, получается, что лекарства, созданные адептами, отличаются от обычных. А как же тогда растениеводы? Он слишком мало знал об адептах, и это ставило его в крайне уязвимое положение.
— Спасибо, — Дуань Чу скрыл смутное беспокойство, поблагодарил девушку и, не подавая виду, увел Преса и остальных.
— Седьмой господин! — Прес внезапно подошел ближе и с тревогой в голосе попросил прощения: — Седьмой господин, я не доглядел, не собрал информацию об этом…
— Ха-ха-ха… — бодрый смех прервал смятение Преса. Дуань Чу поднял голову и увидел Юань Юнъи, наследника Юаньцзиньтана, который стоял неподалеку и с интересом наблюдал за ним.
Дуань Чу стоял молча, не понимая, чего тот хочет.
Юноша, застывший в спокойной позе, выглядел на удивление элегантно и непринужденно. Его взгляд был глубоким, а выражение лица — умиротворенным. Это разительно отличалось от слухов о его трусости и слабости. Юань Юнъи невольно скривил губы, подумав, что Мэн Цзяи совсем ослеп.
Бросить такого выдающегося юношу с острым умом и глубокими чувствами ради женщины, у которой лишь сомнительный талант к аптечному делу да хитрость, — Мэн Цзяи рано или поздно горько пожалеет об этом. Что с того, что Бэй Цзинлань — аптекарь высокого класса? Неужели при богатстве и власти семьи Мэн они не могут купить эликсир ясности? Тем более что Дуань Яцин всю жизнь будет носить клеймо незаконнорожденной. Как только в Гильдии Адептов станет известно о ее вмешательстве в дела Дуань Чу и Мэн Цзяи, возможно, повторится история десятилетней давности, когда семья Дуань изгнала вторую ветвь.
— Эй, если ты хочешь купить Шунин, то на центральной улице Ивисы, кроме моего Юаньцзиньтана, есть только Хэ Фэн Гэ на другой стороне. Правда, там рады только женщинам, — Юань Юнъи улыбнулся, сияя воодушевлением.
Дуань Чу понял, что его первое впечатление о Юань Юнъи как о вежливом и мягком человеке было ошибкой. Тот был весьма эксцентричным парнем, очень похожим на его младшего двоюродного брата Нин Канъюаня. Дуань Чу изогнул губы в улыбке и утвердительно произнес:
— Ты принес его мне?
http://bllate.org/book/23147/2479070
Готово:
