После череды визитов к клиентам настроение Нин Цзиншэн заметно испортилось. Она уже представляла, как трудно ей будет в будущем брать заказы. Стоит один раз закрепить за собой определенный образ в глазах клиента, как изменить его становится почти невозможно.
Е Лочжи видела, что Нин Цзиншэн не в духе, но объясняться с ней сейчас не хотела. Она размышляла, как бы получше всё растолковать, однако как ни крути, невозможно было объяснить свое эгоистичное желание удержать Нин Цзиншэн подле себя. Поэтому Е Лочжи решила вовсе промолчать.
В тот вечер, закончив проработку программы на следующий день, Е Лочжи и Нин Цзиншэн разошлись отдыхать. Единственное, что осталось неизменным — Е Лочжи снова велела Нин Цзиншэн прийти к ней в номер в шесть утра для репетиции перед началом занятий.
Курс прошел без сучка и задоринки. Многие клиенты прямо на месте с воодушевлением оформляли заказы, общая сумма которых исчислялась миллионами. В условиях рыночного затишья на фоне пандемии такой результат можно было считать вполне достойным.
Е Лочжи не стала задерживать сотрудников после работы, лишь велела всем привести площадку в порядок и пораньше идти отдыхать, пообещав провести итоговое собрание на следующий день.
Е Лочжи предстояло лично посетить компании всех, кто сделал заказ на месте, чтобы вникнуть в ситуацию, лучше проработать содержание услуг, подобрать профильных преподавателей и передать им ответственность за проекты. Поэтому основной объем работы ждал её как раз после окончания открытого курса.
На следующий день все проектные преподаватели вернулись в компанию. Они приехали прямиком с объектов, поэтому Нин Цзиншэн видела их впервые. Однако они уже были наслышаны о ней и наперебой принялись здороваться. Чаще всего звучало: — Что вам взять из напитков, завтрака или обеда? Я закажу. В следующий раз, когда буду делать дизайн для своего проекта, очень надеюсь на помощь вашего отдела.
После такой череды бесед завтраки, кофе и обеды для всего отдела Нин Цзиншэн оказались оплачены проектными преподавателями. Подумав, что раз уж их и так вечно гоняют, Нин Цзиншэн вместе с двумя коллегами из отдела спокойно приняла эти подношения.
Е Лочжи приехала в офис только к десяти часам и сразу созвала общее собрание. Нин Цзиншэн хотела было сесть в уголке вместе со своими ребятами, но, когда все расселись, Е Лочжи на глазах у всех подозвала её к себе и произнесла:
— Впредь на всех собраниях садись на это место.
Е Лочжи сказала это с абсолютно бесстрастным лицом. Остальные не смели смотреть на неё, а лишь косились на Нин Цзиншэн, которая с неловкой улыбкой, прижимая к себе блокнот, нехотя подошла и села рядом с начальницей.
Лишь после того, как Нин Цзиншэн устроилась, Е Лочжи объявила о начале совещания.
— Кхм-кхм! — Цзян Сяо прочистила горло и начала: — В прошедшие два дня на открытом курсе было много недочетов. Во-первых…
Она говорила минут десять, когда Е Лочжи внезапно прервала её:
— Хватит, какой толк от твоих слов? Говори сразу по существу!
Цзян Сяо от неожиданности замерла, но тут же ответила:
— Хорошо, госпожа Е, перехожу к главному. Первый вопрос…
Слушая отчет, Е Лочжи хмурилась, и лицо её становилось всё мрачнее. Когда Цзян Сяо закончила, Е Лочжи с силой ударила по столу и рявкнула:
— Чем вы вообще занимались? Как могли возникнуть подобные проблемы? Вы хоть немного серьезно отнеслись к этому курсу?
Она указала пальцем на Цзян Сяо:
— Как ты выполняла роль ведущей? Почему не выявила эти огрехи заранее? Ты ведь уже столько раз вела открытые курсы!
Цзян Сяо опустила голову, не смея произнести ни слова. Е Лочжи перевела гнев на остальных:
— А вы? Сплошные бездари! Если не можете справиться с такой мелочью, то за какие проекты вообще способны взяться?
Е Лочжи злилась всё больше, голос её крепчал. Нин Цзиншэн, сидевшая рядом, чувствовала, как сердце уходит в пятки. Она не знала, достанется ли ей. Нин Цзиншэн с тревогой смотрела на Е Лочжи, ладони её вспотели.
И действительно, закончив отчитывать остальных, Е Лочжи перевела дух, сменила выражение лица и, выдавив из себя подобие мягкой улыбки, обратилась к Нин Цзиншэн:
— За весь курс одна только Нин Цзиншэн проявила себя отлично. Она даже успевала подсказывать мне, когда я забывала слова на сцене. Каждое утро в шесть часов она пунктуально приходила ко мне в номер, чтобы прогнать программу дня. Очень ответственный подход.
Нин Цзиншэн про себя усмехнулась: это ведь ты сама потребовала, а не я рвалась туда. Однако она облегченно выдохнула — по крайней мере, Е Лочжи её не отругала.
Но то, что начальница начала её нахваливать, пугало еще больше. Лучше бы она всех причесала под одну гребенку и отчитала и её тоже, иначе теперь ей будет неловко перед коллегами, и они могут начать смотреть на неё косо.
После того как Е Лочжи объявила, что Нин Цзиншэн получит отдельную премию, собрание было закрыто. Все выдохнули. Нин Цзиншэн вместе с двумя коллегами вернулась в свой кабинет и плотно закрыла дверь.
— Ого, сестренка Цзиншэн, ты просто космос! Госпожа Е разнесла всех, кроме тебя, — с гордостью произнес Юй Хун, словно подчеркивая, что это его руководительница.
— И не говори, я так боялась, что нам тоже влетит, — добавила Чэнь Чэнь, всё еще дрожа от страха. Она ужасно боялась гнева Е Лочжи. Чем красивее женщина, тем страшнее она в ярости.
Не успела Нин Цзиншэн присесть, как её снова вызвали в кабинет Е Лочжи. Черт, курс ведь уже закончился, что еще нужно! — выругалась она про себя, выходя из кабинета. Она искренне не понимала, почему Е Лочжи так вцепилась в неё.
— Иди, иди, по-моему, госпожа Е без тебя уже не может, — пошутил Юй Хун, даже не подозревая, что попал в самую точку.
Когда Нин Цзиншэн вошла в кабинет, она увидела, что перед столом Е Лочжи уже сидит какой-то человек. Е Лочжи жестом пригласила её сесть.
— Это преподаватель Чжэн. Познакомьтесь. А то в сети до хрипоты спорили, а вживую даже не виделись, — с улыбкой поддразнила их Е Лочжи.
Нин Цзиншэн, которая за экраном монитора доходила до белого каления в спорах с этой женщиной, теперь, видя её перед собой, почувствовала неловкость.
— Преподаватель Чжэн, — вежливо и сдержанно произнесла Нин Цзиншэн.
— Преподаватель Нин, — так же вежливо ответила Чжэн Фан.
— Вот и отлично, не было бы счастья, да несчастье помогло. Впредь общайтесь по работе конструктивно. Цзиншэн — мастер маркетинга, так что, Фанфан, если возникнут вопросы, смело обращайся к ней.
Е Лочжи протянула им руку помощи, ожидая, что они обе ею воспользуются.
— Да, конечно, госпожа Е. Преподаватель Нин, прошу прощения за мою резкость в прошлый раз. Надеюсь на вашу помощь в маркетинговых вопросах, — Чжэн Фан очень ловко ухватилась за предложенный вариант. Она прекрасно знала характер Е Лочжи и понимала, что та явно покровительствует Нин Цзиншэн, поэтому не хотела идти против течения.
— Да, конечно. Преподаватель Чжэн, не стоит извинений, — ответила Нин Цзиншэн.
Она была поражена. Е Лочжи обещала, что заставит её извиниться, когда та вернется, и действительно сделала это. А Нин Цзиншэн-то думала, что начальница просто пытается её подбодрить. Может, Е Лочжи и правда относится к ней как-то иначе?
Впрочем, в конечном счете, это просто капиталистический метод завоевания лояльности, рассудила Нин Цзиншэн, решив придерживаться рациональной версии.
— Фанфан, выйди пока, мне нужно обсудить с А-Нин кое-какие дела.
Увидев, что Чжэн Фан послушно извинилась, Е Лочжи отослала её. Как только дверь закрылась, Е Лочжи расплылась в улыбке, больше не держась так официально.
— Ну что, довольна?
— Да, спасибо, госпожа Е, — Нин Цзиншэн сохраняла вежливую дистанцию, так как уже успела настроиться на нужный лад.
Е Лочжи же надеялась, что сможет добиться от неё чего-то большего, но сердце этой девушки оказалось словно из камня — ни единой эмоции. Улыбка Е Лочжи померкла, и она медленно её убрала.
Странное чувство, словно она лезет с душой к той, кому это совсем не нужно.
http://bllate.org/book/23116/2474166
Готово:
