Фасон у простой одежды из грубого полотна был незатейливым, и дедушка Се попросил тетушку Ван, самую искусную мастерицу в деревне, сшить обновку всего за два дня.
Стоило Цин геру получить наряд, как он тут же переоделся. Набитый хлопотами ватник сидел отлично и приятно согревал. Хотя ткань была той же самой грубой материей, Цин гер в ней выглядел необъяснимо горделиво, напоминая избалованного гер из богатой семьи.
Дедушка Се пригласил тетушку Ван выпить чаю в знак благодарности. Пока Цин гер крутился перед зеркалом в новой одежде, женщина шумно вздохнула, заставив присутствующих испугаться.
— Вроде бы та же самая ткань, почему же на братеце Цне она смотрится совсем иначе? — тетушка Ван обошла вокруг Цин гера, разглядывая его со всех сторон. — Говорят, одежда красит человека, но этот наряд на нем выглядит прямо-таки благородно.
Дедушка Се улыбнулся: — Если бы не ваше мастерство, разве сидело бы так ладно? Большое вам спасибо.
Кто же не любит добрых слов? Даже понимая, что дедушка Се просто вежлив, тетушка Ван расплылась в довольной улыбке: — Ой, дядя Се, умеете вы сказать. Главное, что по размеру пришлось. Ну ладно, время не раннее, пора мне и честь знать.
Дедушка Се ответил еще несколькими вежливыми фразами. Не сумев удержать гостью, он поднялся со скамьи и проводил ее до самых ворот.
Цин гер тоже сделал пару шагов вслед за ними. Заметив сидевшего во дворе Сяо Мина, который перебирал овощи, он свернул в сторону, устроился рядом на корточках и принялся помогать.
— Сядь на соломенный табурет, — не поднимая головы, бросил Се Чжимин.
Цин гер оглянулся, заметил в углу двора плетеную скамеечку, поднялся и перетащил ее ближе.
— Моя новая одежда готова, глянь-ка! — Цин гер широко раскинул руки, демонстрируя обновку Сяо Мину. — Дедушка сказал, завтра я пойду в ней на праздничный обед.
— Тепло?
Горные росы тяжелы и холодки, а зимы здесь тянулись долго. Стояла поздняя осень, и в пасмурные дни холодный ветер докрасна щипал нос любому выходящему за порог.
Цин гер кивнул. Хотя ощущения жары и холода у него отличались от человеческих, ему безумно нравилось чувствовать себя закутанным в мягкий хлопковый ватник.
— Домашний кувшин опустел. Сяо Мин, пойдем за водой, — разобрав овощи, Цин гер подтащил из угла двора коромысло.
Се Чжимин окинул взглядом новую одежду на Цин гере: — Мм.
Цин гер подхватил коромысло, а Сяо Мин взял два пустых ведра. Возможно, дело было в первой в жизни обновке: по дороге Цин гер то и дело останавливался, чтобы полюбоваться на себя.
Тропинка слегка раскисла от грязи. Заметив, как аккуратно Цин гер обходит лужи, опасаясь испачкать наряд, Се Чжимин подсказал ему идти по сухой сухой земле рядом.
Извилистая река сверкала чистой водой. Напоминавшие журавлиный лук прибрежные травы пожелтели и увяли, но водяной сельдерей у самой воды по-прежнему оставался свежим и зеленым. Зеленеющие островки весело колыхались на волнах, радуя глаз.
В унылом осеннем пейзаже любой обрадовался бы такому живому островку зелени.
Се Чжимин наполнил оба ведра и перекинул коромысло через плечо. Цин гер попытался было подхватить ношу сам, но Сяо Мин ловко прихватил его за ворот и отстранил в сторону.
Цин гер растерянно моргнул: — Ты чего?
Се Чжимин вопросительно посмотрел на него в ответ: — А ты что собрался делать?
— Воду нести, — охотно пояснил Цин гер. — В водяном чане дома совсем пусто.
Се Чжимин прекрасно знал, что запасы воды исчерпались, но даже если бы у Цин гера хватило сил на ношу, он ни за что не позволил бы ему таскать тяжести.
Подняв коромысло, Сяо Мин зашагал к дому.
Цин гер семенил следом: — Я ведь тоже могу носить воду.
— Угу.
— Тогда почему не даешь? — Цин гер искренне недоумевал, ведь именно он первым предложил сходить на реку.
Се Чжимин вздохнул: — В деревне редко увидишь гер с коромыслом.
Эту работу обычно выполняли мужчины. Даже если в хозяйстве не хватало рабочих рук, деревенские парни все равно старались помогать гер по мере возможности.
— Спорим, я не такой, как они? — прошептал Цин гер, напоминая себе, что обладает недюжинной силой и может справиться с любой работой.
Се Чжимин не знал, как объяснить ему разницу. Попав в этот мир, Цин гер всему удивлялся и каждый день видел, как Сяо Мин делает всё сам. Однако природная божественная сила позволяла ему с одинаковой легкостью справляться и с тяжелым, и с легким трудом.
Цин гер не понимал этих тонкостей, но Се Чжимин не мог просто потворствовать его наивности, позволяя изо дня в день выполнять всю черную работу. Разумеется, живя в их доме, Цин гер не был обязан трудиться наравне со всеми.
Для простых дел это не имело значения, но Се Чжимин чувствовал: раз уж Цин гер учится быть человеком, его кругозор не должен ограничиваться домашним хозяйством. Ему полезно бывать среди людей и видеть, как живут другие юноши.
Завтрашний праздник как нельзя лучше подходил для того, чтобы вывести Цин гер в общество, познакомить с новыми людьми и найти товарищей.
Цин гер отличался веселым нравом и мягким характером, так что Се Чжимин не сомневался, что тот быстро найдет общий язык со сверстниками.
Сам Сяо Мин не догадывался о мыслях спутника. Заметив, что ответа не последовало, Цин гер обиженно отстал на шаг и показал со спины шутливый кулак.
Вернувшись домой, Цин гер тут же раздобыл ведерко. Пока Се Чжимин носил воду, он принялся крутиться рядом со своим деревянным бочонком — остановить его было невозможно.
Они снова ходили на реку вместе. Поглядывая на шедшего впереди Сяо Мина с коромыслом на плече, Цин гер подхватил свой бочонок и в два счета обогнал парня, после чего победно обернулся и дерзко вздернул брови.
Глядя на его самодовольную физиономию, Се Чжимин невольно улыбнулся. Такой взрывной характер и впрямь стоил затраченных усилий.
Не у каждого жизнь была наполнена таким смыслом. Если бы Цин гер не встретился ему на пути, серые будни тянулись бы куда тоскливее.
Два огромных чана быстро наполнились доверху. Выплеснув последнее ведро, Цин гер взглянул на стоявшего чуть позади Сяо Мина и снова задрал нос: — Ну как я?
Все его мысли так и читались на лице, но Се Чжимин решил не потакать его хвастовству. Вместо похвалы он велел Цин геру снять мокрые туфли и носки.
Только тогда Цин гер заметил, что носки намокли на большой площади, и вспомнил, почему обувь сегодня казалась тяжелее обычного.
Устроившись на качелях, Цин гер стянул обувь, а Сяо Мин унес мокрые вещи к очагу просушить. Днем к ним никто не заглядывал, а сам Цин гер ненавидел стеснения, поэтому Се Чжимин позволял ему расслабиться.
— Сяо Мин, иди покачай меня! — оставшись босиком, Цин гер раскачивал стопы в воздухе и вытягивал шею, заглядывая во двор.
Выйдя из кухни, Се Чжимин сразу заметил болтающиеся в воздухе ноги.
Вернувшись в комнату, он принес пару старых башмаков и велел обуться. Цин гер цеплял обувь кончиками пальцев ног, забавляясь тем, как они болтаются — туфли оказались велики и сидели на ноге свободно.
— Ну качай же быстрее! — поторопил Цин гер, и Се Чжимину пришлось встать позади, чтобы плавно подтолкнуть веревки. Юноша взмыл в воздух, а остатки мелких цветков на лозе окончательно осыпались.
— Цин гер, — неожиданно позвал Се Чжимин.
Цин гер, увлеченный полетом, неохотно отвлекся и бросил через плечо: — Чего тебе?
— Ты бы хотел... — Се Чжимин осекся на полуслове.
— Что ты сказал? — Цин гер не расслышал.
Не успел Сяо Мин повторить, как Цин гер громко вскрикнул — одна из слишком больших туфель соскочила с ноги и улетела в сторону стены, а вторая исчезла неизвестно где.
— Сяо Мин, моя туфля пропала! — испуганно завопил Цин гер, пытаясь сойти с качелей, но те продолжали раскачиваться, не давая ему затормозить.
— Я поищу. Сиди смирно.
— Ладно, — послушно отозвался Цин гер, вцепившись руками в веревки, чтобы унять качели.
Се Чжимин обошел весь двор и наконец обнаружил пропажу в водяном чане. Обувь намокла насквозь и с нее капала вода.
Сидевший на качелях Цин гер округлил глаза, увидев возвращающегося со злосчастными туфлями Сяо Мина. Поняв, что натворил дел, он спрыгнул на землю босиком.
— Я нечаянно... Я, я потом сам все вымою! — замахал руками растерянный Цин гер.
Се Чжимин бросил мокрую обувь в угол у стены и посмотрел на босые ноги юноши. Тот в спешке угодил прямо в лужицу под качелями, и его нежно-белые стопы покрылись грязными разводами.
— Это я виноват, что дал слишком большую обувь, — Се Чжимин принес полотенце. — Садись на скамью и вымой ноги.
Цин гер послушно принял полотенце и присел на табурет. На земляном полу остались грязные следы от его ног; посчитав это забавным, он украдкой потоптался на месте, пока Се Чжимин ходил за водой.
Когда Сяо Мин вернулся с деревянным тазом, Цин гер сидел с абсолютно прямой спиной и невероятно честным выражением лица, украдкой косясь на парня виноватым взглядом.
Заметив свежие сырые следы на полу, Се Чжимин промолчал.
Стоило Цин геру заняться ногами, как Сяо Мин подхватил из угла коромысло и снова вышел со двора с пустыми ведрами.
— Эй... — хотел было остановить его Цин гер, но Сяо Мин двигался слишком быстро и в мгновение ока скрылся за калиткой. Обувь еще не высохла, ноги были вымыты, так что оставалось только сидеть на месте.
Глядя на капающие в углу туфли, Цин гер внезапно придумал выход.
Вернувшись с водой, Се Чжимин застал удивительную картину: Цин гер наступил сухими ногами на башмаки, склонился над тазом и принялся усердно тереть одну из туфель.
Вода в тазу покрылась шапкой густой белой пены — оставалось только догадываться, сколько мыльного корня он туда выкрошил. Видя с каким усердием тот взялся за дело, Се Чжимин не стал его останавливать.
Следующий заход за водой занял чуть больше времени, а когда Сяо Мин вернулся, Цин гер все еще продолжал стирку. Белая пена в тазу почему-то увеличилась в объеме, а лицо юноши оказалось измазано мыльными разводами.
— Ты... — только начал Се Чжимин, как Цин гер поднял голову: — Не переживай, я обязательно вычищу их до блеска!
— ...
Се Чжимин молча вышел из двора с коромыслом.
Когда чаны вновь заполнились, Сяо Мин скинул коромысло на землю, а обувь Цин гера все еще оставалась немытой.
Судя по количеству пены, скрывавшей башмаки под толстым слоем пузырей, процесс грозил затянуться надолго. Если бы Се Чжимин не вмешался, стирка рисковала зайти в тупик.
А если споласкивать их чистой водой, на это ушла бы половина домашнего запаса.
Подхватив таз, Се Чжимин направился к ручью. Цин гер тут же выставил перед собой мыльные руки: — Но я же еще не закончил!
— Ничего, — вздохнул Се Чжимин, бросив взгляд на макушку юноши. — Иди лучше умой голову от пены.
— ? — Цин гер недоуменно коснулся головы, но останавливать Сяо Мина было поздно. Впрочем, хуже не станет — мыла на нем и так хватало с избытком.
Вернувшись с ручья после стирки обуви, Се Чжимин застал Цин гера сидящим на скамеечке. Тот понуро опустил голову, выглядя донельзя несчастным.
Протянув высушенные башмаки, Се Чжимин присел перед ним на корточки — после долга хлопот выдалась наконец свободная минута перевести дух.
Цин гер тихо пробормотал: — У меня ничего не получается. Ты был прав...
— В чем?
— Я глупый.
Се Чжимин не видел его лица, но застать Цин гера в таком унынии случалось крайне редко.
— Есть немного, — честно ответил он.
Голова Цин гера опустилась еще ниже.
Тогда Се Чжимин протянул ему сорванный по дороге лесной фрукт: — Съешь-ка ягоду, глядишь, и поумнеешь.
Цин гер принял угощение и поднял глаза: — Врешь ведь.
Провести его теперь было не так-то просто.
— Очень сладкая, — заверил Се Чжимин.
Цин гер с сомнением откусил большой кусок, и его лицо мгновенно сморщилось гармошкой: — Кислятина!
— Честное слово, мне попадаются сладкие, — Се Чжимин для вида отправил в рот еще одну ягоду, не меняя выражения лица.
Не поверив на слово, Цин гер осторожно отломил крошечный кусочек — кислый вкус никуда не делся.
Уголки губ Се Чжимина тронула мягкая улыбка. Его лицо в этот момент напоминало тающий зимний лед, под которым начинал журчать весенний ручей, оживляя всё вокруг.
Цин гер даже немного растерялся. Залюбовавшись редкой улыбкой Сяо Мина, он неожиданно успокоился и вымолвил: — Сяо Мин, когда ты улыбаешься, это так красиво.
Се Чжимин поднялся на ноги: — Иди во дворе подмети.
— ?
Разве похвала не должна радовать? Почему за добрые слова полагалось наказание? Цин гер до конца не уловил логику, но, желая искупить вину, взял веник и вымел весь двор до последнего листочка.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/22970/2458735
Готово:
