Чтобы его маскировка достигла совершенства, Е Ли даже достал из машины Инь Бэя очки в массивной черной оправе. Крупные линзы закрывали пол-лица Е Ли, чем вызвали сильное недовольство Инь Бэя.
По настоянию Е Ли, еще до того, как они добрались до старинного поместья семьи Инь, он и Инь Бэй пересели в разные машины.
Старинный особняк семьи Инь представлял собой типичный образец китайской архитектуры. Говорили, что в прошлом это была резиденция князя, но после падения династии ее выкупили старейшие предки семьи Инь, превратив в родовое гнездо.
Хотя впоследствии здание неоднократно ремонтировали, его первоначальный облик остался неизменным.
Е Ли оглядел пропитанную историей архитектуру и подумал, что такое место было бы неплохо превратить в туристическую достопримечательность, но жить здесь долгое время — сплошная тоска и давление.
Если человек долго находится в угнетающей обстановке, он может и рассудком тронуться...
Поэтому все эти родственники Инь Бэя наверняка те еще жуткие типы.
При мысли об этом ему стало еще более тревожно: что же делать, неужели ему переломают ноги? В конце концов, он охмурил чужого драгоценного внука. Но он ведь приехал не вместе с Инь Бэем, наверняка его никто не узнает? К тому же здесь столько людей, затеряться в толпе — проще простого, он совершенно не привлекает внимания.
Е Ли явно забыл, что хотя лицо его мужчины — ходячая открытка, знакомая каждому встречному, лицо Гао Шу, как доверенного лица Инь Бэя, тоже было весьма узнаваемым.
Гао Шу шел рядом с ним, они переговаривались и смеялись, привлекая еще больше внимания.
Многие мысленно гадали, кто этот человек, раз сам приближенный Инь Бэй относится к нему с таким почтением.
Но присмотревшись к этому лицу — хм, совершенно незнакомому, — они стали любопытствовать еще сильнее.
Ощущая на себе смутные взгляды со всех сторон, Е Ли чувствовал сильное раздражение: почему эти люди такие надоедливые, неужели им больше не на кого пялиться?
В длинной галерее полно народу, и каждый из них выглядит куда респектабельнее его, скромного простака, так почему же они уставились именно на него!
— Гао Шу.
— Что такое, господин Е?
— Я сейчас выгляжу жалко и подозрительно?
Гао Шу некоторое время изучал стоящего перед ним юношу и вынес вердикт:
— Жалко и подозрительно.
Е Ли потрогал свое лицо:
— Раз я выгляжу так жалко и подозрительно, почему все равно кто-то пялится на меня? Неужели сквозь эту жалкую оболочку они разглядели мою потрясающую, ослепительную красоту?
Гао Шу: «...Главное, чтобы вы были счастливы».
— Пф.
Е как раз собирался придать себе еще более жалкий вид, как вдруг позади послышался мужской смех.
Е Ли обернулся и увидел... человека, отдаленно похожего на его мужчину.
— Господин Инь Нань.
— почтительно произнес Гао Шу, желая представить его Е Ли, но не зная, как это сделать — в конце концов, согласно словам их госпожи, его личность нельзя раскрывать никому.
— Гао Шу, а это кто рядом с тобой?
Инь Нань окинул взглядом Е Ли, стоявшего возле Гао Шу.
— Это мой друг.
неопределенно ответил Гао Шу.
К счастью, Инь Нань заметил, что оба они не особо рады его обществу, и не стал допытываться.
Лишь уходя, он бросил Е Ли: «Малыш».
Когда Инь Нань удалился, Е Ли оттащил Гао Шу в самый незаметный угол.
— Что это за павлин такой?
— Старший брат господина.
Хотя Е Ли в душе уже догадывался об этом, он все равно был ошеломлен.
— Но разве его старший брат не военный?
Что за чертовщина только что была перед ним? Этот человек излучал сплошное легкомыслие. Если бы не слова Гао Шу, Е Ли скорее поверил бы, что промелькнувший мимо мужчина — какой-то уличный хулиган.
— Наверное, господин Инь Нань не обращает внимания на условности, — голос Гао Шу звучал на редкость уставшим от жизни.
— Я думал, Инь Бэй и сам по себе ненормальный, но не ожидал, что его брат еще хуже. Все эти годы тебе пришлось нелегко, — посочувствовал Е Ли.
Е Ли хотел взять Гао Шу за ручку в знак утешения, но Гао Шу, которому еще были дороги его ноги, решительно отверг утешения Е Ли.
-
Инь Бэй сломал ногу молодому господину из семьи Цинь — новость, конечно, не гремела на всю страну, но событие было серьезным.
Репутация Цинь Ми всегда оставляла желать лучшего, и мало кто воспринимал его всерьез. Все молчаливо сходились на том, что наследником семьи Цинь является старший брат.
И хотя на Цинь Ми особо не обращали внимания, из уважения к семье Цинь люди все же закрывали глаза на его выходки.
Но чтобы кто-то, подобно Инь Бэю, без лишних слов взял и сломал ему ногу — это действительно поражало. Все исподтишка гадали, что же такого сотворил этот Цинь Ми, раз даже второй молодой господин Инь порвал с ним все отношения окончательно и бесповоротно.
Каким бы ничтожным ни был Цинь Ми, он все же оставался кровным родственником семьи Цинь. Случись такое, по каким бы то соображениям семья Цинь не могла оставаться в стороне.
Как назло, сегодня был день рождения старейшины семьи Инь, и собрались здесь сплошь влиятельные люди.
048. У беременных очень ранимая душа.
Е Ли на самом деле немного переживал.
В конце концов, раз Инь Бэй без лишних разговоров сломал Цинь Ми ногу, нет никаких гарантий, что семья Цинь не решит устроить скандал в такой день, намеренно пытаясь унизить Инь Бэя.
Реальность совпала с опасениями Е Ли почти полностью.
Сторона семьи Цинь действительно замышляла недоброе, желая насолить клану Инь именно в этот момент.
Но к счастью, в семье Цинь все же нашлись здравомыслящие люди, по крайней мере, старший брат Цинь Ми, Цинь Юань, сохранял рассудок.
Он осадил рвущихся устроить скандал родителей: шутки в сторону, устраивать беспорядки в такой день — неважно, кто прав, а кто виноват, это дела молодежи. Если из-за этого они проявят неуважение к лицу старейшины Инь, это покажет семью Цинь не с лучшей стороны.
Зачем это нужно? Лучше подождать, пока буря утихнет, и тогда еще можно будет выторговать для себя какую-нибудь выгоду.
-
Е Ли и Гао Шу сидели в довольно уединенном месте, оба сгорбившись и шушукаясь о чем-то с заговорщическим видом.
Поза их выглядела крайне подозрительно.
Пожалуй, именно из-за этой подозрительности, а также из-за того, что не было видно фирменной улыбки Гао Шу, больше похожего на вежливого тигра, никто из гостей не подходил к ним с расспросами.
Е Ли был только рад такому спокойствию: он загибал пальцы, отсчитывая время, и лишь ждал окончания приема, чтобы дать деру.
Их знает лишь небо, с какой стати человеку в положении нужно испытывать здесь такой страх и трепет. Поразмыслив так и эдак, Е Ли решил, что во всем виноват второй папаша этого ребенка, который ведет себя слишком безответственно.
Е Ли погладил свой животик и вздохнул: во всем виновата его слепота — влюбился в бессердечного негодяя, вот и приходится теперь и ему, и малышу страдать.
Представляя, как изменится Инь Бэй после его побега, Е Ли попытался выудить у Гао Шу хоть какую-то информацию.
Гао Шу столько лет провел рядом с Инь Бэем, и раз уж Е Ли не видел лазейки у самого Инь Бэя, стоило попытаться прощупать почву через Гао Шу.
— Если господин Е действительно хочет знать, ему лучше спросить об этом самого господина Инь, я многого не знаю.
Нужно совсем не дорожить своей жизнью, чтобы отважиться сболтнуть Е Ли лишнего — в конце концов, даже их собственный глава не рисковал об этом распространяться.
Будет лучше, если о некоторых вещах Е Ли так и не узнает, иначе случится беда.
— Вы вдвоем вечно действуете заодно, я не верю, что ты ничего не знаешь.
Но судя по виду Гао Шу, он явно не собирался ничего ему рассказывать.
Е Ли оставалось лишь разочарованно вздохнуть, решив, что после окончания банкета он хорошенько помучает самого Инь Бэя.
-
Хотя Е Ли и утверждал, что они с Инь Бэем едва знакомы, тот все равно сильно волновался. Даже присутствие Гао Шу рядом с Е Ли его не успокаивало, поэтому, пробыв внутри какое-то время, он снова вышел на поиски Е Ли.
Кто-то закрыл глаза Е Ли сзади руками.
Впрочем, догадавшись, кто это, он ничуть не испугался.
Инь Бэй опустился рядом с Е Ли и слегка ущипнул его за нос:
— Не боишься?
Заметив появление Инь Бэя, Гао Шу благоразумно поднялся и отошел в сторону, принявшись созерцать пейзаж: надо же, какие у этого пруда карпы-кои, на вид совсем свеженькие. Если добавить немного зеленого лука, из них получится отменная ароматная похлебка.
— Ты чего пришел?
Е Ли с тревогой огляделся по сторонам и, убедившись, что их никто не замечает, облегченно выдохнул.
— С чего бы мне не приходить?
— Мы ведь не близкие люди, уходи скорее.
Е Ли явно не забыл об этом. И хотя пока никто на них не обращал внимания, кто поручится, что в следующую секунду из какого-нибудь странного угла не вынырнет очередной зевака.
Е Ли старался ежесекундно держать дистанцию с Инь Бэем.
Не сказав и пары слов, Инь Бэй был изгнан Е Ли.
Инь Бэй испытывал глубокое и беспомощное раздражение, ему оставалось лишь поручить Гао Шу приглядывать за Е Ли.
В мыслях он уже клялся, что по возвращении домой непременно прижмет этого маленького мерзавца, вечно норовящего оттолкнуть его, к постели и как следует отчитает.
Гостей было много, и разместить всех внутри главного зала, разумеется, не представлялось возможным.
Поэтому снаружи также было выставлено немало угощений.
Е Ли взял парочку пирожных и тихонько устроился с ними на корточках рядом с Гао Шу, уплетая сладости.
Поглядев на Гао Шу, который сидел точно так же, Е Ли внезапно почувствовал укор совести.
— Тебе необязательно сопровождать меня.
Ему-то нужно было лишь скрыться от чужих глаз.
А вот заставлять Гао Шу разделять эту участь казалось уже несправедливым.
— Так даже лучше.
Гао Шу действительно так считал: их госпожа выглядела прекрасно — чистая и непосредственная, это куда приятнее, чем общаться с теми старыми хитрыми лисами, у которых на уме одни интриги.
В отличие от не желавшего здесь находиться Е Ли, многие гости только и стремились завести полезные знакомства. И пусть на таких банкетах не было репортеров, само участие в мероприятии столь влиятельных людей добавляло очков к престижу.
Поэтому многие, как и Е Ли, могли лишь слоняться снаружи, любуясь пейзажами и лакомясь десертами — внутрь их даже не приглашали.
-
— Мои люди докладывали, что ты привел с собой какого-то юнца.
Инь Сюйшань посмотрел на стоявшего перед ним Инь Бэя.
Инь Бэй изначально и не пытался ничего скрывать, поэтому просто кивнул:
— Да.
— Раз уж привел, почему не представил мне?
— Он немного вас побаивается.
Инь Сюйшань холодно фыркнул:
— Раз боится — нечего было и приходить. Живо приведи его ко мне, я хочу собственными глазами увидеть того смельчака, который сумел до такой степени очаровать моего лучшего внука.
— Дедушка такой грозный, будет лучше ему не показываться на глаза.
Инь Сюйшань чуть не скончался от злости на этого непутевого внука.
Что значит «такой грозный, лучше не показываться»?!
— Сегодня я его непременно увижу.
В конце концов Е Ли все же привели во внутренний двор.
Он покосился на стоящего рядом Инь Бэя:
— Не мог бы ты сказать своему дедушке, что я упал в обморок?
Е Ли все еще пытался сопротивляться, полагая, что его спасение возможно.
— Не мог бы.
Ответ Инь Бэя прозвучал холодно и безжалостно.
Е Ли: «QAQ».
Инь-инь-инь, пора бы уже вписать следующий план побега в рабочее расписание, эту жизнь больше невозможно выносить.
— Малыш, мы снова встретились.
Откуда-то изнутри донесся крайне несерьезный голос Инь Наня.
Е Ли бросил на него мимолетный взгляд, тут же опустил голову и послушно замер за спиной Инь Бэя, изображая образцовую перепелку.
— Ты и есть Е Ли.
— Нет.
Е Ли поднял голову и рефлекторно отнекался.
Инь Сюйшань: «...Я уже давным-давно в курсе ваших дел, просто не хотел вмешиваться. Но запомни: я никогда не позволю своим потомкам завести мужа-невесту и опозорить имя предков».
— Нет-нет-нет, я всего лишь его содержанка, нанятая за деньги на стороне!
Эта шапка оказалась настолько велика, что он ни за что не стал бы ее примерять.
— Он привел меня сюда просто для того, чтобы я повидал мир.
Поэтому, пожалуйста, не угрожайте ему, у беременных очень ранимая душа, они не вынесут ни малейших потрясений.
— Если он захочет жениться, я не стану вмешиваться, так что уважаемому господину Иню не стоит опасаться, что из-за меня род Инь прервется.
Что же до того малыша, что сидит у него внутри, — извините, но к этой семье он не имеет ни малейшего отношения.
И раз Инь Бэй ничего не знает, пожалуй, лучше ему пока и не рассказывать.
Бедный старик, всю жизнь провоевавший в кавалерии, был зажат в угол так, что не мог вымолвить и полслова.
В комнате воцарилась удушающая тишина.
Инь Нань бросил взгляд на Е Ли:
— Второй, где ты откопал такое сокровище?
Умудрился загнать их деда в тупик без единого слова ответа — просто высший пилотаж.
049. Я ни за что не надену для тебя юбку.
Они действительно едва знакомы, и Е Ли изо всех сил старался это подчеркнуть.
Брать на себя ответственность за пресечение их рода он не собирался.
— Думаешь, я в это поверив?
Услышав слова Е Ли, старейшина Инь холодно фыркнул.
Е Ли был готов клясться на небесах.
Смертельно уставшим взглядом Е Ли уставился на старика, восседавшего в кресле:
— Клянусь, все, что я сказал — чистая правда. Мы с Инь Бэем абсолютно чисты друг перед другом, у нас отношения, построенные исключительно на деньгах, никаких чувств.
Чистая плотская связь, финансовая сделка.
— Только деньги и никаких чувств?
— Угу. Можете откупиться от меня деньгами, я с радостью уйду.
Лицо Е Ли излучало абсолютную искренность.
— Но если сумма меньше ста миллионов, можете даже не заикаться. В конце концов, карманных денег он дает мне куда больше, так что соглашаться на меньшее мне просто невыгодно...
Он сбежит не потому, что ему жаль расставаться, а исключительно из-за того, что сумма слишком мала.
У Инь Бэя ужасно заныли зубы.
Инь Сюйшань: «...»
Глядя на ангельски послушное лицо Е Ли, Инь Сюйшань чуть не изблювал кровь.
Мысленно он сделал свирепую пометку в своем черном блокноте против имени Инь Бэя — во всем наверняка виноват он один! Ведь до того, как появился Инь Бэй, Е Ли удавалось скрываться почти два часа!
И стоило Инь Бэю уйти, как его тут же вызвали на ковер. Даже дураку понятно, что здесь не обошлось без самого Инь Бэя.
— А ты? Что думаешь ты?
Инь Сюйшань перевел взгляд на внука.
Инь Бэй покосился на стоявшего рядом Е Ли и промолчал.
Хоть он ничего не сказал, в этом мимолетном взгляде читалось целое море слов. Старейшина Инь едва не задохнулся от ярости, глядя на эту физиономию непутевого внука.
Инь Нань с нарочитой заботой похлопал деда по спине:
— Дедушка, не сердитесь. Они же оба сказали — так, баловство одно, ничего страшного.
Инь Сюйшань: «...»
— Никакого баловства, что за беспредел?! Сдается мне, та девчонка из семьи Ван вполне хороша. Назначим дату, и вы поженитесь.
Старик говорил небрежно, нисколько не заботясь о мнении собственного внука. Подойдет любая девица из приличных семей, лишь бы не мужчина — это была его последняя дедовская линия обороны.
Е Ли решил, что раз он уже обозначил свою позицию, его больше не должны трогать... по идее.
В конце концов, дальше пойдет разговор о дате свадьбы и прочем бреду, оставаться здесь ему совершенно не к месту.
Е Ли воровато отступил за спину Инь Бэя и, заметив, что на него никто не обращает внимания, потихоньку двинулся к выходу. Меня не видно, меня не видно, он всего лишь ничтожная мелкая сошка.
Его тело медленно доплыло до дверей. Еще чуть-чуть — и он спасется! Но Инь Бэй, судя по всему, не собирался отпускать его так легко: он просто схватил Е Ли за шиворот сзади и выволок обратно.
— Я женюся только на нем.
Е Ли: «...»
Товарищ Инь Бэй, одумайся! От таких речей мне становится страшно, ведь твой дедушка наверняка меня прикончит!
Он вовсе не собирался умирать так, чтобы от него мокрого места не осталось.
Ходили слухи, что в семьях с таким влиянием убрать человека — все равно что раздавить муравья. А Е.муравей.Ли вовсе не горел желанием быть раздавленным.
Он дернул Инь Бэя за рукав, пытаясь вернуть того в реальность.
Не нужно нести всякую чушь, как могут пожениться два едва знакомых человека?
Женитьба исключена, а вот статус партнеров для постели — пожалуйста.
Инь Сюйшань глубоко, очень глубоко вздохнул:
— Выйди.
Е Ли послушно отозвался:
— Хорошо.
Он и сам давно рвался прочь. Получив приказ, он помчался со всех ног, не собираясь оглядываться на собственного мужчину.
Инь Бэй смотрел на стремительно улепетывающего Е Ли и чуть не задохнулся от бешенства.
— Ты думал о тех проблемах, с которыми столкнетесь после свадьбы? Быть может, сейчас тебе кажется, что все нипочем, но дожив до моих лет, ты поймешь всю важность продолжения рода. Можешь продолжать свои нынешние отношения с ним, но ты обязан жениться — это мое последнее условие. Не вынуждай дедушку принимать меры против него.
Достигнув нынешнего положения, Инь Сюйшань, разумеется, не был добрым и мягким человеком.
Если он столько лет закрывал глаза на присутствие Е Ли, то лишь потому, что не хотел рвать отношения с любимым внуком.
Иначе над семьей Инь снова стали бы потешаться за спиной.
— Я надеюсь, ты не заставишь деда разочароваться.
Инь Сюйшань больше не дал Инь Бэю возможности возразить.
Дежуривший у дверей пожилой дворецкий бросил взгляд на замерших там братьев и отворил перед ними створки.
Инь Нань посмотрел на Инь Бэя:
— Серьезно?
— Разумеется, серьезно.
-
Когда Инь Бэй отыскал Е Ли, тот сидел на корточках в самом дальнем углу и шушукался с Гао Шу, поливая грязью главного виновника — то есть его самого.
Сталкеру Е Ли, без устали полоскавшему Инь Бэя на чем свет стоит, Гао Шу мог предложить лишь неловкую, но вежливую улыбку.
Это было поистине неловко: в конце концов, Е Ли ругал его непосредственного начальника. Поддакивать — срежут зарплату; не поддакивать — настучат наставления на подушку, и зарплату все равно срежут...
Как ни крути, в дураках оставался он один.
Поэтому быть подчиненным — тяжелый крест.
Поскольку Е Ли и Гао Шу сидели лицом друг к другу, Гао Шу уже заметил приближающегося Инь Бэя, в то время как Е Ли оставался в неведении.
Е Ли вовсю вошел во вкус и в упор не замечал сигналов Гао Шу глазами.
— Ты просто не представляешь, сколько с Инь Бэем проблем, он та еще зануда, к тому же совсем не умеет заботиться о людях! Такой вредный, я ни за что не женюсь на нем, хм!
Видимо, перевозбудившись от пережитого стресса, Е Ли выдавал всю подноготную Инь Бэя с особым энтузиазмом.
Гао Шу изо всех сил пытался его остановить, его глаза уже дергались от напряжения, но Е Ли было не остановить.
Е Ли увлекся не на шутку.
А когда он наконец заметил Инь Бэя, было уже поздно: всё, что следовало и не следовало говорить, уже прозвучало.
Е Ли поднялся на ноги и опасливо заглянул в лицо Инь Бэю: хм, выражение вроде не слишком радостное.
— Ты пришел.
— Угу.
— А когда ты пришел?
Е Ли сама кротость.
— Как раз в тот момент, когда ты рассуждал о том, какой я проблемный и занудный.
Е Ли остолбенел. Это означало лишь одно — Инь Бэй слышал абсолютно всё!
Е Ли рефлекторно уставился на Гао Шу в поисках хоть какой-то поддержки.
Но Гао Шу уже устроился на корточках у пруда и увлеченно разглядывал карпов, проявив просто чудовищную бессердечность.
Инь Бэй сделал шаг вперед, и Е Ли с перепугу отшатнулся назад.
— Не подходи.
Е Ли выставил перед собой руку, упираясь ладонью в грудь Инь Бэя, останавливая его дальнейшее продвижение.
-
Вокруг него витала аура беззащитного маленького зверька, вызывающего жалость и выглядящего столь беспомощно, что обижать его казалось просто грехом.
Но Инь Бэй полностью оправдывал звание аса среди хищников: он сделал вид, будто ничего не слышал, и продолжил надвигаться.
Позади Е Ли возвышался искусственный холм из камней. Сделав еще пару шагов назад, он уперся спиной в каменную глыбу.
— Не хочешь жениться на мне? Содержанка, нанятая за деньги?
http://bllate.org/book/22947/2446703
Готово:
