— Малыш, иди сюда, покури, самое большее через полчаса машину тебе доставят.
Невзрачный мужичонка протянул Ян Житяню сигарету и даже услужливо помог её прикурить.
Ян Житянь с улыбкой затянулся, почувствовав, как его карманы уже успели обшарить, но и бровью не повёл. Он лишь с похотливым выражением лица уставился на женщину в кожаной кучке и бросил:
— Да подумаешь, машина! Не к спеху. Ого, а бабёнка-то хороша!
С этими словами он наградил мужичонку многозначительным взглядом, говорящим: «Неплохо же ты поживился», — отчего тот заметно занервничал.
Тут подошла Чэн Ши и недовольно бросила:
— Чего тут пялиться? Фиономина у неё ледяная, в постели от такой задохнуться можно!
Женщина в кожаной кучке хранила ледяное молчание и не произнесла ни слова.
Вскоре неподалёку остановился огромный длинномер, с которого съехал новый, заправленный до полного бака «ауди». Женщина в кожаной кучке подошла к водителю и взяла из его рук пакет.
Приблизившись к Ян Житяню, она сухо произнесла:
— Свидетельство о регистрации и всё прочее — здесь, в пакете. Бак полный, можете ехать смело, без опаски.
Затем она отошла в сторону, скрестила руки на груди и больше не проронила ни звука. Ян Житянь толкнул в бок такую же хмурую Чэн Ши и велел:
— Иди садись за руль! — при этом он незаметно подмигнул ей.
Подождав, пока Тетушка Сянфэн и остальные пересядут в новую машину, Ян Житянь с ухмылкой бросил женщине в кожаной кучке:
— Красавица, мы направляемся в город Чу. Как будет время, я угощу тебя обедом!
Однако Эргоуцзы дёргнул его за рукав и шёпотом пробормотал на ухо:
— С-слушай… Тянь-гэ, этот урод только что пытался тебя обворовать!
Ян Житянь посмотрел на уродливую физиономию Эргоуцзы, едва не фыркнув от смеха, и подумал про себя: ну вылитая парочка сапог пара, одного поля ягоды!
Он лишь сердито зыркнул на Эргоуцзы, веля ему живо лезть в салон и не болтать лишнего, после чего не спеша устроился на переднем пассажирском сиденье.
Стоило Чэн Ши, напустив на себя мрачный вид, собраться тронуться с места, как из-за окна донёсся холодный голос женщины в кожаной кучке:
— Красавчик, на досуге всё же следи за своей бабёнкой: с таким бешеным нравом недолго и впросак попасть!
Чэн Ши тут же взбеленилась и уже собиралась выскочить наружу, но Ян Житянь удержал её за руку и тихо сказал:
— Поехали, за нами следят.
Чэн Ши опешила и, подавив гнев, тронулась с места.
— Ин-цзэ, у этого паренька в карманах шаром покати, не слишком ли грубо мы сработали? — низкопоклонно осведомился мужичонка.
На холодном лице Чжан Ин промелькнула едва заметная улыбка, и она пробормотала:
— Парень хоть и смазлив, но в постели, видно, никудышный!
Мужичонка похотливо ухмыльнулся и подобострастно спросил:
— Откуда вы знаете?
Чжан Ин лишь холодно фыркнула:
— Будь он на что-то годен, с чего бы его бабёнке так беситься? — при этом в памяти всплыло, как Чжан Цян лишил её девственности всего за какую-то минуту.
— Пошли, другую машину возьми. Следи за ними в оба, я должна точно знать, есть ли у него при себе эта вещица!
Чжан Ин взяла себя в руки и холодно приказала:
Восемьдесят седьмая: То, что прячется в штанах
— Чего это ты на каждой юбке заглядываешься? И кстати, что ты имел в виду, когда сказал, что за нами следят? — ворчала Чэн Ши, ведя машину с мрачным лицом.
Ян Житянь почмокал губами и с дьявольской ухмылкой пояснил:
— Да что ты понимаешь? Урод, что тёрся возле неё, только что облазил карманы твоего мужичка вдоль и поперёк. Думаю, они пытаются найти ту самую штуковину!
Чэн Ши опешила, покосилась на Эргоуцзы, который сладко посапывал, и тихо переспросила:
— Ты хочешь сказать, что они подобрались к нам нарочно, чтобы стибрить этот жетон?
Но Ян Житянь покачал головой:
— Едва ли. Они, судя по всему, сами не уверены, при мне ли он, иначе действовали бы наверняка. Если бы точно знали, уже давно отобрали бы силой — вещица-то не из простых!
Последние слова он произнёс вполголоса.
Чэн Ши покосилась на карман Ян Житяня и с подозрением спросила:
— А где же жетон?
Сань ухажёр впился глазами в её выдающиеся округлости, едва не пуская слюнки.
Чэн Ши не выдержала и отвесила ему подзатыльник, услышав в ответ бормотание:
— Веди машину и не отвлекайся. Жетон я засунул тебе за бюстгальтер ещё когда ты выходила из машины…
Чэн Ши машинально сунула руку в вырез, нащупала тот самый жетон и выругалась:
— Похотливый подонок!
Однако в её глазах читалось восхищение: хоть этот мужик и был озабоченным, ума ему было не занимать — надо же, спрятал вещицу ещё до того, как она вышла.
Заметив, что уже смеркается, она тихо шепнула на ухо Ян Житяню:
— Давай завернём на придорожную заправку, переночуем. От одного твоего взгляда у меня там всё уже промокло насквозь!
В ответ раздался развратный смешок Ян Житяня:
— Четвером в одной постели?
Чэн Ши закатила глаза и тихо выругалась:
— Извращенец… Если я выбьюсь из сил, а у тебя ещё останется порох в пороховницах, делай со мной что хочешь…
Видя, как не скрывает своих желаний Чэн Ши, Ян Житянь почувствовал, как в нём вскипает похоть. Не удержавшись, он облапил её за грудь и наигранно возмутился:
— Погоди у меня, еще узнаешь, на что способен твой муж!
В ответ раздался заливистый, распутный смешок Чэн Ши, и всё раздражение от встречи с женщиной в кожаной кучке вмиг улетучилось.
— Ты сколько дней не жрал? Не позорь меня перед людьми, сукин сын! — злобно выругался Ян Житянь, вытирая рот и косясь на жадно уплетающего за обе щеки Эргоуцзы.
Но тот, продолжая набивать рот, пробормотал:
— Чего вы? Двадцать юаней за порцию, как я могу не наесться?
Ян Житянь лишь хмыкнул и безапелляционно заявил:
— Пойдём-ка наверх. Эргоуцзы, ночевать будешь в машине, смотри мне, чтобы её не угнали!
Эргоуцзы чуть язык не проглотил от такой несправедливости и скорчил кислую мин:
— Почему я-то?!
На что Ян Житянь с ехидной улыбкой бросил:
— Нас четверо, у нас сегодня дела, а ты один бездельничаешь. Кому ж еще?
С этими словами он, не обращая внимания на Эргоуцзы, повёл Чэн Ши, тетушку Сянфэн и У Цзяхуэй к заранее снятым номерам.
Глядя им вслед, Эргоуцзы дожевал кусок манату, свирепо впился в него зубами и пробормотал под нос:
— Подумаешь, бабские дела… Будто я сам не знаю, чего ради они запираются!
Повернув голову, он заметил через стекло какого-то человека, заглядывавшего внутрь их машины. Выплюнув манату, он выскочил наружу.
— Ты чьих будешь, ослиная твоя морда? Чего уставился? Не видал хороших тачек?
Уперев руки в боки, Эргоуцзы выплеснул накопившееся раздражение.
Незнакомец обернулся, и оказалось, что это молодая женщина с короткой стрижкой — со спины её запросто можно было принять за парня.
— Братец, я правду говорю, сроду не видела таких машин. Вот думаю: переночевать бы хоть разок в такой красавице — помереть не жалко!
Одета незнакомка была простовато, но голос звучал на редкость сладко.
Лицо Эргоуцзы перекосило от предвкушения, он расплылся в ухмылке и предложил:
— Да базар вокзал! Хочешь, заночуем сегодня в машине вдвоём? Как идея?
Восемьдесят восьмая: Зачем я сюда приехала?
— Правда? Да неужто я тебе приглянулась?
Короткостриженая женщина чуть не подпрыгнула от радости, взволнованно воскликнув:
— Да ты что! Сама погляди, какая ты красавица, это я ещё бояться должен, как бы ты меня не отвергла!
Эргоуцзы дурашливо ухмыльнулся, распахнул дверцу машины и с нарочитой галантностью сделал жест приглашения, хотя натянутые брюки уже недвусмысленно выдавали его истинные намерения.
Короткостриженая женщина, казалось, не заметив странностей Эргоуцзы, юркнула на заднее сиденье.
Оглядевшись по сторонам и убедившись, что уже совсем стемнело, возбуждённый Эргоуцзы нырнул следом и хлопнул дверцей.
— Меня зовут Эргоуцзы, а тебя как?
Дрожащими руками он обнял женщину за плечи, впившись глазами в две качающиеся под одеждой аппетитные груди, и сглотнул слюну.
Заметив его хищный взгляд, женщина на секунду скривила губы в презрительной усмешке, но тут же взяла себя в руки и сладко проворковала:
— Меня зовут Сянсю. Эргоу-гэ, чего ты так смотришь, аж не по себе как-то…
Пошловато потянув носом воздух, Эргоуцзы захихикал:
— Ты пахнешь так сладко, прямо как твоё имя. Хе-хе, а где это тебе не по себе?
Тело Сянсю качнуло, с губ сорвалось томное «ах», и она прерывисто зашептала:
— Сам знаешь где… Из-за тебя внизу всё такое липкое стало…
Не успела она договорить, как Эргоуцзы, трясущимися руками срывая с неё одежду, зачастил:
— Я… я тебя сейчас вылечу, сразу полегчает!
Сянсю жеманилась, играя в недотрогу:
— Эргоу-гэ, аккуратней, не порви платье… — впрочем, секунду спустя она уже лежала на заднем сиденье нагишом, выставив вперед аппетитный округлый зад.
У Эргоуцзы чуть носом кровь не пошла. Пытаясь наспех распутать узел на поясе штанов, он только сильнее затянул его намертво и засуетился пуще прежнего.
Тогда Сянсю обернулась, одним движением стянула с него штаны и, бросив на прощанье манящий взгляд, снова отвернулась.
Дрожа от нетерпения, Эргоуцзы нащупал нужное место и вонзился внутрь.
— Мм… — простонала Сянсю, похоже, и впрямь получая удовольствие.
— Слышь, Сянь-цзы, иди глянь!
Двигая шторы, Ян Житянь при тусклом уличном свете заметил, что их машина ходит ходуном.
— Чего я там не видала? — удивилась Чэн Ши, утирая полотенцем влажные волосы. На ней оставались лишь трусики, и две сочные груди заметно покачивались при каждом движении.
— Да неужто у Эргоуцзы талант прорезался? — заметив ритмично качающуюся машину, Ян Житянь изумленно обернулся и крикнул: — Тетушка Сянфэн, Цзяхуэй, идите скорее сюда!
Но Цзяхуэй бросила лишь один взгляд на происходящее и смущенно пробормотала:
— Больше минуты эта тачка точно не продержится…
Не успела она договорить, как машина замерла, вызвав у компании приступ гомерического хохота.
А Эргоуцзы чувствовал лишь, как в месте их соипления всё залито влагой, словно прорвало плотину. Сделав пару судорожных толчков, он без сил осел на Сянсю и замер.
— Эргоу-гэ, да ты просто зверь… Я чуть не померла! — прошептала Сянсю, пряча на лице презрительную ухмылку.
Это польстило самолюбию Эргоуцзы: не утруждая себя одеждой, он прямо так и завалился спать на заднем сиденье, привалившись к спинке.
— Да где же он?
Сянсю перерыла все коробки в салоне вдоль и поперёк, но кроме пачек крупных купюр не обнаружила и следа жетона, о котором говорила Ин-цзэ. Чертыхаясь, она вылезла наружу.
Захлопнув дверцу, она презрительно покосилась на валявшийся в отключке орган Эргоуцзы, сплюнула на землю и злобно выругалась:
— Мало того что жетон не нашла, так у этого обсоса и член коротышка, и кончает моментально! Чего ради я вообще сюда перлась?
— Хе-хе, горячая бабёнка, повезло же Эргоуцзы, сукину сыну!
Стоя у окна, Ян Житянь наблюдал, как Сянсю вылезла из машины и затерялась в темноте.
Восемьдесят девятая: Полторы минуты
— Ай… — Ян Житянь почувствовал, как кто-то мёртвой хваткой вцепился в его мужское достоинство, и шумно втянул воздух.
Позади раздался сердитый голос Чэн Ши:
— Чего ты пялишься на всяких шлюх, у меня самой уже всё мокрое!
— Всё, с меня хватит! Иди… иди развлекайся с ними двумя, — выдохнула Чэн Ши, без сил падая на кровать и тяжело дыша: её ягодицы покраснели от ударов, а спина покрылась испариной.
Ян Житянь шлёпнул её по заду и проворчал:
— То-то же! Будешь знать, как недооценивать своего мужика!
Повернувшись к тетушке Сянфэн и Цзяхуэй с грозным членом наперевес, он хищно ухмыльнулся:
— Ну что, которая первая?
***
— Мм…
— Когда мы будем в городе Чу?
Жевывая на ходу, поинтересовался Ян Житянь.
— К полудню доберёмся. Что, соскучился по своей Сяоцзин и остальным? — Чэн Ши откусила манату и бросила на него косой взгляд.
Ян Житянь лишь ухмыльнулся и продолжил жевать.
Тут раздался гнусавый голос Эргоуцзы:
— Тянь-гэ, а чего меня не разбудили завтракать?
Ян Житянь скривил губы, скосился на него и протянул:
— Ну, глядя на то, как ты вчера отпахал целую минуту, я подумал, что тебе нужен отдых, хе-хе…
— Кхе-пхм… — Чэн Ши с тетушкой Сянфэн едва не подавились, выплеснув еду на стол. У Цзяхуэй поспешно опустила голову, добела сжав губы, чтобы не засмеяться во весь голос.
Эргоуцзы же ни капли не смутился. Шмыгнув носом, он уселся рядом с Ян Житянем и зашептал:
— Тянь-гэ, откуда ты знаешь? Я тебе скажу, вчера я был на высоте! По моим прикидкам, вышло не меньше полутора минут!
Последнюю фразу он выпалил с железной уверенностью в голосе.
С трудом подавив желание съездить по этой уродливой морде, Ян Житянь выругался:
— Проваливай к чертям собачьим, дуй за жратвой, не то оставлю тебя здесь куковать!
Эргоуцзы перепугался и тут же побежал покупать завтрак.
— Так дело не пойдет, Сянь-цзы. Куда ни сунемся — везде хвост, вздохнуть не дают, — вздохнул Ян Житянь.
Чэн Ши зыркнула на него и огрызнулась:
— Хватит умничать, сам-то мало натворил? — при этом она нарочно выделила интонацией слово «натворил», намекая на ночные подвиги.
Утерев рот, она продолжила:
— Придумай лучше, как от них оторваться.
Поразмыслив с минуту, Ян Житянь тихо сказал:
— На трассе делать нечего. Деремся до города Чу, а там поглядим.
Остальные женщины не смогли предложить ничего лучше и молча согласились.
— Пошли, скорее в город Чу. Найду место, где можно прилечь — после вчерашнего с этим извергом чувствую себя так, будто меня через мясорубку пропустили, — проворчала Чэн Ши, поднимаясь на ноги.
— Эй, подождите меня! Вы чего это? — заприметил побег Эргоуцзы и кинулся следом, но на ходу вспомнил, вернулся, подхватил недоеденную еду и только тогда припустил догонять остальных.
— Ин-цзэ, они тронулись.
Невзрачный мужичонка тихо доложил Чжан Ин.
Стоявшая у окна женщина долго смотрела ему вслед и наконец холодно бросила:
— Ладно, дальше я сама. Позвони моему названному отцу и скажи, что у этого Яна, похоже, и вправду нет той вещицы.
Мужичонка отчеканил «есть» и вышел звонить.
Чжан Ин пробормотала себе под нос:
— А паренёк-то крепкий, почти всю ночь напролёт кувыркался… Сяосю, чего ты с самого утра ходишь с кислой миной?
Сянсю тяжело рухнула на кровать и злобно выдала:
— Я зла как чёрт! Этот урод вчера — ладно бы лицом не вышел, так у него же коротышка! Прошло чуть больше минуты, а я даже распробовать ничего не успела, как он уже кончил…
При этом она показала пальцами отрезок сантиметра в три.
Девяностая: Напролом через пункт оплаты
— Ишь ты, какая ненасытная! Раньше я за тобой такого не замечала, неужто названный отец тебя так растормошил? — на холодном лице Чжан Ин промелькнула редкая улыбка.
— Ой, да брось ты про этого старого извращенца! Сам никакой, а туда же — всё одно и то же каждую ночь, ни рыба ни мясо! — поморщилась Сянсю.
Чжан Ин подошла к двери, прислушалась и цыкнула:
— Тише ты, не болтай лишнего. Дойдёт до него — мало не покажется.
Немного испугавшись, Сянсю всё же не удержалась от злобного плевка:
— Старый хрыч!
Похлопав её по плечу, Чжан Ин улыбнулась:
— Ладно, собирайся, выдвигаемся. Смотри не упусти их.
С этими словами она потащила за собой недовольную Сянсю.
— За нами хвост, тачка всё та же. Неужто вчерашняя мадам? — бросив взгляд в зеркало заднего вида, спросила Чэн Ши.
— Плюнь и забуди, я её не трахал, пусть у того голова болит, кто её оприходовал, — лениво отозвался Ян Житянь, ковыряясь в зубах.
Тут к нему протиснулся перепуганный Эргоуцзы и заискивающе спросил:
— Слышь… а баба, о которой вы толлко что судачили, случаем, не Сянсю звали?
Не успел он договорить, как Чэн Ши двинула ему прямо в нос. Зажав окровавленный нос руками, Эргоуцзы заревел белугой, не в силах вымолвить ни слова, а Чэн Ши пригрозила:
— Урод! Еще хоть раз покажешься со своей перекошенной рожей в радиусе поражения моего кулака — убью на хрен!
Придя в себя лишь спустя добрых полчаса, Эргоуцзы повернулся к ехидно ухмыляющейся тетушке Сянфэн и жалобно затянул:
— А что такое «пять органов»?
Цзяхуэй стало жалко дурака, но, поймав свирепый взгляд матери, она еле слышно выдала:
— Это твоя физиономия…
— Сянь-цзы, как съедем с платной дороги, сразу бери вправо, найди глухой закоулок, бросай машину — дальше пешком, — приказал Ян Житянь, проигнорировав стоны Эргоуцзы.
Чэн Ши коротко бросила «поняла» и резко вдавила педаль газа, мгновенно увеличив отрыв.
— Ишь, думали удрать на моей тачке? Размечтались! — процедила сквозь зубы Чжан Ин и тоже утопила педаль в пол, не отставая ни на метр.
Как ни гнала Чэн Ши, стрелок спидометра замер на отметке в сто сорок и выше ни в какую не шёл. Крутанув руль, она злобно выругалась:
— Они покопались в машине, выше этой скорости она не едет!
Но Ян Житянь лишь с усмешкой успокоил её:
— Ерунда, кати потихоньку. На выезде с платки я прикрою твоё лицо пиджаком, и мы прорвемся напролом, хе-хе…
Чэн Ши бросила на него скептический взгляд, но всё же послушно кивнула.
— Держись, только в шлагбаум не впаяйся, — скомандовал Ян Житянь и набросил пиджак им на головы.
Новенькая «ауди» снесла заграждение и вылетела со станции. Ян Житянь сдёрнул пиджак и весело скомандовал:
— Сворачивай, сворачивай!
— Мать твою! Сянсю, звони им немедленно, пускай ищут, мы потеряли след! — взбесилась Чжан Ин.
Преследовать их было уже поздно — пришлось плестись через терминал оплаты. Из будки доносился голос оператора, докладывавшего наверх номер машины, а вот лиц разглядеть не удалось.
Лицо Чжан Ин почернело: она вспомнила, что при покупке этой тачки оформила её на своё имя…
— Ха-ха-ха, представляю, как бесится эта ледяная сучка, когда до неё допрёт! — заливалась серебристым смехом Чэн Ши, и при каждом вздрагивании её аппетитные груди колыхались так соблазнительно, что Ян Житянь едва не терял рассудок.
Девяносто первая: Громадина
— Кончай веселиться, давай отсюда ноги делать. Чую, долго они нас искать не будут, — с трудом отвлекшись от манящих форм Чэн Ши, произнёс Ян Житянь.
Чэн Ши осталась довольна произведённым эффектом и уже собиралась ответить, как вдруг заметила, что Эргоуцзы пялится на неё теми же масляными глазами. Лицо её вмиг потемнело:
— Урод, спрячь свои зыркалы, а то выцарапаю!
Эргоуцзы испуганно съёжился, перевёл взгляд на Ян Житяня и заискивающе затянул:
— Тянь-гэ, и что теперь делать-то будем?
http://bllate.org/book/22895/2436002
Готово:
