Мин Тан яростно прорычал несколько слов, а затем, имитируя слабость, опустился на стул. Тяжело дыша, он пояснил:
— Сударыня, венерическая болезнь — недуг хоть и неизлечимый, но я обязан оставить наследника роду Жунчунь.
Госпожа Цзян стояла в полном замешательстве, проклиная тот момент, когда согласилась прийти сюда. Она горько раскаивалась.
— Раз уж вы, сударыня, утверждаете, что здоровье второй барышни Хэ отменное, я спокоен. Полагаю, после первой же брачной ночи, когда она заразится, у неё хватит сил выносить ребёнка.
У госпожи Цзян затылок онемел от ужаса. Она с отвращением посмотрела на свой рукав, за который только что хватался этот человек, словно проглотила живую муху. Ей хотелось немедленно сбежать.
— В таком случае, прошу вас, передайте почтенному главе семейства Хэ, чтобы он замолвил за нас словечко перед императором. Давайте поскорее скрепим наши семьи узами брака.
Мин Тан долго и горестно вздыхал, но, видя, что гостья молчит, потянулся к её одежде.
— Ах, не смейте меня трогать! — Госпожа Цзян была на грани срыва. Забыв о приличиях, она отскочила к самой двери и, тяжело дыша, выпалила: — Можете не передавать мои слова главе дома! Наследник, боюсь, наша свадьба не состоится!
{Да ладно? Мой главный козырь ещё даже не в игре, а они уже сдаются?}
Лицо Мин Тана вмиг помрачнело. С его напудренным до белизны лицом это выглядело жутко. Он ледяным тоном процедил:
— Прекрасно! Значит, ваш ничтожный род Хэ смеет водить за нос членов императорской семьи?
Сваха, которая тоже была из дома Хэ, перепугалась не на шутку. Она толкнула госпожу Цзян в бок и зашептала:
— Говорите аккуратнее, это ведь всё-таки княжеский дом Жунчунь...
Пальцы госпожи Цзян дрожали. Она стояла у двери, не решаясь даже прикоснуться к косяку, словно всё в этой комнате было пропитано заразой. Она опустила руку, которой хотела прикрыть нос, и пролепетала:
— Мой свёкор лишь упомянул об этом перед императором, а Его Величество ответил, что сначала нужно спросить желания самого наследника. Это ещё не считается императорским указом!
{Ха, я так и знал, что вы раздули из мухи слона!}
Мин Тан не унимался:
— Неважно, что вы говорите! Моя безупречная репутация едва не оказалась запятнана связью с вашей барышней. А теперь вы заявляете, что не хотите свадьбы? Где мне теперь искать оправдания перед всем светом?
Госпожа Цзян про себя подумала: разве может считаться безупречной репутация того, чьё тело истощено венерической болезнью?
Лин Ханьсюнь, долго наблюдавший за этим представлением, решил, что пора заканчивать. Он поднялся и встряхнул рукава:
— Госпожа Хэ, хоть я и вошла в этот дом совсем недавно, я тоже дорожу своим именем.
— К-княгиня... — Госпожа Цзян, увидев внезапно ставшее суровым лицо Лин Ханьсюня, едва могла связать слова. — Да, мы проявили неосторожность, явившись без приглашения, но...
Но кто бы мог подумать, что ваш наследник такой негодяй!
Госпожа Цзян и сваха переглянулись. В голове у обеих вертелась одна мысль: пригласить гостя легко, а вот выпроводить — целая беда.
Мин Тан обмяк на стуле, изображая мучительную слабость. Казалось, он вот-вот испустит дух. Слуги по обе стороны бросились к нему с криками:
— Наследник! О господи, наследнику стало плохо от гнева! Скорее, заприте этих двоих и немедленно доложите князю!
— Род Хэ пришёл обсуждать свадьбу и до смерти напугал наследника! Сюда, скорее!
Чжаоцай и Цзиньбао, получив сигнал от притворяющегося больным господина, заголосили ещё громче.
{Кричите, громче! Пусть вся столица узнает, что вертеть мной, Мин Таном, не выйдет! Кто сунется — живым не уйдёт, шкуру спущу!}
{Чёрт, эта мачеха не такая уж умная. Неужели не видит, что я ей подмигиваю? Денег надо требовать! Я тут лежу, а они не догадываются содрать с них компенсацию?}
Лин Ханьсюнь подумал: если бы не магический артефакт, читающий мысли, кто бы мог догадаться о ваших странных замашках?
Госпожа Цзян была готова упасть в обморок. Она хотела подойти, чтобы проверить состояние наследника, но боялась. Она понимала, что натворила дел, и в панике не знала, куда деть руки. Сваха тоже притихла, хотя соображала быстрее, чем домашняя дама. Она в ужасе бухнулась на колени перед новой княгиней:
— Княгиня, умоляю! Вы же всё видели, мы здесь ни при чём...
— Я видела, как вы сначала презирали наследника, затем отказались от помолвки, а теперь довели его до приступа. Не говоря уже о том, выживет ли он, одни только расходы на лекарства обойдутся в целое состояние. В казне княжества сейчас пусто, и вы об этом знаете. Вы пришли сюда, чтобы погубить наследника? Каковы ваши истинные намерения?
Как только Лин Ханьсюнь закончил, в его голове прозвучало:
{А эта девчонка хороша! Не безнадёжна. У госпожи Цзян на руке отличный браслет, надо его забрать!}
Стоявшие у двери женщины тоже всё поняли. На их лицах отразилось отчаяние, они переглянулись, но не двигались. Чжаоцай и Цзиньбао продолжали причитать:
— О, наш наследник! Почему же вы ушли так рано? Если императрица-мать узнает, что её любимого внука довели до смерти...
— Наследник, не беспокойтесь, я подам жалобу самому императору и добьюсь справедливости! Госпожа Хэ, вам не уйти от ответа!
Слуги пели в унисон, мастерски переняв манеру Мин Тана. Не зря он обучал их полгода. К тому же, это был далеко не первый раз, когда они занимались вымогательством, так что фразы отскакивали от зубов.
После таких воплей госпожа Цзян дрожащими руками потянулась к голове и, стиснув зубы, вытащила золотую шпильку. Она надела её сегодня специально к торжественному наряду, и ей было жаль расставаться с вещью — один только сапфир на ней стоил тысячи лянов. Если бы вокруг не было столько людей, она бы выковыряла камень и спрятала его за пазуху.
Сваха замерла. На её пальце красовалось кольцо с красным агатом — не высшего сорта, но стоило сотни три-четыре лянов. Она поспешно спрятала руку в рукав, чтобы никто не заметил.
Лин Ханьсюнь слегка прищурился и вздохнул:
— Раз вы такие непонятливые, то разговор окончен. Немедленно отправляйтесь со мной во дворец. Наследника должны осмотреть императорские лекари.
— О нет, княгиня, только не во дворец! У меня есть только эта шпилька, я вернусь домой и пришлю остальные деньги!
{Врёт как дышит! А браслет на руке? Сразу видно — дорогая вещь. Послали же тебя, дуру, свататься, не повезло тебе сегодня!}
Лин Ханьсюнь перевёл взгляд на запястье госпожи Цзян. Та заметила его внимание и попыталась спрятать руку, но не посмела.
— Это браслет, подаренный мне старой госпожой, у меня есть только эта пара... — пролепетала она дрожащим голосом.
{Пусть помучаются, в следующий раз неповадно будет соваться ко мне. Кому нужен этот хлам? Потом выкупит из ломбарда.}
Лин Ханьсюнь поднял изящный палец и указал на руку:
— Снимайте. Пойдёт на лекарства для наследника.
{А ту сваху тоже проучить надо. Наверняка она напела им про меня. Решила сосватать такую, как Хэ Цзинчань? Язык ей надо прикусить!}
Госпожа Цзян, бледная как полотно, начала снимать браслет. Лин Ханьсюнь холодно посмотрел на сваху и, ничего не говоря, слегка покачал запястьем.
http://bllate.org/book/22795/2418300
Готово:
