Ты абсолютно прав. Именно поэтому я должна поторопиться и пройти этот инверсный мир, тратить здесь время нет никакого смысла.
Доктор Кондорсе не уступал ни дюйма, его тонкие губы были сжаты в прямую линию, а корпус слегка подался вперед, заставляя старого дворецкого застыть в нерешительности у двери.
Напряжение между ними грозило в любой момент перерасти в открытый конфликт.
Системные правила предельно ясно говорят, что в каждом раунде мы можем выбрать для обыска одну комнату. И эта комната номер семь — как раз мой выбор на этот круг. Медленно заговорила до этого выглядевшая уставшей женщина в клетчатой рубашке. Ее голос был полон легкой усталости, и, продолжая говорить, она крайне небрежно прикрыла рот рукой и зевнула: Я Хелена, а моя карта роли — электронщик из комнаты номер четыре.
Я тоже выбираю для обыска комнату номер семь. В этот момент неспешно подошли Бешеная Рыбка и Нуоно, жившие дальше всех.
Хотя Бешеная Рыбка втайне обменялась с Хэ Си взглядами, внешне она вела себя как абсолютная незнакомка. Подойдя ближе, она искоса взглянула на Кондорсе: Кто знает, не ты ли, доктор, убийца, который специально рвется обратно на место преступления, чтобы провернуть фокус: кричи громче всех держи вора, когда сам им являешься?
На этот раз она отбросила диалект и перешла на стандартный путунхуа, но язык ее по-прежнему оставался ядовитым, а поговорки — все такими же нелепыми.
Она приподняла одну бровь, высокомерно окинула всех взглядом и продолжила: Раз уж все хотят справедливости, то в эту самую минуту у каждого в руке должна быть карта роли? Почему бы нам не представиться? Моя карта — личный телохранитель из комнаты номер три, Бешеная Рыбка.
О? Личный телохранитель? Кондорсе издал насмешливый смешок, и в его глазах за очками заискрился сарказм: Тогда позвольте спросить, как же вы исполняли свои обязанности телохранителя? Позволили вашему нанимателю мистеру Роберту отправиться на тот свет?
В реальной жизни я повидала немало неприятных людей, но вот такого противного, как ты, пожалуй, еще не встречала. Бешеная Рыбка даже глазом не моргнула, мгновенно обратив его насмешки в пустоту, и холодно парировала: Слишком много болтаешь. Называй свою роль, кислая морда.
Ты... Кондорсе явно не ожидал такого ответа. Он в упор уставился на Бешеную Рыбку, глубоко вздохнул, с трудом подавляя поднимающуюся ярость, и свирепо прорычал: Комната номер пять, частный врач, Кондорсе.
Бешеная Рыбка неопределенно пожала плечами, а затем перевела взгляд на стоявшую рядом Нуоно, и в ее глазах читалось исключительно деловое отношение: А ты?
Я — медиум из комнаты номер один, Нуоно, — послушно ответила она, и ее детский голос показался слишком хрупким посреди разборок взрослых.
Ха. Бешеная Рыбка посмотрела на них, ее уголки рта дернулись, а на лице появилось странное и беспомощное выражение: Медиум? Еще и ударилась в мистику, такая крутая роль... Совершенно не вяжется с атмосферой остальных участников.
Хэ Си мысленно горько усмехнулась. Ей оставалось лишь полагаться на преимущество родного языка, чтобы догадываться, что именно пытается выразить Бешеная Рыбка, но способна ли система перевода точно передать эти идиомы для иностранцев?
Что ты вообще несешь, какое отношение роли этих двоих имеют к животным? Ты что, перепутала таблетки? Кондорсе не упускал ни единой возможности огрызнуться.
Не хватает культуры — так больше читай книги, вместо того чтобы нести здесь всякую чушь. — не осталась в долгу Бешеная Рыбка.
Давайте прекратим ссориться, мы же все вместе проходим этот инверсный мир, как после таких размолвок собираемся сотрудничать? Дэвид встал между ними, преграждая путь, словно разводя двух бойцовых петухов, чтобы те не видели друг друга и не затевали драку.
Хэ Си оставила перепалку без внимания и задумалась над мыслью, которую высказала Бешеная Рыбка.
Действительно, старый дворецкий, частный врач, электронщик, детектив-громила, личный телохранитель — все это привычные реальные профессии, но вот «судья правды» и «медиум» явно отдавали сверхъестественной мистикой.
Стоит ли ей прямо сейчас раскрывать свою истинную роль: Скрытый детектив этого дела?
Хэ Си стремительно взвесила все за и против. Будучи журналистом, она привыкла сохранять максимальную скрытность при сборе правды. В традиционной социологии и психологии существует знаменитый эффект наблюдателя: когда объект наблюдения осознает, что за ним следят, он инстинктивно начинает корректировать и маскировать свое поведение, из-за чего подлинные улики теряются за наигранной фальшью.
Только полностью растворившись на заднем плане и став частью обстановки, можно усыпить их бдительность и заставить тени, прячущиеся в темноте, совершить оплошность. Преждевременное раскрытие козырей приведет лишь к тому, что ты сам станешь всеобщей мишенью. Мысленно повторила про себя Хэ Си и предпочла сохранить молчание, продолжая притворяться несколько растерянной и плывущей по течению рядовой участницей.
Видя, что атмосфера немного разрядилась, старый дворецкий Мемфис сохранил свою вежливую улыбку, слегка наклонил корпус и поклонился: Раз так, давайте все вместе войдем внутрь.
[Первый раунд поиска: Комната номер семь]
[Системный вердикт: В этом раунде поиск в комнате номер семь выбрали семь участников.]
[Оставшееся время первого раунда: 00:49:32]
Мемфис медленно толкнул приоткрытую дверь и первым шагнул внутрь. Его кожаные туфли застучали по паркету, и настенные светильники, словно реагируя на появление гостей, сменили полумрак на яркий свет, осветив комнату целиком.
Однако сердце Хэ Си внезапно пропустило удар, и чувство легкой фальши впилось в ее сознание. Она почуствовала неладное, но эта деталь ускользала, словно скрытая за пеленой тумана, и разглядеть ее пока не удавалось.
В этой роскошной комнате находилось огромное панорамное окно во всю стену, за которым простиралась бесконечная темнота. Из-за бушующей снаружи грозы с проливным дождем и раскатами грома это окно казалось гигантским экраном, транслирующим фильм под названием Разрушение и Ничтожность.
Доктор Кондорсе без малейших колебаний первым широким шагом подошел к письменному столу. На этом столе из черного дерева лежал ничком поседевший, иссохший старик.
Кондорсе нахмурился, проверил дыхание, а затем прижал ладонь к области сердца мертвеца. Спустя мгновение он медленно отнял руку, и его пальцы дрожали: Он мертв...
Дворецкий Мемфис тоже подошел ближе и коснулся его груди, а на его исчерченном морщинами лице проступили скорбь и уныние: Подтверждаю, этот человек действительно мистер Роберт. У него... больше нет признаков жизни.
Роберт сидел неподвижно в специальном инвалидном кресле, прижавшись мертвенно-бледным лицом к холодному письменному столу, а его глаза были плотно закрыты.
А по правую руку от него тихо лежала открытая бирюзовая коробочка с лекарствами, крышка которой была откинута, и несколько капсул рассыпалось по столу.
http://bllate.org/book/22768/2412926
Готово:
