Как только системное объявление исчезло, региональный чат забурлил, словно потревоженный осиный гнездо.
— Город Рассвета?! Я посмотрел координаты: он в трёх с лишним тысячах километров от меня! Пять дней, значит, мне придётся бежать по шестьсот километров в сутки! Мой дар всего лишь второго уровня, максимальная скорость — шестьдесят, а ещё нужно беречь силы на борьбу с мутантами, я физически не добегу!
— Три с лишним тысячи километров — ерунда, я в четырёх тысячах. Система открыто намекает, что нам пора на тот свет.
— А что, нельзя не идти? Я тут присмотрел подземный холодильник, припасов хватит на месяц. Пересижу в затишье, а как вы закончите — выберусь.
— Эй, умник, ты ослеп? В объявлении чётко сказано: через сто двадцать часов всё за пределами Города Рассвета накроет вирусный смог. Именно смог, не волна мертвецов и не ледяной шторм, а сам воздух. Спрячешься в подвале, а смог по вентиляционным трубам внутрь пойдёт — сдохнешь быстрее, чем те, кто на поверхности.
— Это они всех выживших в одну клетку загоняют. Дверца захлопнется, и тогда все обитатели клетки перегрызут друг другу глотки. Система с самого начала и не планировала оставлять в живых большинство.
— Игра на выживание в апокалипсисе? Больше похоже на Колизей конца света.
В квартире Су Цинцянь держала чашку с молоком. На дне осталась самая малость, жидкость уже совсем остыла, и на поверхности затянулась тонкая молочная плёнка. Она смотрела в угол поля зрения на кроваво-красный таймер: 119:47:22, цифры секунд продолжали убывать. Пальцы сжали стенки чашки так сильно, что подушечки побелели.
— Город Рассвета…
Она глубоко вздохнула, подняла голову и перевела взгляд на Чэнь Мо, который напротив изучал карту.
— Босс, мы…
Чэнь Мо развернул на экране планшета карту распределения биомассы в заражённой зоне и ввёл координаты 324.5 и 998.1. Карта уменьшилась, и синяя прямая линия соединила их текущую позицию с точкой назначения. Рядом с линией высветилось число.
Три тысячи двести семьдесят километров.
Он развернул планшет к Су Цинцянь. Та уставилась на цифры, её губы слегка дрогнули, но слов не нашлось. Три тысячи двести семьдесят километров, пять дней — в среднем по шестьдесят пять километров в час каждый день. Увидев такое число, обычный игрок наверняка подумал бы: мы обречены.
Палец Чэнь Мо скользнул по синей линии на карте, от текущей точки до самого маркера Города Рассвета. Движение было неторопливым, словно он отмерял путь, который уже твёрдо решил пройти.
— Три тысячи двести семьдесят километров, — его голос звучал совершенно ровно, без малейших колебаний от масштаба цифр. — При моей максимальной скорости, с учётом необходимых пауз и времени на стычки, доберусь примерно за двадцать часов.
Двадцать часов. Су Цинцянь мысленно прокрутила это число. На пятый день апокалипсиса какой-то игрок заявляет, что собирается на себе протащить человека и преодолеть три с лишним тысячи километров меньше чем за сутки. Скажи такое кто-нибудь другой, она бы сочла безумцем. Но говорил это Чэнь Мо. Вчера днём он нёс её на спине, несясь сквозь руины на скорости сорок миль в час, пробивая кирпичные стены, сшибая двутавровые балки, затаптывая мутантов насмерть, и провёл так целый день без единого сбоя в дыхании.
Раз он сказал двадцать часов, значит, так оно и будет.
— У нас есть почти сто часов форы.
Палец Чэнь Мо отделился от метки Города Рассвета и опустился на синий маркер неподалёку от их текущего положения — заброшенный научно-исследовательский институт генетики.
— Эти сто часов мы потратим на прокачку уровня дара и физической силы. Что бы ни ждало нас в Городе Рассвета, если накопить достаточно мощи, пройдём насквозь без сучка и задоринки.
Он убрал планшет, присел на корточки и повернулся к Су Цинцянь спиной:
— Запрыгивай. Сначала в генный институт, соберём побольше активатора клеток. Для перехода с третьего уровня на четвёртый не хватает как раз активатора, сначала поднимем до четвёртого, а потом дальше.
Су Цинцянь поставила чашку на журнальный столик — оставшиеся на дне капли застыли на стенках белым кольцом. Она подошла сзади, забралась ему на спину и обхватила за шею. От его спины по-прежнему везло неизменной температурой в двадцать шесть градусов; сквозь штурмовку ощущалось постоянное тепло. Вовсе не человеческое, колеблющееся от нагрузок и погоды, а больше похожее на работу вечного механизма, который не раскаляется и не остывает.
Вух!
Ноги Чэнь Мо пружинисто согнулись, и его тело катапультировалось из бокового выхода квартиры. Под ногами выбило неглубокую лунку в щебёнке, от которой во все стороны пошли трещины. Предельная скорость в пятьдесят миль в час набралась в мгновение ока, обломки руин замелькали по обе стороны, а в ушах завыл резкий свист рассекаемого воздуха.
Су Цинцянь уткнулась лицом ему в затылок, вцепившись пальцами в воротник. Ветер свистел у висков, ледяной, но та часть её тела, что прижималась к его спине, оставалась тепла. Двадцать шесть градусов — как портативный термостат.
В то же самое время в самых разных уголках руин.
Временный лагерь Союза Завоевателей расположился на цокольном этаже заброшенного торгового центра. Наземная часть здания наполовину обрушилась, но подземный уровень уцелел, а вентиляционные шахты приспособили под входы и выходы. Тянь Ба стоял посреди подвала в окружении ключевых соратников. Его дар относился к силе третьего уровня, комплекцией он превосходил даже Чжао Ху, а на лысой голове красовалась татуировка пасти оскаленного тигра. Только что он дочитал системное объявление, и его кулаки издали хруст.
— Город Рассвета, — его раскатистый голос эхом пронёсся по подвалу, отражая привычку орать во всю глотку. — Это вотчина вашего покорного слуги. Кто посмеет оспорить территорию у Союза Завоевателей, тому башку сверну.
Лагерь Ассоциации «Дикая Роза» занимал верхние этажи заброшенного отеля. Вращающиеся двери в холле снесло взрывом, но комнаты выше десятого этажа сохранились относительно целыми. Ян Жолин сидела у окна, закинув ногу на ногу, и крутила в пальцах кинжал. Её дар — ловкость третьего уровня, фигура стройная, короткие волосы острижены под ноль, едва прикрывая кожу головы. На лице не было ни эмоций, ни тени улыбки, но взгляд оставался острым, словно у дикой кошки, притаившейся на подоконнике в ожидании добычи.
— Задание первого этапа, — она вонзила кинжал в деревянный подоконник почти на полдюйма. — Система впервые даёт задание, в награду входит первичная сыворотка усиления. Чем выше награда, тем круче сложность. То, что ждёт нас в Городе Рассвета, окажется куда суровее уличных мутантов.
Она выдернула клинок, оставив в дереве длинную узкую трещину.
— Сёстры, на этот раз мы не должны проиграть этим мужикам.
База Железнобокой Мастерской находилась в промзоне. Просторные цеха превратили в мастерские, где на десятках верстаков громоздились недоразобранные механизмы и оружейные детали. Старейшина Телез сидел на сваренном из арматуры табурете, перед ним на столе лежал разобранный арбалет. Его дар не принадлежал к боевым — восприятие второго уровня, зато среди подчиненных бойцов с боевыми талантами насчитывалось с полдюжины. Сам он в драки не лез, его стихией было созидание.
— Все видели объявление, — он щёлкнул спусковым механизмом арбалета, возвращая его на место. — Первая массовая задача от системы, дают сыворотку. Высокий риск, высокая отдача. С этой минуты приоритет сбора всех материалов максимальный. Снаряжение с уникальными свойствами гребите любое, невзирая на ценник. Доберёмся до Города Рассвета — амуниция будет стоить дороже человеческой жизни.
Логово банды Ядовитый Скорпион пряталось глубоко под землёй, в лабиринте коммуникаций. Трубы расходились во все стороны, входы и выходы маскировались — идеальное естественное укрытие. Новый главарь по кличке Ворон, лет двадцати шести-семи, с косой чёлкой, закрывавшей полглаза, глядел на мир единственным открытым глазом с серовато-белым зрачком. И дело было не в мутации: таков его дар — ментальная помеха второго уровня. Он умел на миг ломать чужую способность здраво соображать. Подруга Су Цинцянь, Сяо Я, погибла именно от этого навыка.
Ворон развалился в глубоком кожаном кресле, вытащенном из руин, закинув ноги на подлокотник. Бандиты вокруг сидели и стояли кто где, сжимая тесаки, цепи, арбалеты — разношёрстная толпа, но с одним общим чертами во взгляде: нескрываемой свирепостью.
— Братья, — голос Ворона не отличался громкостью, но отличная акустика туннелей доносила каждое слово до каждого. — Город Рассвета, миллион человек толпой в одно место. На дороге мутанты, твари, другие группировки.
Он ухмыльнулся, и серо-белый зрачок зловеще блеснул в тусклом свете подземных ламп.
— Для остальных это кошмар. Для Ядовитого Скорпиона — шведский стол.
Песчаные бури мели вовсю.
С момента публикации объявления прошло уже два часа. На дорогах меж руин заметно прибавилось движущихся выживших. Большинство двигалось тройками и пятёрками, кое-где сбивались по дюжине человек, одиночки попадались редко. Все тянулись в одну сторону — к Городу Рассвета. Никто не разговаривал, никто не приветствовал встречных, отряды держались на безопасной дистанции, подозревая друг друга и минуя стороной. Если какая-то группа останавливалась передохнуть у обочины, остальные немедленно прибавляли шагу. Это был не марафон — бегство от смерти. Медлительных сожрёт смог, быстрые тоже не гарантируют себе жизнь, но у них хотя бы появляется шанс.
Чэнь Мо нёс Су Цинцянь на спине, проносясь мимо этих колонн на скорости пятьдесят миль в час. Кто-то, услышав шум, оборачивался и успевал заметить лишь тёмно-золотой силуэт, промелькнувший сквозь руины настолько стремительно, что даже очертания смазывались. Кто-то вскидывал арбалет, но тень уже растворялась за следующим нагромождением обломков.
Примерно через два часа бега Су Цинцянь, прильнув к его спине, вдруг легонько хлопнула по плечу:
— Босс, впереди обстановка.
Чэнь Мо сбавил темп. С пятидесяти миль сбросил до двадцати, а затем перешёл на шаг. Шаги стали мягкими, подошвы почти бесшумно касались земли. Он замер за обрушившейся стеной, подался вбок и заглянул в трещину.
Контуры заброшенного института генетики стали отчётливо видны. Куда больше того научного парка, который они зачистили накануне: шестиэтажное главное здание, хоть угол и обвалился, но каркас держался. Белая облицовка стен закоптилась от взрывов, однако капитальных трещин не наблюдалось. Перед фасадом ржавели остовы грузовиков, шины которых сдуло в плоские железные лепёшки. Стеклянные двери главного входа разбиты наполовину, а уцелевшая створка криво висела на перекошенной раме.
Но у самого входа толпились люди.
Не мутанты, не чудовища. Игроки.
Не меньше двадцати человек рассредоточились по периметру территории. Одни стояли на ступеньках крыльца, другие присели за остовами машин, третьи курили, прислонившись к стене. Огонёк сигареты — добытой из сундука с припасами, стоившей до апокалипсиса гроши, а теперь на вес золота — ярко вспыхивал в сумеречном дневном свете. В руках у них виднелись тесаки, арбалеты, отрезки арматуры. У пары человек тела излучали слабое сияние даров: рельефные мускулы силовиков, утончённые фигуры ловкачей, а кто-то сидел на подоконнике второго этажа с закрытыми глазами, по всей видимости, сканируя окрестности сканером-восприятием.
Не банда случайных мародёров. Расстановка эшелонированная: охрана периметра, высотная точка на втором этаже, ударное ядро у входа. Оружие разношёрстное, но есть у каждого, безоружных нет. Курильщик у стены затягивался медленно, без расслабления — держал темп, чтобы не терять бдительности.
Кто-то опередил их.
Чэнь Мо не собирался останавливаться. Он вышел из-за стены всё с тем же размеренным шагом. Су Цинцянь, прижавшись к его спине, чувствовала, что его мышцы не напряглись — это была не боевая готовность к броску, а самая обычная расслабленность при ходьбе.
— Босс, этот институт же не чья-то частная собственность, но раз дверь охраняет двадцатка бойцов, как мы пройдём? — Су Цинцянь понизила голос, приблизив губы к его уху.
Шаги Чэнь Мо не замедлились:
— Ну и что, что опередили? Он же не по наследству им достался.
Он нёс её на спине, шагом приближаясь к главным дверям института. Никакого спринта, никакого скрытного подкрадывания — просто шёл. Подошвы шуршали по щебёнке, он и не думал маскироваться. Пятьдесят метров дистанции он сокращал уверенно, не ускоряясь, но и не колеблясь ни секунды.
Свист! Резкий рассекаемый воздух.
Болт сорвался со второго этажа и вонзился в землю в полуметре перед его ногами. Древко ещё вибрировало, наконечник ушёл в гравий на три дюйма. Предупредительный выстрел. Не на поражение — черта проведена. Переступишь её — получишь в лоб.
— Стоять! — с крыльца шагнул здоровяк с тесаком, направляя лезвие на Чэнь Мо. Голос звучал громко, с наботанной привычкой человека, повторяющего это изо дня в изощрённой практике. — Это место под контролем Ассоциации «Рассвет»! Жить хочется — обходи стороной!
Ассоциация «Рассвет». Чэнь Мо видел это название в региональном чате. Не из четырёх гильдий, среднее по силе объединение. Суметь на пятый день апокалипсиса сплотить пару десятков человек и захватить институт под базу — значит, лидеры там не лыком шиты.
Он остановился. Не из-за арбалетного болта, а потому что с крыльца кто-то спустился.
Возле будки охраны застыла тройка. Мужчина лет два7-28 посередине носил тёмно-серый плащ, материал которого до катастрофы явно стоил дорого, сейчас манжеты обтрепались, но в целом всё выглядело аккуратно. На переносице сидели очки в тонкой золотой оправе, глаза за стёклами небольшие, но цепкие — изучали Чэнь Мо. С ног до головы, снизу доверху, задерживаясь на полоске тёмно-золотого узора, выглядывающего из-под воротника на шее.
Слева стоял мускулистый крепыш с тёмной кожей, лысый, шея шире головы, мускулы на руках надуты будто булыжники. Стоял устойчиво, центр тяжести занижен — привычка прирождённого бойца. Силовой дар, не ниже второго уровня.
Справа находилась женщина. Чёрная боевая форма, приталенная, штанины заправлены в берцы. Длинные прямые ноги, линии от бедер до щиколоток идеальны. В руке она сжимала длинный клинок, лезвие которого отливало бледно-голубым свечением — не системное зачарование, таково качество самого металла. Выразительные скулы, тонкие губы, сжатые в линию, и чуть вздернутый подбородок при взгляде на чужака. Никакой показушной спеси — лишь привычное, ни во что не ставшееся окружающих безразличие.
Су Цинцянь встретилась взглядом с этой женщиной. Та скользнула по ней глазами, задержавшись меньше чем на полсекунды, и отвернулась, словно взглянула на пустой мусор.
Пальцы Су Цинцянь на шее Чэнь Мо сжались чуть сильнее.
Мужчина в очках улыбнулся. Улыбка не угрожающая, светская — уголки губ вверх, глаза прищурены, лицевые мышцы сработали идеально. Он хлопнул в ладоши, и стоявшие за его спиной бойцы с оружием опустили стволы и клинки чуть ниже, хоть и не убрали до конца.
— Приветствую, друг, — его голос звучал негромко, но чётко, в спокойном темпе делового человека, приветствующего клиента в офисном центре до конца света. — Меня зовут Тан Чуань, я председатель Ассоциации «Рассвет».
Он сделал пару шагов вперёд, сойдя с крыльца и останавливаясь в пяти-шести метрах от Чэнь Мо. Дистанция опасная — арбалет достанет, тесак дотянется, но шёл он непринуждённо, будто и вправду собирался просто поболтать.
— Ты ведь ради того, что внутри, верно? Активаторы клеток, образцы цепочек ДНК или ещё какие биоматериалы, — Тан Чуань поправил очки, стёкла блеснули, скрывая выражение его глаз. — Какое совпадение. Мы тоже.
http://bllate.org/book/22755/2411310
Готово:
