Чу Янь почти оправился от растяжения.
Последние два дня он жил в режиме перевернутого дня, забыв о еде и с головой уйдя в тренировки. Он изматывал себя в танцевальном зале, лишь бы показать наилучший результат на шоу уличных танцев.
Никто не становится звездой в одночасье, и все разговоры о том, что кому-то просто повезло с лицом или что успех дается даром — лишь красивые слова. Каждое восхитительное движение на сцене — это результат пролитого пота.
К вечеру Чу Янь, обессиленный, распластался на полу, жадно хватая ртом воздух.
Танцевальный педагог подошел к нему и протянул бутылку воды.
У Чу Яня не было сил даже поднять руку, поэтому учителю пришлось самому открутить крышку и поднести ее к губам парня.
Вода хлынула в рот, и Чу Янь, не заботясь о приличиях, жадно пил. Холодная влага стекала по горлу, немного унимая жар, охвативший тело.
Пот градом катился по его изящному лицу, густые волосы насквозь промокли и слиплись, прилипнув ко лбу.
Учитель, глядя на такое усердие, невольно проникся жалостью. Он отставил бутылку в сторону и сказал:
— А-Янь, твоя нога только зажила, не переусердствуй. Иначе организм просто не выдержит.
Чу Янь был настолько утомлен, что не мог даже открыть глаза, и отвечал отрывисто, едва слышно:
— К-гэ, вы забыли? Я ведь машина для танцев.
Учитель бросил на него косой взгляд:
— Даже машина для танцев не выдержит, если так себя истязать. Кстати, где твой помощник? Пару дней назад он повсюду ходил за тобой, а сегодня что-то не видно.
Чу Янь, услышав это, глубоко вдохнул и медленно выдохнул:
— Он? Поехал с госпожой Цзи набираться опыта. Думаю... скоро вернется.
— Ладно, я пойду, — сказал К-гэ и потянулся, чтобы помочь Чу Яню подняться. — Пойдешь со мной?
Чу Янь махнул рукой:
— Идите, К-гэ. Мне нужно еще немного позаниматься.
Учитель понял, что переубедить его невозможно, и просто оставил ему ключи от зала.
Через несколько минут зазвонил телефон Чу Яня. Он ответил, проведя пальцем по экрану.
— Алло? Чу Янь?
Чу Янь, лежа на полу в полубреду, невнятно промычал в ответ.
— Ты все еще в зале?
Чу Янь снова отозвался коротким мычанием.
— Хорошо, я уже на парковке.
Чу Янь промолчал.
— Чу Янь, что с тобой? Тебе плохо?
Чу Янь сухо ответил, что все в порядке, и, дрожа, поднялся с пола. Ноги подкашивались, а перед глазами все плыло.
— Разве мы не договаривались, что я притворюсь, что потерял сознание ради задания? Система 000, мне кажется... дело пахнет керосином.
Раздался глухой стук: Чу Янь рухнул на пол, а телефон выпал из его слабеющих рук.
Перед тем как окончательно провалиться в темноту, он услышал голос системы:
— Поздравляю, Хозяин! Задание притвориться потерявшим сознание выполнено. На счет зачислено двадцать тысяч.
Чу Янь, теряющий сознание и не способный внятно мыслить: ...Ты посмотри, похоже ли это на притворство? За это придется доплатить проценты!
— Чу Янь? Чу Янь?
Когда Сяо И ворвался в зал и увидел лежащего на полу Чу Яня, его лицо помрачнело. Он бросился к парню, осторожно приподнял его бледное лицо и зашептал:
— Чу Янь, А-Янь, проснись.
Увидев, что Чу Янь не приходит в себя, Сяо И нахмурился, а в его чистых глазах промелькнула тень мрачной решимости.
Он схватил телефон и набрал номер скорой помощи.
Положив трубку, Сяо И в ожидании врачей крепко обнял Чу Яня за плечи, раз за разом повторяя:
— А-Янь, А-Янь, А-Янь. А-Янь, может, мне запереть тебя рядом с собой, чтобы ты никуда не делся? Хорошо?
— Отношение Сяо И +10, уровень мрачности +20.
—
В пространстве системы.
Чу Янь играл в три-в-ряд на телефоне, когда раздался голос системы:
— Хозяин, вы все еще играете? Пора возвращаться!
Чу Янь фыркнул:
— Задание было притвориться, а я потерял сознание по-настоящему. Не считаешь, что мне полагается компенсация?
Система 000 не посмела спорить и спросила:
— Хозяин, какую сумму вы считаете справедливой?
Чу Янь немного подумал:
— Сто тысяч?
Система 000:
— Хозяин... это же грабеж!
Чу Янь:
— Девяносто.
Система 000:
— Десять тысяч.
Чу Янь:
— Восемьдесят тысяч.
Система 000:
— Пятнадцать.
Чу Янь прищурился с таким видом, будто собирался сказать: «Если не назовешь нормальную цену, то...» — и вздохнул:
— Эх, снова прошел уровень. Поиграю-ка еще немного.
Система 000, чье механическое сердце обливалось кровью:
— Хозяин! Больше ни копейки!
Чу Янь облизнул губы, в его глазах блеснул огонек:
— По рукам.
— На ваш счет зачислено 80 000 юаней. Ваш баланс составляет 120 000 юаней.
Как только прозвучал сигнал, Чу Янь, лежащий на больничной койке, медленно открыл глаза.
Он моргнул, несколько секунд глядя в потолок, а затем услышал голос Сяо И:
— Чу Янь?
Чу Янь промычал что-то в ответ, повернул голову к мужчине, сидящему рядом, а затем перевел взгляд на капельницу:
— Сяо И... что со мной?
Сяо И сидел, повернувшись спиной к свету, его черные, как смоль, глаза были бездонными, и в них невозможно было прочесть ни гнева, ни радости.
— Переутомление, низкий уровень сахара.
— О-о... — Чу Янь послушно кивнул.
— О-о? — Сяо И сузил глаза. — Чу Янь, ты ходишь на танцы, а не на смертельный бой.
Сяо И отчитал его так строго, что Чу Янь прикусил губу. В его глазах заблестели слезы, он выглядел как обиженная «молодая жена»:
— Хорошо, Сяо И... В следующий раз буду внимательнее. Я ведь... я не нарочно...
Сяо И стиснул зубы, его тон перестал быть мягким и теперь сквозил опасностью:
— В следующий раз? Значит, будет и следующий?
Чу Янь поджал губы:
— ...Больше не будет.
Видя это, Сяо И немного смягчился:
— Проголодался?
— Угу, — кивнул Чу Янь. — Немного.
— Чего хочешь?
Чу Янь задумался:
— Свинину в кисло-сладком соусе, жареную говядину с перцем, курицу по-сычуаньски... М-м, если бы еще стаканчик чая с молоком, было бы совсем замечательно.
Сяо И слегка улыбнулся, открыл контейнер с едой и поставил его на столик:
— Пока болеешь, будешь пить только кашу.
Чу Янь уставился на жидкую рисовую кашу без единого кусочка мяса и издал недовольный звук:
— ...Тогда зачем спрашивал?
Сяо И:
— Просто так.
Чу Янь: Спасибо, не надо... Пойду лучше в свою «черную комнату» в три-в-ряд играть.
Видя, что Чу Янь не притрагивается к еде, Сяо И спросил:
— Ты же хотел есть, почему не ешь?
— Я хочу есть, хочу мясо, а эта каша вообще безвкусная... Попробуй сам, посмотрю, как ты будешь это есть.
Тем не менее, Чу Янь, выдавив из себя улыбку, пробормотал:
— Сяо И, мне опять как-то дурно... Может, покормишь меня?
http://bllate.org/book/22661/2400250
Готово:
