В беспорядочной комнате, начиная от самой двери, всюду валялись туфли и галстуки, а рубашка была небрежно повешена на спинку стула.
Мужчина посреди кровати с руками, скованными цепями, был одет в чёрную рубашку. Его воротник распахнулся, обнажая на шее красные следы от чужих укусов, а на руках проступали рельефные вены, таившие в себе мощную живительную силу. Он лежал на постели и лениво смотрел на устроившегося на нём человека, оставаясь совершенно глухим к его настойчивым требованиям, хотя от сдерживаемого напряжения на его шее вздулись вены.
Находившийся сверху мужчина снова с холодным лицом потребовал ответа: — Пэй Ся, ты любишь меня?
Будучи прикованным, Пэй Ся ответил низким, завораживающе-сексуальным голосом: — Босс, принуждение не подразумевает любви.
Услышав это, мужчина разозлился, атмосфера вокруг него заметно помрачнела, а в алых глазах мелькнуло безумие. Презрительно усмехнувшись, он бросил: — Чушь собачья, насильственная любовь — это тоже любовь.
Пэй Ся покрылся холодным потом, но, не оставляя надежды, продолжил вразумлять его: — Насильно мил не будешь, разве нельзя выбрать того, кто ответит взаимностью?
Мужчина холодно фыркнул: — Мне плевать, мил он или нет, главное — я его заполучил.
В этой жизни и в следующей ты будешь человеком Шан Сюя.
Если ты посмеешь уйти от меня, я прикую тебя цепями, и ты будешь прислуживать только мне целыми днями.
На безумные речи Шан Сюя Пэй Ся отреагировал с полным равнодушием. Бестрастно и холодно глядя на его безуиме, он спокойно произнес: — Но я не люблю тебя.
Шан Сюй прикусил нежную кожу на шее Пэй Ся и упрямо процедил: — Ха, мне вовсе не нужна твоя любовь.
Всё равно тебе никогда от меня не сбежать, ты навсегда останешься человеком Шан Сюя.
Эта фраза звучала как проклятие, от которого невозможно спастись или скрыться.
Пэй Ся проснулся в холодном поту от собственного страха.
Черт, опять этот сон, ну почему он цепляется за меня, как мертвая хватка?
Ли Нин на нижней койке играл в видеоигру и ел лапшу быстрого приготовления. Заметив, что Пэй Ся проснулся, он с улыбкой произвел: — Пэй-гэ, тебе что, опять кошмар приснился?
Угу, опять кошмар.
Пэй Ся раздраженно кивнул.
Этот странный и нелепый сон преследовал его уже целый год. Когда он попытался рассказать об этом однокурсникам и друзьям, те решили, что он сошел с ума от учебы, и чуть не отправили его в психиатрическую больницу. С тех пор Пэй Ся держал всё в тайне, отговариваясь перед всеми обычными кошмарами.
Ли Нин, не отрывая глаз от монитора и управляя игровым персонажем, шумно втянул лапшу и с беспокойством произнес: — Пэй-гэ, почему тебе каждый день снятся кошмары? Может, со здоровьем что-то не так, сходить к старому врачу традиционной китайской медицины?
Пэй Ся горько усмехнулся, не зная, как и объяснить: — Отвали, не нужно.Играя в видеоигру, Ли Нин вдруг вспомнил:
— Ой, точно, Пэй Ся, твой парень пришёл, ждёт тебя внизу.
— Понял.
Пэй Ся кивнул и, прихватив с собой сменную одежду, направился в ванную: во сне тот безумец напугал его до липкого пота, и теперь ему было жутко некомфортно.
Сполоснувшись и спустившись вниз, он сразу же увидел, как его закадычный друг Цзинь Минцянь подкатывает к какому-то парню из их потока.
Цзинь Минцянь жеманно протянул руку и принялся лапать студента:
— Братишка, как ты накачал такие грудные мышцы? Можно потрогать?
Чтобы завтра по университету не поползли дурные слухи вроде того, что парень третьекурсника Пэй Ся изменяет ему прямо у мужского общежития и открыто клеится к другим парням, Пэй Ся поспешно оттащил друга в сторону.
Уходя, Цзинь Минцянь не забыл стрельнуть глазами в сторону студента и послать ему воздушный поцелуй:
— Братишка, ещё спишемся!
Пэй Ся оттащил его за рощу, раскинувшуюся позади мужского общежития.
— Цзинь Минцянь, прекрати свои вольности. Сейчас ты мой фиктивный парень, так что не устраивай тут скандалов, я не хочу попадать в тренды.
Цзинь Минцянь был чистым пассивом, одиноким и свободным, а ещё знатным бабником, который любил заигрывать со всеми подряд, но в то же время не терпел серьёзных отношений. Стоило ему за кем-то приударить и добиться взаимности, как через какое-то время он бросал партнёра, оправдываясь тем, что новизна чувств улетучилась.Цзинь Минцянь недовольно надул губы:
— Пэй-гэ, да расслабься ты. У меня-то точно нет твоих чар. А помнишь того парня, который не так давно пытался сброситься с крыши, лишь бы ты сошёлся с ним? Что с ним в итоге?
При упоминании об этом Пэй Ся тотчас помрачнел от раздражения. Он не любил ни девушек, ни парней, но в подростковом возрасте сверстники только и говорили что о романтике и девчонках. Пэй Ся всё это было неинтересно, из-за чего одноклассники сделали поспешный вывод, будто его привлекают парни.
Его отец работал учителем, а мать была психологом — людьми широко образованными. Узнав об этом, они не стали категорически возражать, лишь сказав, что главное для них — его счастье.
В старшей школе ещё куда ни шло: погруженный в пучину знаний, Пэй Ся почти не знал забот. Но с поступлением в университет, из-за его выдающейся внешности и при остром дефиците женского внимания в этой среде, он превратился в самый настоящий лакомый кусочек.
Кто-то выкладывал цветочными венками признания у дверей общества, кто-то пытался покорить его, напившись палёного алкоголя, кто-то молчаливо и самоотверженно жертвовал собой, кто-то угрожал самоубийством, а иные даже публиковали видеопризнания на платформах коротких роликов, не говоря уже о безумных преследователях.
Всё это превратило университетскую жизнь Пэй Ся в сплошной кошмар, который можно было описать не иначе как адское пекло.Поделать было совершенно нечего, и он придумал дурацкую хитрость: попросил своего детского друга, который учился в соседнем университете, притвориться его парнем, и лишь благодаря этому какое-то время смог жить в тишине.
Хотя за глаза к нему всё равно находились желающие подойти и признаться в любви, по крайней мере, всё это не выставлялось напоказ.
Пэй Ся был под глубоким впечатлением от того парня, который пытался сброситься с крыши. Тот был сущий безумец, способный в своём безумии на всё что угодно. Боясь, что Цзинь Минцяня изобьют, он предупредил:
— Тот псих, что прыгал с крыши, судя по всему, на днях выписывается из больницы. В ближайшее время будь осторожнее, когда пойдешь ко мне.
Цзинь Минцянь оскорбился:
— Пэй-гэ, да ты кого недооцениваешь? Мы же с тобой с малых лет на одни и те же кружки ходили: ты на тхэквондо, и я на тхэквондо. Я вообще-то тоже парень, не надо меня со счетов сбрасывать, ладно?
Не принимая его слова всерьёз, Пэй Ся даже отговаривать не стал — в конце концов, получит пару тумаков, так ума наберётся:
— Ладно, только потом не жаловаться, если отлупят.
Цзинь Минцянь пришёл в университет Пэй Ся как раз ради того, чтобы доказать: у Пэй Ся есть парень. А раз уж взялись изображать парочку, играть нужно правдоподобно: он даже содрал упаковку с доставки, переложил еду в обычный контейнер и передал Пэй Ся. Вспомнив красавца, которого приметил по дороге, он нетерпеливо выпалил:
— Пэй-гэ, я сегодня, пока сюда шёл, видел у вас в кампусе невероятного красавчика! Ты его знаешь? Если да, познакомь меня, а? Добрая вещь из дома не уходит.
Пэй Ся из-за диссертации уже несколько ночей подряд толком не спал. Голова сейчас была абсолютно пустой, обед ему даже привозил Цзинь Минцянь, и он, кроме как на пары, из общежития носа не казал. Подумав битый час, он так и не припомнил, чтобы за последние дни в университете появлялись какие-то примечательные красавчики.
— Понятия не имею.
— Возвращайся давай, и не забудь завтра еду принести.
Цзинь Минцянь, впрочем, на Пэй Ся особо и не рассчитывал. Он с фанатичным обожанием уставился на Пэй Ся, с вожделением скользя взглядом по его широким плечам, узкой талии и фигуре треугольником, по глубоким, завораживающим чертам лица, резким и мужественным линиям профиля и отчётливо выступающему кадыку, при движениях которого просто невозможно было отвести глаз.
— Гэ, а давай и правда начнём встречаться по-настоящему? Возьми меня к себе, пригрей сироту, согрей меня своими рельефными грудными мышцами.
— Вали.
— Слушаюсь!
Цзинь Минцянь так и знал, что этим всё и кончится, но ничуть не расстроился — просто безумно облизывался на эту горячую, модельную фигуру.
Он уже собрался отпустить ещё парочку шуточек, как позади послышались шаги и стук колёсиков чемодана.
— Простите, вы не подскажете, как пройти к корпусу восемь, двести семьдесят семь?
Цзинь Минцянь обернулся и увидел того самого красавчика, на которого положил глаз. У него чуть слюнки изо рта не потекли, и, совершенно потеряв голову от красоты, он брякнул:
— Красавчик, я знаю! Пойдём, я тебя провожу.
Он уже было потянулся помочь донести вещи, как кто-то схватил его за воротник и резко дёрнул назад. Обернувшись, он наткнулся на помрачневшее красивое лицо Пэй Ся и растерянно моргнул:
— Гэ?
Чего это у него такое зверское выражение лица?
Пэй Ся, стоило ему увидеть это до боли знакомое лицо, чуть не лишился ног от слабости — объект его недавних снов явился во плоти. Глядя, как Цзинь Минцянь снова готов заигрывать со всякими встречными-поперечными, он за шкирку оттащил друга назад и ледяным тоном произнёс:
— Цзинь Минцянь, ты вообще учишься в этом университете? Ты знаешь, где восьмой корпус?
Шан Сюй следил за их интимной возней, чувствуя, как внутри него бурлят недобрые эмоции, а на руке, сжимавшей ручку чемодана, вздулись вены. Тем не менее, на лице его застыла вежливая улыбка:
— Простите, что помешал. Если вы заняты, тогда не стоит.
Цзинь Минцянь был тем ещё сластолюбцем, на чужих ошибках никогда не учился. Он повернулся к Пэй Ся и заныл:
— Гэ, ну посмотри, какая жарища, у парня аж лицо покраснело, давай поможем ему.
Снова расплывшись вхлам довольной улыбкой, он услужливо подался вперёд и дружелюбно затараторить:
— Братишка, как тебя зовут? Я-то сам не из этого университета, но мой парень здесь учится, я попрошу его проводить тебя до общежития.
Услышав слово «парень», Шан Сюй почувствовал, как во взгляде мгновенно заледенело всё живое, а аура вокруг него резко упала. Но это длилось лишь долю секунды — на его лице вновь появилась мягкая, учтивая улыбка, и он перевёл взгляд на стоявшего рядом Пэй Ся:
— Меня зовут Шан Сюй.
Затем он мягко добавил:
— Это парень старшего товарища? Какой красивый.
Услышав это имя, Пэй Ся мысленно обречённо подумал: «Так и знал».
Пэй Ся холодно посмотрел на знакомое лицо. Во сне нрав этого парня разительно отличался от нынешнего: он срывался в безумие в любую секунду, а зацикленность и помешательство были его истинной сутью. Сейчас же Пэй Ся видел лишь фальшивую, мягкую маску, натянутую на его лицо.
Цзинь Минцянь не уловил никакой странной атмосферы. Услышав похвалу в адрес Пэй Ся, он воспринял её так, будто хвалят его самого, и жутко возгордился:
— Хе-хе, я тоже считаю, что он красавчик.
Шан Сюй с лёгким недоумением произнёс:
— Восьмой корпус, двести семьдесят семь? Какое совпадение, Пэй Ся ведь тоже живет в девятом корпусе, в двести семьдесят седьмой комнате.
У Пэй Ся дернулся уголок рта. Совпадение?
Он в это ни за что не поверил бы. А ещё этот дурень Цзинь Минцянь даже забыл, в каком корпусе он сам живёт.
http://bllate.org/book/22625/2394502
Готово:
