Цзюньцин говорил, что освободится после полудня, но Тан Жэнь пришел в аптеку еще до наступления этого часа.
Он вошел в помещение, молча присел в сторонке и стал наблюдать, как Цзюньцин принимает пациентов. Видимо, утром он пришел слишком рано, поэтому не застал других врачей, но сейчас в Шоухэтан помимо Цзюньцина работали еще один мальчик-помощник и пожилой лекарь. Тан Жэнь вел себя тихо: сидел в углу, не шелохнувшись, и никому не мешал. Вскоре наступил полдень, поток людей иссяк, и старый лекарь, поглаживая бороду, обратился к Цзюньцину:
— Малыш Инь, сегодня можешь идти пораньше.
Цзюньцин обернулся к нему и с легкой улыбкой ответил:
— Благодарю вас, учитель, вы очень любезны.
Старик добродушно прищурился:
— Негоже заставлять человека ждать, да и работы на сегодня почти не осталось.
Цзюньцин обычно работал в аптеке только полдня, и после обеда, который предоставляла лавка, он был свободен. Старик заметил, что гость ждет его уже довольно давно, и догадался, что они собираются пообедать вместе.
Цзюньцин поднялся, прошел в задние комнаты, переговорил с управляющим, тщательно вымыл руки и вышел наружу. Тан Жэнь, знавший, что он скоро освободится, уже ждал его. Они вежливо попрощались со стариком и направились к выходу на улицу. Тот провожал их взглядом, слегка улыбаясь.
Оказавшись на оживленной улице, Тан Жэнь спросил:
— Что хочешь съесть? Я угощаю.
Цзюньцин изначально планировал просто перекусить чем-нибудь на ходу. Хотя в аптеке и кормили, он не мог привести постороннего человека на обед за счет заведения.
— Что угодно, — ответил Цзюньцин.
Тан Жэнь, вспоминая встреченные по пути рестораны, хотел было предложить зайти в одно из таких заведений, но Цзюньцин вдруг указал на уличный ларек с лапшой и жестом пригласил его присесть. Тан Жэнь проглотил готовые сорваться с языка слова и посмотрел, как Цзюньцин заказывает две порции лапши янчунь.
Ожидая заказ, Цзюньцин внимательно оглядел Тан Жэня и с улыбкой заметил:
— Тебе очень идет этот наряд.
Тан Жэнь слегка кивнул, а затем услышал вопрос о стоимости одежды.
— Пять лямов серебра. Еще две смены одежды и две пары обуви в придачу.
— Пять лямов? — Цзюньцин невольно повысил голос от изумления.
По его реакции Тан Жэнь сразу понял, что его, кажется, надули. Он молча кивнул. Цзюньцин с недоумением посмотрел на него:
— А из какой ткани остальные два комплекта?
Тан Жэнь покачал головой:
— Их еще не сшили.
В глазах Цзюньцина промелькнуло странное выражение:
— Ты даже не выбрал ткань?
Неужели этот человек настолько наивен? Тан Жэнь снова кивнул. Какой там выбор ткани — он даже не знал, как она должна выглядеть.
Догадка подтвердилась. В этот момент принесли лапшу, и Цзюньцин со вздохом сказал:
— В какой лавке ты это покупал? Позже я схожу с тобой туда.
Тан Жэнь послушно кивнул. Он опустил голову, глядя в свою тарелку, и почувствовал легкое замешательство. Его действительно обманули, причем, судя по реакции Цзюньцина, довольно сильно.
Цзюньцин неторопливо отправил в рот порцию лапши, размышляя про себя: неужели этот человек и правда такой простак или он действительно прибыл из-за моря и совсем не знаком с местными ценами? Три комплекта одежды и две пары обуви — в столице за такие деньги их точно не купить, но здесь, в уезде Аньлэ, это обычная одежда. Просить за нее пять лямов — это просто грабеж. Ткань на Тан Жэне была самой простой хлопчатобумажной, фасон — ничем не примечательным. Раз он даже не выбирал материал, значит, и остальное будет самого низкого качества. Его явно провели.
После обеда Тан Жэнь первым делом расплатился. Цзюньцин не стал ему мешать, но, когда они пошли дальше, спросил:
— Брат Тан, ты совсем не разбираешься в здешних ценах?
Тан Жэнь, которому витиеватая речь Цзюньцина казалась непривычной, понял суть и ответил:
— Места, откуда я пришел, сильно отличаются от этих краев, так что да, я не очень осведомлен.
Подозрения Цзюньцина по большей части рассеялись. Если бы Тан Жэнь был шпионом, присланным враждебным государством, он был бы прекрасно осведомлен о делах Тяньчэня. Поведение Тан Жэня не походило на притворство.
— Обычный хлопок, как на тебе, стоит около сорока вэней за чи. На один комплект уходит максимум восемь чи. Готовая одежда стоит на десять вэней дороже, чем просто ткань. Даже если считать по восемь чи, комплект обойдется в четыреста вэней, а три — чуть больше одного ляма. С учетом обуви и работы выйдет не больше трех лямов. Как лавочник посмел взять с тебя пять?
Тан Жэнь сжал кулаки, помолчал и глухо отозвался:
— Я понял.
— Конечно, цена зависит от качества ткани. Если бы он использовал первоклассный хлопок, то, возможно, это и стоило бы таких денег, — добавил Цзюньцин.
Тан Жэнь промолчал. Он понимал, что это лишь попытка его утешить: скорее всего, остальная одежда будет из такого же дешевого материала.
Вскоре они подошли к той самой лавке. Когда они вошли, хозяин, до этого момента склонившийся над бумагами, радостно поднял голову, но, увидев Тан Жэня в сопровождении Цзюньцина, застыл. Однако он быстро взял себя в руки и вышел из-за прилавка.
— Доктор Инь, какой ветер занес вас к нам? Нужно что-то особенное? — улыбаясь, спросил он, а затем перевел взгляд на Тан Жэня: — Гость, так вы знакомы с доктором Инем?
Цзюньцин, входя, подумал, что это удивительное совпадение: хозяина лавки звали господин Цзинь, и он когда-то обращался к нему за лечением. Значит, они были знакомы.
Раз уж они старые знакомые, дело пойдет проще.
— Да, мы знакомы, — спокойно ответил Цзюньцин.
Господин Цзинь тут же засуетился:
— Ох, если бы я знал! Я бы обязательно сделал скидку.
Тан Жэнь уставился на него холодным, как лезвие, взглядом. Цзюньцин же слегка улыбнулся:
— Господин Цзинь, дела ваши идут в гору, но одному человеку бывает трудно уследить за всем. Может, стоит нанять счетовода, чтобы не допускать ошибок в расчетах?
— Вы правы, вы абсолютно правы! Сегодня я как раз допустил ошибку в счете, как раз с вашим другом. Я как раз голову ломал, где его искать. Как хорошо, что вы пришли!
Он вернулся к прилавку, достал один лям серебра и протянул Тан Жэню:
— Прошу прощения, сегодня утром глаза подвели, перепутал ткань и неправильно посчитал. Слишком много взял, одного ляма в качестве задатка вполне достаточно. Вот, забирайте сдачу.
Господин Цзинь умел приспосабливаться к обстоятельствам. Доктор Инь был очень уважаемым человеком в Шоухэтан, несмотря на свою молодость. Если он начнет распространяться о нечестности лавки, бизнес можно будет закрывать. К тому же взгляд Тан Жэня пробирал до костей. Даже без участия Цзюньцина он бы вернул деньги — этот человек выглядел опасно, а торговцы предпочитают не связываться с неприятностями.
Деньги были возвращены, и Цзюньцин больше не стал ничего говорить. Все они жили в одном районе, незачем было доводить дело до конфликта. Хозяин, хоть и был жадноват, оказался человеком неглупым.
Когда они вышли из лавки, они, конечно, не видели, как хозяин кривится от досады, глядя на уплывающую из рук прибыль.
http://bllate.org/book/22576/2387232
Готово:
