Столкнувшись с тем, как Лань Чэянь только что открыто продемонстрировал свои намерения и придвинулся совсем близко, Ян Ишань внезапно занервничал и засуетился.
Он страшно боялся, что Лань Чэянь в очередном приступе безумия оставит его без штанов, а еще больше опасался, что Лань Чэянь действительно может обнародовать всё прямо на глазах у публики. Попятясь назад и уворачиваясь, Ян Ишань принялся оправдываться:
— Я виноват, мне не следовало тебя зводить. Прекрати уже, умоляю, я больше никогда в жизни не стану совать нос куда не просят!
Успешно заставив Ян Ишаня отступить, Лань Чэянь с самодовольным видом перевел взгляд на Юй Иньяня и даже захихикал, в то время как Юй Иньянь покраснел за него до такой степени, что готов был провалиться сквозь землю.
После этого случая в глазах Фань Юцзюэ Лань Чэянь стал человеком, с которым лучше вообще не связываться, а его бесстыдство казалось поистине непобедимым.
Любой другой мужчина дорожил бы подобными вещами, а этот, не моргнув глазом и не покраснев, тут же был готов великодушно продемонстрировать всё окружающим. Фань Юцзюэ казалось, что Лань Чэяня вообще невозможно победить.
После этого инцидента они все успокоились и больше не затевали взаимных стычек.
Как раз во время этого неожиданного перемирия и затишья по телевизору стали крутить интервью с Лэй Юйвэнем. В нем обсуждались те самые события, но под конец Лэй Юйвэнь все же упомянул Лань Чэяня и его друзей:
— Я хочу выразить благодарность своему адвокату. Именно он, невзирая на смертельную опасность, вернулся на родину, чтобы разобраться со всем этим. Именно он, когда и ему самому, и его друзьям угрожала опасность, изо всех сил пробивался сквозь нее, чтобы спасти меня.
— И именно он после помог мне собрать все улики, благодаря которым на этого тирана наконец обратили внимание. Хотя впоследствии мой иск он передал другому специалисту, я никогда не забуду ту доброту, что проявили он и его друг.
Сказав это, Лэй Юйвэнь прямо перед камерой ударил себя кулаком в грудь. Увидев такой жест, Лань Чэянь и остальные со знающим видом переглянулись и улыбнулись.
Сразу за новостями о Лэй Юйвэне последовало сообщение о студенте, утонувшем в озере. Юноше оставалось всего два месяца до экзаменов. Новость гласила:
— Сегодня в восемь утра в парковом озере было обнаружено плавающее на поверхности тело. Силами профильных служб утопленника извлекли из воды и подтвердили, что погибший — студент в школьной форме.
— Это юноша, его личность уже установлена, причины смерти выясняются. Как жаль, что лучшая пора юности оказалась погребена в ледяной воде.
— Какое же стечение обстоятельств заставило этого цветущего юношу пойти ко дну? Давайте дождемся официального отчета расследования и призываем горожан воздержаться от беспочвенных слухов.
Увидев этот репортаж, Лань Чэянь почувствовал, что у них появилась работа, и окликнул Юй Иньяня:
— Старый Чучельник, наша работа подоспела. Четко чувствую, что здесь всё не так просто, пошли взглянем вместе!
Зная, что Лань Чэянь и его компания снова затевают очередное дело, Ян Ишань тут же поспешил их остановить:
— Погодите, не спешите срываться с места, у меня есть кое-что важное.
Лань Чэянь и Юй Иньянь, уже собравшиеся уходить, замерли и повернулись к преградившему им путь Ян Ишаню, ожидая услышать, что он задумал.
Остановив их, Ян Ишань подтянул к ним Фань Юцзюэ и с гордым видом заявил:
— Возьмите нас с собой! Мой друг Лао Фань умеет прикосновением к телу узнавать всё о прошлой и нынешней жизни покойного. Это же избавит вас от лишней беготни с расследованием, разве не здорово? К тому же, если вы возьмете моего друга, у вас прибавится рабочих рук!
Напомненный словами Ян Ишаня, Лань Чэянь подскочил, схватил Фань Юцзюэ и, словно какая-нибудь девчонка, закинул руку себе на плечо, уцепившись за его локоть.
Разумеется, цель заключалась в том, чтобы поудобнее прильнуть к груди Фань Юцзюэ и уставиться на него своими распахнутыми, сияющими глазами:
— Пойдем, мой мальчик, нам нужно и дальше сотрудничать ради общего блага!
Услышав, как Лань Чэянь назвал его своим парнем, Фань Юцзюэ словно сорвало с предохранителя — он принялся настойчиво отталкивать Лань Чэяня, стараясь не подпускать его слишком близко.
Но Лань Чэянь — это же Лань Чэянь, от него так просто не отделаешься. В тот момент он прилип к Фань Юцзюэ мертвой хваткой, словно пластырь с собачьей шерсти.
Не сумев отпихнуть назойливого парня, Фань Юцзюэ был вынужден идти вперед, волоча Лань Чэяня за собой. Заметив, что тот собирается топать пешком, Ян Ишань окликнул его:
— Мы же можем переместиться мгновенно, какого черта мы идем пешком? Пожалел времени?
Внезапно сообразив, в чем дело, Фань Юцзюэ замер на месте. Однако из-за того, что к его поясу намертво прицепился Лань Чэянь, ему было крайне неудобно.
В таком положении он перемещаться тоже не желал, поэтому ему не оставалось ничего другого, как полупросительным, полуувещевающим тоном обратиться к Лань Чэяню:
— Ты же не хочешь перемещаться в таком виде? В следующий миг ты станешь героем новостей.
Лань Чэянь, повисший на Фань Юцзюэ, подумал и решил, что появляться на людях в таком ракурсе действительно не стоит. Он отцепился от поясницы Фань Юцзюэ и встал рядом с ним.
Однако, не давая Фань Юцзюэ опомниться, он щелкнул пальцами — и они мгновенно исчезли.
Оставшиеся позади Юй Иньянь и Ян Ишань переглянулись в растерянности. Наконец молчание прервал возмущенный вопль Юй Иньяня:
— Забыл друзей ради бабника! Чертов ублюдок, даже меня с собой не захватил! Кто меня потащит, неужели мне самому за руль садиться?!
Услышав это, Ян Ишань вдруг о чем-то вспомнил, его глаза загорелись, и он принялся уговаривать Юй Иньяня:
— Давай тогда поедем на машине! Как раз отлично получится: пусть всю грязную работу делают они. В конце концов, их предварительный этап расследования важнее всего, а мы так, на подхвате, так что приедем мы раньше или позже — никакой разницы.
Юй Иньянь, понятия не имевший, что за каверзы зреют в голове у Ян Ишаня, сперва засомневался, но, подумав, решил, что предложение и впрямь неплохое.
Поскольку ехать было недалеко — всего минут пятнадцать пути — Юй Иньянь согласился с идеей Ян Ишаня:
— Ладно, поехали тогда на машине. Только смотри у меня, никаких глупых розыгрышей! Хоть камеры наблюдения тебя и не фиксируют, если меня заснимут танцующим с невидимым шаманом, мне конец — мигом отправят в психушку.
Услышав опасения Юй Иньяня и помня о своих прошлых косяках, Ян Ишань, разумеется, не смел устраивать никаких странных фокусов. Он поспешил успокоить приятеля:
— Не переживай ты так, на те же грабли я наступать не стану. Можешь мне довериться.
Успокоенный словами Ян Ишаня, Юй Иньянь отбросил тревоги и тронулся в путь.
А Лань Чэянь и Фань Юцзюэ, добравшиеся до места назначения чуть раньше, уже не застали ни тела, ни зевак. С момента трагедии прошло уже около трех часов, и утопленника, судя по всему, давно увезли на вскрытие.
Строго говоря, Фань Юцзюэ и Лань Чэянь изначально знали, каким будет результат. Они приехали лишь затем, чтобы проверить, не осталась ли душа погибшего мальчика где-то поблизости.
Осмотревшись по сторонам, они наконец заметили того, кого искали. Мальчик сидел на берегу один, неподвижно глядя на водную гладь. В его глазах застыла глубокая печаль, но привязанности к этому миру не наблюдалось ни капли.
Обнаружив это, Лань Чэянь и Фань Юцзюэ переглянулись. По этому мимолетному взгляду они безошибочно прочитали мысли друг друга и поняли намерения напарника, после чего Фань Юцзюэ подошел к мальчику и опустился рядом.
Почувствовав чье-то приближение, мальчик даже не шелохнулся — его взгляд по-прежнему был прикован к воде.
С помощью своих способностей Фань Юцзюэ уже понял по глазам ребенка, что тот осознает собственную смерть и то, что теперь он всего лишь бесплотный дух. А раз мальчик не подавал виду, значит, просто считал пришельца обычным человеком, который его не видит. Тогда Фань Юцзюэ решил заговорить первым:
— Привет. Меня зовут Фань Юцзюэ. Я знаю, что с тобой случилось, поэтому пришел повидаться.
Услышав приветствие, мальчик повернул голову. Встретившись с ним взглядом и заметив в глазах Фань Юцзюэ свое собственное отражение, он убедился, что тот действительно его видит, и равнодушно бросил:
— Значит, ты посланник преисподней? Пришел забрать меня?
Услышав этот вопрос, Фань Юцзюэ бросил взгляд на Лань Чэяня. А Лань Чэянь, видя, что мальчик вовсе не испугался, подошел, сел рядом с ними и тоже поприветствовал ребенка:
— Привет! Меня зовут Лань Чэянь.Только мы вовсе не черно-белые обычные, и не посланники загробного мира — мы пришли тебе помочь.
Мальчик перевел взгляд на Лань Чэяня. В его потухших глазах мелькнуло недоумение, и он обессиленно проговорил:
— Помочь мне? Зачем это?.. Да и чем вы можете помочь?
Заметив, что слова о помощи не вызвали у ребенка никакой реакции — напротив, прозвучали даже с долей горькой иронии, — Лань Чэянь сразу понял: дело куда сложнее, чем кажется.
Иначе подросток в том возрасте, когда больше всего ждешь спасения и жаждешь выплеснуть обиду, реагировал бы совсем иначе.
Но Лань Чэянь знал, что торопиться нельзя. Только разрушив стену недоверия мальчика, можно было рассчитывать на откровенный разговор, поэтому он решил зайти издалека:
— Давай пока не будем о помощи, просто поболтаем. Ты ведь понял, что мы тебя видим?
Мальчик молча опустил взгляд и снова уставился на гладь озера, не двигаясь с места. Видя это, Лань Чэянь мягко спросил:
— Скажи, раз уж ты обрел свободу, почему ты продолжаешь сидеть здесь и смотреть на воду? Неужели тебе не хочется сделать то, о чем ты мечтал при жизни, но на что вечно не хватало смелости?
— Ну, например, исполнить заветную мечту, признаться в любви девочке, которая тебе нравилась, или посмотреть на мир, который больше тебя не замечает?
К счастью, эта тема зацепила мальчика. Он поднял глаза, посмотрел вдаль и задал вопрос:
— То, о чем я мечтал, но не решался сделать?.. Разве у меня есть что-то подобное? Разве я на такое способен?
Поняв, что момент настал и ребенок готов к разговору, Лань Чэянь поспешил продолжить беседу:
— Я уверен, что у тебя есть такие желания. Ведь если ты решился оборвать свою жизнь здесь, значит, чувствовал себя совершенно потерянным и отчаянным, верно?
Услышав, как Лань Чэянь прямо называет причину его смерти, мальчик в изумлении уставился на него и испуганно выдохнул:
— Откуда ты знаешь?.. Об этом же еще нигде не говорили! У тебя что, Книга Жизни и Смерти при себе, раз тебе известна причина моей гибели?Заметив любопытство мальчика, Лань Чэянь намеренно воспользовался особым навыком Фань Юцзюэ, а затем, указав на него, ответил мальчику:
— Забыл тебе сказать, это мой друг. Видишь ли, он способен заглянуть в самую суть человека через его глаза, поэтому, только что посмотрев на тебя, он уже понял, отчего ты погиб.
Услышав, что на свете действительно существуют люди с подобной сверхъестественной способностью, мальчик с изумлением уставился на Фань Юцзюэ.
Но раз уж Фань Юцзюэ и впрямь видел его насквозь, мальчику было трудно поставить под сомнение слова Лань Чэяня. Жажда познания вспыхнула в нём с новой силой и в конце концов заставила обратиться к Фань Юцзюэ:
— То, что он говорит, правда? Ты действительно способен на такое? Не врёшь же мне?
Сомнения мальчика в сочетании с настойчивыми взглядами Лань Чэяня помогли Фань Юцзюэ, кажется, сообразить, что от него требуется. Он повернулся к мальчику лицом, заглянул ему в глаза и искренне ответил:
— Верно. Если не веришь — можешь проверить. Просто дай мне руку и смотри мне прямо в глаза, а я ручаюсь, что смогу рассказать всё — о твоих прошлых жизнях и нынешней, включая каждое пережитое тобой событие.
То ли мальчик подумал, что лишь так сможет поведать о тех мучительных вещах, о которых не решался говорить вслух, то ли решил, что больше не должен нести этот тяжёлый груз, но в конце концов он согласился и сам протянул руку Фань Юцзюэ.
Ухватившись за представившуюся возможность, Фань Юцзюэ поспешно принялся считывать историю из разума мальчика, а Лань Чэянь, воспользовавшись своим преимуществом, через глаза Фань Юцзюэ тоже заглянул во всё происходящее.
Время пролетело быстро. Закончив, Фань Юцзюэ разжал руку, в его взгляде мелькнуло сочувствие, и, глядя на мальчика, он произнес:
— Значит, тебя зовут Линь Гушэ. У тебя были отличные успехи в учёбе, но именно из-за этого ты и пострадал. Вот почему ты совершенно потерял надежду на будущее, но сейчас твоё сердце боится лишь за бабушку.
Слова Фань Юцзюэ окончательно заставили мальчика поверить в его необычный дар. Глядя на Фань Юцзюэ, Линь Гушэ затянул глаза пеленой слёз и долгое время молчал.
Заметив слёзы на его глазах, Лань Чэянь понял, что скрытая на дне души хрупкость мальчика вырвалась наружу, и принялся раз за разом повторять его имя:
— Линь Гушэ, Линь Гушэ, Линь Гушэ…
Повторив множество раз, Линь Гушэ наконец разрыдался. В нём проснулись детская наивность и детская несдержанность, подобающие его возрасту. Лань Чэянь тем временем похлопывал его по спине, успокаивая расшатавшиеся нервы.
Фань Юцзюэ сидел рядом, разделяя с ними этот момент. Проходившие мимо люди то и дело бросали взгляды на то озеро и шушукались — в их глазах на траве сидели лишь Лань Чэянь и Фань Лин.
Но на самом деле там присутствовал ещё один — Линь Гушэ, который никак не хотел уходить, но и продолжать свой путь уже не мог.
На дороге почти никого не осталось: стоял полдень, и из-за палящего солнца все предпочитали прятаться по домам. Лишь из-за сегодняшнего необычного происшествия несколько любопытных зевак заглянули сюда, чтобы посмотреть на поднятый шум.
Людей почти не осталось — сказалась привычка не выходить из дома в самый солнцепек, — и Линь Гушэ наконец унял слёзы.
Вскоре на смену прежней отрешенности в его глазах пришли нотки ненависти и гнева, и Линь Гушэ поведал о том, что ему пришлось пережить:
— Я не хотел умирать, но казалось, что только после моей смерти всё прекратится. У меня не было выбора, я встал у кого-то на пути. Но я не хотел и не мог добровольно уступить дорогу, потому что это был единственный шанс на спасение, который я мог отвоевать. Именно поэтому другие так разозлились, и со мной так поступили. Я ни в чём не виноват, но при этом виноват больше всех.
Услышав полные противоречий и терзаний речи Линь Гушэ, Лань Чэянь понял истинную суть дела и принялся его утешать:
— Ты ни в чём не виноват. Разве есть что-то плохое в том, чтобы стремиться к своей мечте? К тому же ты добивался всего исключительно собственным трудом, никому не переходя дорогу. Настоящие проблемы с психикой у тех, кто испытывает к тебе враждебность.
Услышав слова утешения от Лань Чэяня, Линь Гушэ невероятно удивился — впервые кто-то встал на его сторону. После этого его захлестнула обида, и слёзы вновь полились рекой.
Лань Чэянь поспешно обнял его, продолжая подбадривать и утешать:
— Я понимаю твои чувства. Но, пожалуйста, не бойся: раз уж мы узнали об этом, то точно не останемся в стороне.
Ободрённый словами Лань Чэяня, Линь Гушэ словно нашёл надёжное убежище. Он крепко обнял Лань Чэяня и отказывался его отпускать.
Фань Юцзюэ молча ждал в стороне. Тем временем появившиеся с опозданием Юй Иньянь и Ян Ишань, увидев, как Линь Гушэ плачет в объятиях Лань Чэяня, с недоумением посмотрели на Фань Юцзюэ.
Фань Юцзюэ тут же ответил им беззвучными движениями губ:
— Поговорим позже.
Поняв в чём дело, Юй Иньянь и Ян Ишань присели неподалёку и стали ждать.
Долгое время спустя Линь Гушэ наконец успокоился, слёзы высохли, и он дрожащим голосом поведал о том, почему не мог уйти:
— Моя бабушка... Моя бабушка будет безутешна. Я перед ней виноват.Упоминание бабушки вновь заставило Линь Гушэ расплакаться. Казалось, собственная обида волновала его куда меньше, чем глубокое чувство вины перед ней.
Опасаясь, что здесь могут возникнуть какие-то проблемы, Лань Чэянь ласково посмотрел на потерянного Линь Гушэ и наконец произнес:
— Пойдем со мной домой. Придем ко мне, и тогда обо всем поговорим. Раз уж ты нашел меня, я не позволю этому остаться пустым звуком.
Слова Лань Чэяня сильно озадачили Линь Гушэ, ведь он никого не искал и тем более никак не мог искать этого незнакомого человека перед ним. Однако Лань Чэянь ничего объяснять не стал.
В конце концов, терзаемый сомнениями, Линь Гушэ все же задал Лань Чэяню вопрос:
— Но я ведь никого не искал... Откуда вы знаете, что я здесь? И почему я должен идти с вами домой?
Услышав подозрения Линь Гушэ, Лань Чэянь подумал, что здоровая доля недоверия у ребенка — это даже хорошо. В конце концов, в мире живых полно дурных людей, но и в мире мертвых хватает лихих духов — пути живых и мертвых изначально разделены.
Однако те, кто только что умер и еще не до конца перешел в подземный мир, всегда обладают некой особенностью и иным уделом. Именно поэтому в такие моменты их пытаются выследить всякие существа с дурными замыслами, особенно те, кого Лань Чэянь и его товарищи способны обнаружить.Однако Лань Чэянь посчитал, что прежде всего следует объяснить, почему Линь Гушэ должен пойти с ними. Поскольку в глазах Линь Гушэ незнакомая доброжелательность вполне могла оказаться началом какого-то использования, Лань Чэянь был вынужден объяснять:
— Ты не встретил посланника, который должен был забрать тебя, а значит, ждал нас. Именно поэтому мы смогли отыскать тебя и найти.
Поскольку мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал, но пока я не могу сказать тебе, что именно. В общем, тебе придется пойти с нами сначала. Когда мы прибудем на место, я все продолжу объяснять. Теперь ты спокоен?
После таких объяснений Лань Чэяня Линь Гушэ, казалось, что-то понял, ведь с самого своего появления он всё это время сидел здесь.
Мимо него то и дело проходили люди: их шаги были легкими и тихими, все они любовались пейзажами и никто не обращал внимания на него, лежащего на дне озера, пока его тело не всплыло на поверхность воды, после чего его и заметили.
Однако среди множества приходивших людей однажды нашлась маленькая девочка, которая заметила его присутствие и даже спросила, почему один братик лежит, а другой сидит. В конце концов взрослые испугались и увели девочку прочь.
И последними оказались Лань Чэянь и остальные. Они не только увидели его, но и прочли его мысли, узнав его имя.
Поэтому, если во всем этом и впрямь был какой-то высший замысел, Линь Гушэ чувствовал, что Лань Чэянь и есть его предначертанная судьба.Наконец Линь Гушэ тоже снял защиту и ответил Лань Чэяню:
— Хорошо, тогда я пойду с вами. Всё равно здесь я совсем один, так хоть какая-то компания будет.
Получив согласие Линь Гушэ, Лань Чэянь переглянулся с Ян Ишанем и Юй Иньянем. Юй Иньянь по одному лишь взгляду понял задумку Лань Чэяня и кивнул, позволяя им идти первыми.
Затем Лань Чэянь посмотрел на Фань Юцзюэ. Тот как раз думал о том же самом, ответил на взгляд Лань Чэяня кивком и в итоге вместе с ним и Линь Гушэ удалился.
Когда остались лишь Ян Ишань и Юй Иньянь, Ян Ишань уже собирался уходить, но Юй Иньянь опередил его и схватил за руку.
Недоумённо обернувшись, он увидел, что Юй Иньянь смотрит на него с загадочной полуулыбкой — прямо как на загадочной картине Моны Лизы. От этого взгляда по спине почему-то пробегал холодок.
Но кто такой Ян Ишань? Разве мог он поддаться чарам улыбки Юй Иньяня? Более того, стоило ему взглянуть на выражение лица Юй Иньяня, как он сразу понял, о чём тот думает и чего от него хочет, поэтому тут же отказался:
— Эй, я вообще-то пришёл не для того, чтобы за тебя работу выполнять, да и дел у меня полно. Не задерживай меня тут!
Попытка Ян Ишаня отделаться от него заставила Юй Иньяня, до этого ещё державшегося с улыбкой, мгновенно помрачнеть. В его глазах даже промелькнуло недовольство, и он произвел на свет убийственный аргумент:
— Ах ты ж! Когда дело доходило до того, что ты отвлекал меня, это почему-то не считалось задержкой? Если бы твои дела были так важны, ты бы с самого начала не стал нас искать, а не заявлял об их важности именно сейчас!
К тому же, разве ты не приплёлся к нам просто от нечего делать, чтобы поглазеть на всё? Как доходит до дела — так сразу занят? Ну-ка, расскажи мне, где это ты занят?
Если приведёшь убедительные аргументы — я поверю. Но если я узнаю, что ты просто ищешь отговорки, чтобы не помогать мне, ну, тогда пеняй на себя!
Поскольку Ян Ишань и впрямь лишь придумывал отговорки, оказавшись разоблачённым Лань Чэянем, он уже не смел так просто и беспечно отказываться. Хоть он и понимал, что Юй Иньянь не умеет читать чужие мысли, у Юй Иньяня был слишком пронзительный взгляд — стоило Ян Ишаню соврать, как тот с лёгкостью раскусил бы его.
В таком положении Ян Ишаню оставалось лишь мысленно перебирать варианты, ломая голову над тем, как бы сделать так, чтобы и Юй Иньяня не разозлить, и самому не быть пойманным с поличным.
http://bllate.org/book/22522/2378647
Готово:
