— Сяо Янь, нам пора выходить.
Чжао Шуюй аккуратно завернул женьшень, который достал из своего пространственного хранилища, и бережно уложил его в заплечную корзину. Ему не терпелось узнать, сколько серебра можно выручить за корень из его тайного запаса.
— Хорошо, хорошо, братец, поехали! — Чжао Шуянь был так счастлив, что братец пообещал взять его с собой в уездный город, что не спал всю ночь. Он боялся, что братец уедет без него, поэтому поднялся ни свет ни заря.
— Шуюй, сегодня берешь Сяо Шиту с собой в город?
— Да, тетушка Чжан, сегодня дел немного, вот и решил взять его, прогуляться по рынку.
Польза от продажи свинины по низким ценам была очевидна: каждый встречный по пути из дома первым здоровался с Чжао Шуюем.
— Брат Чу Нин, ты тоже сегодня в уезд? Мы с братом тоже туда едем!
Как только они добрались до края деревни, Чжао Шуянь, озираясь по сторонам, сразу приметил Чу Нина, сидевшего в углу воловьей телеги. Он разжал руку брата и, подбежав к Чу Нину, защебетал без умолку.
Чжао Шуюй, шедший следом, при виде Чу Нина улыбнулся еще теплее. На телеге было полно народа, разговаривать было неудобно, поэтому, сев рядом с младшим братом, Чжао Шуюй под прикрытием его спины украдкой потянул Чу Нина за рукав.
— Спасибо, что согласился поехать, я очень рад!
Чу Нин, опасаясь, что их заметят, опустил голову и тихо ответил Чжао Шуяню:
— Я еду в город по делам.
— Здорово! Поедем вместе, с братцем нам никто не посмеет помешать, — Чжао Шуянь потянул Чу Нина за одежду и расплылся в улыбке.
Прибыв в уезд, Чжао Шуюй повел их прямиком в аптеку Цзишитан. Он планировал продать женьшень, а потом спокойно погулять с ними и что-нибудь купить.
Юный ученик аптекаря сразу узнал Чжао Шуюя и с улыбкой спросил:
— Господин Чжао, вы снова пришли продать лекарственные травы?
Чу Нин с любопытством взглянул на Чжао Шуюя — оказывается, он уже бывал здесь раньше.
Чжао Шуюй мягко улыбнулся в ответ на любопытный взгляд Чу Нина и кивнул:
— Посчастливилось найти столетний корень женьшеня. Господин Ли на месте?
— Столетний женьшень? — воскликнул ученик. В их уезде Пинъян он еще ни разу не видел ничего подобного.
— Именно так. — Чжао Шуюй выбрал из своего хранилища самый невзрачный на вид и самый молодой корень — по его оценкам, ему было лет пятьсот.
— Господин Чжао, мой учитель наверняка захочет его купить! Но сейчас он ушел на вызов. Вы обязательно должны подождать его, давайте я провожу вас на задний двор отдохнуть? — взволнованно предложил ученик, боясь, что Чжао Шуюй уйдет продавать корень в другое место.
— Ничего страшного. Мы пока погуляем, а позже вернемся к господину Ли, — решил Чжао Шуюй, не желая заставлять спутников ждать.
— Вы уж обязательно вернитесь! А то учитель с меня голову снимет, — жалобно проговорил ученик, провожая их до выхода из аптеки.
— Обязательно. Я обещал господину Ли, что сначала буду показывать хорошие травы ему, слово свое я держу.
Чжао Шуюй гулял с Чу Нином и братом по улицам, рассказывая им о местных лавках. Чу Нин иногда приезжал в город продавать дикорастущие овощи и грибы, поэтому неплохо знал восточный рынок, но по главным улицам, где стояли дорогие магазины, он никогда не ходил, а потому был в полном восторге от шумной и оживленной атмосферы.
— А-Нин, ты не проголодался?
— А... как ты меня назвал? — Чу Нин, услышав это обращение, невольно крепче сжал руку Чжао Шуяня.
— А-Нин. Мне кажется, так звучит лучше. Тебе не нравится?
— Можно... если хочешь, так и называй, — Чу Нин покраснел и отвел взгляд. — Я утром поел, так что не голоден. Если вы еще не ели, я могу составить вам компанию.
— Мы тоже дома позавтракали, — отрезал Чжао Шуюй. — Давайте пока просто походим по округе, а как закончим дела, найдем место, где перекусить.
Через час они вернулись в Цзишитан. Издалека было видно, как ученик аптекаря мечется у входа, вытягивая шею.
— Господин Чжао, наконец-то! Учитель был в ярости, когда узнал, что я не угостил вас чаем, сказал, что прибьет меня, если вы не вернетесь! — ученик, заметив их, схватил Чжао Шуюя за руку и потащил внутрь, на ходу выпаливая оправдания.
На заднем дворе аптеки сушились травы, а под старой грушей стоял каменный стол, за которым пил чай господин Ли.
— Господин Ли, у вас тут очень уютно! — подшутил Чжао Шуюй.
Лекарь не обиделся, а лишь с улыбкой посмотрел на Чжао Шуяня, который, прячась за спиной брата, украдкой выглядывал из-за него. Заметив, что мальчик подглядывает, старик погладил бороду и для смеха состроил грозную рожу. Чжао Шуянь испугался, тут же спрятался обратно и крепко вцепился в одежду брата.
Затем лекарь перевел взгляд на Чу Нина и усмехнулся:
— А у тебя, парень, глаз наметан — будущий супруг-то видный!
— Ой, я... я не... — смутился Чу Нин.
Чжао Шуюй спокойно ответил:
— Будущий супруг. А-Нин и правда очень красив.
Видя такую прямоту, господин Ли перестал подшучивать и небрежно бросил:
— Ну, и где же твой столетний женьшень? Доставай, посмотрю.
Он не ожидал многого от слов ученика — в их уезде никогда не попадалось ничего стоящего, и он решил, что парень просто приукрасил.
— Может, мне с Сяо Янем подождать снаружи? — тихо спросил Чу Нин.
— Не нужно, вы свои люди.
Чжао Шуюй достал из корзины сверток, завернутый в ткань, и положил на каменный стол. Господин Ли, заинтригованный толстым слоем ткани, подался вперед. Когда Чжао Шуюй развернул сверток, в воздухе разлился густой аромат. На столе лежал корень — желтовато-белый, с мощным основным стеблем и множеством длинных, тонких отростков. Форма его была причудливой и необычной.
Господин Ли в изумлении вскочил. За десятки лет врачебной практики он впервые видел корень такого качества — даже в столице ему не доводилось встречать подобного.
— Невероятно... Посмотрите на эти глубокие кольца, на плотную текстуру, на длинные, гибкие корни... А эти «жемчужины»! Как тебе удалось выкопать его, не сломав ни одного корешка? — лекарь был в восторге. — И посмотрите на это «кольцо» — оно длиннее моей ладони! Этому корню явно больше ста лет, я бы сказал, триста, а то и четыреста! Как же ты мог завернуть такое сокровище в грубую ткань? Ты же портишь ценнейшее сырье!
Чжао Шуюй с интересом наблюдал, как лицо лекаря меняется в цвете. В прошлой жизни он видел вещи и получше, поэтому не понимал такого ажиотажа — хорошо еще, что выбрал самый «молодой» корень.
— Чтобы сохранить его в таком виде, я два дня его выкапывал. Господин Ли, раз он вам так нравится, какую цену предложите? Дешево не отдам, — пошутил Чжао Шуюй.
Лекарь, не отрывая глаз от корня, ответил:
— За такой экземпляр в столице или крупном городе дали бы не меньше пятисот лян, а если покупатель будет в отчаянии — и того больше. У нас в Пинъяне цена ниже, дам триста-четыреста лян. Не буду тебя обманывать — даю четыреста.
Господин Ли оказался состоятельным человеком, подумал Чжао Шуюй. В его хранилище были десятки корней получше этого, и если продать их все, можно было бы всю жизнь не работать, но это привлекло бы слишком много внимания.
Увидев, что Чжао Шуюй молчит, лекарь занервничал:
— Юноша, я предлагаю честную цену! Если не веришь, сходи в аптеку Хуэйчуньтан, но старик Бай там точно тебя обдерет как липку.
До столицы было далеко, и Чжао Шуюй решил, что четыреста лян — отличный результат для первой пробы.
— Нет, я верю вашей порядочности, господин Ли. Вы всю жизнь работаете с травами и знаете в них толк больше меня. Пусть это будет залогом нашей дружбы. По рукам, четыреста лян!
— Ха-ха! Вот это по-мужски! Сейчас принесу вексель! — лекарь, сияя от радости, побежал в дом.
Чжао Шуянь, разглядывавший корень, потянул брата за палец:
— Братец, мы теперь богатые?
— Да, мы теперь богатые. Брат заработает еще больше, чтобы у тебя была самая лучшая жизнь. — Чжао Шуюй посмотрел на Чу Нина, который все еще не мог прийти в себя от названной суммы, и добавил: — И у тебя, А-Нин, тоже.
Чу Нин смущенно опустил голову, не зная, что ответить.
http://bllate.org/book/22441/2357852
Готово:
