Ся Тин нахмурился, вытащил пистолет, снял его с предохранителя и медленно приблизился к главным воротам. Прижавшись к стене, он осторожно выглянул наружу и увидел пять-шесть изуродованных существ с окровавленными ртами, которые, шатаясь, направлялись внутрь.
Судя по ярко-алому цвету крови, она явно не принадлежала самим зомби — они только что закончили пировать.
Мертвецы приближались. Ся Тин крепче сжал рукоять и нажал на спусковой крючок. Несколько сухих щелчков — и все пять-шесть тварей повалились на землю одна за другой.
Он не успел даже перевести дух, как воздух рядом прорезал свист. Ся Тин мгновенно развернулся, перед глазами мелькнула тень, и он, не раздумывая, снова выстрелил. Раздался хлопок, и еще один зомби с полностью сгнившей кожей рухнул прямо перед ним, не дойдя до него и полуметра.
Ся Тин, не опуская оружия, осмотрелся, но больше никого не обнаружил.
Только он хотел опустить руку, как снаружи донесся отчетливый шорох. Судя по плотности звуков, на этот раз их было гораздо больше — по меньшей мере, тридцать-сорок особей.
Дыхание Ся Тина перехватило. В одиночку ему не справиться с такой толпой. Он уже собрался бежать вглубь фабрики, чтобы найти укрытие и либо переждать, либо перебить их поодиночке, как вдруг...
— Сяо Тин.
Голос, до боли знакомый, врезавшийся в самую душу, заставил Ся Тина замереть, будто его поразило молнией. Но оцепенение длилось лишь мгновение — следом нахлынули ярость и всепоглощающая ненависть.
Ся Тин механически обернулся. Он не ошибся: врагов действительно было около сорока, вот только это были не зомби, а люди. И люди до ужаса знакомые.
— Сяо... Мин... Лэй! — Ся Тин выплюнул это имя, и в каждом слоге слышалась жажда разорвать врага на части.
Да, именно он. Тот самый человек с утонченными чертами лица и мягкими, интеллигентными манерами. Человек, который мучил его две жизни подряд и которого он ненавидел всей душой — Сяо Минлэй.
— Сяо Тин, не беги больше, пойдем со мной. Поверь, с тобой ничего не случится, — ласково уговаривал Сяо Минлэй.
Ся Тин лишь холодно усмехнулся и выстрелил прямо ему в переносицу.
Лицо Сяо Минлэя изменилось. Он взмахнул рукой, и навстречу пуле вылетел кусок льда. Раздался тихий стук: пуля не пробила лед, а застряла в нем, после чего оба предмета упали на землю.
— Как?! — Ся Тин в ужасе расширил глаза и принялся палить без остановки, выпуская пулю за пулей.
Сяо Минлэй сердито фыркнул и толкнул ладонями воздух перед собой — возникла толстая прозрачная ледяная стена. Пули бессильно застучали по ней и посыпались вниз, не причинив ему ни малейшего вреда.
Щелк! Ся Тин нажал на спуск, но обойма была пуста. Он отбросил бесполезный пистолет и выхватил второй, но не успел выстрелить.
— Довольно! Не хочешь по-хорошему — будет по-плохому! — рявкнул Сяо Минлэй.
Вслед за его окриком на Ся Тина обрушилась плотная ледяная сеть. Ся Тин попытался увернуться, но не успел — пара шагов, и он уже скован льдом, превратившись в статую.
— Заберите его, — приказал Сяо Минлэй своим людям.
Те двинулись было к нему, но из группы выскочил человек и преградил им путь.
— Старший брат, нельзя отдавать Сяо Тина в исследовательский институт! Он умрет, я не согласен!
— Я сказал, он не умрет. Назад! — глаза Сяо Минлэя сверкнули холодом, как у ядовитой змеи.
— Брат!
Сяо Минлэй взмахнул рукой, и протестующий мгновенно превратился в ледяную глыбу.
— Уносите.
Ся Тин чувствовал, как лежит на холодном операционном столе, совершенно обессиленный. Перед глазами мелькали белые халаты, острое скальпельное лезвие поблескивало в свете ламп, медленно опускаясь к его животу.
В глазах Ся Тина застыл ужас. Нет... не надо...
...
— Малыш, малыш!
От тревожных криков Ся Тин резко открыл глаза. Его лицо было мертвенно-бледным, по лбу градом катился пот.
Перед ним возник размытый силуэт. Ся Тин потряс головой, зрение прояснилось.
— Шао Хэн?
Увидев, что тот очнулся, Лэй Шао Хэн с облегчением выдохнул и принялся успокаивать его:
— Все хорошо, все прошло.
Почувствовав тепло тела Лэй Шао Хэна и оглядевшись — вокруг по-прежнему простирались заросли травы, — Ся Тин содрогнулся от страха:
— Снова иллюзия?
— Да, — Лэй Шао Хэн выглядел очень серьезным. — Противник очень силен.
Если бы он не знал, насколько глубока ненависть Ся Тина и как тот застенчив, чтобы изображать из себя соблазнителя, он не смог бы так быстро распознать обман и выбраться из ловушки.
Как только он пришел в себя, то увидел, что Ся Тин дрожит, бледный как полотно, с лицом, полным гнева, отчаяния и разочарования. Лэй Шао Хэн испугался, что тот застрял в иллюзии, и поспешил вытянуть его оттуда.
Убедившись, что с Ся Тином все в порядке, они обернулись к остальным двоим и невольно рассмеялись.
Цзи Цзыфэн выглядел блаженным, с уголков его рта текла слюна, он что-то усердно жевал. Понятно, что в своем сне он пировал.
А Юй Му выглядел торжествующим — это было выражение человека, который жестоко расправляется с врагом. Ся Тин и Лэй Шао Хэн переглянулись, глядя на Цзи Цзыфэна, и у них возникло странное предчувствие: не его ли сейчас мучает Юй Му?
Лэй Шао Хэн подошел и отвесил обоим по пинку. Те отлетели в сторону, упали на землю и, ошарашенно поднявшись, синхронно закричали:
— Ты чего?! Я только куриную ножку доедал!
— Зачем?! Я же только начал ему ноги отрезать!
Они переглянулись: куриная ножка превратилась в Юй Му, и Цзи Цзыфэн был крайне недоволен. А Юй Му, увидев, что Цзи Цзыфэн, которого он так усердно мучил в мечтах, ни капли не пострадал, разозлился еще больше.
— Хм! — они одновременно отвернулись друг от друга.
В этот момент мелькнула тень, и Лэй Шао Хэн рявкнул:
— Кто здесь?!
Другие трое тоже вскинули головы и, увидев нечто, поспешно отскочили в сторону.
Тень, которую заметил Лэй Шао Хэн, не была человеком. Это был кроваво-красный лист, похожий на язык дикого зверя, который с яростью обвивался вокруг них.
Не успели они подняться, как трава вокруг, словно ожив, резко удлинилась и намертво спеленала всех четверых.
Не успели они опомниться, как из глубины чащи вытянулись еще четыре красных листа, подхватили их и стремительно втянули внутрь.
Пока его несло в листе, по телу Лэй Шао Хэна пробежали разряды фиолетовой молнии. В то же время в руке Ся Тина появился короткий нож, и он, извернувшись, полоснул по сковывавшему его листу.
В отличие от них, Цзи Цзыфэн применил грубую силу. Его мышцы мгновенно вздулись, и он издал такой яростный рев, что лист, сжимавший его, разлетелся на куски.
Все трое рухнули на землю. Юй Му же продолжал улетать вглубь леса, вопя от ужаса. Его меч был закреплен за спиной, и теперь, когда он был намертво связан, воспользоваться им можно было лишь с помощью телекинеза — но такие чудеса существовали только в легендах.
Ся Тин убрал нож в поясную сумку и выхватил пистолет, но тут от Юй Му вдруг пошла темная аура. Как только она появилась, кроваво-красный лист, словно получив удар, разжался и отпрянул назад.
Глаза Ся Тина блеснули: это и есть способность Юй Му? Поглощение — как мощно!
— Опять? — Цзи Цзыфэн, уже знакомый с этим трюком, удивленно спросил: — Ты можешь поглощать чужую энергию?!
— Не твое дело, — Юй Му терпеть не мог этого безумца.
— Наверное, нет, иначе почему ты такой слабый? — Цзи Цзыфэн почесал затылок и отвернулся.
Слушая его, Юй Му чуть не выплюнул кровь. Когда он впервые понял, что может поглощать энергию, он был счастлив до безумия — это же прямо как техника Бэймин из легенд! Но позже выяснилось, что радоваться рано. Людей с энергией мало, зомби много, но никто из них не будет стоять и ждать, пока их «выпьют».
Да и в чем разница с другими способностями, если сначала нужно убить зомби? К тому же, если переборщить, энергия внутри начинает хаотично метаться, как было в тот раз, когда он спасал Ся Тина — он тогда чуть на тот свет не отправился. А с людьми и вовсе не выйдет: стоит им почувствовать утечку энергии, как они тут же отшвыривают его подальше.
— Хватит спорить, смотрите туда! — голос Лэй Шао Хэна, полный изумления, прервал их перебранку.
Все трое посмотрели в ту сторону и невольно перевели дух.
Приблизившись, они смогли разглядеть истинный облик растения. Оно было размером с двухэтажный дом, с шестью или семью кроваво-красными листьями, которые извивались, словно языки огромного чудовища, жаждущего поглотить добычу.
— Что это за чертовщина?! — у всех четверых глаза полезли из орбит.
— Мутировавшее растение? — Ся Тин был в шоке. Если бы такое появилось в конце апокалипсиса, он бы не удивился, но ведь прошло совсем немного времени!
Не дожидаясь их реакции, лист снова рванул к ним.
— Назад! — Лэй Шао Хэн оттолкнул Ся Тина и метнул в нападающий лист несколько электрических шаров. Когда он был зомби, его способности выросли, а после восстановления, хотя и немного снизились, закрепились на втором уровне. Сейчас, в полную силу, мощь была впечатляющей.
Он не беспокоился за Цзи Цзыфэна и Юй Му. Цзи Цзыфэн был настоящим фанатиком сражений, а Юй Му обладал странной способностью поглощения. Только Ся Тин, при всей своей ловкости, был уязвим перед таким противником.
Ся Тин послушно отступил. Он знал, что сейчас только помешает, а Лэй Шао Хэн будет отвлекаться на его защиту. Но просто стоять в стороне — не в его стиле. Мозг лихорадочно работал: если они продолжат сражаться так, то неизбежно погибнут. Единственный шанс — найти уязвимое место и нанести решающий удар.
Он знал, что у мутировавших растений есть ядра, но они могли находиться где угодно.
— А-а! — Юй Му снова схватили, но он вспыхнул темным светом, заставив лист отпрянуть, и рухнул на землю.
Лэй Шао Хэн сражался с тремя листьями сразу, ему приходилось все труднее, он уже получил несколько болезненных ударов.
Ся Тин метался, пытаясь найти слабое место. Вдруг его взгляд упал на самый верх растения — там был маленький листок, который, в отличие от остальных, оставался неподвижным.
Неужели он защищает ядро?
Ся Тин, не колеблясь, прицелился и выстрелил. Пуля попала точно в маленький листок. Растение содрогнулось, и из него вырвался пронзительный, визгливый звук — ультразвуковая волна, от которой у всех закружилась голова.
— Держитесь, я нашел его! — Ся Тин был бледен, но возбужден. Звук был похож на яростный рык — значит, он попал куда нужно!
— Хорошо! — Лэй Шао Хэн, чья энергия была почти на исходе, отсек нападающий лист мечом, но тот начал отрастать с невероятной скоростью.
Ся Тин понимал: чтобы победить, нужно подобраться вплотную. Он начал пробираться вперед, но с каждым шагом голова становилась тяжелее, словно в нее насыпали камней. Он понимал, что это растение атакует ментально, создавая иллюзии.
Наконец он добрался до самого ствола, но от невыносимой боли в голове рухнул на землю. В тот момент, когда ему показалось, что череп сейчас лопнет, внутри него вдруг вспыхнула странная энергия, облегчив мучения.
Не раздумывая, он вскочил, выхватил нож и с размаху вонзил его в ствол.
Раздался еще один пронзительный вопль — на этот раз полный боли. Растение взбесилось. Лист, который до этого был неподвижен, резко опустился и схватил Ся Тина.
Ся Тин не сопротивлялся. Он знал, что лист понесет его к самому верху — к его «пасти».
Его подняло в воздух, а затем лист разжался. Ся Тин полетел вниз, прямо в черную дыру, усеянную острыми белыми шипами, напоминающую пасть древнего хищника.
Он заметил, что под маленьким листком скрывается черное пятно размером с чашку. Там!
Он упал в эту дыру, и белые иглы впились в его тело.
— А-а... — Ся Тин почувствовал адскую боль, но, не обращая на нее внимания, левой рукой отшвырнул листок, а правой с силой вонзил нож в черное пятно. Удар был такой силы, что не только лезвие, но и вся его ладонь погрузилась внутрь, нащупав что-то твердое — ядро!
Ему показалось, что он коснулся сразу двух ядер... Но сил больше не было, и он потерял сознание.
...
— Малыш, ты проснулся?!
Ся Тин открыл глаза и увидел радостное лицо Лэй Шао Хэна. Белые стены, чистая комната, мягкая кровать, три одеяла... Он охрипшим голосом спросил:
— Мы... выбрались?
Лэй Шао Хэн не ответил, а наклонился и прижался губами к его губам. Ся Тин удивленно приоткрыл рот, и почувствовал, как в него вливается струйка теплой воды.
Лэй Шао Хэн поил его, не отрываясь, пока не убедился, что тот проглотил всё, и лишь тогда отстранился, напоследок коснувшись кончиком языка языка Ся Тина.
Лицо Ся Тина вспыхнуло:
— Я сам могу пить.
— Нет, ты ранен, я сам, — Лэй Шао Хэн снова набрал в рот воды.
Ранен? Ся Тин только сейчас почувствовал ноющую боль во всем теле — видимо, от тех самых шипов.
— Все-таки я сам, — он попытался выбраться из-под одеяла, чтобы взять стакан, но, едва высунувшись, задрожал от холода. — Как же холодно.
http://bllate.org/book/22410/2352717
Готово:
