— Последнее правило: Линь Ло запрещено прятаться в мужских и женских душевых или туалетах, а также просить помощи у других инструкторов. Если за это время инструктор Линь Ло повредит чьи-либо личные вещи в ваших общежитиях, мы возместим ущерб в десятикратном размере!
Как только прозвучало последнее слово, Юань Ган взмахнул рукой и хлопнул в ладоши:
— Теперь у обеих сторон есть полчаса на расстановку сил и планирование, через полчас соревнование официально начнется!
Ван Мянь и остальные столпились вместе, обсуждая тактику, как вдруг почувствовали удивительную легкость во всем теле. Словно тяжелый груз, долгое время давивший на них, исчез, и каждый вмиг словно заново родился.
Это было ощущение внезапного прозрения и ясности: казалось, тело полностью очистилось, и даже дыхание стало необычайно легким и чистым.
Новичкам было уже не до тактики — переглянувшись, кто-то из них вдруг радостно завопил:
— Я прорвался!
Вслед за этим новобранцы заулыбались. Прорыв на новый уровень сам по себе был отличной новостью, а уж в такой момент — тем более. Это означало, что их шансы на победу снова возросли.
Ван Мянь ошеломленно смотрел на свои руки, ощущая духовную силу, которая действительно достигла Стадии Пруда, но думал он совсем о другом:
— Он… неужели он тоже совершил прорыв?
Остальные переглянулись, прекрасно понимая, кого он имеет в виду.
Ли Сюань цыкнул языком, разминая суставы так, что пальцы громко хрустнули:
— Да плевать, прорвался он или нет! Нас тут сейчас больше двух сотен человек, мы его просто измором возьмем!
— Именно так, — подхватил Юэ Гуй, в его глазах горел азарт. — Теперь, когда у нас есть поддержка Запретной пустоши, наша скорость и сила удвоились, разве трудно его отыскать? К тому же в правилах сказано: достаточно просто лишить его возможности двигаться, насмерть убивать не обязательно.
Сунь Тяньпин тоже кивнул:
— К тому же у нас есть пять попыток. Инструктор Линь Ло ведь не может одновременно выпустить по пять зарядов с краской в каждого. Если будем действовать слаженно и прочесывать территорию по секторам, ему от нас не сбежать.
Ван Мянь опустил взгляд, погрузившись в раздумья, но его не покидало смутное ощущение, что что-то здесь не так:
— Да, условия жесткие, но почему инструкторы всё же оставляют нам столько пространства для ошибок?
Ли Сюань хлопнул его по плечу, а другой рукой создал непрерывно увеличивающийся и уменьшающийся вихрь:
— По мне так, возможно, это другие инструкторы устроили испытание для маленького инструктора? Не забивай себе голову.
Ван Мянь хотел что-то сказать, но промолчал. Подняв глаза, он заметил, что остальные новобранцы уже рассредоточились по позициям. Его взгляд невольно упал на тренировочную арену — там одиноко стоял лишь небольшой снеговик, которого только что слепил Линь Ло.
Какое-то необъяснимое чувство паники накатило с холодным ветром.
Победит ли они на самом деле?
В то же время в одной из комнат отдыха.
Юань Ган надевал на Линь Ло наушники. Эта гарнитура служила не только для связи, но и была оснащена функцией геолокации, позволявшей инструкторам в любой момент отслеживать местоположение Линь Ло.
В конце концов, даже при том, что территория тренировочного лагеря почти полностью просматривалась камерами наблюдения, нельзя было исключать, что этот сорванец забредет в какой-нибудь малоизвестный уголок. Эта мера также служила гарантией его безопасности.
Закончив настройку гарнитуры, Юань Ган присел перед Линь Ло на корточки и мягко произнес:
— Сяо Ло, я хочу кое о чем с тобой поговорить.
Линь Ло моргнул, на его лице застыла улыбка — вылитый послушный ребенок.
Юань Ган похлопал Линь Ло по укутанным в плотную одежду плечам:
— Правила соревнования слышал? А теперь я добавлю тебе еще несколько условий с наградой.
Его тон звучал завлекающе, словно он торговался с ребенком:
— За каждого выбывшего новобранца я буду давать тебе сто юаней новогодних денег.
Маленькие серо-голубые глаза мгновенно заблестели, мальчик явно заинтересовался.
— А если удастся вывести из строя всех двухсот с лишним… — Юань Ган намеренно затянул паузу, наблюдая, как ребенок затаил дыхание, и с улыбкой добавил: — Последний конверт с деньгами я удвою.
Услышав это, Линь Ло закивал с такой яростью, что его голова превратилась в размытое пятно.
Юань Ган торопливо прижал мальчика за плечи, проверяя, надежно ли сидят наушники, а затем легонько постучал по ним:
— Кроме того, во время соревнования я буду присылать тебе через них задания. Если справишься, я накину еще денег, и всё это пойдет в итоговую сумму с удвоением.
Аура вокруг ребенка заметно оживилась, и если бы не присутствие Юань Гана, он, пожалуй, уже давно сорвался бы с места.
Глядя на возбужденное детское лицо Линь Ло, Юань Ган невольно улыбнулся, но в этой улыбке сквозило какое-то трудно постижимое выражение.
Даже зная, что в самом начале соревнования Линь Ло наверняка сбросит всю теплую одежду, Юань Ган всё равно тщательно застегнул каждую пуговицу на его куртке и чуть выше подтянул воротник, так что бо́льшая часть лица мальчика спряталась в мягкой ткани.
— Сяо Ло… — голос Юань Гана стал глуше. — Что бы ни случилось, не калечь себя.
Хочешь сражаться всерьез или просто баловаться — в какой бы хаос ты ни превратил тренировочный лагерь, мы слова тебе не скажем.
Он, казалось, хотел сказать что-то еще, губы разомкнулись, но продолжать он не стал.
Это было попустительство и подсказка, ровно настолько откровенные, насколько было нужно.
Заметив это, Линь Ло чуть склонил голову набок, размышляя, а затем вдруг протянул мизинец, явно собираясь завязать мизинцевый обет.
Юань Ган невольно усмехнулся и, не пытаясь гадать, о чем именно хочет договориться ребенок, молча протянул в ответ свой мизинец.
Большой и маленький пальцы сцепились, покачавшись из стороны в сторону — чистейший, наивный детский уговор.
— И о чем же Сяо Ло хотел со мной договориться?
Линь Ло привычным движением вытащил бумагу и карандаш. Кончик грифеля заскользил по листу, оставляя строчку.
Почерк разительно отличался от его обычного — изящного и аккуратного. Он был размашистым, лихим и стремительным, с острыми штрихами, совсем не похожим на почерк ребенка.
— Я исполню твое желание.
Исполнить желание?
Всю дорогу в мониторную Юань Ган размышлял над этими словами, но так и не пришел ни к какому выводу.
Возможно, Линь Ло просто механически поддакнул.
Тот жест с мизинцами, то обещание, оставленное на бумаге — не более чем словесная страховка поверх слов не калечить себя, детская наивная гарантия, которую он забудет, едва отвернувшись.
Но Юань Ган чувствовал: дело тут не в этом.
По правде говоря, даже прожив с ребенком больше двух лет, Юань Ган до сих пор часто не мог угадать, что творится в голове у Линь Ло.
Паттерны поведения Линь Ло казались предельно простыми: когда он баловался и развлекался, то не знал меры, а когда капризничал — мог довести кого угодно, сущее воплощение избалованного ребенка, который творит всё, что заблагорассудится, руководствуясь лишь сиюминутными порывами.
Но все знали, что он вовсе не обычный ребенок.
Взгляд при их первой встрече напоминал колючего зверя, был остер, как закаленный в льдах клинок, а позже он даже мог без единой дрожи в голосе отсечь себе конечность.
Эта детская наивность и послушание больше походили на маску, защитную окраску, вводящую людей в заблуждение иллюзию… Или же…
Ему и самому нравилось происходящее, он наслаждался этим всеобщим попустительством.
Но разве это, в свою очередь, не было его собственным попустительством по отношению к остальным?
В мониторной инструкторы уже заняли свои места.
Бесчисленные экраны сияли, охватывая взглядом каждый уголок тренировочного лагеря. Юань Ган подошел к главному экрану и медленно обвел взглядом изображения.
За пять месяцев совместной притирки новобранцы выработали определенную сыгранность. Их расстановка была наивной, но лучшего от этой группы ожидать не стоило.
Кто-то дежурил в ключевых точках, кто-то группами продвигался вдоль главных дорог, а немало одиночек пряталось по углам — судя по всему, они планировали засады и заранее изучали укромные укрытия.
Инструкторы выдали Линь Ло немало оружия, как крупного, так и мелкого. Помимо комнаты отдыха, где он находился в самом начале, на территории лагеря для него подготовили множество точек пополнения припасов.
Но помимо краски там было полно самых разных вещей: фрукты, снеки, игрушки…
Неужели они задумали использовать против него пагубное влияние праздности? Какой же подлый этот инструктор Юань Ган!
Юань Ган окинул взглядом большой экран и спросил:
— Как дела у Сяо Ло, к чему он готовится?
Инструктор, отвечавший за прослушку гарнитуры, ответил:
— До сих пор сидит в комнате отдыха, не двигается. Только что был слышен шорох одежды, похоже, раздевается.
Все рассмеялись — ну конечно, удержать на нем эту тяжелую одежду было невозможно.
Юань Ган тоже тронул уголки губ, постукивая пальцем по столу. Маленькое окошко в правом нижнем углу экрана увеличилось.
Дверь комнаты отдыха на экране отворилась. На Линь Ло действительно больше не было той толстой одежды, но он не стал превращаться в юношу ради удобства, оставшись всё таким же маленьким.
На Линь Ло была та самая белоснежная одежда, к которой все так привыкли. Наряд выглядел непривычно легким, бесчисленные белые полоски ткани на подоле покачивались при каждом его движении. Ничем не прикрытая левая голень бросалась в глаза своей неестественностью.
Его длинные волосы рассыпались по плечам, в руке он держал модифицированный пистолет с краской, а через плечо была перекинута небольшая сумочка с боеприпасами.
Голос одного из инструкторов раздался из динамиков громкой связи:
— Три, два, один!
— Начали!
В ту же секунду, когда смолкли слова, Линь Ло сорвался с места, словно порыв ветра, и в мгновение ока исчез в конце коридора.
На мониторе красный огонек, обозначавший Линь Ло, резко пришел в движение. Его скорость поражала воображение — словно красная молния, он в одно мгновение преодолел расстояние до жилых корпусов новобранцев, где, судя по всему, было сосредоточено больше всего засад.
— Он направился на восток! Прямо к третьему общежитию!
— Ли Сюань и остальные устроили там засаду!
— Смотрите! Он перепрыгнул через стену! Чертовски быстро двигается!
Восторженные возгласы инструкторов не смолкали. На экране фигура Линь Ло стремительно мелькала между зданиями.
Он ухитрился добраться до крыши одного из общежитий, оставшись незамеченным никем из новичков. Наверху как раз болтали пятеро новобранцев.
— Мы что, правда думаем разглядеть маленького инструктора отсюда?
— Возвышенность, слышал о таком? К тому же с нашей позицией ему придется хорошенько поломать голову, если он захочет нас выбить.
— Тоже верно. Внизу еще столько народу, вряд ли до нас очередь дойдет первой.
Парни оживленно беседовали, расставив рядом немало биноклей и дальнобойного оружия — судя по всему, они были сильны в этом деле или же это были преимущества их Запретных пустошей.
Линь Ло не спешил нападать. Спрятавшись в небольшом уголке, он мысленно прикидывал:
Хм… Стадия Пруда, собственная сила не такая уж выдающаяся, можно вырубать их по одному за раз.
В конце концов, достаточно попасть краской пять раз, никто не говорил, что обязательно нужны пули.
Линь Ло засунул руку в сумку с краской, собираясь уже измазать ладонь, но вдруг передумал и молча вытащил ее обратно.
А что, если обойтись без краски? Может, удастся поиграть подольше?
В этот момент миниатюрная камера на краю крыши повернулась в сторону Линь Ло, издав едва слышный щелчок.
Линь Ло знал, что это штатное наблюдение лагеря, поэтому позволил ей себя снимать.
Увидев этот жест — как рука потянулась и замерла, — Юань Ган, как бы ни пытался угадать мысли мальчика, по двухлетнему опыту общения со своим Сяо Ло прекрасно понял, какую пакость затеял этот сорванец.
Многие инструкторы повернулись к нему, ожидая указаний — ведь в правилах, объявленных в самом начале, не было требования обязательного использования краски.
Юань Ган беспомощно улыбнулся. Глядя на то, как Линь Ло готовится к броску, он откашлялся и негромко произнес в гарнитуру:
— Линь Ло, первое задание…
На экране движения мальчика замерли — очевидно, он ждал.
Юань Ган замялся, бросив взгляд на заранее составленный список заданий. Его брови слегка сдвинулись, но в конце концов, словно приняв окончательное решение, он уставился на экран, и в его голосе прозвучали непреклонные нотки:
— В течение получаса устранить половину от общего числа новобранцев!
— За выполнение задания — премия в две тысячи!
Хун Хао и остальные, занимавшиеся анализом и обработкой данных, при этих словах сузили зрачки и недоверрено уставились на него.
В смысле? Разве изначально планируемым заданием не было вывести десятерых за первый час?
Товарищ командир, вы что творите?
Не говоря уже о том, сможет ли Линь Ло вообще это сделать, что делать им, группе фиксации данных, если он вдруг справится?
Сяо Ло что, со скоростью сто километров в минуту выкосит половину новобранцев? Такую математику даже в начальной школе не проходят!
Ладно, предположим, у Сяо Ло получится.
Половина новобранцев — это не меньше сотни человек. В каждого нужно попасть краской пять раз, а это как минимум пятьсот попаданий.
Даже если у Линь Ло есть способы атаки помимо пуль, на пополнение запасов краски тоже нужно время. Чтобы справиться с таким количеством целей, ему придется отыскать как минимум две-три точки снабжения, не говоря уже о том, что после зачистки новобранцами жилых корпусов засады устроены почти у каждого схрона.
Снабжение, поиски, атаки… Разве всё это не требует времени? И это не говоря о том, что теперь, после снятия ограничений Стены Запретной пустоши, новички достигли как минимум Стадии Пруда, а их Запретные пустоши отличались огромным разнообразием. Малышу Линь Ло, не имеющему большого опыта реальных боев, попытаться быстро всё это преодолеть — уже звучит нереально.
К тому же при выбывании новобранцев будет срабатывать оповещение. Ориентируясь по звуку объявлений, обладая в самом начале полной информацией, новички легко смогут определить местоположение Линь Ло и контратаковать.
Но Юань Ган лишь неторопливо смотрел в экран, не собираясь забирать свои слова назад.
Из наушников послышался едва слышный смешок, после чего наступила тишина.
Пэ-пэ-пэ!
Ровно двадцать пять выстрелов — серия непрерывных, следующих один за другим звуков.
Инструктор, отвечавший за подсчет, на мгновение остолбенел, а затем прокричал в микрофон:
— Чжао Лэй выбыл! Ван Хао… выбыл!
Глядя на самодовольное выражение лица ребенка на экране, Юань Ган сжал руки в кулаки по бокам.
Он предпочел бы, чтобы Линь Ло оказался не в силах это сделать.
Эхо выстрелов еще не затихло, а пятеро новобранцев на крыше уже застыли на месте. На их груди и руках ярко алели пятна краски — ровно по пять штук, ни больше ни меньше.
— Чт… что за черт? — кто-то еще не успел прийти в себя, как перед глазами мелькнула тень, чья-то рука в железной хватке перехватила его запястье, а затем раздался шлепок, и оружие со звоном полетело на землю.
Линь Ло неизвестно когда оказался у них за спиной. Из ствола его модифицированного пистолета всё еще поднимался дымок, а другой рукой он подбрасывал цветной стеклянный шарик. На губах играла лукавая улыбка… И хотя перед ним всё еще стоял тот же ребенок с тем же детским лицом, от него исходило трудно уловимое ощущение опасности — словно от безобидного на вид зверька, который на самом деле только и ждет возможности выпустить когти.
Заметив остолбеневших парней, Линь Ло беззвучно шевельнул губами:
— На выход.
В следующее мгновение покрытая тонким слоем снега крыша вдруг забурлила, превращаясь в густую грязевую жижу, которая, словно живая, обвила щиколотки парней.
— Эт… это еще что такое?! — испуганные крики новичков оборвались: трясина стремительно поползла вверх по их телам, накрывая с головой и затягивая на дно.
Не обращая больше внимания на барахтающихся новобранцев, Линь Ло с разбега прыгнул с крыши, и полы его белых одежд красиво взметнулись в воздухе.
В мониторной инструкторы онемели от изумления.
— Эта грязь… способность Линь Ло? Когда это он успел пробудить Запретную пустошь, управляющую землей?
— Сколько у этого пацана еще тузов в рукаве…
— У кого еще из Ночных Стражей на Стадии Лампы такое бывает? А, ладно, это наш, тогда всё в порядке…
Хун Хао сглотнул слюну в полном неверии и украдкой бросил косой взгляд на Юань Гана.
Юань Ган молчал. Он по-прежнему стоял перед экранами, нахмурившись, подавшись корпусом вперед и постукивая пальцами по столу.
— Куда девались новобранцы, которых затянуло в грязевое болото Сяо Ло? — подал голос Юань Ган.
Инструктор, отвечавший за мониторы, тут же доложил:
— Докладываю, товарищ командир! Это тренировочный зал, который мы отвели под штрафной изолятор. По плану туда должны были доставлять выбывших новобранцев мы…
Судя по всему, в этой процедуре отпала необходимость.
Юань Ган кивнул: в штрафном изоляторе всё было давно подготовлено, там даже находился Доктор Ли, так что беспокоиться не стоило.
Поэтому он отдал приказ:
— Часть людей продолжает следить за Линь Ло, остальные пусть понаблюдают за реакцией новобранцев, особенно тех, у кого опасные Запретные пустоши.
Инструкторы дружно отдали приказ и вернулись к выполнению своих задач.
Тем временем — в расположении группы новобранцев.
Ван Мянь вел за собой больше двух десятков бойцов, распределяя задания, когда услышал по трансляции объявление о выбытии. Его движения резко замерли.
Как ставленник Бога Времени, он, естественно, обладал особой чувствительностью ко времени.
Прошло всего три минуты с начала официального старта, как он смог это сделать…
Если бы выбыли новобранцы на дальних рубежах, это еще можно было понять, но эти имена… Ван Мяню показалось, что они звучат подозрительно знакомо.
Чжао Лэй… Ван Хао…
Кажется, это те самые ребята, которых временно отправили наблюдать с крыши, к тому же — с крыши именно этого общежития!
При этой мысли сердце Ван Мяня сжалось:
— Плохо! Он уже здесь!
Остальные новички еще не успели сообразить, в чем дело, как Ван Мянь крикнул:
— Быстро! Задергивайте шторы, всем найти укрытие!
Часть новобранцев испуганно подчинилась, но нашлись и те, кто недоумевал:
— Это же четвертый этаж, маленький инструктор ведь не сможет залезть через окно?
Да с чего бы ему не смочь!
Ван Мянь ощущал, как паника нарастает с каждой секунду. Видя, что новички растерялись и лишились руководства, он сам бросился вперед, намереваясь заддернуть плотные шторы.
Но не успел он сделать и двух шагов, как резко замер.
За стеклом, вниз головой, зацепившись за карниз, висела маленькая фигурка. Темные волосы свисали вниз, полы белой одежды трепетали на ветру. Бесстрастно разглядывая комнату изнутри, издали он походил на подвешенную куклу, от чего веяло жутковатой атмосферой.
В тот самый момент, когда взгляды Ван Мяня и серо-голубых глаз «куклы» встретились, мальчик неожиданно улыбнулся.
Но в следующую секунду его рот словно чем-то запечатали.
Голос из динамика громогласно объявил о результате:
— Новобранец… выбыл!
Такое же объявление прозвучало еще более двух десятков раз, и двадцать имен разных людей несли в себе безжалостную и жестокую реальность.
Но своего имени Ван Мянь так и не услышал.
Он лишь увидел, как мальчик игриво подмигнул ему, а затем, словно отпустивший его канат, сорвался вниз.
Ван Мянь инстинктивно бросился вперед, прильнув к оконной раме, но внизу не было видно даже края детской одежды.
От холодного металла оконной рамы защипало пальцы. Ван Мянь с дрожью выдохнул, и облачко пара у его губ тут же растаяло в морозном воздухе.
Только после этого он медленно повернулся.
Комната уже опустела, в ней царил полный кавардак. Краска забрызгала буквально всё помещение, скрывая истинный вид остальных предметов.
И тем не менее, разлетевшиеся брызги краски странным образом обрывались прямо вокруг него, образуя идеальную зону безопасности — не долетело ни единой капли.
Защита ли это?..
Или от начала и до конца — сплошная издевка?
А тем временем Сунь Тяньпин спешил с другой стороны.
Иной возможности не было: способность Ван Мяня являлась их главным козырем. Если кто-то и имел хоть малейшие шансы выстоять против Линь Ло, так это только Ван Мянь.
Способность Линь Ло к телепортации доставляла немало хлопот Запретной пустоши Сунь Тяньпина.
Ему нельзя было подпускать Линь Ло близко, а вот Ван Мянь мог. По плану они должны были стать основным ударным дуэтом, а поддержка остальных новичков давала им хоть какую-то надежду на победу в схватке.
Но главным условием оставалось заставить Линь Ло вступить с ними в открытый бой.
Они предлагали план всеобщей мобилизации, но всегда находились те, кто отказывался в это верить, наивно полагая, будто благодаря усилению от Запретных пустошей и слаженности они запросто скрутят Линь Ло и им не придется делить славу с обладателями опасных Запретных пустошей.
Просто бред!
Да, Стадия Пруда дала им мощный толчок.
Но неужели они не знали, кем был Линь Ло?
В конце концов, в них говорило лишь жалкое, уязвленное тщеславие.
И кроме того, Линь Ло являлся всеобщим любимцем инструкторов лагеря. Если бы у них не было уверенности, стали бы инструкторы позволять Линь Ло атаковать исключительно краской в условиях неравного боя, одновременно позволяя нововичам запасаться в арсенале крупнокалиберным опасным оружием?
Это лишь доказывало: даже если бы Линь Ло не смог вывести из строя всех новобранцев, у него хватало сил противостоять тяжелому вооружению.
И это не говоря о том, что ограничения Стены Запретной пустоши были сняты.
Сочетание всех этих невозможных факторов делало ответ очевидным.
Слушая трансляцию объявлений, Сунь Тяньпин не мог больше терять времени. Применив свою Запретную пустошь, он за счет гравитационного контроля оторвался от земли и полетел по дороге прямо к жилым корпусам.
Скорость была не слишком высокой — он совсем недавно прорвался на новый уровень и еще не до конца освоился с новой силой.
http://bllate.org/book/22389/2349187
Готово:
