Жун Янь крепко сжимал руку Е Цинмина, его пальцы мелко дрожали. Глаза заволокло пеленой, слёзы вот-вот готовы были пролиться, губы беззвучно шевелились, но он не мог вымолвить ни слова.
Молчание Жун Яня Е Цинмин воспринял как признание своей вины. Горькая усмешка искривила его рот:
— Значит, всё это было лишь шуткой, верно? Господин Жун.
Жун Янь бессильно опустился на колени прямо на пол. Слушая этот полный боли и ярости вопрос, он лишь болезненно зажмурился. С самого момента возвращения он догадывался, что Е Цинмин будет злиться и потребует объяснений. Он надеялся, что сможет спокойно рассказать ему, что всё это вышло не по его воле. Но когда настал этот миг, он осознал, что не в силах лгать снова.
Жун Янь действительно обманул Е Цинмина, и как ни посмотри, он был лжецом.
Глядя на безмолвно плачущего Жун Яня, Е Цинмин почувствовал, как внутри него вспыхнуло пламя, обжигающее изнутри. Ему было больно, невероятно тоскливо. Их знакомство с самого начала было ошибкой, а раз уж она затянулась на столь долгий срок, пора было положить этому конец.
Е Цинмин разжал пальцы Жун Яня, цеплявшиеся за его рукав, и тихо произнёс:
— Жун Янь, раз уж всё это сплошная ошибка, давай её прекратим.
Сказав это, он вышел из уборной, даже не взглянув на него. Тяжесть на сердце после ухода не уменьшилась, и Е Цинмин решил не возвращаться к гостям. Он достал телефон и набрал номер Цзи Юнсы:
— Поехали выпьем.
Бар «Хуаньлэ».
Приглушённый свет и мерцающие неоновые огни создавали атмосферу нереальности и забвения. Когда Цзи Юнсы прибыл, он увидел, что перед Е Цинмином уже стоят несколько пустых бутылок, а тот всё продолжал пить.
Цзи Юнсы вырвал у него из рук бутылку и нахмурился:
— Что такое? Окончательно разругался со своим «белым лунным светом»?
Е Цинмин кивнул и снова потянулся за бутылкой. Цзи Юнсы налил себе вина и похлопал друга по плечу:
— Я же говорил, что так нельзя. Нельзя позволять себе страдать. Может, этот твой Жун Янь сейчас празднует, что избавился от тебя. Слушай, почему ты меня никогда не слушаешь? Сделай так: влюби его в себя снова, а потом брось. Вот и будет ничья. Никто никому ничего не должен.
Е Цинмин, уже порядком захмелевший, задумался над словами Цзи Юнсы.
— И правда... Почему он может обманывать меня, а я нет? Я тоже хочу, чтобы он узнал, каково это — быть преданным.
Е Цинмин решил согласиться на план Цзи Юнсы.
— Завтра я прикажу своим людям надавить на его компанию. Он точно приползёт просить о пощаде. Поверь, я в этом разбираюсь.
Е Цинмин не стал спорить и молча приложился к бутылке.
Когда Жун Янь услышал слова Е Цинмина о том, что всё кончено, его сердце будто пронзила острая боль. Что значит — кончено? Он пять лет работал не покладая рук, чтобы стать достойным Е Цинмина, чтобы никто не смог встать у них на пути. Если теперь Е Цинмин говорит, что не хочет продолжать, то он предпочёл бы, чтобы тот выплеснул всю свою ненависть на него.
Жун Янь понимал, что не должен был лгать Е Цинмину, не должен был, зная о безнадёжности ситуации, позволять Е Цинмину влюбиться. Но если теперь Е Цинмин даже не даёт ему шанса попытаться всё исправить, разве не стали все его труды за эти годы просто посмешищем?
Жун Янь поднялся и, пошатываясь, вышел из банкетного зала. Водитель ждал снаружи; увидев опустошённый взгляд хозяина, он осторожно спросил:
— Господин Жун, куда мы поедем?
— В Чунтиьюань.
Жун Янь хотел вернуться в место, где когда-то жил с Е Цинмином, где остались их общие воспоминания. Когда водитель довёз его до места и увидел, как Жун Янь поднимается к дому, у него возникло нехорошее предчувствие. Он вспомнил наказ Ци Си: Если с Жун Янем что-то будет не так, немедленно звони мне.
Водитель достал телефон и набрал номер Ци Си:
— Господин Ци, Жун Янь в странном состоянии. Он попросил отвезти его в Чунтиьюань.
Ци Си мгновенно вскочил с кровати:
— Поднимись за ним, проследи, я сейчас буду!
Бросив трубку, водитель поспешил в жилой комплекс. Жун Янь шёл медленно, поэтому водитель быстро его догнал. Он видел, как Жун Янь остановился перед дверью квартиры 603 и долго шарил под цветочным горшком, пока не нашёл ключ.
Жун Янь вошёл внутрь, а водителю оставалось лишь ждать снаружи, пока не приехали Ци Си и Фу Хэн. Ци Си забарабанил в дверь — тишина. Он с размаху ударил в дверь плечом, выбивая её. В гостиной было пусто, и он бросился в спальню. Ци Си зажмурился, до смерти боясь увидеть Жун Яня в крови.
Толкнув дверь, он увидел, что Жун Янь лежит на кровати, прижимая к себе старые вещи Е Цинмина — те, что тот уже давно не носил. Ци Си тихо подошёл к другу. На тумбочке стояли вода и лекарства. Похоже, Жун Янь сам понял, что происходит, и успел принять меры. Ци Си взял пузырёк, взвесил в руке — лёгкий. Открыл крышку и тут же приказал Фу Хэну вызывать скорую.
— Этот идиот выпил полбутылки за раз! Он что, жить не хочет?
Ци Си стоял у кровати и отчаянно хлопал Жун Яня по щекам. К счастью, скорая приехала быстро, и они вместе отправились в больницу на промывание желудка. Стоя у дверей реанимации, Фу Хэн видел, как нервничает Ци Си, и вспомнил, как много лет назад тот точно так же стоял здесь и рыдал, приговаривая: Мы ведь только вдвоём и остались, а Жун Янь такой бестолковый, совсем себя не бережёт.
Сейчас, глядя на сидящего на полу и заливающегося слезами Ци Си, Фу Хэн молча подошёл и обнял его, пытаясь хоть как-то утешить.
Вскоре вышел врач:
— Привезли вовремя. Но мы заметили на руках пациента множество старых шрамов. Учитывая принятую дозу лекарств, мы подозреваем, что его депрессия усугубилась, вероятно, в сочетании с тревожным расстройством. Родственникам нужно проявлять больше внимания.
Когда Жун Яня перевели в палату, Ци Си ни на шаг не отходил от него. Он понял: за этим другом нужен глаз да глаз, нельзя оставлять его одного ни на мгновение. Стоило отвернуться всего на пару часов — и вот результат.
Ци Си вдруг вспомнил: разве Жун Янь не собирался к Е Цинмину? Почему он вернулся в старую квартиру и принял лекарства? Он позвонил Е Цинмину, но тот был уже настолько пьян, что даже не услышал звонка. А когда Е Цинмин обнаружил пропущенный и перезвонил, трубку уже никто не взял, и он решил больше не пытаться.
Очнувшись, Жун Янь увидел белые стены. Опять больница — он был слишком хорошо знаком с этим местом. Вспомнив, что в последний раз был в Чунтиьюане, он с надеждой подумал: «Неужели это брат привёз меня в больницу?»
Жун Янь с ожиданием посмотрел на дверь. Вошёл Ци Си. Увидев разочарование в глазах друга, он сразу понял, о чём тот думает.
— Нет, обломись. Твой брат даже трубку не взял. Жун Янь, в твоей жизни что, кроме Е Цинмина вообще ничего нет? А как же мы? Мы что, не твои близкие друзья? Неужели нельзя пожить ради нас?
Жун Янь опустил голову:
— Прости, что доставил проблем.
Ци Си так разозлился, что был готов выставить его вон прямо сейчас, но, видя болезненное состояние друга, сдержался.
— Ладно, ладно, молчу. Однажды ты меня точно до инфаркта доведёшь.
Ци Си принялся за рисовую кашу, которую принёс с собой, не оставив Жун Яню ни ложки:
— Тебе пока нельзя. Как сможешь есть — попроси Фу Хэна приготовить. Или вымоли прощение у своего братца, пусть он тебе приготовит.
http://bllate.org/book/22364/2345051
Готово:
