— Ну ладно, пусть так, извините за беспокойство. Сугуру Гето повесил трубку, положил телефон на журнальный столик и с беспомощной улыбкой посмотрел на некоего человека, который уже превратил свои руки в подушку и засел на диване, упорно изображая страуса.
Он подошел, опустился рядом с Тоусэй на диван и взъерошил ему волосы:
— Хватит прятать голову в песок. Мы же оба парни, я вот даже не смущаюсь, чего ты смущаешься?
— Это потому, что у тебя совести нет, — приглушенный голос донесся прямо из подушки.
Чего только молодой господин Куроки не повидал за эти годы.
Но такого он определенно еще не видел.
Сугуру Гето даже позабавило такое зрелище, и он слегка потянул за край подушки:
— Ты что, собрался задохнуться в подушке? Хочешь войти в историю как первый маг, умудрившийся задохнуться в диванной подушке?
— Тц, первопроходец в... — не успел тот договорить, как ему в лицо прилетел еще один предмет.
— Заткнись, дурень набитый.
На макушке Тоусэй вздулся веночек в виде крестика, и он мысленно выключил собеседнику микрофон. Сугуру Гето не стал сопротивляться и просто театрально завалился назад. Его голос звучал из-под подушки — сдавленный, но в нем отчетливо слышалось веселье:
— Неужели малыш решил меня прикончить?
— Да! И следы замелю! — Тоусэй аж зубами заскрежетал.
— Какой ужас, меня загнали в угол от стыда.
Сугуру Гето лишь притворялся.
А вот Тоусэй чувствовал, что еще немного — и взорвется.
— Брат, я всё! — раздался голос Мегуми со стороны обеденного стола.
Только тогда к Тоусэю вернулся рассудок. Он разжал руки и убрал подушку.
Он уже собирался спросить, не ушибся ли Сугуру Гето — в конце концов, удар вышел довольно увесистым, — но увидел, что эта лиса по-прежнему сидит с лучезарной улыбкой на лице.
С каменным выражением лица Тоусэй отвесил ему еще один шлепок подушкой по голове, затем уперся руками в его плечи и, используя его как опору, поднялся на ноги и направился к столу.
— Мегуми, раз закончил, отнеси посуду в раковину и иди переодевайся в пижаму, — сменив гнев на милость, мягко произнес Тоусэй. — Я налью тебе молока, допьешь — и чистить зубы, умываться, спать.
Сугуру Гето смахнул подушку с лица, искренне восхищаясь техникой мгновенного перевоплощения Тоусэя.
— Хорошо, — послушно отозвался Мегуми.
— Умничка, — приговаривал Тоусэй, направляясь на кухню. Он достал из холодильника молоко, собираясь его подогреть.
Мегуми слез со стула и на цыпочках потянулся за своей пиалой на столе.
— Давай я, — Сугуру Гето подошел сзади и легко похлопал малыша по спине. — Иди переодевайся, справишься сам?
— Справлюсь, — кивнул Мегуми.
— Вот и отлично.
Проводив ребенка взглядом наверх, Сугуру Гето быстренько убрал со стола, отнес пиалу на кухню и опустил в раковину.
Затем он повернулся, прислонился бедрами к кухонной тумбе и принялся задумчиво разглядывать точеный профиль Тоусэя.
— Чего уставился? — Тоусэй скосил глаза и бросил на него косой взгляд.
— Думаю, почему это я ни разу не видел, чтобы ты курил.
Сугуру Гето скрестил руки на груди и чуть склонил голову набок, отчего пряди его челки качнулись из стороны в сторону.
— Я обычно не курю на первом этаже. Мегуми часто здесь вертится, детям вредно пассивное курение.
Тоусэй перелил подогретое молоко в два стакана и один из них протянул Сугуру Гето.
— Мне? — Сугуру взял стакан.
— Ага, детское меню, братец Сугуру.
Тоусэй развернулся к нему лицом, улыбаясь мягко, но в этой улыбке отчетливо сквозила дерзкая насмешка. Сугуру Гето с явным интересом посмотрел на него, поднес стакан к губам и стал медленно, маленькими глотками пить, пока его кадык плавно двигался вверх-вниз.
Когда молоко на самом дне закончилось, Сугуру Гето намеренно подался вперед, вернул пустой стакан в руки Тоусэя и кончиком языка смахнул капельку молока с уголка губ.
— Спасибо, братик Куроки, очень вкусно.
— На здоровье, — с безмятежной улыбкой ответил Тоусэй. Он поставил стакан в раковину, а затем резко сократил расстояние между ними и кончиком пальца коснулся уголка губ Сугуру Гето. — У тебя тут еще осталось.
Их дыхание смешалось.
В этот момент раздался звонок в дверь. Тоусэй выпрямился и с победоносной улыбкой изящно отступил назад:
— Пойду гляну, должно быть, доставку одежды привезли. А ты отнеси молоко Мегуми.
Сугуру Гето наистинно покашлял пару раз, пытаясь заглушить странное волнение в груди, и взял стакан.
— Понял. А в какой комнате Мегуми?
— Вторая дверь слева, — бросил Тоусэй на ходу, уже выйдя из кухни. Он высунулся из коридора: — А твоя — вторая справа, как раз рядом со мной.
Он изогнул бровь, скрылся обратно и неторопливо поплелся открывать дверь. Сугуру Гето с кружкой в руке мрачновато проплыл мимо него следом.
Тоусэй распахнул дверь и, увидев на пороге Сокадзу Таяму, слегка опешил.
— Взрослый господин, — Сокадзу почтительно поклонился.
— Почему ты? Раз разве не в штаб-квартире в Киото работаешь? — Тоусэй нахмурился, в его взгляде мелькнула острая колючая искра. — Эти старикашки прислали тебя следить за мной?!
— Что вы, взрослый господин! — Сокадзу неожиданно подставили под такой удар, и он занервничал. — Меня сюда перевел молодой господин Ко, и теперь я буду вашим вспомогательным менеджером.
— Доказательства.
Сокадзу тут же полез в карман и выудил удостоверение:
— Взрослый господин, раньше я был магом третьего ранга, но из-за старой травмы отошел от дел в мире магов. Молодой господин Ко спас мне жизнь, и с тех пор, как я бросил практику, я помогаю ему по хозяйству и выполняю поручения.
— Ты помощник брата? Тогда с какой стати именно ты явился меня встречать?
Слова-то Тоусэй говорил с подозрением, но в душе уже поверил больше чем наполовину: такое легко проверить у Ко, лгать в этом не было никакого смысла.
— Так распорядился молодой господин Ко. Ему в последнее время прибавили заданий, и он опасался, что прежний менеджер мог натворить дел, — почтительно отрапортовал Сокадзу.
— Ну братец дает... Разве ему самому сейчас не нужнее люди на месте? — Тоусэй потер переносицу и принял из рук Сокадзу несколько пакетов. — Мне помощники не нужны, возвращайся к брату.
— Молодой господин Ко знал, что вы так скажете, и велел передать, что передний двор он уже вычистил, а сам сейчас отдыхает в свое удовольствие. — Сокадзу осторожно заглянул хозяину в лицо и, потупившись, продолжил: — Кроме того...
— Кроме того?
— Кроме того, он велел передать, что свой день рождения в этом году вы обязаны праздновать в Киото. Таково решение старейшин клана. На сей раз они настроены крайне жестко, и ему не удалось отговориться.
Праздновать день рождения? Тоусэй презрительно хохотнул:
— Скорее уж судить меня будут. Эти старые хрычи до ужаса боятся, что я дорвусь до власти и прижму их к ногтю, только и ждут, когда я сдохну.
Тоусэй полез пошарить по карманам в поисках сигарет, но тут же вспомнил, что на нем пижама, а пачка лежит наверху в общем шкафчике.
— Ищешь это? — перед ним протянулась рука, в которой была зажата наполовину вытащенная из пачки сигарета.
Тоусэй привычно взял ее губами. Он даже не стал спрашивать, откуда Сугуру Гето догадался про сигареты, а просто прикурил от поднесенного тем огонька.
— Когда пришел? — невнятно пробормотал Тоусэй, зажав сигарету в зубах.
— Только что. Как раз когда вы заговорили про день рождения.
Тоусэй кивнул, давая понять Сокадзу, чтобы тот продолжал.
Сокадзу бросил косой взгляд на Сугуру Гето и замялся. Сугуру заметил это и уже собирался удалиться, но Тоусэй вдруг перехватил его за запястье. Сугуру вопросительно изогнул бровь, однако Тоусэй просто молча стоял, затянувшись сигаретой, и смотрел в пол.
— Ничего страшного, говори дальше, что еще? — Тоусэй выдохнул клуб дыма.
— Слушаюсь. Через пару дней состоится собрание семей, практикующих проклятую технику в Киото. На этот раз встреча может затронуть вопросы дальнейшего сотрудничества между кланами, ваше присутствие обязательно.
— Тц, каждый раз поют соловьем, а на деле — на словах союзники, а за спиной друг другу глотки готовы перегрызть.
Тоусэй затушил сигарету о козырек крыльца, бросил окурок в урну и махнул Сокадзу рукой:
— Я понял. Ступай отдыхать.
— Слушаюсь, взрослый господин.
Когда Сокадзу ушел, Сугуру Гето слегка покрутил запястьем, которое все еще держал Тоусэй:
— Не собираешься отпускать?
Тоусэй глянул на него, но хватку не ослабил.
— Я тут слышал про твой день рождения... Какого ты числа родился?
Сугуру Гето не придавал этому значения и послушно стоял, составляя ему компанию в таком вот подобии наказания.
— Третьего декабря, с началом зимы. — Тоусэй равнодушно смотрел в непроглядную ночную тьму.
http://bllate.org/book/22355/2343081
Готово:
