Услышав это, Юй Юэ испытал смешанные чувства: в душе у него шевельнулись вопросы, но глубоко вникать он не стал. Подумав о развитии сюжета и текущем положении Шэн Сюаньче, он всё же предложил:
— Подчиненный уже назвался человеком Нин-вана, и если Ваше Высочество будет упорно настаивать на том, чтобы забрать меня обратно, это лишь обнажит ваши амбиции и стремления.
Предыдущие события еще можно было объяснить тем, что Нин-ван действительно присмотрел себе человека в лице Юй Юэ. Однако, если бы Юй Юэ и впрямь вернулся с Шэн Сюаньче, наследный принц и остальные, вернувшись во дворцы и поразмыслив, непременно догадались бы, что Шэн Сюаньче метит на престол.
В таком случае все тайные замыслы и приготовления Шэн Сюаньче пошли бы прахом.
Последствия могли оказаться весьма серьезными.
Шэн Сюаньче прекрасно понимал это, но, услышав такие слова из уст самого Юй Юэ, почувствовал неприятный осадок на душе.
С мрачным выражением лица он холодно бросил:
— Выходит, ты вовсе не хочешь возвращаться ко мне? Хочешь остаться с Е Цзиньанем?
— Нет, подчиненный желает вернуться к Вашему Высочеству. — Услышав слова, от которых за версту веяло холодом, как не понять истинный смысл? Юй Юэ поспешил заверить его в своей преданности:
— Подчиненный навсегда останется человеком Вашего Высочества, готов пройти сквозь огонь и воду, а моя преданность чиста, как земля и небо, и ясна, как солнце и луна!
Его конечной целью было возвести Шэн Сюаньче на императорский трон, поэтому он и позволил себе лишнего, высказав совет. В противном случае, куда бы его ни отправили — везде было бы хорошо, и он бы ни за что не стал злить этого грозного главного героя-мужчину.
Шэн Сюаньче, выслушав его заверения, хотел было улыбнуться, но счел это неуместным; уголки его губ дернулись, но так и не поднялись.
Неужели в нем живет лишь слепая преданность?
Опустив взгляд, он на мгновение погрузился в раздумья. Амбиции заполучить заветный трон в конце концов взяли верх над всем остальным. Подавлив самое глубокое и тайное желание собственного сердца, он тихо произнес:
— Раз так, оставайся возле Е Цзиньаня. Если что-то случится, в любой момент приходи докладывать. Ну а если у тебя все же не получится вырваться, возвращайся прямиком ко мне.
— Слушаюсь, Ваше Высочество.
— Вскоре я пришлю тебе добытую на охоте дичь — запишут на твой счет, так что ты победишь.
— Это… подчиненный не смеет!
Шэн Сюаньче усмехнулся с загадочным видом:
— Или мы действительно устроим состязание?
…Нет уж, этого он боялся еще больше.
— Ладно, принимай подарок. И не забывай остерегаться Е Цзиньаня: он не добрый человек, держись от него подальше.
Почему в глазах главного героя-мужчины возлюбленный главного героя снова оказался плохим человеком? Промелькнувшее в голове недоумение тут же исчезло, а Юй Юэ с благоговейным видом сложил руки перед грудью:
— Подчиненный будет строго следовать наставлениям Вашего Высочества.
Шэн Сюаньче боялся, что если задержит на Юй Юэ хоть еще один взгляд, то непременно пожалеет об этом. Он вскочил в седло и ускакал в глубь густого леса на охоту.
Юй Юэ тоже не стал терять времени даром и направил коня в другую сторону.
Хотя сам он никогда не занимался охотой, воспоминания прежнего владельца тела были еще свежи. Стоило ему коснуться лука, как руки сами вспомнили движение, то же самое касалось и верховой езды.
Юй Юэ обладал превосходными способностями к обучению и уже очень скоро поразил стрелой крупного оленя.
Он еще не успел толком порадоваться, как услышал, что с другой стороны раздался свист рассекающего воздух оперенного древка — вторая стрела вонзилась точно в того же зверя.
Взглянув в ту сторону, Юй Юэ сквозь пелену переплетающихся ветвей разглядел фигуру человека. Им оказался сам наследный принц.
Возле Шэн Хуайюя не было никого из сопровождавших его стражников и слуг — он передвигался в полном одиночестве.
Заметив его, Шэн Хуайюй слегка пришпорил коня и подъехал ближе.
— Приветствую наследного принца!
Юй Юэ попытался спешиться для поклона, но тот остановил его жестом.
— Оставь пустые формальности. Раз уж ты человек Цзиньаня, впредь можешь не кланяться мне тет-а-тет.
Мягко улыбнувшись и не дожидаясь ответа, он с похвалой произнес:
— Малыш-страж Юй поистине искусен! Раз уж ты подстрелил этого оленя первым, он твой.
Юй Юэ не стал отказываться: после точного попадания кто-нибудь из слуг непременно явится за добычей, а поскольку стрелы у каждого были помечены особым образом, потом удастся легко отыскать свою в общей куче.
Шэн Сюаньче ведь только что забрал у него несколько стрел именно для того, чтобы записать добычу на его счет.
Случайно встретившись с наследным принцем, Юй Юэ продолжил путь в его обществе. Шэн Хуайюй не принимал участия в охоте, а просто наблюдал за действиями Юй Юэ, после каждого удачного выстрела осыпая спутника бурными похвалами, от которых тот даже начал смущаться.
— Если бы Ваше Высочество сами взялись за лук, для подчиненного здесь не осталось бы никаких забот.
— Стражу Юю не стоит скромничать, ты и так необычайно силен. Будь ты чужим человеком, я бы непременно перевел тебя на службу в Восточный дворец.
— Благодарю Ваше Высочество за столь лестную оценку.
Время близилось к закату.
— Пора возвращаться в лагерь?
— Слушаюсь.
Е Цзиньань уже добрую половину дня томился в лагере, не находя применения своему искусству стрельбы, но покидать стоянку ему строго запрещалось. От былого спокойствия и утонченности не осталось и следа, его снедало страшное нетерпение.
Когда наконец наступила ночь и вернулся даже Шэн Сюаньче, Юй Юэ по-прежнему не было видно.
Сцепив руки в замок, Е Цзиньань нарезал круги по лагерю — любой со стороны мог заметить охватившую его тревогу и беспокойство.
Один из знатных молодых господ, состоявших с ним в дружеских отношениях, шутливо заметил:
— Всего лишь слуга, а не возлюбленный, к чему столько суеты?
Эти слова угодили прямо в цель. Лицо Е Цзиньаня мгновенно окаменело, но он тут же заставил себя улыбнуться:
— Никакой суеты нет.
И перестал бесцельно расхаживать туда-сюда.
Шэн Сюаньче холодно наблюдал за происходящим со стороны, и глубина его раскаяния лишь росла.
И этот человек зовется благородным Цзиньанем? Как он может быть столь… легкомысленным?
Совершенно лишен чувства собственного достоинства.
К счастью, в этот момент из темноты донесся стук копыт. Подняв головы, присутствующие увидели скачущих рядом друг с другом наследного принца и Юй Юэ.
Шэн Хуайюй с улыбкой о чем-то говорил с Юй Юэ, и на губах молодого человека, обычно затянутых в строгую прямую линию, тоже промелькнула легкая улыбка.
Приблизившись к лагерю, Юй Юэ намеренно придержал коня, позволив наследному принцу проехать вперед.
Они спешились вместе. Наследный принц не обращал внимания на сбежавшуюся толпу приближенных и, ведя Юй Юэ за собой, направился прямо к Е Цзиньаню. Обращаясь к другу с улыбкой, он произнес:
— Цзиньань, твой страж Юй — просто сокровище! Похоже, эту победу в сегодняшнем состязании он одержал именно для тебя.
Картина недавней сцены еще стояла перед глазами. Слушая полные восхищения слова наследного принца и видя искреннюю улыбку в его глазах, Е Цзиньань вдруг почувствовал легкий укол недовольства.
Усиленно подавив это странное и неприятное чувство, он улыбнулся:
— А Юэ всегда был чрезвычайно искусен.
Заметив, как Юй Юэ молча возвращается к нему, Е Цзиньань почувствовал, как тревога наконец отступает от его сердца.
Он тихо спросил:
— Уверен в победе над Ань-ваном?
Юй Юэ ответил в том же тоне:
— Похоже, молодому господину пока не избавиться от моего общества.
Это означало полную уверенность в успехе.
Улыбка Е Цзиньаня стала еще искреннее.
Наконец, вся добыча была подсчитана, сведена в единый список и представлена на суд наследного принца. Выяснилось, что больше всего ценных трофеев добыл именно Юй Юэ.
Он не только превзошел Шэн Сюаньче, но и оставил позади всех прочих принцев и знатных юношей, присутствовавших на охоте.
Конечно, помимо того, что Юй Юэ добыл сам, в общий котел вошла и дичь, которую для него поймал Шэн Сюаньче.
Узнав о таких результатах, окружающие хоть и удивились, но не выказали недовольства — напротив, они наперебой хвалили Е Цзиньаня за умение отбирать талантливых людей, а Шэн Сюаньче — за проницательность.
Люди их круга прежде всего ценили и уважали истинное мастерство; столкнувшись с таким талантом, как Юй Юэ, они стремились лишь приблизить его к себе, не испытывая ни гнева, ни зависти.
В этом и заключались благородство и широта духи истинной императорской семьи.
Наследный принц радостно объявил:
— Раз дело обстоит так, этот дарованный императором Лук Заходящего Солнца по праву переходит к стражу Юю!
— Истинные мастера скрываются среди простого народа, так что всем вам следует и впредь усердно упражняться в стрельбе и верховой езде, не позволяя себе расслабляться!
http://bllate.org/book/22352/2342549
Готово:
