— Внезапно услышав от своей маленькой жены столь откровенное признание, Шао Чжаньпин на мгновение замер, но тут же понял: наверняка что-то случилось. Он встревоженно спросил:
— Сяосяо, скорее скажи, что произошло?
— Ничего… — покачала она головой, голос дрожал от сдерживаемых слёз. Он был так далеко, что, как бы ни тосковала по нему и ни боялась, не могла рассказать ему, что случилось этой ночью. Ни один мужчина не простит, если его жену оскорбит другой.
— Тогда почему ты плачешь? Сяосяо, скажи хотя бы, где ты сейчас?
Шао Чжаньпин старался говорить мягко, но внутри всё сжималось от тревоги.
— Я… мне просто приснился кошмар… — Сяосяо с трудом сдержала рыдания и наспех придумала отговорку. — Мне приснилось… приснилось… что ты ушёл от меня…
— Правда? — Шао Чжаньпин всё ещё сомневался.
— Да… Я проснулась в ужасе… А тебя рядом не было…
Шао Чжаньпин наконец тихо усмехнулся:
— Твой кошмар и вправду страшный! Я сам чуть не испугался! А теперь как ты?
— Уже лучше… — Его тёплый, мягкий голос словно тёплый ручеёк вливался в её сердце, и постепенно тревога улеглась, она успокоилась.
— Отлично! Только что твой муж мечтал быть ракетостроителем — тогда бы я сел на ракету и прилетел к тебе… — Шао Чжаньпин, заметив, что она пришла в себя, решил подшутить.
Сяосяо не удержалась и хихикнула:
— Ракета так быстро летит, разве ты сможешь найти меня, даже если сядешь на неё?
— Тоже верно. Тогда придётся сразу жать на тормоза… — смеялся он в ответ.
Пф!
Сяосяо окончательно рассмеялась.
— Можешь рассказать, как именно ты скучала по мужу? — За почти три месяца брака его маленькая жена впервые призналась, что скучает по нему, и это наполнило его радостным волнением.
— Кто сказал, что я скучаю? Не скучаю… — Услышав это «муж», Сяосяо вдруг осознала, насколько близко он её назвал, и поспешно стала отнекиваться, хотя и сама не верила своим словам.
— Жёнушка, ты что, специально разбудила меня среди ночи, чтобы устроить американские горки?
Зная, что между ними ещё остались неловкости, Шао Чжаньпин не обижался на её упрямство.
— Кто твоя жёнушка? — Сяосяо улыбнулась в ответ. Раньше он иногда так её называл, и она должна была возмущаться, но сегодня вечером это ласковое обращение почему-то согрело её сердце.
— Я ведь теперь женатый человек. Если ты — не моя жена, то кто тогда?
Он был слишком далеко, мог лишь разговаривать с ней по телефону, чтобы развеять её страх.
— Не знаю… — Сяосяо не знала, что ответить.
Шао Чжаньпин мягко улыбнулся:
— Так это правда был кошмар?
Сяосяо слегка прикусила губу и соврала:
— Да, мне правда приснился кошмар…
— Раз я всё равно дома не буду, завтра скажи отцу — поезжай к маме! Когда я вернусь, сам заеду за тобой!
Хотя он слышал всё лишь по телефону, ему всё равно было неспокойно.
— Так можно?
Его слова принесли ей облегчение: если вернуться домой, она сможет избавиться от преследований Шао Чжэнфэя и больше не будет жить в постоянном страхе.
— Делай, как я сказал! Ничего невозможного нет, поняла?
— Да, поняла…
— На кровати ведь две подушки?
— Да…
— Возьми одну и обними, будто это я!
Пф!
Сяосяо снова не удержалась от смеха:
— Хорошо… — Она ответила и действительно обняла подушку.
— Теперь не думай больше о кошмарах. Просто представляй, что я рядом, ладно?
— Ладно…
— Закрой глаза и постарайся уснуть. Ничего не думай — думай только обо мне!
— Хорошо…
— Считай про себя до ста, а когда досчитаешь, я повешу трубку. Начинай!
— Хорошо… — Сяосяо послушно закрыла глаза и крепко прижала подушку, считая про себя: «Раз, два, три…»
Неизвестно, помог ли ей его голос или просто сработала усталость, но вскоре после того, как она закрыла глаза, Сяосяо глубоко уснула…
Несмотря на случившееся прошлой ночью, на следующее утро Сяосяо всё равно встала вовремя. Умывшись и собираясь выйти из спальни, она вновь получила звонок от Шао Чжаньпина. Увидев знакомое имя на экране и вспомнив его утешительные слова прошлой ночью, она тепло улыбнулась и взяла трубку.
— Жёнушка, уже встала? — Голос Шао Чжаньпина звучал мягко и приятно.
— Не смей так меня называть… — Это обращение казалось слишком интимным, и щёки Сяосяо невольно покраснели.
— А разве ты сейчас не моя жена? — Шао Чжаньпин с лёгкой усмешкой парировал.
Сяосяо запнулась. В последнее время он относился к ней всё лучше и лучше, и ей не хотелось его расстраивать. Она помолчала немного и тихо напомнила:
— Через некоторое время уже не буду…
— Ну, это ведь ещё не сейчас. Сегодня ты всё ещё моя жена, верно?
Шао Чжаньпин терпеливо настаивал, не обижаясь на её слова.
— Ладно… — Сяосяо сдалась.
— Жёнушка, ты уже встала? — Услышав согласие, он продолжил наступать.
— Да. А ты?
Понимая, что возражения бесполезны, Сяосяо решила позволить ему называть её так.
— Давно уже на ногах. А тебе ночью снова снились кошмары?
— Нет… Спасибо тебе!
— Разве я не говорил, что буду рад больше, если ты не будешь благодарить меня?
— Хорошо…
— Не забудь сказать отцу за завтраком, ладно?
— Запомнила!
— Сегодня суббота. Ты на работу идёшь?
— Нет, у меня выходные!
— Отлично! После завтрака поезжай к маме. Как приедешь — сразу позвони мне, договорились?
— Хорошо…
— Ладно, мне пора. Не забывай обо мне!
Сяосяо улыбнулась. Он с прошлой ночи стал совсем другим человеком — гораздо мягче и разговорчивее. Она не удержалась:
— Я только сейчас поняла, что полковник Шао на самом деле очень болтливый…
— Ха-ха! — Шао Чжаньпин громко рассмеялся. — Знаешь, почему ты это заметила только сейчас?
— Почему?
— Потому что мы слишком далеко друг от друга…
— А разве несколько дней назад мы были не рядом?
— Глупышка, расстояние между нами — не в том, стою ли я перед тобой… — Он хотел сказать: «Иногда даже рядом стоя — далеко, как небо и земля», но проглотил эти слова.
— Ладно, пока… — Сяосяо положила трубку, размышляя над его фразой. Она не была глупой — сразу поняла скрытый смысл. Но ведь их брак был лишь договором, и им не следовало сближаться слишком сильно. Однако, вспомнив, как он ласково называл её «жёнушкой», она снова невольно улыбнулась.
Умывшись и переодевшись, Сяосяо вышла из спальни. В гостиной она поздоровалась со старшими, потом села на диван. С того самого момента, как она появилась в дверях, Шао Чжэнфэй то и дело бросал на неё тревожные взгляды, боясь, что она расскажет всем о случившемся прошлой ночью. Сунь Сяотин, сидевшая рядом с ним, тоже была настороже: она всегда умела замечать малейшие детали, особенно в такой деликатной ситуации, как отношения Сяосяо и Шао Чжэнфэя.
Прошлой ночью, когда она перевернулась во сне и рука её нащупала пустоту рядом, Сунь Сяотин резко проснулась. Открыв глаза, она обнаружила, что Шао Чжэнфэя нет в постели. Сначала она подумала, что он в ванной, но, не услышав звуков воды, заподозрила неладное. Заглянув в ванную, она убедилась — его там нет. Сидя на краю кровати, она подумала: не пошёл ли он вниз к Ся Сяосяо? Подойдя к двери, она как раз увидела, как Шао Чжэнфэй возвращается. На её вопрос, куда он ходил, он ответил, что спустился перекусить, после чего сразу лёг спать.
— Чжэнфэй, куда ты вчера ночью исчезал? — Сунь Сяотин намеренно спросила мужа, желая проверить реакцию Сяосяо и заодно дать понять Шао Чжэнфэю, что она не такая уж глупая.
Как только она произнесла эти слова, все взгляды в комнате устремились на Шао Чжэнфэя!
Сердце Сяосяо болезненно сжалось, и она молча сжала пальцы в кулаки.
Шао Чжэнфэй на миг растерялся, затем раздражённо бросил:
— Разве я тебе не сказал? Проснулся от голода и пошёл на кухню!
— Ты же вчера так много съел! Мы вдвоём не проголодались, а ты голоднее нас?
Услышав это, Пань Шаоминь удивлённо спросила сына:
— Чжэнфэй, а что с твоим ртом? Когда ты успел пораниться? Почему кровь идёт?
Лицо Шао Чжэнфэя непроизвольно дёрнулось:
— Вчера ночью на кухне не включил свет и случайно ударился!
— Как можно идти на кухню без света! В следующий раз будь осторожнее — а вдруг заденешь что-то важное?
Пань Шаоминь, не замечая смущения сына, ласково отчитывала его.
— Мама, я запомнил… — поспешно кивнул Шао Чжэнфэй.
Сунь Сяотин всё ещё не собиралась отступать:
— В следующий раз ешь за ужином побольше, чтобы не вставать ночью. Такое чувствительное место… В нашей семье, конечно, все знают, что ты ударился, но если увидят посторонние, могут подумать, что тебя укусили.
Говоря это, она перевела взгляд на Сяосяо. Та невольно покраснела, и Сунь Сяотин поняла: вчера ночью действительно что-то произошло.
Сяосяо не хотела, чтобы разговор продолжался, и, повернувшись к свёкру, сказала:
— Папа, Чжаньпин надолго уехал. Я хочу навестить маму и побыть с ней несколько дней!
Шао Чжэнфэй тут же поднял на неё глаза — в них мелькнуло раздражение и несогласие…
Сейчас, когда старшего брата нет дома, у него лучший шанс!
Шао Цзяци никогда не отказывал своей невестке и сразу кивнул:
— Конечно! Твоей маме, наверное, одиноко. Поехать к ней — отличная мысль!
— Да! Раз Чжаньпин надолго уехал, можешь пожить у мамы подольше, не переживай! — поддержала Пань Шаоминь.
Сяосяо слабо улыбнулась и больше ничего не сказала.
— Кстати, Сяосяо, как продвигается сдача водительских прав? — Шао Цзяци не забыл, что у неё скоро экзамен.
— Ещё пару дней подождать…
— Не волнуйся! Уверен, сдашь на отлично!
— Спасибо, папа! — В этом доме, кроме Шао Чжаньпина, лучше всех к ней относился именно свёкр. Каждый раз, слыша его тёплые слова, она чувствовала, как в груди разливается тепло.
После завтрака Шао Цзяци велел домашнему водителю отвезти Сяосяо к её матери. Перед отъездом он ещё велел взять с собой местные деликатесы и витамины, и только потом Сяосяо села в машину.
Как только машина уехала, Шао Чжэнфэй недовольно поднялся наверх, чтобы позвонить Сяосяо. Увидев это, Сунь Сяотин вскоре тоже поднялась в их комнату. Зайдя внутрь, она увидела, что Шао Чжэнфэй уже набирает номер. Бесшумно подойдя, она вырвала у него телефон и увидела на экране имя Ся Сяосяо. Гнев вспыхнул в ней мгновенно.
— Шао Чжэнфэй! Ты совсем обнаглел? Мы только поженились, а ты уже вспоминаешь свою бывшую пассию?
Шао Чжэнфэй быстро подошёл к двери, закрыл её и вернулся к жене:
— Ты что несёшь? Я просто хотел спросить у старшей снохи кое-что! Не выдумывай ерунду — если кто-то услышит, особенно старший брат, в доме начнётся ад!
Хотя отец у него и строгий, Шао Чжэнфэй больше всего боялся своего холодного старшего брата.
— Ха! Ты же сказал, что хочешь спросить у старшей снохи! Чего же боишься?
Сунь Сяотин не собиралась отступать.
— Говори потише! Мы только поженились, отец и так к нам относится настороженно. Не провоцируй его — а то выгонит тебя из дома! И не говори потом, что я не предупреждал! — Шао Чжэнфэй сел на кровать.
http://bllate.org/book/2234/250096
Готово:
