Когда Сун Цы вышел из дома, у главных ворот его уже поджидал мужчина в ярко-красном одеянии. Сами ворота были покрыты киноварью, и их цвет удивительно гармонировал с его нарядом.
Услышав тихие шаги, человек быстро обернулся — и действительно, перед ним стоял Сун Цы в скромном светлом халате.
Встретившись взглядом с этим изящным лицом, Сун Цы на мгновение замер. Лишь спустя какое-то время память подсказала ему: это был близкий друг прежнего владельца тела, те самые «не разлей вода» приятели.
Чэнь Луо издал цокающий звук, поднялся по ступеням и, вскинув руку, приобнял Сун Цы за плечи.
— Столько времени не виделись, а ты стал одеваться ещё изысканнее! — воскликнул он.
Сун Цы почувствовал дискомфорт от подобной близости и едва заметно нахмурился, но его друг был настолько беспечен, что ничего не заметил.
В оригинале романа упоминалось, что этот Чэнь Луо питал слабость к мужчинам, однако к своему другу детства, Сун Цы, у него подобных мыслей никогда не возникало. Когда прежний владелец тела однажды спросил его, почему так, Чэнь Луо ответил всего одной фразой:
— Кролик не ест траву у своей норы.
Сам Чэнь Луо был обладателем весьма приятной, тонкой внешности. В свободное время он обожал посещать злачные места, но дело обычно ограничивалось тем, что он держал кого-нибудь за ручку или щипал за щечки — типичный трус с богатой фантазией, у которого желания расходятся с возможностями.
О, кстати, стоило упомянуть ещё кое-что: его отец занимал высокий пост, а семья матери из поколения в поколение занималась торговлей. Это был настоящий золотой мальчик, с головы до ног увешанный серебром, которого никто не осмеливался задеть на улице.
Однако сам он не стремился ни на государственную службу, ни в торговлю, предпочитая прожигать жизнь в праздности и развлечениях, живя одним днём — классический бездельник, ожидающий конца. Такая жизненная позиция отсутствия стремлений даже вызывала у Сун Цы невольное уважение.
***
Но сейчас Чэнь Луо об этом не думал. Услышав, что Сун Цы вышел из дворца, он загорелся идеей развлечь его:
— Пойдём, я покажу тебе одно местечко, обещаю, тебе понравится!
Услышав это, веко у Сун Цы нервно дёрнулось. В оригинальном романе Чэнь Луо каждый раз таскал его в весёлые кварталы, по дороге просвещая, кто там появился новенький, у кого самое нежное лицо, а у кого самые тёплые руки. И прежний Сун Цы слушал эти рассказы с огромным вниманием.
Правда, сам Сун Цы был из тех, кто хотел, но не решался. Ему, конечно, было любопытно взглянуть на древние публичные дома и обитающих там мужчин, но сейчас он носил статус Императрицы! Если Чу Тяньхэ узнает, что он посещал подобные места, его головы не сносить!
Поэтому Сун Цы замялся. А его нерешительность заставила Чэнь Луо забеспокоиться:
— Что с тобой? Не хочешь идти? Или ты боишься Императора?
Сун Цы немного подумал и ответил:
— Я теперь замужем за Императором, как я могу ходить в такие места?
Чэнь Луо открыл рот в изумлении, не в силах поверить услышанному. Он покружил вокруг друга и вдруг спросил:
— Что с тобой стало? До того как попасть во дворец, ты говорил совсем иначе!
Сун Цы чуть не расплакался: Ну так то было до дворца! Да и вообще, то был не я!
Чтобы остановить друга, Сун Цы продолжил:
— Сейчас я Императрица. Если меня увидят люди, что станет с репутацией Его Величества и моей?
— …Я просто хотел позвать тебя пообедать, что ты вообще несёшь?
Сун Цы: «???»
Не в публичный дом? Неужели он всё не так понял!?
Видя полное смятение на лице друга, Чэнь Луо продолжил:
— Разве ты не обещал мне перед уходом во дворец, что, когда вернёшься, мы сходим в новый ресторан? Что такое, теперь не хочешь?
Только тут Сун Цы понял, что всё надумал сам. Впрочем, винить его было сложно: в книге, стоило им сойтись, они неизменно оказывались в квартале красных фонарей, без единого исключения. Но реальность показала, что друг просто хотел пригласить его на обед. Похоже, верить оригиналу можно не во всём.
***
Сун Цы немного подумал и сказал:
— Хорошо, тогда пойдём сейчас!
— Отлично.
Чэнь Луо привёл его в ресторан. На первом этаже было шумно и многолюдно, поэтому, чтобы избежать лишних проблем, он повёл Сун Цы на второй этаж. Там было значительно тише, а хозяин заведения даже предусмотрел отдельные кабинки. Чэнь Луо привычно нашёл нужную дверь и толкнул её.
Стоило ему сделать шаг внутрь, как в нос ударил густой запах пудры и румян. Рефлекторно взглянув на сидящих в комнате, он остолбенел.
Что за чертовщина! Мы же вроде обедать собирались? Почему здесь столько смазливых парней!?
Чэнь Луо усмехнулся и, потянув за собой Сун Цы, сказал:
— Знаю, тебе небось тяжело прислуживать Императору. Поэтому я собрал здесь этих ребят, чтобы они составили тебе компанию. Чтобы не привлекать лишнего внимания, я вызвал их сюда.
Сун Цы: «…»
Знаешь? Опять ты всё знаешь! Похоже, ты не понимаешь, что твоя голова может слететь с плеч!
— Давай-давай, это те самые, которых ты любил. Скучал по ним во дворце, небось? — Чэнь Луо не заметил смертельного ужаса на лице друга и продолжал оживлённо представлять парней.
Те, будучи людьми сообразительными, тут же окружили Сун Цы плотным кольцом.
— Погодите, стойте, не трогайте меня!
Сун Цы, отбиваясь и пытаясь выбраться, выглядел весьма жалко. В этот момент дверь ресторана распахнулась от сильного удара ноги. Сун Цы и остальные вздрогнули. Чэнь Луо уже хотел было что-то сказать, как увидел помрачневшего Чу Тяньхэ.
Остальные присутствующие не узнали властителя и замерли, однако их взгляды, блуждающие по фигуре Чу Тяньхэ, были полны восхищения, словно они нашли редчайшее сокровище.
Система в голове Сун Цы, казалось, взорвалась, бесконечно прокручивая данные: Хозяин, уровень гнева Чу Тяньхэ достиг ста! Пожалуйста, спасайтесь или примите меры для своей защиты!
Сун Цы с глухим стуком опустился на колени, не обращая внимания на боль в суставах, и в ужасе пролепетал:
— Приветствую Ваше Величество.
Только тогда окружающие поняли, кто перед ними. Один за другим они молча опустились на колени, тихо повторяя приветствие, но голоса некоторых дрожали — они были до смерти напуганы.
Чу Тяньхэ долго смотрел на макушку Сун Цы, а затем медленно произнёс:
— Императрица сказала, что едет домой навестить родных, а оказывается, пришла в подобное место, чтобы найти смазливых юношей и заниматься непотребствами?
— Нет, — Сун Цы резко поднял голову, пытаясь оправдаться. — Мы ничего не делали.
— Думаешь, я поверю? Судя по тому, как вы близко знакомы, вы, должно быть, знаете друг друга давно! — Чу Тяньхэ отдал приказ: — Люди, вытащить их отсюда и казнить!
Сун Цы открыл рот, желая что-то сказать, но не смог издать ни звука. Он знал: раз Чу Тяньхэ пришёл в ярость, значит, будут жертвы. Сун Цы не осмелился препятствовать и мог лишь беспомощно смотреть, как уводят парней, чувствуя, как внутри разливается тяжёлое чувство вины.
Когда стало тихо, Чу Тяньхэ перевёл взгляд на Чэнь Луо. Холодным голосом он произнёс:
— Похоже, мне действительно стоит поговорить с чиновником Чэнем о том, что его драгоценный сынок осмелился дурно влиять на нынешнюю Императрицу.
Чэнь Луо, дрожа от страха, твердил:
— Ваша воля, я виноват, впредь не посмею.
К счастью, убивать Чэнь Луо Чу Тяньхэ не собирался, так что жизнь ему сохранили. А вот Сун Цы повезло меньше: Император подхватил его, перекинул через плечо, вынес из ресторана, засунул в карету и увёз во дворец.
http://bllate.org/book/22333/2339511
Готово:
