Вслед за этим все придворные лекари, на ходу подхватывая ящики с лекарствами, поспешили в покои Шэн Уин.
После часа напряженной борьбы за жизнь пациентки, когда медики исчерпали все свои знания и умения, Шэн Уин наконец миновала опасность, однако в себя так и не пришла, оставаясь в глубоком беспамятстве.
Инь И был наказан — его заставили стоять на коленях перед входом в покои.
Вскоре в сопровождении свиты, освещавшей путь фонарями, к месту событий прибыли Вдовствующая императрица и Цянь Юйхань. Толпа двигалась внушительно и грозно, остановившись прямо перед Инь И.
Лицо Вдовствующей императрицы исказилось от ярости, и она глухо приказала:
— Подойдите! Увести Сяо Иньцзы и забить до смерти.
Не успела она договорить, как двое дюжих евнухов шагнули вперед, намереваясь схватить Инь И. Тот попятился, пытаясь уклониться от их хватки.
— Презренный раб смеет уворачиваться! — рявкнула Вдовствующая императрица и тут же добавила, обращаясь к стражникам: — Если продолжит сопротивляться, бейте, пока не перестанет!
— В чем моя вина, что вы решили забить меня до смерти? Это же убийство невинного! Я не согласен! Я требую встречи с императором! — поспешно воскликнул Инь И.
— Совсем распоясался, ничтожный раб! Как ты смеешь дерзко именовать себя я! — глаза Цянь Юйхань полыхнули злобой. — Он нарушил субординацию и выказал неуважение к Вдовствующей императрице. Бейте его по щекам!
Некоторые привычки не искоренить в одночасье, и Инь И просто оговорился в порыве отчаяния.
В следующее мгновение двое евнухов, засучив рукава, с угрожающим видом двинулись на него. Инь И нахмурился, впившись холодным, жестким взглядом в приближающихся палачей.
В детстве дядя с теткой не раз отвешивали ему пощечины, и тогда он поклялся себе: как только вырастет, больше никому не позволит издеваться над собой и уж точно не стерпит ударов по лицу.
Сейчас, когда тени детских кошмаров вновь нахлынули на него, Инь И стиснул зубы и сжал кулаки, изо всех сил стараясь не утонуть в липком страхе прошлого.
В этот самый момент раздался низкий, властный голос, от которого по спине пробежал холодок:
— Кто посмеет его ударить!
Между Инь И и палачами возникла величественная холодная фигура. Шэн Угоу, ледяным взором сверля Цянь Юйхань, произнес:
— Дэ-фэй, ты осмелилась превысить полномочия и наказать моего человека? Хочешь, чтобы я отправил тебя обратно в резиденцию левого канцлера?
Лицо Цянь Юйхань вмиг побелело. Она поспешно оправдывалась:
— Я не смела, Ваше Величество, прошу, проявите милосердие, простите меня на этот раз.
Тут в разговор вмешалась Вдовствующая императрица:
— Ваше Величество, Дэ-фэй лишь преподавала ему урок по моей просьбе. Сяо Иньцзы нарушил границы дозволенного, посмев при мне называть себя я! — она помолчала и добавила: — Кто знает, какие колдовские заклинания он нашептал Уин, раз та в ужасе лишилась чувств и чуть не рассталась с жизнью? Такого человека, несущего смуту в гарем, нельзя оставлять в живых!
— Это я позволил ему называть себя я, — отрезал Шэн Угоу.
Присутствующие замерли в изумлении. С древних времен ни один император не позволял никому из своего окружения использовать местоимение я, а уж тем более — ничтожному евнуху. Это было неслыханно.
Лицо Вдовствующей императрицы стало багровым от унижения: император не только публично перечил ей, но и так открыто выгораживал презренного слугу!
Шэн Угоу перевел взгляд на Инь И:
— Что произошло? Рассказывай.
— Я всего лишь рассказал принцессе сказку. Я ничего не делал, и уж тем более не владею никаким колдовством или черной магией, о которых говорит Вдовствующая императрица! Я невиновен! — с обидой воскликнул Инь И.
— Если ты не колдун, то почему ты так одет? — тут же перебила его Цянь Юйхань.
http://bllate.org/book/22256/2328959
Готово:
