В тот самый миг, как прозвенел звонок на урок, Вэнь Юй положил рядом с ней рюкзак и сел. Лишь тогда Синь Тянь осознала: тот самый пост, который Чжэн Аньань прислала ей и который взлетел на самый верх школьного форума Седьмой школы, почти наверняка увидел и Вэнь Юй.
Теперь оставалось лишь молить судьбу, чтобы он не завёл с ней разговор об этом посте. Она и так не знала, куда глаза девать — одни сплошные муки и неловкость. А ещё…
Вдруг Вэнь Юй вдруг пожалуется об этом в QQ Аньанане? Тогда ей вообще не придумать, что отвечать. Ведь она до сих пор играет разные роли, и стоит сказать не то слово — и всё рухнет.
Главное сейчас — она действительно не хочет, чтобы всё рухнуло.
Одна проблема наслаивалась на другую, и первые два урока Синь Тянь слушала в полусне.
Сходив в туалет и собравшись с силами перед уроком Вань Гохуа, она наконец-то немного прояснила мысли и начала распутывать этот клубок.
Сейчас был последний урок первой половины дня — урок рисования. Шторы по обе стороны класса были задёрнуты, а учитель в полумраке демонстрировал слайды.
Синь Тянь подняла глаза и осмотрелась: одноклассники сидели или лежали на партах, в тусклом свете лица едва различались. Впереди Чжэн Аньань что-то шептала Фу Цюй.
Затем она перевела взгляд налево.
Не поворачивая головы, она максимально выкатила глаза в сторону — и украдкой глянула на соседа по парте, Вэнь Юя. Он, погрузившись в работу, что-то сосредоточенно рисовал на чистом листе бумаги.
Отлично. Этот урок просто идеален.
Атмосфера спокойная и безопасная — самое время уединиться в углу и хорошенько подумать.
Она раскрыла тетрадь по истории, которую ещё не убрала после прошлого урока, взяла автоматический карандаш и несколько раз нажала на кнопку, чтобы выдвинуть грифель. Всё готово.
На чистой странице тетради Синь Тянь аккуратно вывела пять иероглифов: «План по предотвращению разоблачения».
Как Аньанана, в переписке с Вэнь Юем (yyy) она решила вести себя как обычно — это было для неё самым простым вариантом.
Значит, теперь нужно подумать, как ей себя вести в реальной жизни.
На новой строке она написала: «Шаг первый».
Закончив эти три иероглифа, она на секунду замерла. А что, собственно, должно быть первым шагом?
Внезапно в голове пронесся голос Сун Даньдань: «Первый шаг — открыть дверцу холодильника!»
Боже мой.
Всё пропало. Её старая привычка — в стрессе пускаться в безумные фантазии — снова дала о себе знать.
Синь Тянь опустила карандаш и уперлась пальцами в переносицу, мысленно отчитывая себя:
«В такой ответственный момент, пожалуйста, держи мозги под контролем и не позволяй им убегать, ладно, Синь Тянь?»
«Второй шаг — засунуть слона внутрь!»
«Стоп! Прекрати, мозг, немедленно!»
Она снова схватила карандаш, заставила себя опустошить сознание, на несколько секунд напряжённо подумала и быстро написала после «Шаг первый»: «Максимально избегать контакта!»
Убедившись, что всё верно, она немного расслабилась. Но как только напряжение спало, её воображение тут же вернулось на прежнюю колею, и голос Сун Даньдань в голове стал ещё громче:
«Третий шаг! Закрыть дверцу холодильника!»
Синь Тянь резко захлопнула тетрадь и выдохнула с облегчением.
Это было слишком сложно.
Но хотя бы «План по предотвращению разоблачения» начал обретать очертания. Пока что она будет следовать написанному — избегать контакта с Вэнь Юем. Меньше общения — меньше риска.
Казалось бы, всё просто. Но на практике это оказалось непросто.
Они теперь соседи по парте, и сменить место в первые два дня учебы было нереально. Даже если бы она пошла к Вань Гохуа, придумать убедительную причину не получилось бы. Значит, сидеть рядом им ещё долго.
В классе избежать общения было трудно, но вчера она почти не разговаривала, а сегодня утром они вообще не обменялись ни словом. Она могла просто продолжать вести себя замкнуто — для неё это даже проще и привычнее.
А вот вне класса — все социальные контакты нужно свести к минимуму.
Например, предложение Чжэн Аньань сходить вместе в столовую — категорически, абсолютно и ни за что нельзя принимать.
Только так она сможет идеально выполнить первый шаг своего плана.
«Да, именно так. Пока что — идеально», — подумала она.
— Эй, Синь Тянь! — Чжэн Аньань обернулась и, стараясь говорить тише, но всё равно с энтузиазмом, прошептала: — В столовую после уроков?
Синь Тянь: «...»
В голове зазвучал внутренний голос: «Не опускай голову, иначе корона „Королевы проваленных планов“ упадёт».
В столовую…
…идти?!
Нет-нет, решительно нет.
Внутри она отчаянно сопротивлялась, но рот будто отказался ей подчиняться. Отказ застрял у неё в горле, и она колебалась, не в силах выдавить ни слова.
Вчера Чжэн Аньань уже приглашала её, и она вежливо отказалась. Если откажется снова сегодня, не будет ли это грубо? К тому же Чжэн Аньань помогла ей в том посте, отвлекая внимание — как-то неловко теперь отказываться.
Но ведь Вэнь Юй наверняка пойдёт! На форуме даже писали, что из-за Вэнь Шэна Чжэн Аньань часто появляется вместе с Вэнь Юем. Значит, за обедом он точно будет...
Уголки рта Синь Тянь сами собой опустились, и она надула щёки.
Неужели её план по предотвращению разоблачения провалится ещё до начала?
Чжэн Аньань, заметив её сомнения, прикрыла ладонью лицо и добавила шёпотом:
— Там будут свиные рёбрышки в кисло-сладком соусе! Это фирменное блюдо нашей школы! Готовят только по вторникам. Вэнь Шэн уже пошёл вперёд, чтобы успеть занять очередь. Если не пойдём — потеряешь целое состояние!
Этот энтузиазм окончательно поставил Синь Тянь в тупик. Она не только мучилась внутри, но и на лице у неё отразилась вся эта внутренняя борьба — выглядела она так, будто несла на плечах тяготы всего мира.
Чжэн Аньань, увидев её мучения, уже собиралась спросить, не занята ли она, как вдруг рядом раздался лёгкий смешок.
Обе девушки повернулись. Вэнь Юй, ставший невольным свидетелем их разговора, всё ещё не мог сдержать улыбку.
Заметив, что на него смотрят, он слегка коснулся кончика носа, кашлянул и сделал жест «прошу» — мол, продолжайте, я не мешаю.
Хотя Вэнь Юй ничего не сказал, сам факт, что он услышал их разговор, добавил Синь Тянь давления.
Чжэн Аньань по-прежнему с надеждой смотрела на неё, и Синь Тянь, скрепя сердце, кивнула:
— …Хорошо.
Чжэн Аньань обрадованно улыбнулась, перед тем как отвернуться, даже показала ей сердечко. Синь Тянь с трудом ответила тем же, но её жест получился неуклюжим — большой и указательный пальцы неловко потёрлись друг о друга, будто она считала деньги.
«Счастливые моменты всегда коротки», — осознала Синь Тянь за десять минут до конца урока. Эти слова вдруг обрели для неё глубокий смысл.
Десять минут пролетели незаметно, и когда прозвенел звонок, она всё ещё не могла поверить: только что она составила «План по предотвращению разоблачения», а теперь ей предстояло идти обедать вместе с Вэнь Юем и его друзьями!
«Спокойные школьные уроки ценятся только тогда, когда их уже нет», — подумала она немного позже, сидя за столом в столовой, оглушённая гулом вентилятора и шумом толпы.
Авторские примечания:
Синь Тянь: жалобная картинка.jpg, маленькая, несчастная и беспомощная.jpg
Летняя ткань тонкая, и телефон в кармане, прижатый к металлическому стулу, начал вибрировать с таким гулом, что звук усилился из-за резонанса с железной поверхностью.
Синь Тянь быстро вытащила телефон, перевела его в беззвучный режим и только потом посмотрела уведомления.
«Что случилось? Сегодня не придёшь обедать?» — сообщение от Чэнь Жуэя.
Перед уроком Синь Тянь написала Чэнь Жуэю, чтобы он передал дедушке, что сегодня она обедает в школе.
Тот не ответил сразу, наверное, только сейчас добрался домой и увидел сообщение.
«С одноклассниками, в столовой», — кратко ответила она.
«Понял, скажу дедушке. Но, возможно, ты уже не успеешь на обед от тёти Яо. Завтра у её младшей дочери первый день в начальной школе, и тётя Яо должна вернуться домой готовить. Мы с дедушкой решили, что ему тяжело готовить на троих, так что, наверное, нам с тобой придётся обедать самостоятельно», — ответил Чэнь Жуэй через мгновение.
Он напечатал целый абзац, но у Синь Тянь не было настроения читать. Она бегло пробежалась глазами и ответила одним словом: «Хорошо».
Чэнь Жуэй тут же ответил: «Ты сегодня… с новыми знакомыми? Ты в порядке?»
«Совсем не в порядке. Вэнь Юй тоже идёт. Мне очень тяжело».
«А? Тогда это не обед, а хождение по канату».
«[плачущий смайлик][плачущий смайлик]»
«Нужна помощь? Я могу подойти, поддержать морально и немного разрядить обстановку?» — вызвался Чэнь Жуэй.
Увидев это сообщение, Синь Тянь не могла не признать: Чэнь Жуэй за это время очень повзрослел. Она даже растрогалась. Но —
«Только не надо!» — быстро набрала она. — «Ты же их не знаешь. Придётся представлять — будет ещё неловче. Лучше оставайся дома и обедай с дедушкой. Я сама справлюсь… В будущем, наверное, таких неловких ситуаций будет ещё больше. Сегодня просто потренируюсь».
«…Ладно. Тогда береги себя!»
«[смеющийся сквозь слёзы смайлик][смеющийся сквозь слёзы смайлик] Постараюсь».
Закончив переписку с Чэнь Жуэем, Синь Тянь снова убрала телефон в карман и, опустив глаза на стол, сжалась на стуле, стараясь стать как можно менее заметной.
С того самого момента, как она согласилась пойти обедать с Чжэн Аньань, внешне она сохраняла спокойствие, но внутри всё было сковано льдом. А теперь, сидя в школьной столовой, она чувствовала себя как глыба льда посреди летнего зноя — особенно потому, что сидела слишком близко к Вэнь Юю.
Школа Седьмая огромна, зданий много, столовая тоже большая, но почему же столы здесь такие узкие?
Вэнь Юй, уместив свои длинные ноги под столом, сидел спокойно. А Синь Тянь, почувствовав, что телефон в кармане давит на бедро, слегка сменила позу — и её колено тут же коснулось его ноги.
Она задохнулась от ужаса.
Быстро отодвинувшись назад до упора, она уперлась спиной в спинку стула.
Честно говоря, в тот момент, когда её колено коснулось его ноги, сердце, казалось, готово было выскочить из груди.
Если уж говорить о сохранении секретов и маскировке, то выжить после этого момента — уже само по себе чудо.
Чжэн Аньань и Фу Цюй смотрели в сторону окон с едой, а Вэнь Юй сидел, опустив голову — скорее всего, смотрел в телефон.
http://bllate.org/book/2224/249332
Готово:
