Сяо Лоюй по-прежнему спокойно смотрел на Ши Яньжу своими обычными глазами.
Но Ши Яньжу вдруг почувствовал неладное: почему вся обстановка в комнате вдруг начала кружиться?
В голове шумело всё сильнее. Ши Яньжу уставился на недопитый сок, а затем перевёл взгляд на спокойное лицо и мрачный взгляд Сяо Лоюй, отчего по его спине побежал холодный пот.
Ши Яньжу лишился чувств и упал на диван.
Сяо Лоюй поднялся на ноги, с высоты своего роста посмотрел на него и лишь спустя долгое время глухим голосом произнёс: — Мы всегда будем вместе.
Система в Системном пространстве дрожала от страха, наблюдая, как Сяо Лоюй уносит Ши Яньжу на вертолёт.
В то же время её терзали смутные сомнения: чем дольше она смотрела на Сяо Лоюй, тем больше тот казался ей вылитым Цинь Чжэньюй.
Но ведь Цинь Чжэньюй был человеком из прошлого мира, как он мог оказаться в этом?
Система тяжело вздохнула, мысленно во всём виня своего хостера — уж слишком тот был очаровательным и легко привлекал всяких психопатов.
Когда Ши Яньжу снова пришёл в себя, его тут же привлёк незнакомый пейзаж за панорамным окном, и он поспешил спросить Систему: — Сяо Лоюй что, подсыпал мне снотворное? Куда это он меня притащил?
Возможно, сказывался опыт заточения в прошлом мире, но особой ярости Ши Яньжу не испытывал.
Он прекрасно понимал, что злостью проблемы не решить.
Система вздохнула и ответила: — Да, это Сяо Лоюй подмешал тебе лекарство. Мы находимся на необитаемом острове, и все местные жители — люди Сяо Лоюй. Я тут всё осмотрела: выбраться отсюда можно только одним способом — на вертолёте. Вокруг сплошные рифы и кишат акулы.
Ши Яньжу нахмурился: даже если бы в воде не было акул, сбежать он всё равно не смог бы, потому что не умел плавать.
Услышав звук открывающейся двери, Ши Яньжу с холодным выражением лица посмотрел на вошедшего Сяо Лоюй и молча отвернулся.
Сяо Лоюй подошёл с миской каши в руках, протянул руку и попытался коснуться лба Ши Яньжу, но тот с явным отвращением увернулся.
— У тебя слабый желудок, ты ничего не ел уже сутки с лишним. Сначала поешь каши.
С этими словами Сяо Лоюй взял ложку и попытался покормить Ши Яньжу.
Ши Яньжу резким движением руки оттолкнул миску, расплескав кашу: — Что всё это значит? Ты похитил меня? Это похищение, заточение или убийство?
Рука Сяо Лоюй покраснела от горячего, но на лице не дрогнул ни один мускул. Чистой рукой он коснулся щеки Ши Яньжу и тут же убрал её, прежде чем тот успел разозлиться.
— Янь-янь, ты ведь у меня умный. Как я мог похитить или запереть тебя, если я так сильно тебя люблю? А об убийстве, о котором ты говоришь, и речи быть не может.
Я и так люблю тебя больше всего на свете, разве я могу причинить тебе боль?
От такого тона и взгляда Сяо Лоюй Ши Яньжу на мгновение потерял дар речи.
Когда-то давно Цинь Чжэньюй вёл себя точно так же: какую бы позицию ни занимал Ши Яньжу, он неизменно сохранял хладнокровие и источал показное, глубокое чувство.
Ши Яньжу отодвинулся от Сяо Лоюй подальше, посмотрел в окно и глухо произнёс: — Я уже говорил: мне не нравятся мужчины, и я не приму твои чувства. Хочешь держать меня взаперти — держи.
Не дожидаясь ответа, Ши Яньжу натянул одеяло с головой.
Сяо Лоюй просидел на краю кровати полчаса: — Янь-янь, почему ты не хочешь дать мне шанс?
Ши Яньжу слышал каждое слово, и на душе у него стало ещё тоскливее.
Дать шанс Сяо Лоюй — какая нелепость.
Тот вырубил его исподтишка, притащил сюда, ни о чём не спросив, и ещё смеет рассуждать о каком-то шансе.
Если человек даже не уважает чужую волю, о каких шансах вообще может идти речь?
Чем больше Ши Яньжу об этом думал, тем сильнее злился, а Система тем временем продолжала его уговаривать.
— Хостер, успокойся, умоляю, успокойся! Тебе не кажется, что эта сцена ужасно знакома? Разве с Цинь Чжэньюй в самом начале не всё точно так же было? Люди вроде Сяо Лоюй, занимающие высокое положение, цепляются за недосягаемое с ещё большим упорством. Может, лучше пока уступить ему, притвориться послушным на годик-другой? Вот Сяо Лоюй наиграется, потеряет интерес — и ты станешь свободен.
Ши Яньжу холодно усмехнулся про себя и парировал: — А ты понимаешь, что значит с моей стороны уступить ему?
Система замялась и неуверенно ответила: — Ну... это значит, что хостер согласен встречаться с Сяо Лоюй и стать его парнем.
Ши Яньжу едва не рассмеялся от злости и мысленно скривил губы: — Это значит, что меня растопчут и унизят. Это значит, что у меня не останется никаких принципов, и при любой дальнейшей трудности я буду первым бежать на компромисс и прогибаться, растеряв последние крохи гордости. Система, вообще-то я мужчина.
Система промолчала: она не понимала, что такое достоинство и где проходят чужие границы.
Она знала лишь одно: если провалить задание, Ши Яньжу придётся ещё хуже.
— Но если хостер не уступит, Сяо Лоюй продержит тебя взаперти до конца дней. А если он разозлится окончательно, то и вовсе начнет измываться.
Ши Яньжу нахмурился и совершенно серьёзно ответил: — Нет, не станет. Сяо Лоюй не будет надо мной издеваться, потому что он меня любит. А что до пожизненного заключения... пусть запирает. Всё равно после выполнения задания понятия не имею, какой мир попадётся следуកម្ម, может, он будет ещё кошмарнее этого. Буду считать, что отдыхаю в Системном пространстве, и просто стану игнорировать Сяо Лоюй.
Систему от такого ответа едва не задохнулась от бессильной злости. Задохнувшись от возмущения, она отправилась на форум Системы и создала тему:
Поговорим о моём упёртом хостере.
Я новенькая Система, моя задача — помогать хостерам спасать тех, чья судьба сложилась трагически. Мой хостер выбран мной лично, у него незабываемые глаза, и самое главное —
Хотя он мужчина, лицом он невероятно красив.
Предыдущий хостер умер от рака желудка, и после перерождения его душа сохранила этот больной желудок.
В первом мире ему дико не повезло встретить психопата, который поместил его под домашний арест и слежку.
Хостер страшно разозлился, хотя я так и не поняла, в чём была причина его гнева.
Задание он выполнил, но погиб сразу после завершения, получив за миссию рейтинг D.
Сейчас мы переживаем второй мир, и хостеру зловеще не везёт: он снова столкнулся с влюблённым в него мужчиной, который опять запер его на замок.
Хостер отвергает мои предложения, наотрез отказывается прогибаться под этого мужика и упрямо держится за какие-то принципы.
Честно говоря, я понятия не имею, что это за принципы такие.
Но у моего хостера есть одно громадное достоинство: он обожает стабильность ради выполнения задачи он способен месяцами не выходить из дома.
Он уже морально подготовился провести в заточении всю оставшуюся жизнь.
Хочу спросить у уважаемых ветеранов: если хостер просидит взаперти до конца дней, рейтинг задания сможет вырасти?
Едва Система опубликовала пост, как под ним моментально появились сотни комментариев.
Первый комментарий: Завидую тебе, твой хостер такой красавец. Мой — самая заурядная серость, даже на домашний арест никто не посадит, не заслужил.
Второй комментарий: Скажу тебе как ветеран: рейтинг задания напрямую зависит от того, насколько счастливым и беззаботным чувствует себя хостер. Если твой подопечный страдает, даже дожив до глубокой старости, он получит заслуженную D-оценку. Но если он чувствует себя счастливым, пусть даже прожив всего месяц, рейтинг будет не ниже B. На самом деле упрямые хостеры куда лучше податливых — со временем, когда подрастёшь, сама это поймёшь.
Третий комментарий: Не переживай так сильно, почти все новички поначалу держатся за всякую чушь, но стоит им пройти через пару миров, как они поумнеют.
Четвёртый комментарий: Черт, как же завидую хостеру с такой внешностью! Я столько миров сменил со своими подопечными и усвоил главную истину: красота — это абсолютная истина.
Пятый комментарий: Оратор сверху прав, полностью поддерживаю.
Шестой комментарий: Плюсую.
……
Система внимательно перечитала каждый до единого комментарий.
Закончив чтение, она почувствовала огромное облегчение: с покладистым характером Ши Яньжу он сумеет обрести душевное спокойствие и радость, даже застряв на этом богом забытом островке до конца жизни.
Система пересказала Ши Яньжу самую суть полезных советов с форума.
Выслушав её, Ши Яньжу на мгновение замер: — Значит, существует множество других Систем? И в одном мире может быть сразу два хостера?
Система тут же пояснила: — Хостер, ты даже не представляешь масштабов мироздания. Миров не тысячи, их бесчисленные мириады! Мы, Системы, — порождение Великого Дао, наше существование поддерживает работу вселенных. Но на один мир полагается ровно один хостер, это железное правило.
В глазах Ши Яньжу мелькнул огонек: — А что будет, если хостер нарушит работу мира?
Система и сама толком не знала, но неуверенно протянула: — Провал задания, наверное, и есть разрушение уклада. Если хостер будет постоянно проваливать миссии, в конце концов его сошлют в погибающий мир. Когда мир рухнет, даже Система не сможет защитить душу хостера — смерть станет настоящей. Всё это я слышала на форуме от других, правда ли это на самом деле, я и сама не знаю.
Ши Яньжу поверил, что Система говорит правду: за любое достижение полагается расплата.
Его изначальное предчувствие не обмануло: стоит провалить миссию, как череда несчастий покатится снежным комом, становясь всё ужаснее.
Каждый последующий мир превратится в сущий ад.
Смерти не дождёшься, а жизнь станет невыносимой.
Лишь испив до дна бесчисленные страдания, человек удостаивается ссылки в умирающий мир и окончательного конца.
Ши Яньжу мысленно вздохнул: а ведь для тех бедолаг, что прошли через все круги мук, подлинная смерть — это едва ли не избавление.
Раньше он наивно полагал, что выполнение заданий — это некий извращенный способ обрести бессмертие, но теперь Ши Яньжу прозрел: все избранные Системой хостеры на самом деле глубоко несчастные люди.
Внутри Ши Яньжу зародилось чувство тревоги, и он уже не придавал Сяо Лоюй прежнего значения.
Сяо Лоюй — всего лишь эпизод в одном конкретном мире, впереди его ждут бесчисленные воплощения, и где гарантия, что ему не попастся кто-то ещё более упрямый?
Ши Яньжу глубоко вздохнул и мысленно подбодрил себя.
В каком бы мире он ни оказался, ему нельзя опускаться до озлобления, в его сердце всегда должны жить внутренний стержень и чёткие границы дозволенного.
Именно эти принципы и принципиальность позволят ему сохранить рассудок.
Он не намерен превращаться в безвольную марионетку чужой воли.
Перемены в поведении Ши Яньжу Сяо Лоюй почувствовал незамедлительно, вот только сам он не мог понять, радоваться ему или горевать.
Словно смирившись со своей участью, Ши Яньжу принялся каждый день находить себе развлечения.
То он выкорчёвывал цветы на клумбах, чтобы посадить овощи, то учился танцевать по телевизору, то затягивал охранников играть в мяч, а то перенимал у кухарки кулинарные секреты.
Его лицо то и дело озаряла счастливая улыбка, вот только самого Сяо Лоюй он упорно игнорировал.
Это тотальное равнодушие толкало Сяо Лоюй на грань бешенства.
Однажды ночью Ши Яньжу уселся рубиться в сетевую игру вместе с охранниками.
Сяо Лоюй сорвался окончательно. Свирепым взглядом окинув охранника, он грубо схватил Ши Яньжу за руку, потащил наверх и с размаху швырнул на кровать.
Взбешённый Сяо Лоюй раздражённо дёрнул за узел галстука.
Ши Яньжу истолковал этот жест по-своему, и его лицо мгновенно изменилось: — Если ты посмеешь хоть пальцем меня тронуть, я прямо здесь наложу на себя руки.
Слово смерть прозвучало как ледяное острие, вонзившееся прямо в грудь Сяо Лоюй и заставившее его замереть в нерешительности.
Ши Яньжу вжался в угол постели. Заметив, что Сяо Лоюй замер на месте, он понял, что напугал его, а заодно убедился: чувства Сяо Лоюй к нему подлинные.
Будь они фальшивыми, стал бы тот так дорожить его жизнью?
Ши Яньжу не относился к тем, кто пасует перед силой, но он трезво оценивал обстановку.
Если бы Сяо Лоюй действительно решил взять его силой, он бы не смог сопротивляться.
Увидев смертельную бледность на лице испуганного Ши Яньжу, Сяо Лоюй отступил на несколько шагов назад. Он с болезненной гримасой потёр виски и тяжело вздохнул: — Не бойся. Как бы сильно я ни разозлился, причинять тебе вред я не собираюсь.
Хотя на душе у Ши Яньжу отлегло, слепо доверять Сяо Лоюй он не спешил. Осторожно сжавшись в комок у изголовья, он держал наготове план побега: стоило тому сделать хоть шаг навстречу, как он тут же сиганул бы с кровати.
Глубоко вздохнув и стараясь не гневить Сяо Лоюй пуще прежнего, Ши Яньжу хрипло произнёс: — Уходи. Я хочу побыть один.
Сяо Лоюй нервно поправил воротник рубашки, но с места не содвинулся: — Янь-янь, ты же прекрасно понимаешь, что я не отпущу тебя. И что, ты собираешься игнорировать меня до конца жизни?
http://bllate.org/book/22176/2310504
Готово:
