— И это всё? И ты надеешься вышвырнуть меня? — Он протянул руку и одним ударом по воздуху в щепки разнёс духовный талисман Сяо Му.
Удар Гу Ияня был лишь предупреждением. Разбив талисман, он сразу же отозвал свою силу, но даже остаточного импульса хватило, чтобы Сяо Му, чей путь в культивации был ещё совсем недолгим, отшатнулся на несколько шагов назад. Случайно наступив на придорожный гравий, мальчик сильно подвернул ногу.
Пронзительная боль мгновенно разлилась от щиколотки по всему телу. Сяо Му сжал зубы, не издав ни звука, выпрямил спину и сохранил невозмутимое выражение лица. Он не мог позволить злобному демону увидеть хоть каплю своей слабости. Если даже он сдастся, что станет с братцем Гу? Демон всё ещё находился в его теле — значит ли это, что душа братца Гу вынуждена пребывать в глубоком сне? Или, быть может… он был поглощён?
Мальчик сделал пару коротких вдохов, стараясь усмирить бешеный стук сердца.
— Демон. — Взгляд ребёнка был острым, словно ледяные сосульки, свисающие с ветвей в зимний день: под лучами солнца они отражали ослепительный свет, отчего Гу Иянь был вынужден прищуриться.
Гу Иянь взглянул на небо, и на его губах заиграла странная, загадочная улыбка. Бросив на ходу лишь одну небрежную фразу, он развернулся и зашагал в глубь леса:
— Если хватит силёнок — попробуй выгнать меня из этого тела.
Он стоял к Сяо Му спиной и смеялся — насмешливо и открыто. Этот мрачный, ледяной оскал на лице подростка выглядел пугающе неестественно. У Сяо Му внезапно раскололась голова, перед глазами всё поплыло, и тёмная тень, которая до этого момента оставалась лишь неясным смутным силуэтом, окутывающим Гу Ияня, начала обретать чёткие очертания.
Это было огромное существо, почти двухметровый гигант, закованный в чёрные доспехи. Даже на таком расстоянии от него исходил леденящий душу холод, а густой, въевшийся в саму суть запах крови, который невозможно было смыть, заставлял сердце содрогаться от ужаса.
Видя, что демон вот-вот скроется из виду, унося с собой тело Гу Ияня, Сяо Му до крови закусил нижнюю губу: острый клык прорезал кожу, выпустив наружу капельку ярко-алой крови. Одной рукой придерживая голову и превозмогая нестерпимую боль, он шаг за шагом — уверенно и быстро — бросился вдогонку.
Мальчик рос в заботе и нежности, он никогда прежде не получал таких серьёзных травм. Не успел он пройти и нескольких десятков шагов, как перед глазами начало темнеть. Холодный пот, который он не мог остановить, намочил его пушистые чёрные волосы, и те безжизненными прядями прилипли к щекам, отчего его лицо, не выражавшее никаких эмоций, выглядело по-особенному жалким.К счастью, ёмо не успел уйти далеко. Когда Сяо Му едва не потерял его из виду, он остановился, развернулся и с полуулыбкой посмотрел на покрытого холодным потом ребёнка.
– Какая хрупкость. Я ведь ещё даже не сделал тебе ничего особенно дурного, а ты уже выглядишь так, будто тебя жестоко обидели.
Ёмо с нездоровым весельем усмехнулся. С каждым произнесённым словом он сокращал расстояние между ними, и когда с его губ сорвался последний звук, до Сяо Му оставалось не больше вытянутой руки.
Сяо Му нахмурился, неуклюже пытаясь показать свой грозный вид, но всё равно походил на мягкого травоядного кролика.
Придерживаясь мысли не связываться с подобными созданиями, он не произнёс ни единого слова и сложил пальцы в печать. После первой же стычки Сяо Му понял, что этот ёмо необычен – пожалуй, это был самый страшный ёмо из всех, с кем ему доводилось сталкиваться.
На сей раз Сяо Му не смел проявлять беспечность: он собрал всю духовную силу, какую только был способен высвободить, и на одном дыхании начертал самый мощный из всех доступных ему духовных талисманов. Поначалу ёмо не обращал на это внимания, позволяя Сяо Му действовать, но когда тот завершил уже большую часть талисмана, ёмо почувствовал, как вокруг мальчика начинает постепенно сгущаться мощное давление, что заставило его немного унять недавнюю легкомысленность.Когда Сяо Му собирался нанести последнюю черту, демон резко приблизился к нему и небрежно сформировал в руке силу, в несколько раз превосходящую силу мальчика, с невероятной легкостью разрушив духовный талисман, который тот из последних сил почти дорисовал. Демон схватил Сяо Му за подбородок и вжал его в дерево; хватка, подобная железным клещам, не позволяла ребенку сдвинуться с места, как бы он ни сопротивлялся.
Горячее дыхание демона обжигало лицо Сяо Му, а его взгляд был темным и нечитаемым:
— Ты слишком слаб и не сможешь его спасти.
Сяо Му прекратил напрасные попытки вырваться, плотно сжал губы, а его чистые и яркие глаза излучали твердую, непоколебимую уверенность, в которой не было ни капли сомнений.
Он знал, что сейчас слишком слаб и мал, но все же хотел собственными силами сделать хоть что-то, попытаться, приложить усилия, чтобы удержать дорогого ему человека.
Он уже потерял двух самых любимых людей и не хотел терять еще одного.
На дне детских глаз мелькнули досада и бессилие, но в них никогда не было сомнений в собственных силах — его взгляд всегда сиял, подобно маленькому солнцу. И пусть он был еще совсем мал, его решимость оставалась несокрушимой, словно скала.Демон смотрел в глаза Сяо Му, погрузившись в оцепенение, словно вспоминая что-то из очень далекого прошлого.
Столь далекого, что оно казалось сном.
В этот момент из угла стремительно выскочила крошечная темная тень, безумно царапая и кусая демона в спину, а из горла вырвался пронзительный, полный боли вопль:
— Оставь его в покое!
Застигнутый врасплох столь неожиданной атакой зверя, демон скривился от боли, занес руку, с силой содрал со спины Маленького черного кота и швырнул его в сторону.
Увидев это, Сяо Му сузил зрачки и, не раздумывая ни секунды, бросился вперед. Он едва успел подставить собственное тело вместо мягкой подстилки, защитив Маленького черного кота от жесткого удара о землю.
После столь резких движений и без того травмированная лодыжка Сяо Му заболела еще сильнее, а глаза заволокла пелена слез от боли. Крошечное тело Маленького черного кота сжалось в комок и дрожало, а одна из задних лап безвольно повисла.
Демон посмотрел на жалкие фигурки ребенка и кота, нахмурился и перевел взгляд на ногу Сяо Му. По правде говоря, он и не заметил сначала, что мальчик хромает. Уже очень давно ему не доводилось встречать детей, способных столь стойко переносить боль.
В его эпоху дети такого возраста уже бывали на полях сражений и не издавали ни звука, проливая кровь и пот. Времена изменились, и в нынешнем мирном и безопасном мире дети растут в неге и баловстве, уже не способные сравниться с тем поколением.
Раны на спине Гу Ияня под воздействием его мощной Призрачной силы затянулись почти полностью, и кровь больше не сочилась. Демон отвел взгляд и, неожиданно для себя проявив сострадание, сделал два шага вперед, намереваясь осмотреть ногу Сяо Му.
Стоило демону двинуться, как Маленький черный кот через силу встал на сломанную лапу, заслонил Сяо Му своим крошечным телом, выгнул спину, вздыбил шерсть по всему телу и издал угрожающее шипение:
— Я не позволю никому причинить ему вред!
Сяо Му смахнул с глаз слёзы, его губы посинели от боли, а звонкий голосок стал слабым:
— Господин Мяу, беги скорее.
Господин Мяу пропустил это мимо ушей, прижал уши к голове и вопил все громче и пронзительнее, так, будто кого-то здесь жестоко истязали.
— Уходи же!
— Не смей подходить! Держись от него подальше!
Демон испытал странное чувство, наблюдая, как ребенок и кот изо всех сил защищают друг друга — искренние чувства, которые не купишь ни за какие сокровища. Ему показалось, что он выглядит настоящим злодеем.
Он перестал пытаться приблизиться к ним, с холодным лицом прижал обоих с помощью Призрачной силы к земле и насильно исцелил раны парочки калек. Восток взгляда демона был сложным, полным тоски и отвращения; он бросил долгий взгляд на Сяо Му и Маленького черного кота, а уголки его губ чуть приподнялись.
В следующее мгновение тело Гу Ияня обмякло, и его глаза закрылись.
Почувствовав, что опасная аура исчезла, Маленький черный кот постепенно перестал горбиться, вот только шерсть еще долго не оседала — кот размером с половину человеческой руки казался вдвое больше прежнего. Сяо Му в тревоге подхватил Маленького черного кота на руки и шмыгнул носом: только что он держался стойким, а теперь казалось, что он готов расплакаться в любую секунду.
— Господин Мяу, ты в порядке? Твоя лапа в порядке? Тебе больно? Где болит? Тебе плохо? Прости, прости меня, пожалуйста, прости!
Маленький черный кот кротко лизнул мальчика, который был уже близок к слезам, и ласково, сладко мяукнул, издав нежный переливчатый звук.
— Я в порядке, главное, чтобы Шуй-шуй не пострадал.
— Я... — Сяо Му только теперь вспомнил, что и сам пострадал, и нерешительно прикоснулся рукой к лодыжке. Ни малейшей боли не осталось. Он также осторожно коснулся задней лапы Господина Мяу — та была совершенно целой.
Как такое возможно?
У Сяо Му не было времени раздумывать над этим. Судя по всему, демон временно ушел, на братце Гу больше не было темной тени, а после школы прошло уже много времени, так что нужно было поскорее возвращаться домой.
Сяо Му спрятал Маленького черного кота в карман одежды, шагнул вперед, поднял с земли Гу Ияня и, поддерживая его, повел из рощи. Не успели они отойти далеко от деревьев, как Гу Иянь очнулся, оглядываясь с полнейшим недоумением:
— Как мы здесь оказались?
В его словах не было ни малейшего воспоминания о недавних событиях.
Сяо Му не смог бы быстро все объяснить, поэтому мысленно пообещал себе расспросить домашних, не знают ли они сильных Духовных практиков, а пока…
— А? — Мальчик широко распахнул глаза и озадаченно переспросил.
Врать он совсем не умел, но вот притворяться дурачком — запросто!
Гу Иянь почесал в затылке, загнав все вопросы обратно внутрь.
Выйдя из рощи, они закономерно обнаружили, что из-за задержки после школы домашние уже вовсю тревожатся. Сяо Му склонил голову набок, захлопал виноградными глазами и извлек из кармана Господина Мяу:
— Дедушка, можно Господину Мяу пожить у нас?Господин Мяу взволнованно и безумно махал хвостом, манерно мяукал и вперил восторженный взгляд в дедушку Сюаня.
— Ладно, ладно, ладно! — тот совершенно забыл, что собирался сказать секунду назад.
Дедушка Сюань: Потерял рассудок.jpg
Так Господин Мяу благодаря блестящему выступлению успешно поселился в доме своего любимого Шуй-шуй.
Хи-хи ≡ω≡
Цветок·Законная·Жена·Ёкай: ???
Глубокой ночью Сяо Му закрыл глаза, вспоминая события сегодняшнего дня. Чем больше он думал об этом, тем сильнее убеждался: тот ёкай вовсе не желал им зла. К тому же, в конце он даже помог исцелить их раны.
И кроме того…
В том его взгляде, казалось…
Было столько зависти.
……
Сяо Му всё думал о том ёкае и, словно бы невзначай, завел разговор с дедушкой Сюанем:
— Дедушка, в прошлый раз я видел по телевизору мастера, который изгоняет демонов и побеждает нечисть! Такой крутой!
Уши дедушки Сюаня шевельнулись, он исподлобья нахмурился, словно вспомнив что-то неприятное:
— Всё, что показывают по телевизору — сплошной обман. Обычно дедушка разговаривал с ребенком мягко, но сегодня в его голосе проскользнуло редкое раздражение.
— Разве в мире не бывает таких людей?
Дедушка Сюань пристально посмотрел в глаза Сяо Му и чеканно произнес:
— Не бывает. Это невозможно. Я никому, ни за что не позволю Шуй-шуй ступить на этот путь.
Дедушка Сюань был непреклонен, и Сяо Му больше не стал расспрашивать.
Неужели в мире и вправду не осталось других духовных практиков?
Сегодня дедушка показался ему каким-то странным.
Время пролетело незаметно, прошло несколько месяцев. С того дня Сяо Му больше ни разу не видел ёкая, и струна в его душе постепенно расслабилась.
Однако ёкай объявился вновь, застав его врасплох.
Сяо Му с головной болью смотрел на озаренного улыбкой Гу Ияня. И кто бы знал, почему этот братец Гу, еще секунду назад бывший воплощением серьезности, вдруг повеял таким мрачным призрачным холодом.
Вспомнив прошлый опыт, Сяо Му на этот раз решил действовать осторожно:
— Чего тебе надо?
Ёкай прищурился, и на его лице заиграла присущая ему насмешливая улыбка:
— Ничего.
— Куда подевался братец Гу?
— С ним всё в порядке. Что, боишься, что я ему наврежу? — в мгновение ока сменив веселье на ледяное выражение лица, процедил ёкай.
Сяо Му не почувствовал от ёкая никакой угрозы, дважды моргнул и продолжил:
— Как тебя зовут?
— Я? Тебе необязательно знать, кто я. — Ёкай высокомерно изогнул губы, излучая природное превосходство.
— Тогда как мне тебя звать? — с наивной растерянностью спросил ребенок.
— Меня… — Ёкай ожидал, что его вид испугает мальчика, но прошло столько месяцев, а ребенок совершенно его не боялся. Всё было совсем не так, как при их первой встрече, — мальчика можно было назвать даже дерзким. — Можешь звать меня Пань.
Пань даже испытал некоторое любопытство к тому, что ребенок скажет дальше.
— Пань… Как камень? Звучит очень надежно. — Сяо Му говорил и одновременно вывел на столе иероглиф «Пань». Под рукой мальчика этот некогда вызывавший у Паня сильнейшее отвращение знак вдруг показался на удивление красивым.
Казалось, он начал чего-то ожидать от этого ребенка.
— Пань, ты можешь покинуть тело братца Гу?
Лицо Паня тут же помрачнело. Он резко взмахнул рукой, холодно глядя на стоящего перед ним человека, и собрался было исчезнуть.
Сяо Му ничуть не испугался его перемены в лице и, выдержав этот леденящий взгляд, произнес:
— Раз уж Пань не какой-то злой демон и не собирается захватывать чужие тела, а лишь временно погружает душу братца Гу в сон… Две души в одном теле не принесут пользы ни тебе, ни братцу Гу. — Говоря это, он достал висевший у него на шее нефрит: — Если не брезгуешь, Пань, можешь поселиться в этом нефрите.
Камень переливался потоками духовной силы, сразу было видно, что это драгоценный нефрит высшего качества, идеально подходящий для проживания подобных духов.
Пань со сложным выражением лица долго-долго смотрел на него. Сяо Му молчал, глядя на него с мягкой улыбкой.
— Хорошо, — тихо произнес тот.
Время летит незаметно, словно белый конь проскакивает мимолетный просвет в скале.
Сегодняшний день стал самым печальным для учеников всех учебных заведений столицы: старшей школы Диду, средней школы Диду и даже начальной школы Диду. И всё потому, что их столичный светоч сегодня заканчивал старшую школу, и после этого увидеть его, возможно, уже не удастся!
QAQ Почему в Диду нет своего университета! Им ведь никогда не надоест любоваться лицом школьного сокровища Ишуя!
Стоило ученикам Диду вспомнить, что после сегодняшней церемонии вручения аттестатов они, скорее всего, больше никогда не увидят Ци Ишуя, как им становилось так грустно, что хотелось раздобыть куклу вуду, написать на ней имена будущих университетских однокурсников Ци Ишуя и колоть ее иголками целых три дня и три ночи.
Сяо Му шел в одиночестве по школьной аллее, чувствуя, что атмосфера в школе сегодня какая-то странная. Сегодня выходной, в школе не должно быть учеников младших и средних классов, но пока он шел сюда, ему уже встретилось не меньше двух-трех десятков знакомых младшеклассников. На тихой школьной дорожке, где обычно почти никто не ходит, сейчас было яблоку негде упасть.
— Старшеклассник! — со слезами на глазах подбежала миловидная младшеклассница, всунув в остолбеневшие руки Сяо Му розовый конверт, и выпалила, зажмурившись: — Ты мне давно нравишься!
Высказав то, что так долго хранила в сердце, девочка тут же развернулась и убежала.
Сяо Му замер от потрясения.
Его, его, его только что попытались охмурить?!
За всю свою жизнь к нему еще никто не подходил с подобными признаниями.
Будучи светочем Диду, Ци Ишуй всегда считался в школе главной реликвией, и никто не осмеливался открыто подходить к нему с любовными признаниями. Если же изредка и находились смельчаки, их тут же силой утаскивали члены Общества защиты школьного сокровища, а любовные письма, тайком просунутые в парту Ци Ишуя, тщательно проверялись и убирались специальными людьми.
Так что эта младшеклассница стала первой бесстрашной воительницей, которой удалось прорваться к самому Сяо Му и признаться в своих чувствах.
Вспомнив, что Сяо Му в последний раз находится в школе, остальные ученики отбросили все сомнения и, достав заранее заготовленные письма и подарки, наперебой бросились к нему.
— Старшеклассник! Поздравляю с выпуском! Это мой прощальный подарок тебе!
— Старшеклассник! Я очень долго выбирал этот подарок для тебя!
— Ци Ишуй, с выпускным!
Сяо Му на мгновение растерялся от такого напора восторженных младшеклассников и ошеломленно принимал протягиваемые подарки. Встречаясь взглядом с сияющими радостью и грустью глазами вокруг себя, Сяо Му невольно улыбнулся:
— Спасибо всем, я очень рад. Я буду бережно хранить эти подарки.
Улыбка Сяо Му заставила всех умолкнуть. Восемнадцатилетний юноша находился в самом прекрасном и цветущем возрасте, а в его глазах читалась завораживающая мягкость.
Лишь после того, как Сяо Му ушел, младшеклассники пришли в себя и в отчаянии закрыли лица руками:
— Увидев такого красавца-парня, как наше школьное сокровище, как я теперь буду искать себе парня?
Младшеклассники согласно закивали.
Вернувшись в класс, Сяо Му забрал свой аттестат и альбом с фотографиями, договорился с одноклассниками о времени прощального ужина и распрощался с товарищами и учителями.
Стоило ему выйти за дверь, как навстречу ему шагнул знакомый, которого он никак не ожидал здесь увидеть:
— Иянь? Какая неожиданность, сколько лет, сколько зим! Разве у тебя сегодня не пары в университете? Как ты здесь оказался? — радостно удивился Сяо Му.
Гу Иянь опустил руки на плечи Сяо Му, заглянул ему в глаза и редкостно улыбнулся:
— Мой лучший друг выпускается, как же я, будучи названным братцем, мог не прийти?
Улыбка Сяо Му стала еще шире, его слегка зауженные миндалевидные глаза очаровательно изогнулись. Он легко ткнул Гу Ияня кулаком в плечо:
— И то верно, братец. Поехали ко мне домой, отпразднуем мой выпуск?
Гу Иянь всматривался в его сияющие глаза и ответил:
— Что бы ты ни предложил — я согласен.
В его голосе сквозила тщательно скрываемая нежность.
Они шли к выходу и попутно обсуждали последние новости. Гу Иянь рассказывал обо всем на свете, но при этом словно бы невзначай задал вопрос, который волновал его больше всего:
— А-Шуй, в какой университет ты бы хотел поступить?
— Ну, даже не знаю… — Сяо Му нахмурился, погрузившись в раздумья.
Гу Иянь не сводил глаз с чуть приоткрытых губ Сяо Му, а руки, обнимавшие парня, сжались в кулаки.
Неужели это будет университет города А?
Обязательно должен быть университет города А!
Не замечая скрытого под внешним спокойствием напряжения и надежды своего спутника, Сяо Му серьезно обдумывал варианты — выбор стоял из нескольких престижных вузов, и определиться было непросто.
— Кстати, Иянь, ты ведь учишься в университете города А?
Гу Иянь с непроницаемым лицом кивнул, его голос звучал ровно:
— Да. — И не прошло и секунды, как он добавил: — Университет города А — очень хорошее учебное заведение. Там отличные условия, прекрасная атмосфера, а на преподавательские должности приглашают только профессоров с учеными степенями. К тому же, А-Шуй, тебе ведь нравится литература? Профессора, преподающие там китайский язык и литературу — лучшие во всей стране.
Стоило зайти об этом речь, как Гу Иянь принялся взахлеб расписывать Сяо Му высокий уровень образования в университете города А. Глядя на то, как обычно немногословный Гу Иянь так восхищается этим вузом, Сяо Му невольно прыснул со смеху:
— Похоже, ты сам без ума от этого университета, Иянь.
Услышав смех Сяо Му, Гу Иянь тут же умолк, чувствуя легкое смущение.
Что он вообще творит!
Он же просто хотел узнать, в какой университет поступит А-Шуй. Было бы идеально, если бы, если бы А-Шуй поступил в тот же вуз, что и он…
http://bllate.org/book/22170/2309558
Готово:
