Рост показателя чувственности на этот раз убедил Бай Нина в правильности выбранного им подхода: Юй Шэну нравился именно такой стиль.
Хотя Юй Шэн всегда вел себя очень учтиво, в последнее время, если Бай Нин не хотел заниматься любовью, он не принуждал его. Однако, стоило ему лишь взглянуть на Бай Нина, как он тут же пленялся его лицом. Он не мог удержаться от тоски по нему, и желание лечь с ним в постель становилось всё сильнее.
— Генерал Юй, документы, которые вы просили, я все упорядочил. Посмотрите их сейчас?
Юй Шэн кивнул:
— Угу.
Бай Нин протянул ему папки, и Юй Шэн произнес:
— Давай сегодня вечером поужинаем вместе!
Бай Нин ненадолго замолчал и только потом ответил:
— Хорошо.
Его согласие зародило в сердце Юй Шэна предвкушение, хотя на лице не дрогнул ни один мускул. Глядя на Бай Нина, он думал лишь о том, что с каждым днем тот становится только прекраснее.
А-Ци:
— Носитель, кажется, сегодня вечером он хочет тебя переспать.
Бай Нин:
— Угу.
Бай Нин выглядел совершенно равнодушным, из-за чего А-Ци чуть не растрогался до слез — реквизит, который он заготовил для Бай Нина, наконец-то пойдет в ход.
С этого момента А-Ци без конца болтал у Бай Нина в голове:
— Почему вечер до сих пор не наступил?
Бай Нин счел его слишком возбужденным и решил подразнить:
— Если будешь и дальше бухтеть, отправлю тебя спать с Юй Шэном.
А-Ци:
— Ссс... — Никчемный носитель.
Бай Нин громко рассмеялся про себя, еще немного поиздевался над А-Ци, а после окончания рабочего дня отправился с Юй Шэном в заведение, где они собирались поужинать.
Но как только они прибыли на место, Юй Шэн увидел кое-кого знакомого. Это была Чжан Шаньшань — будущая невеста, которую присмотрели для него родители.
Эта женщина с малых лет была влюблена в Юй Шэна, а узнав о планах его родителей, и вовсе принялась преследовать его без всякого стыда.
С детства Юй Шэна учили обходительности и вежливому обращению с дамами, поэтому он никогда не говорил Чжан Шаньшань резких слов. Именно из-за этого он каждый раз норовил спрятаться при виде нее, и нынешний случай не стал исключением.
— Бай Нин, давай поужинаем в другом месте!
Бай Нин сделал вид, будто ничего не понимает, одарил его озадаченным взглядом и в конце концов кивнул в знак согласия.
Однако, возможно, им не везло, но рестораны, куда они заходили, неизменно вызывали разочарование. В конце концов Бай Нин вспомнил, что в той квартире Юй Шэна кухонная утварь была в полном порядке, и предложил приготовить ужин у него дома.
По дороге обратно Бай Нин попросил его притормозить у супермаркета, сказав, что зайдет купить продуктов.
Юй Шэн долго ждал у обочины, и от голода у него даже засосало под ложечкой. Не выдержав, он вышел из машины, чтобы посмотреть, чем занят Бай Нин.
Когда он подошел, Бай Нин как раз вертел в руках кочан пекинской капусты, осматривая его со всех сторон на предмет изъянов. Заметив Юй Шэна, он помахал ему зажатой в руке капустой.
Стоило Юй Шэну приблизиться, как Бай Нин сунул ему тележку:
— Толкай за мной и не отставай.
Юй Шэн был совершенно ошеломлен. Ему еще никогда не доводилось заниматься ничем подобным, и никто еще не отдавал ему приказы с таким невозмутимым видом.
Бросив взгляд на сосредоточенное лицо Бай Нина, который выбирал ингредиенты, он почувствовал, как сердце смягчилось. Ладно, в конце концов, возможно, в этой жизни такой случай выпадает всего раз.
Он катил тележку следом за Бай Нином, собираясь даже помочь, но стоило ему схватить один кочан капусты, как Бай Нин произнес:
— У этого листья подпорчены.
Юй Шэн тут же убрал руку:
— Не заметил, хе-хе.
Он взял что-то другое, и Бай Нин, бросив на него взгляд, спросил:
— Ты любишь корень лотоса?
Тот понятия не имел, любит ли корень лотоса, потому что ел его крайне редко. А увидев корень лотоса воочию впервые в жизни, он сходу не сообразил, что это именно то растение, о котором пишут в книгах.
— Люблю, — с каменным лицом соврал он.
Бай Нин бесстрастно бросил:
— Выбирай сам, что хочешь съесть.
Выбирать самому — это неплохо! Он начал бродить по супермаркету, забрасывая в тележку все, что привлекало его внимание.
Увлекшись процессом, он заигрался в одиночку и в итоге потерял Бай Нина из виду.
Отыскав его, он обнаружил, что Бай Нин выбирает шоколад.
— Любишь шоколад?
Бай Нин взглянул на него и всё с тем же бесстрастным выражением кивнул:
— Угу. А ты любишь сладкое?
Юй Шэн легко улыбнулся:
— Более-менее.
Глядя на то, как серьезно Бай Нин отбирает сладости, Юй Шэн вдруг почувствовал странное волнение. Ему захотелось баловать Бай Нина, хотя он и сам не мог объяснить почему.
Наконец Бай Нин надолго замер перед двумя коробками шоколада разных марок, но протянуть к ним руку так и не решился.
— Понравились обе коробки?
Бай Нин кивнул:
— Угу, я не знаю, какую купить!
На его лице застыла абсолютная невозмутимость, но то, как он терзался над столь пустяковой задачей, заставило Юй Шэна подумать, что он похож на ребенка.
— Если хочешь, бери обе.
С этими словами Юй Шэн снял с полки обе коробки и бросил в тележку.
Бай Нин посмотрел на него и кивнул:
— Верно, мне не занимать денег на такую мелочь.
— Ха-ха-ха, почему я сразу не заметил, какой ты у меня забавный.
Смеясь, проговорил Юй Шэн. Бай Нин проигнорировал его и, толкая тележку, направился к кассе.
— Помощник Бай, подожди, я еще не все выбрал.
Бай Нин бросил на него косой взгляд:
— Генерал Юй, если вы продолжите набирать, этого и за месяц не съесть.
Ну ладно! Тогда остановимся на этом.
Ведя машину, Юй Шэн вспоминал о сегодняшней богатой добыче и к своему удивлению чувствовал легкую гордость.
На обратном пути Бай Нин, устроившись на пассажирском сидении, вскрыл коробку шоколада и принялся за еду.
Юй Шэн во все глаза уставился на него, совмещая вождение с созерцанием трапезы. Что и говорить, красивый человек даже ест потрясающе.
Урчание. Из живота донесся звук.
— Генерал Юй тоже хочет?
С аппетитом глядя на Бай Нина, Юй Шэн почувствовал голод. Бай Нин вздохнул:
— Ты за рулем, я тебя покормлю!
— Хорошо.
Генерал Юй в тишине стал ждать кормежки от Бай Нина. Наконец Бай Нин поднес шоколадку к его губам, он втянул ее в рот и нечаянно прихватил губами пальцы Бай Нина. Раз уж так вышло, он воспользовался моментом и лизнул его по пальцу.
Бай Нин дернулся, словно от удара током, мгновенно убрал руку, напрягся всем телом на пассажирском сиденье и отвернулся к окну.
Хотя выражения его лица было не разглядеть, Юй Шэн снова заметил, как покраснели его уши.
Какая прелесть!
Он никак не ожидал, что Бай Нин может быть таким милым!
Будучи по природе ледяным айсбергом, он так легко смущался. Юй Шэн даже засомневался, тот ли самый Бай Нин попадался ему на глаза в те ночные часы.
Здравствуй, этот дублер
Бросив на него быстрый взгляд, Бай Нин больше не обращал на Юй Шэна внимания — стянул верхнюю одежду, закатал рукава, надел фартук и скрылся на кухне.
Юй Шэн последовал за ним:
— Чем помочь?
Бай Нин указал на миски:
— Помой овощи. Я пока нарежу другие, а после овощей перемоешь посуду.
— А ты что будешь делать?
— Сначала промою рис и поставлю вариться.
Юй Шэн кивнул, взял овощи и принялся их мыть. Мыл и одновременно разглядывал Бай Нина. Он наводил справки о происхождении парня: Бай Нин — сирота, но очень умный, с юных лет зарекомендовал себя как примерный ученик и превосходный студент. Окончив престижный университет, он устроился в компанию Цзя Чжэна и всего за полгода дослужился до его личного помощника.
Хотя на людях Юй Шэн держался учтиво, в душе он был невероятно горделив и мало кем восхищался. Бай Нин входил в их число. Какими бы методами тот ни заполучил должность помощника Цзя Чжэна, одно оставалось неоспоримым — его профессиональные навыки. В особенности Юй Шэн прочувствовал это во время их совместной работы, и такой специалист вызывал у него жгучее желание переманить его к себе.
Однако теперь они с Бай Нином стали партнерами по постели, и в случае разрыва их совместная работа грозила стать крайне неловкой.
Но в эту минуту лицо Бай Нина привлекало Юй Шэна куда сильнее его деловых качеств.
— Овощи вымыты.
— Угу, — отозвался Бай Нин, взял нож, собираясь шинковать, но, заметив на зелени грязь, мгновенно помрачнел лицом.
Этот никчемный Юй Шэн даже овощи толком вымыть не смог! В душе Бай Нин заливался смехом, но на лице обязан был сохранять холодное и неприступное выражение.
— Юй Шэн, овощи не отмыты.
Уголки рта Юй Шэна дернулись, и он с невинным видом протянул:
— Правда? По-моему, я всё отмыл!
Бай Нин едва сдерживал новый приступ смеха, но внешне остался предельно суров. Снова взяв зелень, он подошел к раковине и принялся перемывать ее заново.
Толстая, как крепостная стена, кожа Юй Шэна покраснела. Немое молчание Бай Нина заставило его почувствовать жгучий стыд.
— Прости, даже овощи нормально вымыть не сумел.
Бай Нин покачал головой:
— Ничего страшного, иди сюда, посмотри, как надо мыть.
Юй Шэн придвинулся к Бай Нину и ощутил от него приятный аромат — интересно, какими духами тот пользуется?
Его взгляд упал на руки Бай Нина, моющие зелень, и он в очередной раз мысленно восхитился их тонкими, белыми и невероятно красивыми пальцами.
Бай Нин мыл всё очень скрупулезно, по всему было видно, что он человек основательный.
Из-за того, что они стояли так близко, дыхание Юй Шэна овевало ухо Бай Нина. Щекотка была настолько невыносимой, что Бай Нин даже склонил шею и потерся ухом о плечо.
— Тебе необязательно прижиматься ко мне так близко! — произнес Бай Нин.
Юй Шэн отступил на шаг:
— Прости.
Когда овощи были вымыты, Юй Шэн принялся за посуду — но стоило ему взять тарелку, как она тут же разбилась. Выражение лица Бай Нина сменилось с равнодушного на шокированное.
О боже! Неужели на свете бывают настолько неуклюжие люди?
Ладно, нельзя же злиться на человека только за то, что он не умеет мыть тарелки. Он отправил Юй Шэна выполнять другое поручение, но тот снова всё завалил.
Бай Нин вовсе не злился, ему было просто смешно. Почему он раньше не замечал, до чего же Юй Шэн забавный?
Впрочем, ради поддержания образа Бай Нин бесстрастно указал пальцем на дверь:
— Выйди вон.
Его царственный вид в этот момент не уступал лучшим императрицам. В другое время Юй Шэн наверняка обиделся бы, но сейчас, чувствуя свою вину, он лишь с виноватым видом вышмыгнул из кухни.
Стоило ему уйти, как Бай Нин крутанулся на месте и расхохотался так сильно, что из глаз брызнули слезы.
А-Ци:
— Носитель, я сочувствую тебе. Быть королем актерского мастерства — тяжелый труд! Так хотелось посмеяться, а приходилось терпеть.
Бай Нин резко перестал смеяться:
— Хе-хе.
А-Ци счел поведение Бай Нина жутковатым: только что тот заливался от смеха, а в следующую секунду полностью преобразился.
Выдворенный из кухни Юй Шэн чувствовал себя обиженным: он ведь искренне хотел помочь, а в ответ встретил такое пренебрежение.
Посидев немного на диване, он не выдержал и придвинулся к кухонному проему, чтобы понаблюдать за Бай Нином.
Тот уже вовсю занимался готовкой.
Честно говоря, глядя на спину Бай Нина, Юй Шэн не находил в нем ни единого сходства с Му Сюем, но почему-то именно сейчас ему безумно захотелось обнять Бай Нина сзади.
Эта мысль казалась ему самому дикой. Он неотрывно следил за тем, как Бай Нин заканчивает готовить, и поспешил вперед, чтобы подхватить тарелки.
Взгляд, которым наградил его Бай Нин, был полон глубочайшего недоверия — казалось, тот боится, что он уронит еду прямо на пол вместе с посудой.
Стиснув зубы, Юй Шэн донес блюда до стола, с облегчением выдохнул и бросил на Бай Нина гордый взгляд.
Выражение его лица так и говорило: видишь? А я взял и донес!
Просто поразительно: неужели занести пару тарелок — это такое достижение, чтобы так зазнаваться?
Наконец оба сели за стол. Юй Шэн проголодался уже давно, и едва угощение оказалось на столе, как его живот издал предательское урчание, отчего парню захотелось провалиться сквозь землю, хотя внешне он сохранял абсолютное спокойствие.
— Можно есть?
Бай Нин кивнул:
— Можно.
На этот раз они приготовили три блюда и один суп. Бай Нин опасался, что вдвоем они не осилят столько еды, но в итоге, когда оба наелись, тарелки выглядели так, будто на них ничего и не клали.
— Бай Нин, твоя стряпня намного вкуснее, чем у моего домашнего повара.
Бай Нин сухо ответил:
— Просто ты проголодался, вот тебе и кажется вкусным.
— Я ведь серьезно! Можешь не скромничать.
Бай Нин задумался. В одном из миров, куда его забрасывало, он работал поваром, а поскольку привык доводить любое дело до совершенства, тогда он истово оттачивал кулинарное мастерство, так что его стряпня и впрямь превосходила уровень обычных поваров.
Он кивнул:
— Понял. Главное, чтобы тебе нравилось.
Юй Шэн улыбнулся:
— Чем займемся дальше?
Чем займись дальше? Разумеется, заниматься любовью!
— Иди в душ, я помою посуду.
Сердце Юй Шэна вновь забилось в сладком предвкушении. Кивнув, он скрылся в ванной.
Быстро перемыв тарелки, Бай Нин затосковал от безделья, побродил по квартире и в конце концов устроился в кабинете с попавшейся под руку книгой.
Стоило ему сесть, как в ушах зазвучал голос А-Ци:
— Носитель, какую марку фаллоимитатора ты хочешь? — У фаллоимитаторов еще и марки бывают?
Бай Нин:
— Принеси мне самый дорогой.
А-Ци:
— Будет сделано. А лубрикант какой марки? Тоже самый дорогой?
Бай Нин:
— Угу.
А-Ци принялся навязывать ему сопутствующие товары, но Бай Нин молча проигнорировал его и углубился в чтение.
Он увлекся настолько, что даже не заметил появления Юй Шэна в кабинете, и вздрогнул, когда тот неожиданно вырос рядом.
— Ты уже помылся? — первым подал голос Бай Нин.
Юй Шэн кивнул:
— Угу. Какую книгу ты читаешь с таким увлечением?
Поскольку книги в этом кабинете принадлежали не ему, он и сам не знал толком, что здесь хранится.
Бай Нин глянул на обложку:
— Записки о путешествиях Ноэра.
Юй Шэн улыбнулся:
— Тебе нравится подобное?
Бай Нин кивнул:
— Угу, я пойду в душ.
Поднявшись, он вернул книгу на полку. Юй Шэн в очередной раз засмотрелся на его спину, инстинктивно подался вперед и обхватил Бай Нина сзади.
Тело Бай Нина на миг окаменело:
— Я... я еще не мылся.
Он старался звучать невозмутимо, но голос его помимо воли подрагивал.
— Ты нервничаешь?
Щеки Бай Нина вспыхнули:
— Нет.
— Ха-ха-ха, — тихо засмеялся Юй Шэн и разжал руки. — Иди в душ! Быстрее, я уже не могу ждать.
Лицо Бай Нина порозовело еще сильнее, но он сохранил ледяное выражение:
— Угу.
Он стремительно вылетел из кабинета под раскатистый смех Юй Шэна.
Оставшись один, Юй Шэн достал с полки книгу, которую только что читал Бай Нин. Вообще-то он сам любил подобную литературу.
Вспомнив легкий аромат духов Бай Нина, он понял, что читать он больше не в состоянии — в голове крутился исключительно Бай Нин.
Выходит, он безнадежно запал на Му Сюя, раз ему настолько дорог даже его дублер, утешал себя Юй Шэн, хотя в глубине души уже сомневался в этом.
В конце концов он отложил книгу и вернулся в спальню.
Вскоре Бай Нин вышел из ванной. Кожа на его лице распарилась и порозовела, придавая всему облику особую, яркую красоту.
Заметив, как Юй Шэн в упор разглядывает его, он снова залился румянцем.
А-Ци больше не мог сдерживать сарказм:
— Носитель, как тебе удается краснеть по заказу? Причем с такой легкостью.
Бай Нин:
— Король актерского мастерства должен не только уметь плакать или смеяться по требованию, но и краснеть когда нужно.
А-Ци:
— О великий актер Бай, моё почтение. — Никчемный носитель, а как мастерски прикидывается недотрогой.
Впрочем, притворялся он отлично. Десять баллов из десяти, не зазнавайся, главное — скорее дожми цель.
Притворяющийся недотрогой звездный актер слегка растерялся под откровенным взглядом Юй Шэна, но напустил на себя максимум ледяного безразличия. По правде говоря, сцену такой сложной сложности мало кто сумел бы вытянуть, но к счастью, это был король актерского мастерства Бай.
Наконец Юй Шэн отреагировал:
— Впервые?
Звездный актер покраснел еще сильнее и бесстрастно бросил:
— Ка... как можно?
Он старался выглядеть небрежно, но язык уже заплетался.
— Ха-ха-ха-ха, ладно-ладно, раз ты говоришь, что не в первый раз, значит, не в первый. Я же не собираюсь над тобой смеяться.
Заливаясь смехом, Юй Шэн думал о том, почему же Бай Нин такой невыносимо забавный.
Из-за его насмешек вид Бай Нина стал еще холоднее, а лицо раскраснелось пуще прежнего, в полной мере воплощая образ человека, чьи слова расходятся с делом.
Сделав пару шагов, он оказался прямо перед Юй Шэном, обвился руками вокруг его шеи и прильнул губами к его губам. От такого подарка судьбы Юй Шэн, разумеется, не собирался отказываться.
Одной рукой притянув Бай Нина за талию, а другой придерживая за затылок, он лишил его всякой возможности отступить.
Поцелуй был настолько страстным, что Бай Нин растаял в его объятиях. Швырнув его на кровать, Юй Шэн набросился сверху.
Столкнувшись с ним, Бай Нин казался совершенно лишенным защиты, отдавая свое тело на его волю.
Юй Шэн давненько не выпускал пар, и на этот раз страсть захлестнула его с головой. Он кувыркал Бай Нина на постели снова и снова, но ему все равно казалось мало.
Бай Нин чувствовал неиссякаемую энергию партнера и прямо в процессе продолжал обсуждать с системой его технику.
Бай Нин:
— Техника неплоха, я сейчас кончу!
А-Ци:
— Если он продолжит в том же духе, ты пролежишь в постели три дня.
Бай Нин:
— Отлично, да, давай сюда, сюда меня.
А-Ци:
— Тебе необязательно стонать про себя, хочешь орать — ори в голос.
Бай Нин:
— Нельзя, не так яростно.
А-Ци:
— Бай Нин, ты уже того.
Бай Нин:
— Если я заору, разрушится весь мой образ. Я ведь гордый и непреклонный снежный лотос.
А-Ци:
— Тогда не обязательно стонать мне на уши! Я все равно ничего не вижу.
Бай Нин:
— Не могу, так хорошо.
А-Ци:
— Ссс... Как бы прибить этого носителя?
После всего Бай Нин валился с ног от усталости, едва не засыпая, но Юй Шэн продолжал прижимать его к себе, то и дело целуя и покусывая его губы.
— Бай Нин, какое у тебя мягкое тело, — шептал Юй Шэн, мысленно предаваясь воспоминаниям: тело и впрямь мягкое, а внутри — горячее и тесное.
Бай Нин лениво приоткрыл веки и сильнее зарылся в его объятия:
— Я так устал.
Юй Шэн крепче обнял его, поглаживая по голове:
— Больше не буду. Примем душ и спать!
— Угу.
Не успел Бай Нин ответить, как его дыхание выровнялось и он погрузился в глубокий сон. Глядя на его лицо, Юй Шэн подумал, что во сне тот выглядит донельзя умиротворенно, и сам ощутил странный покой.
Он никак не ожидал, что их совместимость с Бай Нином окажется настолько безупречной: стоило им начать, как остановиться уже не получалось, и беднягу Бай Нина изрядно потрепали.
Здравствуй, этот дублер
Бай Нин:
— А-Ци, дай сигарету.
А-Ци:
— Нету. Закуришь сейчас — Юй Шэн снова тебя отыщет и оттрахает.
Бай Нин:
— Дождусь, пока уснет, и покурю.
Бай Нин:
— Не устал?
Бай Нин:
— Ни капли, я могу повторить.
А-Ци:
— Ладно-ладно, только не надо тут повторять, держи твою сигарету.
А-Ци чувствовал себя глубоко оскорбленным: носитель заблокировал его, лишив возможности лицезреть сам процесс, позы и даже то, какими размерами обладал Юй Шэн и насколько развратным выглядел Бай Нин.
При этом каждый раз после окончания действа Бай Нин требовал у него сигарету, наводя систему на мысль, что тот делает это назло.
Впрочем, в этом пункте А-Ци угадал верно: Бай Нин действительно делал это нарочно, мстя за то, что в прошлой жизни система бесчисленное количество раз заставляла его наблюдать за подобными любовными утехами. Память у Бай Нина была отменная, так что обиды он помнил долго.
С тех пор как Бай Нин и Юй Шэн официально стали партнерами по постели, Юй Шэн окончательно и бесповоротно увяз в телесных утехах с ним.
Теперь он безоговорочно верил в утверждение, что мужчины — это существа, управляемые нижней частью тела, потому что стоило ему бросить взгляд на Бай Нина, как внизу живота тут же поднимался бунт.
http://bllate.org/book/22169/2309507
Готово:
