Лицо Юй Шэна исказилось от боли.
— Прости, Бай Нин.
Бай Нин холодно хмыкнул:
— То есть ты всё это время просто играл со мной?
Юй Шэн попытался оправдаться:
— Я вовсе не хотел тобой играть. Я просто так сильно тоскую по Му Сюю, а когда ты рядом, мне удается не думать о нем каждую секунду.
На лице Бай Нина промелькнула насмешка:
— Ты ведь помнишь наше условие?
Юй Шэн на мгновение замер, а затем кивнул:
— Помню.
Бай Нин произнес:
— Ты нарушил договор. Я говорил, что если у кого-то из нас появится другой любимый человек, мы расстанемся. И раз уж у тебя есть тот, кто тебе дорог, наши отношения не должны продолжаться.
Юй Шэн смолк, и лишь спустя долгое время ответил:
— Прости, я знаю, что виноват. Можешь требовать от меня чего угодно, я сделаю всё, на что способен.
— Я понял твое решение, — бросил Бай Нин, развернулся и ушел.
Глядя ему вслед, Юй Шэн испытывал одновременно укол совести и облегчение. Наверное, хорошо, что они во всем разобрались, теперь удастся избежать лишних проблем в будущем.
И всё же, провожая взглядом фигуру Бай Нина, он чувствовал щемящую боль в груди — казалось, он и впрямь сошел с ума.
— Хозяин, держись! Шкала чувств Юй Шэна поднялась уже до семидесяти восьми баллов, — подал голос А-Ци.
— Мм, — отозвался Бай Нин.
— Какой же Юй Шэн подонок! Хозяин, ты должен как следует его помучить, — возмутился А-Ци.
— Мм.
— Эх!
— Что такое?
— Я наконец-то смог подключиться к сети других галактик, чтобы прикупить товаров для взрослых, но при нынешних обстоятельствах они тебе, похоже, без надобности.
— То есть ты только ради этого и повышал уровень — чтобы понакупить всякой пошлости?
— У меня есть и другие функции.
— Ха-ха.
— ...... — Больше всего на свете я ненавижу это твое ха-ха.
Хотя шкала чувств и заполнилась на семьдесят восемь баллов, до максимума было еще далеко, поэтому Бай Нин решил ускорить процесс покорения.
Он не стал увольняться и продолжал работать в том же филиале компании Юй Шэна. Придерживаясь своего привычного стиля, он быстро завоевал всеобщее признание в коллективе.
Разобравшись с рабочими делами, он намерен был продолжить охоту на Юй Шэна.
Активировав свой навык, он прислушался к мыслям людей из окружения Юй Шэна и добыл интересную новость.
Этим вечером Юй Шэн собирался заглянуть в бар JKU, и это было идеальным местом для случайной встречи.
Он немного привел себя в порядок и прибыл в бар JKU даже раньше Юй Шэна.
Он был невероятно хорош собой — в этом не было никаких сомнений, — едва переступив порог бара, он мгновенно приковал к себе всеобщее внимание, и многие посетители не могли отвести от него глаз.
Устроившись за стойкой, он заказал бокал выпивки. Бармен поставил напиток перед ним и непринужденно завел беседу:
— Один?
Бай Нин лишь улыбнулся в ответ, ничего не сказав.
Бармен ничуть не смутился:
— Ты так давно не заходил.
Этот парень явно узнал Бай Нина, ведь тот бывал здесь раньше.
— Ты меня знаешь? — наконец подал голос Бай Нин, и бармен заметно обрадовался.
— Знаю, хотя ты меня, пожалуй, нет.
Подперев рукой голову, Бай Нин лениво усмехнулся:
— Можешь звать меня Лео.
Сияющий от радости бармен назвал свое имя, и они непринужденно разговорились.
Всю дорогу Бай Нин сидел в той же расслабленной позе, подперев щеку рукой, но время от времени вежливо и обаятельно улыбался.
Беседа текла приятно, но вскоре нашелся тот, кто ее прервал.
— Наконец-то я тебя дождался.
Незнакомец внезапно возник рядом и обратился к Бай Нину.
Бай Нин лениво скользнул по нему взглядом: парень был довольно симпатичным, одежда и часы выдавали хороший вкус — в качестве партнера на одну ночь он вполне годился.
Бай Нин улыбнулся:
— Ты мне?
Незнакомец беззастенчиво устроился на соседнем стуле:
— Ага! Меня зовут Джерри, а тебя?
Бай Нин продолжал лениво улыбаться, источая едва уловимую, манящую дерзость:
— Лео.
Его лаконичный ответ заставил Джерри рассмеяться:
— Создается впечатление, будто от каждого лишнего слова ты можешь упасть замертво. — В этой ленности было свое очарование.
Бай Нин усмехнулся:
— Мм, мне и правда очень утомительно.
Джерри рассмеялся вслед за ним:
— Планы на вечер есть?
Бай Нин покачал головой:
— Нет.
Джерри мысленно с облегчением выдохнул:
— Что думаешь обо мне?
Бай Нин посмотрел на него, не спеша с ответом, но в этот момент в голове прозвучал голос А-Ци:
— Хозяин, Юй Шэн здесь, он уже входит в дверь.
Улыбка на лице Бай Нина стала еще глубже:
— Неплохо.
Значит, есть шанс, промелькнуло в голове у Джерри, и он тут же принялся вовсю ухаживать за Бай Нином. Будучи от природы болтливым, он обладал огромным запасом тем для разговора, треща без умолку, а Бай Нин то и дело тихонько смеялся над его шутками.Юй Шэн в последнее время был жутко раздражен, поэтому решил отправиться в бар, но стоило ему оказаться у входа, как он вспомнил свою первую встречу с Бай Нином.
После ухода Бай Нина он поначалу почувствовал себя легко, однако очень скоро это ощущение сменилось смутным дискомфортом. Он не мог понять, в чем дело, но чувствовал, будто что-то давит ему на грудь, требуя выхода.
Войдя в бар, он с первого же взгляда заметил Бай Нина, сидевшего за барной стойкой. В тот момент, когда он увидел Бай Нина, его сердце против воли забилось быстрее.
Бай Нин! Бай Нин здесь!
Все произошло так неожиданно, что он на мгновение потерял контроль над собой и широким, быстрым шагом направился к Бай Нину.
Бай Нин, конечно же, заметил его приближение, но лишь бросил на него мимолетный взгляд и тут же отвел глаза, словно перед ним был совершенно незнакомый человек. От этого взгляда Юй Шэн вдруг резко пришел в себя.
Какое у него теперь есть право смотреть в глаза Бай Нину?
Охваченный чувством утраты, он еще раз взглянул на Бай Нина и уже собирался уходить, как вдруг человек, сидевший рядом с Бай Нином, подался вперед и поцеловал его.
Увидев эту сцену, Юй Шэн почувствовал, как в груди вспыхнуло пламя. Бай Нин... Бай Нин позволил какому-то постороннему поцеловать себя!
Неведомая, непреодолимая волна собственнических чувств внезапно вырвалась наружу. До тех пор, пока их отношения с Бай Нином не подошли к концу, Бай Нин принадлежал только ему! Кто вообще такой этот тип, раз он смеет целовать Бай Нина?
На самом деле, когда Джерри попытался его поцеловать, Бай Нин отвернулся, и Джерри не коснулся его губ. Однако с того ракурса, под которым смотрел Юй Шэн, казалось, будто Джерри действительно поцеловал Бай Нина.
Внутри него все пылало от гнева, но он все же сумел сдержать ярость.
— Бай Нин, — позвал он.
Бай Нин, казалось, даже не услышал его и продолжал о чем-то говорить с Джерри.
Ярость Юй Шэна разгорелась с новой силой.
— Бай Нин! — снова окликнул он, и в его голосе уже отчетливо слышался гнев.
Но Бай Нин по-прежнему не обращал на него никакого внимания, словно Юй Шэна и вовсе не существовало. Юй Шэн понимал: Бай Нин делает это нарочно, игнорирует его специально.
Сердце пронзила боль. Бай Нин все еще злился на него. Впрочем, это было вполне естественно — после того, как он поступил столь отвратительно, злость Бай Нина была закономерна. Но даже злясь на него, неужели Бай Нин не мог не притворяться, будто они незнакомы?
Огонь в его груди немного утих, но тут же вспыхнул с новой, удесятеренной силой, потому что он увидел, как Бай Нин собирается уйти вместе с тем самым типом, который только что его поцеловал.
Этот человек с первого взгляда казался геем, и было очевидно, что он неравнодушен к Бай Нину. Юй Шэну даже не нужно было напрягать воображение, чтобы понять, куда именно они сейчас направляются.Нельзя, Бай Нин не может заниматься этим с другими.
Почти не раздумывая, он прямо подошел к Бай Нину, ухватил его за руку и попытался увести.
Однако Джерри среагировал мгновенно и тоже схватил его за рукав:
— Уважаемый, что вы задумали?
Юй Шэн при виде Джерри почувствовал глухое раздражение:
— Я знаком с этим человеком и сейчас должен забрать его.
Джерри явно не поверил, но все же перевел взгляд на Бай Нина, ожидая ответа от него.
Бай Нин по-прежнему улыбался, словно происходящее вокруг не имело к нему никакого отношения.
Заметив вопросительный взгляд Джерри, он неторопливо ответил:
— Я не знаю его. Не могли бы вы помочь мне прогнать его?
Джерри усмехнулся:
— Разумеется.
Улыбнувшись, он посмотрел на Юй Шэна глазами, в которых промелькнул леденящий холодок:
— Слышали? Лео говорит, что не знает вас.
Юй Шэн нахмурился:
— Лео?
Джерри насмешливо бросил:
— Лео — это тот господин, которого вы держите. Говорите, что знакомы с ним, а даже имени его не знаете.
Лицо Юй Шэна похолодело:
— Мне неважно, кто такой Лео. Я знаю лишь то, что его зовут Бай Нин и он мой подчиненный.
Джерри было совершенно плевать на каких-то подчиненных. Он знал только одно: Бай Нин сейчас не хочет видеть этого человека, а значит, он может помочь Бай Нину избавиться от него.
— Мне всё равно, какие у вас отношения с Лео. Я знаю лишь то, что он сказал, будто не знаком с вами, поэтому прошу вас немедленно уйти.
Юй Шэн и без того кипел от гнева, а от этих слов ярость стала совсем трудно сдерживать.
Однако воспитание не позволяло ему устраивать истерики и тем более распускать руки. Стиснув зубы, он потянул Бай Нина за собой, намереваясь уйти, но Бай Нин неожиданно выдернул руку из его хватки и отступил на два шага назад.
Юй Шэн на мгновение остолбенел, а затем выдохнул:
— Бай Нин...
Произнеся его имя, он вдруг понял, что совершенно не знает, что сказать.
На губах Бай Нина застыла холодная, зловещая улыбка:
— Я не хочу тебя видеть. Проваливай.
Сердце Юй Шэна пронзила боль, смешанная с горькой обидой:
— Ты злишься на меня?
— Ты всего лишь посторонний человек, с чего бы мне на тебя злиться?
насмешливо бросил Бай Нин. И ведь это была чистая правда, но Юй Шэн, разумеется, не поверил.
— Ты точно злишься на меня! Хочешь выплеснуть злость — срывай ее на мне, только не губи себя!Юй Шэн вышел из себя: что за слова о самоуничижении? Неужели быть с ним — значит унижать себя?
Он уже хотел ответить, как услышал голос Бай Нина:
— Какое ты имеешь право лезть в мои дела? Только потому, что ты мой начальник? Если так, то я прямо сейчас пишу заявление об уходе.
Юй Шэн запаниковал. Судя по характеру Бай Нина, если тот уволится, то непременно уедет отсюда, и неизвестно, куда направится. А уж сделать так, чтобы он сам больше никогда его не нашёл, Бай Нин точно сумел бы.
Поэтому увольнение Бай Нина означало бы, что он, возможно, больше никогда его не увидит. От одной этой мысли в груди защемило, словно её чем-то заложило.
— Ладно, я больше не буду лезть в твои дела. Делай что хочешь!
Он пошёл на компромисс. Пока Бай Нин не уходит, он сможет постоянно его видеть, а со временем, глядишь, тот и простит его.
Но почему же на душе было так больно, словно Бай Нин уже переставал ему принадлежать?
Нет, этого не может быть, Бай Нин — его, утешал он себя.
Бай Нина прошел мимо него, даже не взглянув в его сторону, отчего Юю Шэну стало еще тоскливее. Он сжал кулаки и, стиснув зубы, в конце концов решил последовать за Бай Нином.К его удивлению, стоило им выйти на улицу, как Бай Нин и Цзэрри разошлись в разные стороны. Заметив это, Юй Шэн с облегчением выдохнул: оказывается, Бай Нин вовсе не собирался заниматься с тем парнем тем, о чём он думал.
Но чего Юй Шэн никак не ожидал, так это того, что Бай Нин, едва выйдя из одного бара, тут же направился в другой.
Сердце Юй Шэна снова тревожно забилось. Боясь, что кто-нибудь попытается подкатить к Бай Нину, он решительно последовал за ним внутрь.
Оказавшись внутри, он увидел, что Бай Нин уже заказал выпивку и при этом пил без остановки.
Юй Шэн нахмурился: если тот продолжит в том же духе, то наверняка напьется вдрызг. Что же в конце концов произошло с Бай Нином?
Ему хотелось подойти и остановить его, но он боялся вызвать у того раздражение, поэтому оставалось лишь сидеть в каком-то углу и сгорать от беспокойства.
И действительно, прошло совсем немного времени, как взгляд Бай Нина затуманился — было очевидно, что он уже перебрал. Однако он продолжал пить не останавливаясь.
Кто-то из посетителей заметил пьяного Бай Нина и, решив, что перед ним легкая добыча, подошел к нему заговорить. Увидев это, Юй Шэн больше не мог сидеть сложа руки. Он подошел прямо к ним, похлопал того человека по плечу и произнес:
— Я его друг. Если у тебя есть какие-то вопросы, говори со мной.
Тот недовольно поджал губы, с презрением глянул на Юй Шэна и удалился.
Юй Шэн нахмурился, но не стал затевать ссору, а вместо этого перевел взгляд на Бай Нина.А Бай Нин тем временем смотрел на него. Их взгляды столкнулись, и Бай Нин вдруг фыркнул со смеху.
Юй Шэн не понимал, чему тот улыбается, и просто смотрел на него с полным недоумением на лице. Он услышал, как Бай Нин произнес:
— Ты так похож на одного моего знакомого.
Сердце Юй Шэна забилось еще сильнее: неужели нашелся кто-то еще, похожий на него?
— Его зовут... Юй Шэн. Он — абсолютный ублюдок.
Услышав это, Юй Шэн понял, что Бай Нин действительно пьян. В пьяном виде Бай Нин был очень мил, и Юй Шэн невольно почувствовал некоторое предвкушение.
— Да, Юй Шэн — ублюдок.
Бай Нин рассмеялся.
— Разве он мог сделать меня чьей-то... заменой?
Он смеялся, но глаза его внезапно увлажнились.
Сердце Юй Шэна сжалось от испуга: Бай Нин, оказывается, принимает все это близко к сердцу.
— Что я сделал не так, за что он так со мной? Только из-за того, что я похож на кого-то, я должен быть чьей-то тенью?
— Прости, Бай Нин, — извинился Юй Шэн.
— Он тоже извинился передо мной. Но мне больно, его извинения не уменьшают мою боль ни на йоту, зато ему становится не так стыдно.
Юй Шэну стало стыдно: из-за его собственных эгоистичных мыслей Бай Нин безо всякой причины страдал.
— Про... — извинение уже вертелось на языке, но он насильно проглотил его. В будущем он постарается не совершать ошибок и реже извиняться.
Глаза Бай Нина затуманились.
— Но даже несмотря на то, что он ублюдок, я люблю его. От этого становится еще больнее.
Юй Шэн широко раскрыл глаза. Что только что сказал Бай Нин? Неужели тот любит его?
— Бай Нин, кого ты любишь?
Бай Нин посмотрел на него, немного понаблюдал и вдруг заснул. Сердце Юй Шэна заколотилось как безумное. Глядя на лицо Бай Нина, он не смог сдержаться и поцеловал его в губы.
Он сглотнул слюну, отчаянно желая переспать с Бай Нином.
С тех пор как их отношения закончились, он больше не выпускал пар, и теперь, стоило ему приблизиться к Бай Нину, как тело непроизвольно отреагировало.
Он изо всех сил пытался сдержать себя, чтобы не натворить глупостей: Бай Нин и так сейчас ненавидел его, а если он сделает еще что-нибудь, тот возненавидит его еще сильнее.
Он усадил Бай Нина в машину, собираясь отвезти его домой, но тот начал вести себя беспокойно: заерзал и закрутился рядом с ним, отчего реакция его тела стала еще сильнее, а водитель уже несколько раз украдкой косился на них в зеркало заднего вида.Он прижал Бай Нина к себе, пытаясь унять его, но стоило его пальцам коснуться руки Бай Нина, как его словно ударило током, и он, потеряв над собой контроль, поцеловал Бай Нина.
Наконец они добрались до дома Бай Нина, он достал из его кармана ключ и открыл дверь. Едва переступив порог, он прижал Бай Нина к стене и страстно поцеловал, но пламя внутри него не только не утихло, а разгорелось с еще большей силой.
Он подхватил Бай Нина на руки, бросил прямо на кровать и последовал за ним.
Пожалуй, он слишком сильно тосковал по Бай Нину, а потому, начав, уже не мог остановиться. Они занимались любовью снова и снова, пока в конце концов Бай Нина не довели до слез.
Видя, как сильно он замучил Бай Нина, он неожиданно почувствовал гордость: и впрямь, Бай Нин принадлежал только ему, и прикасаться к нему мог лишь один человек.
Его тело от макушки до пят принадлежало только ему, и даже сердце его тоже принадлежало ему.
Натешившись всласть, Юй Шэн почувствовал глубокое удовлетворение на душе. Он поцеловал спавшего крепким сном Бай Нина и подумал, что им невозможно наглядеться — сколько ни смотри, все мало.
— Отлично, шкала чувств поднялась до 85, хозяин, поднажми, ты обязательно утрешь нос этому лунному свету, — подал голос А-Ци.
— ... — промолчал Бай Нин.
— Хозяин, почему ты молчишь?
— У меня поясница болит.
— Да как такое возможно?
Бай Нин закатил глаза: Юй Шэн этой ночью вел себя как безумец, не переставая тискать его, пока он сам уже не начал сходить с ума.
Хотя телу было тяжело, шкала чувств действительно выросла. Юй Шэн был из тех, к кому нужен подход: сначала дать пощечину, а потом подсластить пилюлю.
Сперва немного помучить, а потом кинуть лакомый кусочек — и тогда этот кусочек покажется ему невероятно сладкиим.
На следующее утро, проснувшись, Бай Нин тут же выгнал Юй Шэна и велел ему больше не появляться у него на глаза.
Хотя Юй Шэна и прогнали, он знал, что Бай Нин любит его, просто еще не простил, поэтому вовсе не сердился и на следующий день явился на работу в самом превосходном расположении духа.
Подчиненные даже начали гадать, не завел ли он себе девушку.
А его друг детства Чжоу Яньшэн, видя, что тот, хоть и расстался с Бай Нином, всё равно продолжает поддерживать с ним связь, одновременно бесился и замышлял нечто такое, что должно было проучить Бай Нина.
Конечно, называть это наказанием было не совсем верно — он просто хотел, чтобы Бай Нин кое-что понял, а потому вечером Бай Нину доставили приглашение на банкет, причем отправленное от имени Юй Шэна.— Этот человек приглашает тебя на банкет явно с недобрыми намерениями, — произнес А-Ци.
— Угу, — отозвался Бай Нин.
— Хозяин, ты пойдешь?
— Пойду, конечно пойду. Когда я появлюсь там, смогу приступить к следующему этапу плана.
Изначально он еще только размышлял над тем, как сделать свои дальнейшие действия законными и обоснованными, а это приглашение как раз отлично подходило на роль запала для фейерверка.
Приняв решение, Бай Нин принялся за приготовления. Сначала он купил несколько музыкальных инструментов, затем приобрел всевозможную утварь, связанную с музыкой, после чего заперся в своей комнате и принялся возиться со всем этим добром.
Когда он наконец вышел из комнаты, уже настал день банкета. К счастью, само торжество было назначено на вечер, так что у него оставалось время привести себя в порядок.
А-Ци без устали донимал его расспросами о том, что же именно он задумал. Бай Нин не любил раскрывать карты раньше времени: хотя он был уверен в своем плане, до самого конца сохранялось множество неопределенностей, а о вещах неопределенных он говорить не привык.
Поэтому А-Ци постоянно казалось, что тот ведет себя загадочно, хотя на самом деле Бай Нин просто предъявлял высокие требования ко всему, за что брался.
Вечером, когда Бай Нин прибыл к месту проведения мероприятия, его остановили у входа, заподозрив, что его приглашение поддельное. Что бы ни говорил Бай Нин, охранники, казалось, намертво уверились в том, что перед ними какой-то прохиндей.
Вскоре на него стали оглядываться проходящие мимо люди, принимаясь вовсю судачить и глядя на него с явным презрением.
Будь Бай Нин обычным человеком, ему, пожалуй, стало бы неловко, но он вовсе не был робкого десятка. Не покраснев и не сбив дыхание, он произнес:
— Меня пригласил сюда хозяин этого банкета. Раз здесь мне не рады, я просто вернусь домой.
Сказав это, он тут же развернулся и зашагал прочь. Окружающие, увидев такое поведение, окончательно утвердились во мнении, что он пытался проникнуть на банкет обманом, и заговорили еще громче.
Однако стоило Бай Нину сделать всего пару шагов назад, как его окликнули:
— Господин Бай, подождите минуту.
Уголки губ Бай Нина едва заметно приподнялись. Всё шло именно так, как он и ожидал: Чжоу Яньшэн хотел сначала сбить с него спеси и унизить перед входом, а самое интересное было припасено на потом — разве тот позволил бы ему просто так уйти?
Бай Нин остановился, обернулся и бросил на говорившего холодный взгляд:
— Слушаю?
http://bllate.org/book/22168/2309457
Готово:
