Лянь Инь действительно не могла сдержать улыбку — она никак не ожидала, что мальчик перед ней задаст такой вопрос.
Мальчик нервно поднял руку и потрепал себя по волосам на висках. Он и сам понимал, что вопрос вышел глупым, но просто не знал, о чём еще спросить.
К счастью, Лянь Инь быстро совладала с выражением лица, сменив его на добрую и дружелюбную полуулыбку, и ответила на его вопрос:
— Я уже поела.
Затем она продолжила ободряющим взглядом подталкивать его к дальнейшей беседе.
Фаррелл явно понял её ободрение и, не сдаваясь, спросил:
— А что ты ела на обед?
Лянь Инь чуть снова не рассмеялась, не совсем понимая, почему у Фаррелла в голове крутится только еда. Неужели он такой маленький любитель покушать?
Вопросы и ответы сменяли друг друга довольно долго. Двое детей стояли среди стаи голубей, вокруг доносилась разноязычная речь, но они словно не замечали никого вокруг, полностью погрузившись в диалог, пока Лянь Инь не заметила, что небо начинает темнеть. Только тогда она прервала эту череду вопросов и ответов, сказав Фарреллу, что пора домой.
Рамбла находилась недалеко отсюда, и дорога домой занимала у Лянь Инь совсем немного времени, а вот Фаррелл жил в другом районе — в новом городе, гораздо дальше. Чтобы добраться до дома, ему нужно было пересесть на метро на Площади Каталонии. Всё это Лянь Инь только что выяснила из разговора с самим Фарреллом, что также объясняло, почему она то и дело встречала его здесь.
Хотя они виделись всего во второй раз, лишь вместе покормили голубей да пообщались вопросами и ответами, Фаррелл явно не хотел говорить Лянь Инь «до свидания». Перед расставанием он выглядел жутко огорчённым, но так и не решился произнести фразу вроде: «Давай завтра снова погуляем вместе».
57. Обучение? Футбольная суперзвезда (часть 6)
Вернувшись из Площади Каталонии в цветочный магазин, Лянь Инь не оставляла надежды и потратила еще целый вечер на попытки вспомнить хоть что-то о Фаррелле. Однако результат снова принёс ей лишь разочарование: как бы сильно она ни полагалась на свою хорошую память, в голове всплывали лишь официальные новости о его уходе из жизни, а никаких других подробностей или сплетен она вспомнить не могла.
В то время как она раз за разом прокручивала в памяти всё, что касалось Фаррелла, в её мыслях неизменно всплывало и сожаление Джеральд о судьбе этого молодого таланта.
После стольких воспоминаний Лянь Инь постепенно прониклась этим чувством горечи.
Разумом она прекрасно понимала, что не является ни бессмертной небожительницей, ни спасительницей человечества, и ей не под силу в одиночку изменить слишком многое. Но даже при этом её не покидала навязчивая мысль: если бы появился шанс что-то изменить, пусть даже самый ничтожный, она бы очень хотела спасти судьбу Фаррелла. По крайней мере, сделать так, чтобы из-за депрессии футбольный мир не потерял столь выдающегося полузащитника.
Приняв решение в сердце, Лянь Инь обнаружила, что её время после школы внезапно оказалось расписано по минутам.
Застенчивый характер мешал Фарреллу предложить встретиться на следующий день, но Лянь Инь своими действиями терпеливо ждала его на Площади Каталонии и дождалась новой встречи.
С этого момента каждый день после обеда они с Фарреллом встречались на Площади Каталонии, вместе кормили голубей и сидели на скамейке, болтая о школьных делах.
Жизнь в испанской начальной школе на самом деле была очень простой: целыми днями дети только и делали, что играли, а любые знания и учебные материалы органично вплетались в это слово — «игра». Домашних заданий задавали крайне мало, что позволяло обоим беззаботно проводить на Площади Каталонии целые послеобеденные часы.
Спустя неделю их ежедневных встреч застенчивый Фаррелл наконец постепенно раскрепостился. Общаясь с Лянь Инь, он теперь не только сам задавал вопросы, но и охотно рассказывал ей о своём кумире — Дэвиде. Например, о том, как вчера вместе с дедушкой ходил на Стадион Камп Ноу смотреть матч и как геройски проявил себя на поле его любимый игрок. Узнав, что Лянь Инь еще никогда не была на Стадионе Камп Ноу, он с энтузиазмом предложил сам провести ей экскурсию по стадиону и прилегающему музею, ведь там выставлено множество вещей его кумира.
Стоило зайти разговор о футболе, как Фаррелл превращался в настоящего болтуна и мог без остановки выпалить пять-шесть предложений подряд.
Такой живой Фаррелл заставлял Лянь Инь то и дело улыбаться. Выслушав столько историй о его кумире, она наконец не выдержала и спросила:
— Ты никогда не думал пойти на просмотр в команду?
Фаррелл внезапно замолк на полуслове, угрюмо поглядел на Лянь Инь пару секунд, и настроение его мгновенно сменилось с солнечного на пасмурное.
Заметив это, Лянь Инь с любопытством спросила:
— Что такое?
Фаррелл поджал губы и тихо проговорил:
— Мои родители не разрешат мне пойти на просмотр.
Фаррелл часто упоминал дедушку, рассказывая, как сильно тот любит футбол, но никогда прежде не говорил о своих родителях. Лянь Инь только сейчас впервые услышала, как он заговорил о них.
Лянь Инь недоумённо нахмурилась:
— Почему?
Фаррелл немного помолчал, прежде чем ответить:
— Они очень заняты, у них нет столько времени, чтобы любить футбол.
Лянь Инь уже собиралась спросить, какое отношение отсутствие у родителей времени на любовь к футбол имеет к её вопросу о согласии на просмотр, как Фаррелл продолжил:
— Им не очень нравится, что я играю в футбол. Они хотят, чтобы я хорошо учился и в будущем стал их преемником.
Лянь Инь на мгновение потеряла дар речи. Родители, о которых говорил Фаррелл, совершенно не походили на тех испанцев, к которым она привыкла. Здесь редко встретишь родителей, которые вмешиваются в увлечения детей, не говоря уже о том, чтобы заставлять столь малых крох зубрить уроки лишь ради того, чтобы вырастить из них будущих наследников семейного дела. Подобные родительские замашки больше напоминали старшее поколение из её родной страны.
Подумав немного, Лянь Инь не удержалась и осторожно расспросила о профессиях родителей Фаррелла.
Фаррелл быстро ответил: его отец — владелец риелторской компании, а мать работает на руководящей должности в адвокатском бюро.
Услышав это, Лянь Инь невольно приподняла брови. Условия в семье Фаррелла были весьма солидными не только по меркам Испании, но даже в её собственном мире. Теперь Лянь Инь отчасти понимала, почему его родители так рано начали вмешиваться в его увлечение футболом.
Впрочем, поразмыслив еще немного, она задалась вопросом: если его родители действительно были против того, чтобы он играл, то как же он в будущем попал в молодежную академию Барсы и стал профессиональным игроком? Быть может, родители всё же не оказывали на него слишком жесткого давления. И всё же нельзя исключать вероятность изменения хода мировой истории, поэтому ей не стоило слишком слепо проецировать события из мира Джеральда на эту реальность.
Лянь Инь видела, что при упоминании родителей лицо Фаррелла наполнилось беспомощностью и недовольством, а сам он стал намного мрачнее, чем мгновение назад. Ей стало его жалко, и она тут же сменила тему. Покружив разговор туда-сюда, она в конце концов заставила Фаррелла забыть о неприятностях и снова повеселеть.
Когда стрелка часов приблизилась к половине девятого, настало время напомнить Фарреллу, что пора домой.
Фаррелл досадливо подумал: почему время всегда летит так быстро, неужели опять пора возвращаться?
Договорившись встретиться завтра, они помахали друг другу на прощание, и Фаррелл с тяжелым сердцем ступил на дорогу домой.
Лянь Инь неспешно дошла до дома на Рамбле. Торговля сегодня шла средненько, и Лянь Жу сидела в цветочном магазине, перебирая подвядшие стебли, планируя выбросить их после закрытия. Подняв глаза и заметив возвращение дочери, она одарила её ласковой улыбкой:
— Снова играла с маленьким другом на площади?
Лянь Инь коротко угукнула. Еще на следующий день после знакомства с Фарреллом она назвала Лянь Жу его имя. Узнав, что у дочки появились друзья вне школы, Лянь Жу даже обрадовалась и ни капли не переживала из-за того, что тем мальчиком был её ровесник. Во многом благодаря спокойному отношению Лянь Жу Лянь Инь могла видеться с Фарреллом каждый день.
Лянь Жу не стала расспрашивать дальше, поманила Лянь Инь к себе и, когда та подошла, спросила:
— А ты помнишь, что хотела научиться танцевать?
Лянь Инь замерла, но тут же поспешно ответила:
— Конечно помню.
Лянь Жу сказала:
— Я уже узнавала в школе, со следующего месяца открывается младшая группа. Если хочешь учиться, на этой неделе можно подать заявку.
Закончив говорить, Лянь Жу не удержалась и решила переспросить:
— Ты всё еще хочешь учиться танцам? Если пойдёшь на танцы, у тебя совсем не останется времени на игры. И ты больше не сможешь видеться со своим маленьким другом каждый день.
Лянь Жу в глубине души была уверена, что её дочь находится в том возрасте, когда хочется только играть, и говорила так в надежде, что Лянь Инь из любви к развлечениям сама откажется от занятий танцами.
Однако этим надеждам не суждено было сбыться — Лянь Инь без долгих раздумий выдала ответ:
— Я хочу записаться, я хочу учиться танцевать.
Смирившись с неизбежным, Лянь Жу вздохнула и послушно произнесла:
— Тогда завтра после школы вместе пойдем в школу и подадим заявление.
58. Обучение? Футбольная суперзвезда (часть 7)
Договорившись с Лянь Жу, на следующий день после полудня они собирались пойти в танцевальную школу, чтобы всё узнать насчет записи.
Впрочем, большинство сотрудников в Испании уходили на обеденный перерыв с двух до четырех часов дня, поэтому мать с дочерью решили пообедать дома, а ближе к четырем часам отправиться в путь.
Лянь Инь мысленно прикинула расписание и, наспех пообедав, пока оставалось время, отпросилась у Лянь Жу на несколько десятков минут сбегать на Площадь Каталонии. Вчера она пообещала Фарреллу встретиться на площади сегодня, и ей вовсе не улыбалось нарушать слово.
Лянь Жу не стала возражать против того, чтобы Лянь Инь навестила Фаррелла. Напротив, она обрадовалась тому, как трепетно дочь относится к обещаниям, данным другу, считая такое качество очень похвальным.
Поблагодарив маму и пообещав вернуться очень быстро, Лянь Инь побежала рысцой в сторону Площади Каталонии.
Под безоблачным лазурным небом утопающая в зелени и цветах Площадь Каталонии выглядела прекрасной, словно написанная сочными масляными красками картина. Сегодня на площади по-прежнему кипела жизнь: около семи-восьми из десяти человек составляли туристы со всех уголков света. Общедоступная площадь служила не только местом отдыха для путешественников и пересадочным пунктом для туристических групп, но и привлекала редких местных жителей, которые неспешно сидели на скамейках, любуясь голубями и греясь на солнышке.
Лянь Инь стояла посреди оживленной площади, наблюдая за снующими туда-сюда разноцветными толпами людей и поджидая появления Фаррелла. Пока мальчик еще не подошел, она мысленно прокручивала в голове, как именно рассказать ему о своем решении заняться танцами.
Время подходило к назначенному часу, и Фаррелл, как и ожидалось, показался вдали со стороны подземного перехода.
Его рост чуть больше метра тридцати не позволял ему сильно выделяться среди толпы взрослых, из-за чего его то и дело скрывали прохожие. Но стоило показаться его личику, как он тут же неизбежно становился центром всеобщего внимания.
Заметив давно ожидавшую его Лянь Инь, Фаррелл резко прибавил шаг и, словно свежий ветерок, промчался к ней, озарив лицо радостной улыбкой:
— Лянь Инь, ты пришла!
Если бы он знал, что она придет так рано, то побежал бы бегом прямо от самого автобуса.
Лянь Инь одарила его милой улыбкой и кивнула в знак приветствия.
В долгу он не остался: увидев её сладкую улыбку, Фаррелл постарался растянуть губы еще шире.
Глядя на его сияющее лицо и сощурившиеся от улыбки глаза, Лянь Инь виновато улыбнулась и, не откладывая дело в долгий ящик, сразу перешла к сути:
— Фаррелл, боюсь, сегодня я не смогу составить тебе компанию.
Услышав это, Фаррелл мгновенно свернул улыбку и тревожно, с испугом спросил:
— Что случилось?
Лянь Инь ответила:
— Мы с мамой чуть позже пойдем в танцевальную школу. Я хочу научиться танцевать, так что мне нужно всё разузнать.
— А? Ох... — растерянно протянул Фаррелл, его мозг на секунду затуманился.
Но замешательство длилось недолго: ум мальчика быстро прояснился, в голове вихрем пронеслись мысли, и он затараторит:
— Значит, ты больше не будешь сюда приходить?
Больше не станет с ним разговаривать и видеться?
Лянь Инь никак не ожидала, что этот мальчик окажется настолько догадливым и заглянет так далеко вперед. Тем не менее, его вопрос попал в самую точку. Поразмыслив, Лянь Инь ответила:
— Точные подробности я узнаю только после того, как мы сегодня всё осмотрим. Но, думаю, видеться каждый день, наверное, уже не получится... Хотя бы раз в неделю мы точно сможем встречаться.
Этот ответ вовсе не утешил Фаррелла. Напротив, его настроение упало еще ниже, а губы скривились в упрямую дугу, не скрывая его горького разочарования.
По дороге сюда он был так воодушевлен, всю дорогу гадал, о чём поговорить с Лянь Инь при встрече и какие вопросы ей задать. А стоило только увидеться, как на него обрушилась такая страшная новость. У него пропало всякое настроение.
Глядя на погрустневшего донельзя мальчика, Лянь Инь смягчила голос:
— Сегодня мы идем только на разведку, занятия начнутся самое раннее в следующем месяце.
В следующем месяце? Но ведь сейчас конец месяца! До следующего месяца осталось всего пять-шесть дней! Значит, она специально подгадала сегодняшний день для прощания? — обреченно подумал Фаррелл.
Заметив, что он всё еще хандрит, она подумала еще немного и выпалила:
— На Рамбле, в доме под номером ХХХ, есть цветочный магазин под названием Аврора — это мой дом. Если захочешь меня найти... — не успела она договорить, как мальчик резко развернулся и без лишних слов бросился бечь обратно туда, откуда пришел.
Лянь Инь ошеломленно смотрела на удаляющуюся спину Фаррелла, совершенно не ожидав такого поворота. С чего вдруг он побежал?
— Фаррелл! — Лянь Инь сделала пару шагов вдогонку, пытаясь окликнуть его и остановить, но эта маленькая фигурка двигалась гораздо быстрее неё, в мгновение ока скрывшись вдали. И чем громче она кричала, тем быстрее он бегал.
Поняв это, Лянь Инь остановилась и прекратила погоню. Проводив взглядом убегающего мальчика, она не знала, смеяться ей или плакать от такой неожиданности.
Взглянув на то направление, где он скрылся, Лянь Инь тяжело вздохнула. Она отчасти понимала внезапный эмоциональный всплеск Фаррелла и знала, что лучший способ поддерживать детскую дружбу — это видеться каждый день и постоянно играть вместе. Но понимание пониманием, а здравый смысл подсказывал ей, что она не сможет сопровождать его изо дня в день при любой погоде, и рано или поздно всё должно измениться. Её жизнь не могла быть заполнена одним лишь Фарреллом, у неё имелась и другая судьба, которую предстояло воплотить.
Рассудив всё здраво, Лянь Инь повернулась и зашагала обратно к Рамбле.
Вернувшись в цветочный магазин, Лянь Жу с улыбкой поддразнила её за то, как сильно та дорожит общением с Фарреллом.
Лянь Инь лишь улыбнулась и не стала рассказывать матери о том, как Фаррелл убежал.
Приведя себя в порядок, они временно закрыли магазин и отправились в танцевальную школу.
Танцевальную школу, которую подобрала Лянь Жу, порекомендовала ее знакомая, держащая цветочный ларек на той же Рамбле: ребенок той женщины учился в этой школе, а кто-то из их родственников там преподавал. Благодаря рекомендации знакомых, в школе их встретил персональный сотрудник.
Мать с дочерью расспросили обо всём. Будучи профессионалом, Лянь Жу задала множество специфических вопросов, и администратор, поняв, что перед ним специалист высшего класса, вытянулся в струнку и отнесся к гостям с максимальной серьезностью, не смея проявить и капли небрежности.
Вернулись на Рамблю они только к девяти часам вечера.
Все формальности с записью в танцевальную школу были улажены. Занятия официально начинались первого числа следующего месяца, проходить они должны были ежедневно с четырёх часов дня до восьми вечера — по четыре часа за урок. На выходные отводилось полтора дня: весь день в субботу и половина в воскресенье.
Иными словами, со следующего месяца Лянь Инь будет проводить в танцевальной школе каждый день, что в точности подтверждало то, о чём она ранее говорила Фаррелле. Видеться ежедневно действительно не выйдет, но встречаться раз в неделю — запросто.
Вот только сначала нужно донести эту новость до самого мальчика.
59. Обучение? Футбольная суперзвезда (часть 8)
С момента знакомства Лянь Инь и Фаррелла прошло всего каких-то две недели. За эти две недели общения Лянь Инь узнала, в какой школе и в каком классе он учится, но никогда не спрашивала его точный домашний адрес и тем более не знала его домашнего телефона.
Чтобы рассказать ему о танцевальной школе, у нее оставалось всего два варианта: либо отправиться в его школу, либо поджидать его на площади, где они привыкли видеться каждый день.
На следующий день после школы Лянь Инь пообедала и поспешила заранее занять пост на Площади Каталонии, надеясь дождаться появления Фаррелла.
Честно говоря, она не была до конца уверена, появится ли мальчик сегодня. Вчера он убежал так демонстративно, словно хотел окончательно порвать с ней все отношения. Но с другой стороны, а вдруг он всё-таки придет?
С этой мыслью Лянь Инь простояла на площади от полудня до наступления сумерек, когда над городом зажглись первые огни фонарей.
В Испании наступление темноты легко вычислить: даже не заглядывая в часы, Лянь Инь понимала, что время уже перевалило за девять вечера.
Окинув взглядом не редеющую толпу людей, она шумно вздохнула, размяла затекшие от долгого стояния ноги и медленно побрела в сторону Рамблы.
Когда Лянь Инь вернулась домой, Лянь Жу уже почти закончила готовить ужин. Увидев дочку, она с улыбкой заметила:
— Сегодня ты вернулась немного поздно. В следующем году у тебя уже не получится видеться с другом каждый день, так что вы сегодня как следует наговорились на прощание?
Если бы всё было так просто и гладко...
Лянь Инь мысленно вздохнула, но вслух матери ничего говорить не стала.
За ужином Лянь Инь неожиданно отложила ложку на середине трапезы и сказала:
— Мама, завтра после школы ты не могла бы отвезти меня в начальную школу Хинтон?
Именно в этой школе учился Фаррелл.
Лянь Жу тоже прекратила есть и с любопытством посмотрела на дочь:
— Зачем тебе туда?
Лянь Инь ответила утвердительно и прямолинейно заявила матери, что идет в начальную школу Хинтон на поиски Фаррелла.
Лянь Жу уже отчасти догадывалась о намерениях дочери. Услышав подтверждение, она не смогла сдержать улыбку, искренне полагая, что дочка просто тоскует по другу перед началом занятий танцами.
Она не стала давать согласие сразу, а вместо этого спросила:
— Раз ты так сильно привязана к своему другу, может, тогда не будем идти на танцы, м?
Лянь Инь в ответ лишь мягко улыбнулась.
Глядя на эту улыбку, Лянь Жу поняла ответ без всяких слов, хотя дочка ничего не добавила.
Помолчав пару секунд, Лянь Жу выполнила просьбу дочери и пообещала отвезти её завтра в начальную школу Хинтон.
Начальная школа Хинтон славилась высокими академическими результатами — пожалуй, среди её учеников не было ни одного глупого ребенка.
Лянь Жу и раньше слышала добрые отзывы о Хинтоне, но сама никогда там не бывала. Сейчас же ей представился отличный шанс за компанию отвезти Лянь Инь и заодно воочию оценить фасад знаменитой школы.
К моменту прибытия Лянь Инь занятия в начальной школе Хинтон уже закончились, и ученики практически разошлись по домам. К счастью, Лянь Инь пришла не для того, чтобы караулить Фаррелла, иначе в этот час она ни за что бы никого не застала. Сегодняшней ее целью было попросить об одной услуге школьного сторожа.
http://bllate.org/book/22159/2308101
Готово:
