Водитель, чье лицо заливал градом катившийся пот, едва заметно дрожал, сжимая руль.
Цяо Юэ, отправляясь в эту поездку, не предполагал, что события примут такой оборот. Его люди, отвечавшие за снайперское прикрытие, просто не успели среагировать. Сейчас, кроме водителя, рядом с ним оставался лишь один подчиненный.
В тусклом свете тоннеля Цяо Юэ смотрел на проносящиеся мимо стены, и сердце его опускалось в бездну. Он уже понимал, чем все закончится. Тюремный срок его не пугал — он знал, что раз может войти туда, то найдет способ и выйти. Но вот так, бесславно попасться в руки Лин Мо — это было невыносимо.
Он твердо решил: как только вернется на свободу, он заставит Лин Мо пожалеть о том, что тот вообще появился на свет.
Выход был уже совсем близко. В тот момент, когда машина собиралась вырваться из тоннеля, прямо по курсу вспыхнул ослепительный свет. Водитель не успел среагировать, глаза пронзила острая боль, он зажмурился, но было поздно. В глазах потемнело, руки соскользнули с руля, и автомобиль, вильнув, врезался в стену.
Капот смялся, разбитое стекло разлетелось вдребезги, осыпав лицо водителя. Кровь хлынула фонтаном, и он скончался на месте. Цяо Юэ тоже получил серьезные травмы: ударившись головой о крышу, он был весь залит кровью, стекавшей с рассеченного лба.
С трудом выбив дверцу, он, опираясь на нее, выбрался наружу. Едва его ноги коснулись земли, как в ушах отчетливо прозвучал лязг затворов.
Цяо Юэ сделал пару тяжелых вдохов и медленно поднял голову. Перед ним, полукругом, стояли полицейские, взяв его и разбитую машину на прицел. Он сжал кулаки, затем разжал их и медленно поднял руки вверх.
После того как Хань Сяо покинул поминальный зал Линь Мао, он поручил помощнику начать расследование. Узнав, что встреченный им ранее юноша тоже носит имя Лин Мо, которое почти полностью совпадало по звучанию с именем Линь Мао, Хань Сяо решил, что это не может быть случайностью. Таких совпадений не бывает.
Бабушка Линь Мао тоже твердила, что внук жив. Хань Сяо понимал, что это звучит как бред — он ведь своими глазами видел Линь Мао, лежавшего в луже крови, — но он не хотел упускать ни единого шанса. Мир полон тайн, и воскрешение из мертвых уже не казалось чем-то невозможным.
Узнать, в какой палате лежит Лин Мо, оказалось нетрудно. К утру следующего дня у него на столе уже был адрес. Хань Сяо, не позавтракав, помчался в больницу. Он должен был убедиться во всем лично.
Найдя нужную палату, он толкнул дверь. Едва войдя, он ощутил на себе тяжелый, давящий взгляд, от которого стало трудно дышать. Хань Сяо перевел взгляд в угол комнаты и увидел здоровяка ростом под два метра. Тот стоял в простой одежде, его мощные мышцы перекатывались под тканью, а глаза были черными, как бездна.
Они встретились взглядами, и никто не хотел отступать первым.
Тишину внезапно нарушил громкий звук будильника — энергичная английская песенка. Оба мужчины невольно покосились в сторону кровати. Бледная, почти прозрачная рука, сквозь кожу которой просвечивали синие вены, потянулась к тумбочке. Она долго шарила по поверхности, не в силах нащупать телефон, и Хань Сяо даже поймал себя на желании помочь.
Наконец рука ухватила аппарат, музыка стихла. Вторая рука откинула одеяло, и пациент медленно сел. Видимо, еще не до конца проснувшись, юноша смотрел перед собой затуманенным взором. Сначала он задержал взгляд на Лин Сы, а затем перевел его на Хань Сяо.
В тот же миг в его глазах прояснилось.
— Линь Мао! — выдохнул Хань Сяо, и на его суровом лице расцвела радость.
Зрачки Линь Мао, блестевшие, словно стекло, едва заметно дрогнули. В уголках его губ заиграла насмешливая улыбка.
— Кого ты зовешь?
— Линь Мао, ты ведь жив?
Хань Сяо сделал два шага вперед, но дорогу ему преградила живая стена.
— Лин Сы, отойди, — произнес Линь Мао.
Лин Сы тут же отступил в сторону, сохранив молчание. Линь Мао спустил ноги с кровати. Больничная пижама была ему велика, и когда он наклонился, чтобы обуться, воротник соскользнул с плеча. И Хань Сяо, и Лин Сы отчетливо увидели на его бледной коже странные коричневатые пятна, выглядевшие пугающе.
Хань Сяо схватил его за запястье, желая спросить, что это, но Линь Мао не отстранился. В душе он посмеивался: Хань Сяо уже готов принять это тело за замену Линь Мао, и это было ему на руку.
Линь Мао улыбнулся, и в этой улыбке смешались мягкость и холод. Он наклонился к самому уху Хань Сяо и прошептал так, чтобы слышал только он:
— Даже если я тот, о ком ты думаешь, что ты можешь сделать? Ты снова рискнешь запереть меня и издеваться, как прежде?
Лицо Хань Сяо застыло. Слова Линь Мао были косвенным признанием. Он понимал, что ведет себя как утопающий, хватающийся за соломинку, что доказательств нет, и, возможно, Лин Мо просто играет с ним, пытаясь подобраться ближе. Но он был готов добровольно прыгнуть в эту ловушку.
Смерть того человека стала для него тяжелым ударом. По ночам он не мог заснуть, перед глазами стоял окровавленный Линь Мао, смотрящий на него широко открытыми, полными ненависти глазами.
Хань Сяо разжал пальцы. Он не сводил с Линь Мао глаз, боясь, что тот исчезнет, стоит лишь моргнуть. Он никогда раньше не извинялся за свои поступки, но сейчас, видя, что Линь Мао жив, он почувствовал острую необходимость это сделать.
— Прости, — голос Хань Сяо дрожал от боли. — Прости, Линь Мао. Я раскаиваюсь в том, что делал раньше. Больше такого не повторится. Пожалуйста, вернись ко мне.
Линь Мао криво усмехнулся. Как раз когда Хань Сяо решил, что сейчас последует отказ, юноша ответил:
— Хорошо.
Но в его взгляде по-прежнему читалась насмешка. Хань Сяо, ослепленный радостью, не заметил этого.
— Ты голоден? Я велю купить тебе еды.
Линь Мао кивнул:
— Хочу лапшу с ребрышками. Но я хочу, чтобы ты купил ее сам. Можно?
Хань Сяо удивился, но, встретившись с его ясными, манящими глазами, невольно ответил:
— Конечно. Я сейчас же схожу, жди меня.
Он быстро вышел из палаты, приказав своим людям охранять дверь.
Линь Мао хмыкнул:
— Идиот.
Он снял больничную пижаму и переоделся в чистую светлую одежду. Пока он переодевался, он чувствовал на себе острый, словно иглы, взгляд. Лин Сы смотрел на него, не отрываясь. Линь Мао догадался, что дело в трупных пятнах на его спине, но его это мало волновало.
— Будь осторожен, — в воздухе возникло искажение, и появилось Сяо Хуан Шу.
— Что такое?
— Я чувствую недоброе намерение, направленное на тебя.
— Законы мира?
— Нет, что-то другое.
— Значит, это NPC, — Линь Мао посмотрел в окно. Погода портилась, приближалась осень.
— Пока неясно, кто именно, будь начеку. И еще: это тело начало разлагаться быстрее, чем ожидалось. Боюсь, до завтрашнего утра оно не дотянет.
— Неважно. Мне и не нужно так много времени. Так даже лучше.
— Я схожу к Законам мира, может, узнаю, кто это.
— Иди, — Линь Мао помрачнел.
Минут через десять Хань Сяо вернулся с порцией лапши. Трудно было представить, что глава развлекательной компании лично бегает за едой для любимого человека. Он должен был бы смотреть на всех свысока, но сейчас он не только сделал это, но и проявил невероятную заботу. Возможно, это и была сила любви, способная смягчить даже самого жестокого человека.
Хань Сяо открыл контейнер, разломил палочки и протянул их Линь Мао. Тот начал есть. Почти доев, он вдруг поставил миску на тумбочку и зашелся в приступе кашля.
Это выглядело мучительно, словно он пытался выкашлять собственные легкие. Хань Сяо бросился к нему, обнял за плечи, похлопывая по спине. Но это не помогало. И тут произошло то, что повергло в шок и Хань Сяо, и Лин Сы.
Линь Мао начал харкать кровью. Алая жидкость текла по его подбородку, а затем пошли сгустки, напоминавшие куски внутренних органов.
Хань Сяо закричал, приказывая охране позвать врача. Линь Мао продолжал кашлять. Кровь на полу быстро превратилась в лужу, палату заполнил резкий запах железа. Хань Сяо дрожал. Он не мог поверить: еще минуту назад тело было живым, а теперь оно умирало.
— Ты не смеешь умирать! Ты уже умирал однажды, почему снова? Линь Мао, ты делаешь это нарочно? Хочешь отомстить? Тогда живи! Живи и мсти мне, зачем выбирать смерть? Зачем?! — Хань Сяо сжимал его плечи с такой силой, что, казалось, вот-вот сломает кости.
Линь Мао хотел что-то сказать, но кровь, заливавшая горло, не давала издать ни звука. Лин Сы стоял в стороне, с недоумением и скрытой ненавистью наблюдая за происходящим, словно смотрел немую сцену, не имеющую к нему отношения.
В палату ворвались врачи. Они попытались оттеснить Хань Сяо, чтобы уложить Линь Мао на кровать, но стоило кому-то протянуть руку, как Хань Сяо метнул на него такой взгляд, что тот замер на месте.
— Убирайтесь! Никто не смеет к нему прикасаться, он мой! Только мой! — Хань Сяо обезумел, прижимая тело к себе.
Линь Мао перестал кашлять, но его глаза, которые раньше были открыты, закрылись. От него исходил запах тлена, как от давно умершего человека. Врачи были в растерянности. Мужчина, весь в крови, обнимал пациента, и это походило на место кровавой расправы.
Дальше произошло немыслимое: Хань Сяо поднял тело на руки и направился к выходу. Его люди преградили путь медикам. Лечащий врач, опомнившись, хотел было призвать на помощь второго охранника, но, встретившись с его взглядом, отшатнулся в ужасе. Это был не взгляд человека — это был взгляд зверя, выползшего из бездны, демона из ада.
Хань Сяо вышел из больницы, направился к машине. Когда до нее оставалось метров пять, дорогу преградил Хаммер.
Дверь открылась, вышел мужчина средних лет с суровым лицом. Бросив взгляд на Хань Сяо и окровавленное тело у него на руках, он мгновенно помрачнел. Его охватила ярость.
Мужчина подошел к Хань Сяо.
— Это ты его убил, — процедил Господин Лин, буравя Хань Сяо тяжелым взглядом.
Хань Сяо улыбнулся:
— Он не умер, он просто спит. Скоро проснется.
— Отдай его. Он не твой, — Господин Лин не мог допустить, чтобы этот безумец присвоил тело его сына.
— Он мой! Он обязан быть моим! — прорычал Хань Сяо, прижимая тело к себе так крепко, что кровь капала на землю.
Господин Лин пришел в ярость. Этот наглец даже не осознавал своей вины. Он махнул рукой, и стоявший позади него человек вытащил пистолет. Господин Лин забрал оружие, дослал патрон в патронник и подошел к Хань Сяо. Тот не отпускал тело. Господин Лин нажал на курок.
Раздался выстрел, спугнувший птиц в лесу.
В груди Хань Сяо образовалась дыра. Он рухнул навзничь, подняв облако пыли. Тело Линь Мао упало сверху. Господин Лин приказал подчиненным забрать сына, они сели в Хаммер и уехали, оставив толпу зевак позади.
— Боже мой, что произошло? — Сяо Хуан Шу смотрело на лежащего без сознания мужчину и удаляющийся автомобиль, на его странице мелькали непонятные символы.
— То, что ты видишь, — душа Линь Мао парила рядом.
— Ты всегда заставляешь меня...
В разбитом пространстве плыли шестеренки разных форм и размеров, не касаясь друг друга. Линь Мао, в облике души, сидел на краю огромной шестерни, глядя в бесконечное небо.
— Какой следующий мир?
Книга быстро перелистнулась, и на правой странице появились красные буквы:
— Как и предыдущий, выбран читателями. Девятое место по уровню драмы и жестокости.
— Сколько времени? — холодно спросил Линь Мао.
— Восемь суток.
— Позови, когда придет время, — Линь Мао закрыл глаза и погрузился в глубины своего сознания.
— Хорошо.
Никто не читал надписей на страницах. Книга повернулась и поплыла вверх, туда, где был виден предыдущий мир.
После ареста Цяо Юэ полиция провела тщательное расследование всех его активов, включая тату-салон, с крыши которого прыгнул Линь Мао. Когда полиция ворвалась в салон, многие мастера продолжали работать.
Полицейские приказали всем поднять руки. Инструменты со стуком падали на пол. Люди, лежавшие на столах, были неподвижны, как куклы, с пустыми глазами.
Один из полицейских заметил закрытую дверь в глубине помещения. Мастер, которого он допросил, затрясся от страха, не в силах вымолвить ни слова. Полицейский толкнул дверь.
Увиденное заставило содрогнуться даже бывалых оперативников.
Кровавое месиво, которое когда-то было человеком, висело на цепях, прикованное за руки к стене. На его теле, лице, груди не было живого места — всё было покрыто свежими татуировками, из которых сочилась кровь.
Полицейский нащупал пульс — человек был жив. Он приказал коллегам позвать специалистов, чтобы спилить цепи. На полу он нашел серую куртку, накрыл ею пострадавшего и в кармане нащупал кошелек. Внутри была фотография красивого молодого человека.
Полицейский нахмурился: он видел это лицо в сериале, который смотрела его дочь. Его звали И Цзяшэн.
Полицейский почувствовал тревогу: если его дочь узнает, что случилось с этим актером... Он решил пока не разглашать личность пострадавшего.
Хотя с поличным взять не удалось, было ясно, что получателем контрабандного оружия был Цяо Юэ. Учитывая его происхождение, суд прошел в закрытом режиме. Цяо Юэ приговорили к десяти годам тюремного заключения.
http://bllate.org/book/22143/2307067
Готово:
