Голова словно была затянута тонкой вуалью, из-за чего всё вокруг казалось нечетким и размытым.
Гао Синфань обвел взглядом пространство. Кроме Пэй Чжии и Лу Яньсюя, он заметил Ши Миня и остальных.
Стоило ему увидеть Сяо Чи, как в хаотично мечущемся сознании наконец прояснилось.
К нему вернулись воспоминания: именно Сяо Чи вытащил его из лап Зверя поющих звуков.
Голова отзывалась глухой, ноющей болью, словно по ней только что ударили тяжелым молотом. Он застонал и жалобно позвал:
— Чжии...
Стоило ему произнести это имя, как на него, словно по команде, уставилась вся группа.
Гу Эньлин перевел взгляд с Гао Синфаня на Пэй Чжии. Этот Альфа обратился к ней слишком уж интимно. Даже если Лу Яньсюй и упоминал, что они когда-то были в одном отряде, тон был чересчур нежным.
Тьфу, аж зубы свело.
Гу Эньлин молча сложил руки на груди, наблюдая за сценой.
Гао Синфань тем временем попытался неуклюже протянуть руку:
— Голова болит...
Его духовная сила бурлила, к горлу подступала тошнота. Он отчетливо чувствовал во рту привкус цветка белого тростника — очевидно, это была лишь кратковременная помощь, а не полноценная настройка духовной силы, проведенная Омегой.
Его намерение было очевидным: он хотел, чтобы Пэй Чжии снова оказала ему умиротворение.
Однако стоило ему потянуться, как он вскрикнул:
— А-а! Брат Лу, нет-нет-нет!
Гао Синфань судорожно втянул воздух, заметив, что рука Лу Яньсюя уже отстранилась от кнопки дисквалификации.
Лу Яньсюй, сжимая в руке интеллектуальный компьютер парня, холодно произнес:
— Заткнись и убери руки.
Сяо Чи — другое дело, он хотя бы из их отряда. А кто такой Гао Синфань, чтобы требовать умиротворения от Пэй Чжии? Она — Омега их группы, и с Гао Синфанем её больше ничего не связывает.
Гао Синфань досадливо опустил руку и обхватил голову обеими ладонями, с трудом сдерживая приступ боли. Его лицо сморщилось, он спросил:
— Брат Лу, что вы хотите узнать?
И так было понятно: раз они оставили его в живых, значит, на то была причина.
Гу Эньлин быстро пересказал слова Сяо Чи и потребовал:
— Говори, что тебе удалось выяснить.
Неудивительно, что его вообще удалось спасти.
Гао Синфань чувствовал, что на этом объединенном экзамене его преследует сплошное невезение — с самого начала всё пошло наперекосяк.
— Не знаю... — он пытался сделать вид, что не является обузой, но признался: — Я даже не успел толком разглядеть этого Иноземного зверя, как почувствовал, что теряю контроль над духовной силой.
От него не было никакой пользы, он действительно превратился в бесполезный груз.
— А когда пришел в себя, увидел вас.
Оказалось, что они спасли лишь обузу. Даже Пэй Чжии не могла не признать, что Гао Синфань повел себя слишком неосмотрительно.
В конце концов, он Альфа класса А, как он мог оказаться таким беспомощным? Даже среди Альф класс А считается высоким уровнем.
Если бы Гао Синфань узнал мысли Пэй Чжии, он бы, вероятно, ответил, что в военную академию ниже класса А никого не берут, и все они в одной лодке, а по-настоящему сильны лишь единицы — вроде тех Альф, что стоят сейчас перед ним, на самой вершине академии.
К тому же, сейчас все в основном используют Мехи для борьбы с Иноземными зверями. Но ради спецподготовки академия конфисковала все машины, оставив курсантов полагаться лишь на духовную силу и собственные тела.
А в честном бою с Иноземным зверем некоторые Альфы с узкоспециализированной духовной силой класса А попросту не могли справиться.
Поняв, что никакой полезной информации от Гао Синфаня не добиться, остальные потеряли к нему интерес.
Гу Эньлин, глядя на его мучения, решил вмешаться:
— Может, лучше сразу дисквалифицируйся? Разве ты сможешь продержаться до тех пор, пока не найдешь свой отряд?
Его позиция совпадала с мнением Лу Яньсюя: раз Пэй Чжии — Омега их группы, она не должна тратить силы на настройку чужих Альф.
Гао Синфань, увидев, что Гу Эньлин якобы печется о его благе, стиснул зубы и выдавил:
— Нет, я смогу вернуться сам.
Он с мольбой посмотрел на Лу Яньсюя, и тот швырнул ему интеллектуальный компьютер.
Дрожащими руками Гао Синфань открыл карту с контрольными точками своего отряда и, без особого удивления, обнаружил, что расстояние до них только увеличилось.
Вот же напасть.
Его попытка проявить твердость выглядела по-альфьи, не так уж по-трусливому.
Гу Эньлин промолчал и перевел взгляд на Ши Миня, ожидая его решения.
— Иди, — наконец отрезал Ши Минь, позволяя Гао Синфаню уйти.
Обретя относительную ясность сознания, Гао Синфань вновь исчез из поля зрения Пэй Чжии.
Она могла лишь молча пожелать ему удачи, надеясь, что он поскорее воссоединится со своей командой. Иначе это было бы слишком жестоко.
— И зачем вы его отпустили? Сейчас на поле столько отрядов, а он один, да еще и с нестабильной духовной силой — небось, скоро вылетит, — пожал плечами Гу Эньлин, когда Гао Синфань окончательно скрылся из виду.
Второй этап подразумевал устранение команд из других школ, а они, наоборот, отпустили потенциальную жертву.
Чем раньше его дисквалифицируют, тем меньше он намучается.
Пэй Чжии видела, что Гу Эньлин действительно так думает — его слова звучали легко и беззаботно.
Их взгляды встретились, и оленьи глаза Гу Эньлина внезапно сузились:
— Пэй Чжии, задам тебе вопрос.
Стоило ему открыть рот, как Пэй Чжии почувствовала недоброе. Но сейчас, когда рядом были Ши Минь и остальные, она не боялась: один — нормальный человек, другой — её «учитель», третий — тот, кому она только что помогла. Вряд ли они позволят Гу Эньлину творить безумие.
— Какой вопрос? — спросила она, прочистив горло.
— Когда у тебя день рождения? — спросил Гу Эньлин, становясь совершенно серьезным.
Пэй Чжии услышала, как Сяо Чи издал короткий звук, выражающий крайнее недоумение. Казалось, все уже поняли, к чему он клонит.
Она припомнила дату:
— Звездный календарь 3988, 5 июля.
Лицо Гу Эньлина на глазах помрачнело, словно она призналась в совершении ужасного преступления.
Лу Яньсюй поспешил прояснить ситуацию:
— Не обращай на него внимания. Он просто не может смириться с тем, что он самый младший в отряде.
У Гу Эньлина было детское лицо, и он действительно был самым младшим, из-за чего остальные относились к нему как к младшему брату. Его это всегда раздражало, и при встрече с Омегами он частенько задавал этот вопрос. И каждый раз оказывалось, что он всё еще самый младший.
Вот и сейчас, глядя на миниатюрную Пэй Чжии, он решил попытать счастья.
Он надеялся наконец-то победить, но, увы, снова проиграл.
Получив ответ, Гу Эньлин с лукавой улыбкой посмотрел на Пэй Чжии и многозначительно протянул:
— Оказывается, ты старшая сестра~
На слове «сестра» он сделал особый акцент, отчего у Пэй Чжии по спине пробежали мурашки.
Она была совершенно не готова к такому обращению.
От этого звука её буквально передернуло.
Заметив её реакцию, Гу Эньлин хмыкнул про себя, почувствовав некоторое облегчение. По крайней мере, он больше не будет намеренно её раздражать.
Что ж, она оказалась понятливой.
Гу Эньлин тут же отбросил эту мысль — он ни за что больше не назовет Пэй Чжии сестрой.
Ни за что.
http://bllate.org/book/22127/2304908
Готово:
