Глава 16
Если говорить о переменах в отношениях, то Вэй Хуай, честно говоря, не ощутил ничего особенного.
С одной стороны, после того как Цоу Ин ушел, Вэй Хуай на несколько дней уезжал к бабушке в деревню, и всё шло своим чередом, ведь они с Цоу Ином всё равно не проводили время вместе.
С другой стороны, чего уж там скрывать — его согласие на эти отношения было не совсем бескорыстным. Можно сказать, это был вынужденный шаг после тщательного взвешивания всех «за» и «против».
Он здесь ради задания, цель одна, и нельзя просто взять и сменить её, словно лампочку. Если он откажется, прогресс не просто встанет — еще неизвестно, не покатится ли всё назад.
Но сказать, что между ними не было никаких чувств, тоже было бы ложью. Даже если долго растить поросенка, к этому моменту он уже набрал бы вес. Иногда дружбу от любви отделяет лишь один шаг, а когда момент настал, переступить через черту — вопрос уже второстепенный.
Так вышло и у них с Цоу Ином: Цоу Ин дал этот шанс, а Вэй Хуай, по какой бы причине то ни было, ухватился за эту лестницу, и дело было сделано.
Изначально Вэй Хуай планировал плыть по течению, не торопиться, а если уж совсем не выйдет — в конце концов, он просто покинет этот мир. Однако развитие событий не всегда соответствует ожиданиям.
Например, Цоу Ин.
Он полагал, что Цоу Ин — человек немногословный, из тех, кто, даже не проронив ни слова, может заставить тебя чувствовать себя неуютно одним лишь движением бровей.
Но на деле всё обстояло иначе.
Цоу Ин, глядя на серый экран смартфона, явно был чем-то недоволен. Он мельком взглянул на Вэй Хуая, промолчал, но поднял руку и пригладил свои взъерошенные волосы.
Лишь когда тепло, уходящее от его ладони, прижатой к стене, вернулось к нему через тело Вэй Хуая, он наконец отстранился.
Вэй Хуай вздохнул, нащупал затылок парня и с силой притянул его к себе для поцелуя. Он оказался способным учеником: если поначалу он целовался нерешительно, то теперь действовал умело и без малейшей заминки — на это ушло всего несколько дней.
Цоу Ин выключил лампу у изголовья и юркнул под одеяло, устроившись лицом к Вэй Хуаю.
— Но ты ведь тоже проиграл, — Вэй Хуай улыбнулся, глядя на экран своего телефона, где закончился обратный отсчет, и его пальцы заплясали по стеклу.
Вэй Хуаю ничего не оставалось — не сидеть же истуканом, это выглядело бы странно. Пришлось вместе с Цоу Ином убирать свои вещи.
Он мог поклясться: со дня переезда его квартира еще никогда не была такой опрятной.
Ему даже стало как-то неловко.
— Нельзя сказать, что всё так просто, — Вэй Хуай призадумался, но понял, что не может подобрать слов. Если уж совсем грубо, то это как добавить ветчину в лапшу быстрого приготовления, закусить арахисом под выпивку или запить жареную курицу банкой холодного пива.
— Не ты ли просил меня отомстить за тебя? — Цоу Ин не отрывался от телефона, но вскоре экран и его устройства погас.
— Ого, уже так быстро охладел ко мне? — Вэй Хуай лениво откинулся на изголовье кровати, небрежно перебирая короткие волосы Цоу Ина.
Цоу Ин был человеком, предъявляющим к некоторым вещам повышенные требования. Ему не нужно было идеального порядка, лишь бы всё выглядело пристойно.
— …Чему ты улыбаешься? — Цоу Ин, видимо, осознал, что выглядит мелочным, и, заметив усмешку Вэй Хуая, не сдержался.
Он невозмутимо уставился на Вэй Хуая, потом перевел взгляд на закончившуюся игру, хмыкнул и потянулся к его горлу.
— Слишком бардак, мне некуда класть одежду.
Типичный случай: снаружи порядок, а внутри — хаос.
На этот раз Цоу Ин пришел с чемоданом.
— Ничему особенному, — Вэй Хуай хотел было закончить разговор, но, видя, что Цоу Ин ждет от него внятного ответа, добавил: — Просто ты сильно изменился по сравнению с тем временем, когда мы только познакомились.
Зубная щетка, одежда, обувь… чего там только не было.
«Злопамятность.jpg»
Вэй Хуай тихо рассмеялся.
Цоу Ин давно не был у парикмахера. Если раньше у него был почти ежик, то теперь волосы немного отросли. У него были отличные, мягкие на ощупь волосы.
День выдался на удивление жарким, будто солнце решило наверстать всё то, что скрывалось за тучами последние дни. Комната была залита светом, Цоу Ин, подставив спину солнцу, сидел в одной тонкой черной футболке, его мышцы спины красиво очерчивались в лучах, а лопатки при каждом движении рук подрагивали, напоминая крылья бабочки, готовой вспорхнуть.
— … — Цоу Ин молчал.
А потом он увел у него пачку крипов.
Он не собирался жить здесь постоянно, но ему хотелось оставить свои вещи.
В темноте слышалось лишь тихое, прерывистое дыхание, которое спустя некоторое время начало сливаться в одно целое.
Сильно изменился? Цоу Ин приподнял бровь и с двусмысленной интонацией спросил: — И как по-твоему, в лучшую или в худшую сторону?
Вэй Хуай не умел поддерживать порядок: обычно он просто запихивал одежду в шкаф, в лучшем случае вешая крупные вещи на плечики. Дверь закрыта — и никто, кроме него самого, не видел, какой там творится хаос.
Он недовольно повернулся к Вэй Хуаю. Сам он прорывался в авангарде, а в тылу получал помехи.
Шкаф Вэй Хуая был тем самым местом, на которое любой мало-мальски аккуратный человек смотреть не мог без боли.
— Ссс! — Вэй Хуай, не ожидавший этого, вздрогнул от внезапного холода. — Как холодно!
Цоу Ин, сидя на кровати по-турецки, не поднимая головы, отозвался: — Уберись здесь. — Он ловко сложил только что выглаженную вещь в аккуратную стопку.
В доме было всего двое, обычно, если никуда не выходили, они вместе играли в игры. Вэй Хуай погибал первым и просил Цоу Ина отомстить, но сейчас выходило, что полегли оба.
Он цокнул языком, привлекая внимание Цоу Ина, отложил телефон и быстро скользнул под одеяло. — Спать, спать.
— …Не хочешь спать? — Вэй Хуай, не выдержав пристального взгляда Цоу Ина, снова открыл глаза и прищурился. В темноте лицо напротив было расплывчатым, лишь редкие взмахи ресниц выдавали, что человек еще не уснул.
— Ох… как же я устал, — Вэй Хуай, сидя на кровати, потянулся, и Цоу Ин убрал его руку, которая заслоняла обзор. — Ты мне мешаешь.
Затем пошли ящики, книжные полки, шкафы…
Комната выглядела опрятной, но внутри, в невидимых глазу местах, наверняка валялись пары носков, которые он не мог найти.
Цоу Ин с первого взгляда казался человеком жестким — с суровым взглядом, глазами цвета чернил, холодными, как лед, с твердой верой в свои убеждения и надеждой на будущее.
Ему было всего восемнадцать, старшеклассник. За эти восемнадцать лет он, вероятно, только и делал, что боролся за выживание в углу этого маленького городка. В нем не было юношеской ясности и беззаботности, зато были не по годам серьезное спокойствие, достоинство и редкое чувство ответственности.
Вэй Хуай придерживал его за талию, одной рукой всё еще надавливая на затылок. В своей привычной ленивой манере он медленно облизывал и целовал его губы, пока они не стали влажными. Поцелуй не был агрессивным, но он заставлял Цоу Ина отступать и невольно принимать эту игру.
Этот тягучий, влажный поцелуй был словно сам Вэй Хуай: действовал неспешно, расслабленно, но незаметно захватывал твою территорию, вынуждая сдаваться.
Цоу Ин не выносил этого — он бы предпочел, чтобы Вэй Хуай действовал решительнее, тогда у него хотя бы оставался шанс дать отпор.
Тихий влажный звук и редкие вздохи будоражили чувства. Горячие рты обменивались теплом, прерывистое дыхание было низким, хриплым, наполненным сдержанной страстью.
Губы Цоу Ина были мягкими, язык — влажным, горячим и тоже мягким, что совершенно не вязалось с его натурой. Вэй Хуай вспомнил ощущение, когда трепал его волосы: казалось бы, при такой стрижке они должны быть жесткими, но волосы Цоу Ина были мягкими.
В этот миг Вэй Хуай внезапно осознал, что такое контрастное обаяние.
Ему показалось, что это определение идеально подходит Цоу Ину.
Такой притягательный.
—
Бывали недели, когда Вэй Хуай по несколько дней не мог найти Цоу Ина.
Но он не придавал этому особого значения, думая, что тот ушел домой присматривать за сестрой.
— Зачем ты подняла меня ни свет ни заря? — Вэй Хуай, всё еще в пижаме и с заспанными глазами, был разбужен громогласным стуком в дверь.
Увидев на пороге Сюй Тяньтянь, он порадовался, что вчера Цоу Ин не остался у него.
Тот никогда не спал в футболке.
— Это по-твоему рано? — возмутилась Сюй Тяньтянь. — Двенадцать часов дня, братец!
Вэй Хуай зевнул, прислонился к дверному косяку и искоса взглянул на неё. — Говори, что случилось.
— Поможешь лампочку поменять? Заодно разрешу тебе поесть у меня.
— Ладно… — Вэй Хуай нахмурился, ситуация казалась знакомой. — Разве я не менял тебе её в прошлый раз?
Неужели она каждый день щелкает выключателем, раз лампочки перегорают так быстро?
— Ой, ну просто приди, — Сюй Тяньтянь сделала вид, что не хочет продолжать разговор, и в её голосе проскользнула доля вины.
Вэй Хуай прищурился, видя, что она уже скрылась в своей квартире, и, не сказав больше ни слова, закрыл дверь и направился в ванную.
Умывшись, Вэй Хуай постучал в дверь напротив.
— Заходи, заходи скорее! — Сюй Тяньтянь радушно встретила его.
— Твоих родителей снова нет? — Вэй Хуай огляделся.
— Конечно, если бы они были, я бы позвала тебя? — Сюй Тяньтянь закатила глаза.
Переступив порог, он сначала ничего не почувствовал, но, пройдя пару шагов, уловил запах гари. — Чем это пахнет?
Он принюхался. Пахнет горелым? Вэй Хуай округлил глаза: — Ты что, устроила пожар, меняя лампочку?!
Обычная лампочка не дала бы такой едкий запах.
Сюй Тяньтянь замерла, её лицо потемнело. — Не из-за этого! — она указала на тарелки, стоящие на обеденном столе. — …Я утром хотела приготовить два новых блюда на обед, но первая порция подгорела…
Вэй Хуай посмотрел на стол — там было больше двух тарелок.
— А потом я подумала, что это случайность, и во второй раз точно не подгорит.
— Ну и в итоге переборщила… — она виновато улыбнулась ему.
И каждое блюдо имело свои «особенности».
— … — Он так и знал, что её радушие не к добру.
— Давай сначала поедим, — Сюй Тяньтянь подошла к столу, выдвинула стул и жестом пригласила его. — Прошу, садись, братец.
— Теперь решила проявить вежливость? — Вэй Хуай взглянул на неё, сел, широко расставив ноги, и взял палочки. Он выбрал блюдо, которое выглядело наиболее съедобным.
— Ну как? — Сюй Тяньтянь смотрела на него огромными влажными глазами, полными ожидания.
— … — Вэй Хуай под её взглядом жевал довольно долго, наконец проглотил и сказал: — Хотя немного жестковато, но вкус… довольно неплохой.
Она знала, что ни одно блюдо не удалось, и Вэй Хуай просто пытается её подбодрить, но, услышав это, всё равно просияла: — Тогда ешь побольше.
— … — Вэй Хуай замер. Этого делать не стоило.
— Брат Ин, вот здесь, — мужчина с татуировками на руках и крашеными в желтый цвет волосами указал на дом перед собой.
Цоу Ин нахмурился, глядя на знакомое здание.
— Он давно задолжал денег, босс сказал, что в этот раз любыми методами нужно вернуть долг. — Несколько парней столпились вокруг Цоу Ина. По их развязным манерам и немного уставшим лицам было видно, что большинству из них около двадцати лет.
Похоже на уличных бездельников, бросивших школу.
— Подождите здесь, я сейчас поднимусь, а когда позову — подниметесь, — Цоу Ин потушил окурок и вышел из тени деревьев.
Мужчины послушно остались, сбившись в кучку и переговариваясь вполголоса.
Цоу Ин занимался взысканием долгов не так давно, года два-три.
После того как его родители погибли в аварии, единственным близким человеком осталась тетя, которая стала их законным опекуном.
Но у тети была своя жизнь, своя семья, которая едва сводила концы с концами. Хотя она и могла взять их к себе, Цоу Ин знал, каково это — жить на чужой шее. Он был старше и мог бы потерпеть, но сестра была еще маленькой.
У тети было двое своих детей, и мужа её Цоу Ин видел на похоронах — мужчина с первого взгляда казался человеком с тяжелым характером. Если бы они переехали, и сестру бы обижали, вернуться назад было бы невозможно.
Новая школа, новые друзья… Будучи совсем юным, Цоу Ин уже всё продумал и сумел убедить тетю оставить их здесь.
Он до сих пор помнил взрослых, которые на словах обещали заботиться о них, но в глубине глаз которых читалось отвращение.
Он помнил их фальшивые речи, когда они узнали, что дети хотят остаться, — за ними проглядывало облегчение, которое они даже не пытались скрыть.
Тетя, чувствуя вину за невыполнение обязанностей, убедила мужа не забирать квартиру, оставшуюся от родителей, но взамен отказалась платить на содержание.
Брат и сестра, лишенные средств к существованию, рано начали нести бремя взрослой жизни. Цоу Ин учился плохо, поэтому сразу бросился зарабатывать. Но кто возьмет на работу несовершеннолетнего? Ему приходилось спрашивать везде, и к счастью, в старом районе правила были не такими строгими. Он мыл посуду, работал официантом в баре, раздавал листовки…
В лютые морозы он брался за работу, которую никто не хотел делать: тяжело, платят гроши, минус тридцать градусов. Скупой хозяин даже не разрешал пользоваться горячей водой, чтобы мыть посуду. У Цоу Ина всю зиму были обморожены руки, они краснели так сильно, что жжение не проходило даже ночью.
В этом городе было полно таких людей.
Желающих работать ради копеек было много, конкуренция — жесткая, а Цоу Ин из-за несовершеннолетия не мог найти ничего приличного. Самым лучшим были поденные работы.
Он брался за всё.
Спустя какое-то время о них прослышали местные хулиганы.
И не из жалости — совсем наоборот.
Одинокие брат и сестра, за которыми не стояли взрослые, означали, что, если их обидеть, никто не заступится.
Можно было отобрать последние деньги или просто прийти поиздеваться, если нет настроения.
Мышцы Цоу Ина закалялись в этих бесконечных драках. Постепенно он приобрел определенную известность.
Жестокость и нежелание сдаваться — вот что больше всего ценили такие люди.
Например, босс компании по взысканию долгов.
Цоу Ин был самым упрямым и самым жестким человеком, которого он видел — как по отношению к себе, так и к другим.
От него всегда исходила уверенность, он умел драться, хотел драться, но, что важнее, умел вовремя остановиться.
Некоторые в пылу ярости могли начать драку, но не могли её прекратить — в этой работе это приводило к большим проблемам. Босс предпочел бы нанять труса, чем такого человека.
Босс сам когда-то был крутым парнем, он не хотел брать несовершеннолетнего, считая, что дети должны сидеть в школе.
Но Цоу Ин не хотел упускать эту работу, которая казалась ему стабильной и высокооплачиваемой.
После нескольких попыток он всё же добился своего.
Его жесткий стиль работы привлек людей, готовых идти за ним. Так сколотилась небольшая команда.
Но как бы там ни было, это не была приличная работа, и Цоу Ин единственный, кого не хотел посвящать в это — Вэй Хуай.
Он понимал, что у Вэй Хуая, скорее всего, обеспеченная семья, и, возможно, за все эти годы он никогда не сталкивался с такими, как он.
Это касалось уязвимой подростковой гордости.
Цоу Ин был уверенным в себе человеком, но для него это не имело большого значения.
Он просто не хотел показывать свою слабую, неприглядную сторону человеку, который ему дорог.
Поколебавшись перед дверью, Цоу Ин постучал в дверь Вэй Хуая.
Если Вэй Хуай дома, он велит ребятам внизу уходить и придет взыскивать долг ночью, когда тот уснет.
Тук-тук-тук.
Три удара. Подождал — тишина.
Куда он ушел?
Цоу Ин нахмурился, но для него это была хорошая новость.
Сегодняшний должник как раз жил этажом ниже Вэй Хуая. Цоу Ин позвонил своим ребятам.
Когда все собрались, снова раздался стук.
— Не стучите, душу вытрясаете! — после нескольких ударов из-за двери показалась голова мужчины с потемневшим лицом. Щёки свисали, как куски жира, а из квартиры пахнуло табачным дымом так сильно, что парень за спиной Цоу Ина, куривший сигарету, тут же её потушил.
Увидев толпу парней с татуировками, мужчина замер, испугался и попытался закрыть дверь, но Цоу Ин преградил путь ногой.
— Не закрывай так быстро, — парень за спиной Цоу Ина ухватился за дверь. — Может, поболтаем?
Мужчина стиснул зубы, его глаза вылезли из орбит, как у рыбы, бьющейся на разделочном столе. Он пытался закрыть дверь, но алкоголь и курение давно истощили его силы — дверь даже не сдвинулась.
— Не трогайте меня, я скажу вам, что драки — это нарушение закона! — видя, что сопротивление бесполезно, он решил прикрыться законом.
— Не ори, мешаешь жильцам! — Желтоволосый ковырял в ухе, буравя его взглядом, и сделал шаг вперед, перекрывая последний проход. — Слушай сюда: либо сейчас отдаешь деньги, либо мы каждый день будем стоять у твоей двери.
— Ты выйдешь — мы за тобой, вернешься домой — мы снова здесь, — он убрал палец от уха и продемонстрировал татуировку синего дракона на руке. — А если кто-то ночью наденет тебе мешок на голову — не говори, что мы не предупреждали.
Мужчина покрылся холодным потом, его лицо лоснилось от жира. Руки дрожали, он едва держался за косяк. Желтоволосый дернул дверь, и она распахнулась.
— О, испугался? Не бойся, вернешь деньги — и больше нас не увидишь.
— Точно-точно.
— Ха-ха, такой трус, а решился на кредит?
У них было много способов выбить долг, к каждому нужен был подход. Самыми трудными были те, кто ничего не боялся, особенно если у них были друзья — с такими не договоришься и не подерёшься. Приходилось тратить кучу времени на слежку и домогательства, а деньги всё равно могли не вернуть.
Но такие трусы, как этот, были самыми легкими целями.
Достаточно было немного напугать.
В конце концов, они лишь посредники, деньги не их, чтобы рисковать и попадать в полицию из-за одного заказа.
Однако это не мешало им презирать таких людей.
Нет денег, нет смелости, но ты берешь в долг и не возвращаешь?
Что ты за человек?
— Не бейте, не бейте, я впервые взял кредит, сейчас правда нет денег, умоляю, дайте отсрочку! — мужчина вспотел еще сильнее, его одежда на груди намокла.
— Нет денег, а куришь такие дорогие сигареты? — Желтоволосый хмыкнул, указывая на пачку в его кармане. — Думаешь, чужие деньги легко достаются?
— Я тебе скажу, таких, как ты, мы видели тысячи.
Он закатал рукава, готовясь к действию.
— Почему снаружи так шумно? — Вэй Хуай, убирая контейнеры из-под еды, спросил Сюй Тяньтянь.
Из того, что приготовила Сюй Тяньтянь, съедобным было только одно блюдо, остальные либо пересолены, либо горчили. Вэй Хуай не хотел мучить желудок и заказал доставку.
Сюй Тяньтянь, сидевшая на диване, услышала его, подбежала к двери и прижалась к ней ухом.
— Кажется, долги пришли взыскивать. Такое здесь часто бывает.
Она вернулась на диван.
— Мама говорила, что от них нужно держаться подальше. Не ходи выносить мусор, чтобы не впутали, — сказала она.
Вэй Хуай уже открыл дверь, но, подумав, решил, что она права. Впрочем, он никогда не видел такого шоу и, не удержавшись, подошел к перилам и посмотрел вниз.
Сюй Тяньтянь, увидев, что он вышел, решила, что он не послушал, и крикнула: — Вэй Хуай! Скорее возвращайся!
Крик был негромким, но внизу его услышали.
Цоу Ин, услышав знакомое имя, вздрогнул и невольно поднял глаза. Их взгляды встретились.
Оба замерли.
Не успел Цоу Ин опомниться, как рядом с Вэй Хуаем появилась знакомая девушка и, ласково взяв его под руку, прокричала: — Скорее иди ко мне, чего ты там высматриваешь?
Идет к ней домой?
Цоу Ин прищурился, оглядел домашнюю одежду Вэй Хуая, а затем открытую дверь рядом.
Еще и соседи.
Хорош же ты, Вэй Хуай.
http://bllate.org/book/22079/2295994
Готово:
