Пик Циньюнь.
Зеркальная гладь озера, словно оправленная в оправу, застыла на вершине пика, отражая небо и плывущие облака. Бессмертный Почтенный в белых одеждах и с белоснежными волосами, величественный и прямой, как нефритовая колонна, ступал по каменному мостику, неся на руках человека.
Мостик был коротким и вел к беседке, укрытой полупрозрачными белыми занавесями. Внутри, несмотря на скромные размеры, было всё необходимое: небольшой квадратный столик, две плетеные подушки для медитации, кушетка и маленькая книжная полка.
Бессмертный Почтенный Цюнъюй вошел в беседку и опустил Ци Моюня на кушетку. Коснувшись его лба и почувствовав невыносимый жар, он сел рядом и начал передавать юноше свою духовную силу.
Ци Моюнь пребывал в беспамятстве. Его щеки от лихорадки пылали алым, а дыхание было прерывистым. Бессмертный Почтенный Цюнъюй осторожно убрал прядь волос, упавшую на лицо юноши, и заправил её за ухо. Заметив, как Ци Моюнь беспокойно дернулся и отвернулся, он решил больше не тревожить его.
Ци Моюнь хмурился, что-то невнятно бормоча себе под нос. Бессмертный Почтенный Цюнъюй наклонился, чтобы разобрать слова, и прядь его седых волос, соскользнув, переплелась с черными прядями Ци Моюня.
Вид этих сплетенных волос словно обжег Бессмертного Почтенного Цюнъюя. Он резко выпрямился, чувствуя, как внутри всё сжалось. В этот самый миг водоплавающая птица, пролетев над озером, выхватила из воды рыбку, нарушив зеркальный покой водной глади.
По воде пошли круги, один за другим.
Ци Моюня разбудил детский плач. Сквозь белоснежный занавес он видел лишь спину Бессмертного Почтенного Цюнъюя, но не мог разглядеть собеседника.
До его слуха донеслись слова о том, что Почтенный к кому-то несправедлив. Голос был до боли знакомым — Ци Моюнь узнал Белого Журавля, которого они встретили на Пике Знаменитого Меча.
— Что со мной происходит? — Ци Моюнь попытался вытереть слезы, но они катились с новой силой, и остановить этот поток было невозможно.
Он всё тер и тер глаза, пока те не покраснели.
Ци Моюнь с любопытством выглянул наружу, округлил глаза от изумления, а его лицо вспыхнуло так, будто вот-вот пойдет кровью.
Лишь после этого слезы наконец высохли.
Бессмертный Почтенный Цюнъюй отдернул занавесь и, подняв глаза, замер — по щеке Ци Моюня скатилась прозрачная слеза.
Но было уже поздно. Приняв что-то за блоху, Ци Моюнь рванулся сквозь занавеси и с громким всплеском рухнул в озеро.
Всё пропало. В глазах Бессмертного Почтенного Цюнъюя он окончательно потерял всякое достоинство.
Бессмертный Почтенный Цюнъюй перевел взгляд с его влажных от слез ресниц на крылья, нахмурился и, протянув руку, что-то снял с пера.
Неужели на нем есть ещё?
Ци Моюнь сел, затряс крыльями, и с них посыпались перья. В его воображении под каждым пером пряталось нечто подобное. От этой мысли по спине пробежал холодок, и он уже не мог сдержаться, но тут услышал голос Бессмертного Почтенного Цюнъюя:
— Это гу-насекомое для слежки.
Бессмертный Почтенный Цюнъюй пояснил:
— Твоя сила демона нестабильна, эмоции обострены, поэтому ты легко входишь в резонанс с другими. Это нормально.
Белый Журавль плакал долго, но, так и не дождавшись утешения от Почтенного, решил, что стал ему неприятен, и его всхлипывания затихли. Бессмертный Почтенный Цюнъюй, видя, что тот успокоился, повернулся и направился к беседке.
Белый Журавль заплакал ещё сильнее, обернулся в свой истинный облик, расправил крылья и, взлетая, вскрикнул сквозь слезы:
— Ци Цзинчжи, ты мне противен!
Бессмертный Почтенный Цюнъюй передал ему мысленно:
— Юхуан, улетай.
— Почтенный, Почтенный! — Белый Журавль семенил следом, наткнулся лбом на барьер и с криком ойкнул, плюхнувшись на каменный мостик.
Бессмертный Почтенный Цюнъюй среагировал мгновенно и бросился за ним в воду.
Ци Моюнь заметил, как Бессмертный Почтенный Цюнъюй внимательно разглядывает ту штуковину, и спрятал лицо в одеяло, про себя ворча: на что там смотреть? Разве нельзя просто выбросить эту гадость?
Чем больше он думал, тем сильнее его одолевала тоска. Он каждый день принимал горячие источники, такой чистюля — как он мог подцепить такое? Ему хотелось снова прыгнуть в озеро и перемыться с ног до головы.
Каменный мостик возвышался над водой всего на несколько дюймов, и поверхность его была скользкой. Белый Журавль, намочивший себе хвост, плакал ещё пуще, но не смел издать ни звука, лишь впился зубами в собственный рукав, отчего ткань смялась и пришла в негодность.
Когда его вытащили на берег, Ци Моюнь уже дрожал от холода, кожа его побледнела. И когда Бессмертный Почтенный Цюнъюй попытался с помощью духовной силы высушить его одежду, юноша прижал своей рукой его ладонь к крылу.
Проклятый Почтенный, почему же он не сказал об этом раньше!
Ци Моюнь был вне себя от нахлынувших чувств, но рука под его крылом была такой теплой, что всё внимание сосредоточилось на этом ощущении. Поколебавшись, он просто прижался к груди Бессмертного Почтенного Цюнъюя.
Так стало гораздо теплее.
Бессмертный Почтенный Цюнъюй, почувствовав, как юноша льнет к нему, словно ребенок, весь напрягся.
Лунный свет заливал павильон Небесного Меча сквозь распахнутые двери.
Му Сюаньгэ сидел на нефритовых ступенях с кувшином вина в руках. Услышав шаги, он поднял взгляд и увидел Бессмертного Почтенного Цюнъюя, который, ступая по лунной дорожке, подошел к нему и бросил на землю фарфоровый пузырек.
Му Сюаньгэ посмотрел на сосуд, который, прокрутившись, замер прямо у его ног.
Бессмертный Почтенный Цюнъюй произнес бесстрастным тоном:
— Объяснись.
— Учитель, мне нечего сказать, — ответил Му Сюаньгэ. — Я, как и Гун Цяньшуй, завидовал старшему брату. Хотел, чтобы его сущность полудемона раскрылась перед всеми учениками секты Небесного Меча, чтобы его заклеймили позором.
— В теле Ци Цзинчжи было гу-насекомое из Мира Демонов, — сказал Бессмертный Почтенный Цюнъюй. — А твои родные всё ещё томятся в плену у демонов.
— Учитель полагает, что Мир Демонов угрожал мне моими близкими, заставляя работать на них? — Му Сюаньгэ усмехнулся. — Кровь греха, текущая в моих жилах, — это их дар. Я ненавижу их всей душой, разве мне есть дело до их жизней?
— Я уже говорил тебе: происхождение не имеет значения.
— Верно, Учитель так считает, поэтому вы без колебаний позволили мне стать исполняющим обязанности главы секты Небесного Меча, — продолжал Му Сюаньгэ. — Но то, что вы всеми силами запечатали во мне кровь дитя демонов, заставив выглядеть как обычный человек, разве не доказывает, что вы сами оглядываетесь на мнение окружающих?
Бессмертный Почтенный Цюнъюй промолчал.
— Многие вещи не под силу даже такому могущественному человеку, как вы, приходится идти на поводу у обстоятельств. Что же могу изменить я, ничтожный, как пыль? Лучше уж бороться за власть, устранять тех, кто угрожает моему положению, так легче притворяться человеком.
Му Сюаньгэ встал, спустился с последней ступени и добавил:
— Я осмелился так открыто плести интриги против старшего брата по двум причинам. Во-первых, я уверен, что секта Небесного Меча не может без меня обойтись, и намеренно вынуждал Учителя выбирать между мной и братом. Я верил, что вы решите не наказывать меня и замять это дело. Во-вторых, у Гун Цяньшуя была заложена мною гу-личинка, я всё слышал. Учитель, я подарил вам такую прекрасную возможность — вы можете уединиться со старшим братом на годы или даже десятилетия. Неужели вы не должны меня поблагодарить?
— Это не то, что ты думаешь на самом деле, — ответил Бессмертный Почтенный Цюнъюй.
— О? Разве вы ещё верите, что я хороший человек, после всех моих слов?
— Твое сердце всегда было чисто, и я предпочту верить в то, что сейчас ты пытаешься меня обмануть.
Хлоп-хлоп.
В тот момент, когда Му Сюаньгэ хотел что-то ответить, сверху раздались хлопки в ладоши. По лестнице спускался мужчина в роскошном пурпурном одеянии. С красивым лицом и улыбкой на губах он произнес:
— Му Сюаньгэ, я же говорил, что твой Учитель обязательно тебе доверится. Ты не верил и устроил этот спектакль, чтобы проверить его.
Бессмертный Почтенный Цюнъюй нахмурился:
— Демонический Владыка Ли Юань?
— Если быть точным, я не Демонический Владыка, а другая его часть, его вторая личность — Нань Мин. — Нань Мин усмехнулся. — Прошу прощения, я воспользовался Му Сюаньгэ, угрожая жизнью его семьи, чтобы он передал тебе мой щедрый подарок — Ци Цзинчжи. Ну как, Бессмертный Почтенный Цюнъюй, тебе нравится?
— Какова твоя цель?
— Всё просто. Мне нужна твоя сила, чтобы убить сознание Ли Юаня. В обмен я открою тебе способ использования Небесного Пути. В конце концов, мое рождение — это результат того, что Ли Юань самовольно воспользовался Небесным Путем. Именно по этой причине я знаю больше тебя и прекрасно осведомлен о твоем прошлом. Ну как? Согласен ли ты на сотрудничество?
Ци Моюнь постоянно проваливался в сон и снова просыпался, поэтому этот день показался ему бесконечным. Когда он в очередной раз открыл глаза, уже глубоко стемнело.
Ему не хотелось оставаться в беседке, он решил немного прогуляться, но, отдернув занавес, уперся в барьер.
Неужели Бессмертный Почтенный Цюнъюй боится, что он снова прыгнет в озеро?
Поскольку выйти не удалось, Ци Моюнь снова лег на кушетку и в полудреме почувствовал, как чьи-то руки осторожно обняли его. Он услышал тихий-тихий вздох.
http://bllate.org/book/22076/2295646
Готово:
