Сын переспал с кем-то?!
Гу Юй хранил полное бесстрастие.
В конце концов, он ведь уже давно был знаком с сюжетом.
Он тоже колебался, какое выражение лица ему следует принять, но, хорошенько подумав, всё же решил не ломать комедию.
— Выходит, отец столько лет скитался в чужих краях в надежде отыскать мать? — спросил он.
— Да, — кивнул Гу Чэньюань и горько усмехнулся. — Это я перед ней виноват.
— Ну а я? — внезапно парировал Гу Юй.
Гу Чэньюань замер, поджал губы и промолчал, однако в глубине его глаз поднялась волна тяжкого стыда.
Гу Юй оставался невозмутим:
— Ради собственной наставницы вы предали мою мать, а теперь, пытаясь вернуть мать, оставили меня в Секте Десяти Мечей на целых двадцать лет, бросив на произвол судьбы. В итоге меня испортили, травили, клеветали на меня и пытались убить. Отец, да даже я усвоил мудрость о том, что на чужих ошибках учатся, так почему же вы — нет? Вы что, ребёнок?
Неужели действительно суждено было сбыться строкам о том, что тянущийся взор напрасно тоскует по далёким горам, ведь куда лучше ценить того, кто рядом?
Не мудрено, что сын щеголяет кроличьими ушками — оказывается, он просто не в силах их убрать?
— Не может быть. Находясь в Море Мечей, ты должен был заключить контракты со множеством рыб-мечей и почерпнуть из них достаточно энергии, — с недоумением произнёс Гу Чэньюань.
И правда, мужчина, который уже делил ложе с Изумрудным Кроликом Скромности, прекрасно понимал все особенности их врождённых способностей.
Да уж, истина, понятная даже ребёнку, почему-то ускользала от него самого. Быть может, в те годы Сюэ Вэй как раз разглядела в нём эту черту и потому в гневе ушла?
Гу Чэньюань хотел что-то сказать, попытался что-то предпринять, но вдруг понял: в данный момент любые его слова и поступки будут выглядеть до смешного жалкими и беспомощными.
Гу Чэньюаня охватило жгучее, невыносимое чувство стыда.
— Отец чувствует вину? — неожиданно спросил Гу Юй.
Как ни крути, а отеческой любви от Гу Чэньюаня ему уже никогда не дождаться.
Гу Юй уже вырос и даже стал куда более зрелым и рассудительным, чем тот мог себе представить. Наверное, он и вовсе давным-давно перестал возлагать надежды на отцовскую любовь.
Даже если Гу Чэньюань сейчас одумается и раскаялся, что с того? Прежнего владельца этого тела давно уже нет в живых.
Гу Юй искренне сочувствовал прежнему Гу Юю и негодовал от его лица.
Долгие годы скитаний Гу Чэньюаня по Лесу Демонического Снега не были секретом — неужели Сюэ Вэй не знала об этом? Просто она не желала его видеть. Какой тогда вообще смысл оставаться в Лесу Демонического Снега? Время уходило впустую, а пропасть между ним и сыном становилась всё глубже...
— Ты ведь и сам видел: по некоторым причинам у меня возникли проблемы с пробуждением крови, поэтому я пока не умею управлять сменой облика, — с виноватым видом потёр нос Гу Юй.
— Что случилось? — растерянно моргнул Гу Чэньюань.
— Да так... — Гу Юй поскрёб в затылке. — ЧП произошло, в общем. Я передал часть энергии другому человеку.
— Другому? Кому? Этому Шэнь Ецану? — взгляд Гу Чэньюаня мгновенно заледенел.
— Ну... — заметив помрачневшее лицо отца, Гу Юй поспешил объясниться: — В тот момент он как раз проходил испытание для получения наследства Святого Меча Ли Чэнфэна. Наследство самого Ли Чэнфэна! Я видел, что ему приходится тяжело, вот и взял на себя смелость поделиться с ним капелькой энергии.
— Святого Меча Ли Чэнфэна?! — изумился Гу Чэньюань.
Ли Чэнфэн был божеством в глазах любого мастера меча, и Гу Чэньюань не являлся исключением. Тот факт, что этот Шэнь Ецан смог заполучить наследство Святого Меча, свидетельствовал о поистине невероятной, небесной удаче!
Впрочем, внимание Гу Чэньюаня тут же переключилось на другое:
— Капелькой?
Разве из-за какой-то капли энергии его сын потерял бы контроль над своей трансформацией?
Какого чёрта этот Шэнь Ецан подсыпал его сыну, раз тот оказался готов пойти на такие жертвы?!
Гу Чэньюань разъярился не на шутку.
— Неужели ты не можешь контролировать смену форм? — догадался Гу Чэньюань.
— Мгм. Кроличьи ушки и хвост могут выскочить совершенно неожиданно, а ещё я могу вдруг превратиться в кролика, а потом так же внезапно принять человеческий облик, — взгляд Гу Юя слегка заскользил в сторону. — Я заглянул в память рода и выяснил, что всё дело в неполном первичном пробуждении.
Проблемы с пробуждением крови и всё прочее волновали Гу Юя не так сильно — в конце концов, разрешить их было не слишком сложно. Куда острее стоял вопрос с Гу Облаков Радости, которые давали о себе знать каждый месяц. Чувствуя себя воришкой, пойманным с поличным, Гу Юй даже боялся заглядывать в библиотеку секты, опасаясь случайно выдать свой секрет.
Эта дрянь доставляла слишком много хлопот, поэтому перед собственным отцом он решил говорить правду:
— На самом деле...
Он выложил всё о том, как оказался вынужденно связан с Шэнь Ецаном, хотя, разумеется, представил всё дело как досадную случайность.
— Ах так, неужели! — чем дальше слушал Гу Чэньюань, тем чернее становилось его лицо, и в конце концов он процедил сквозь зубы пару зловещих смешков.
Впрочем, быть может, он погиб, а может, они с Гу Юем поменялись телами.
Гу Юй тихонько хмыкнул:
— Я вовсе не хотел вызывать у тебя чувство вины, просто надеялся, что ты поймешь мои чувства. К тому же, разве у отца с сыном бывают обиды до первого рассвета? Раньше я затаил на тебя обиду, но теперь всё отпустил. И вообще, мне действительно необходимо повидаться с матерью.
— Да, — сурово кивнул Гу Чэньюань.
— Да... — Гу Юй потрепал себя по затылку. — Пап, давай не об этом. Самое главное — мне нужно полностью завершить пробуждение крови.
— Драгоценная Ци?
Гу Юй покачал головой:
— Не только. Все эти дни я тоже пытался впитывать драгоценную Ци: некоторый эффект есть, но временами я всё равно теряю контроль над превращениями. Возможно, дело в том, что я полудемон.
— Вот как? — задумался Гу Чэньюань. Спустя мгновение он произнёс: — В глубине Сто Тысяч Великих Гор есть Деревня Персикового Источника, где живут одни полудемоны. У меня есть давние связи с несколькими тамошними старейшинами, я могу отправить им весточку и замолвить за тебя словечко. Поживешь там несколько дней, они наверняка знают, как решить проблему с контролем облика полудемона.
Сто Тысяч Великих Гор располагались на юге континента, образуя зеркальное отражение Леса Демонического Снега на севере. Поскольку полудемонов не принимали ни люди, ни Клан Демонов, они построили скрытую от посторонних глаз Деревню Персикового Источника в самом сердце горной цепи, строго запретив чужакам вход на свои земли.
Горные хребты Сто Тысяч Великих Гор тянулись на тысячи ли, кишели свирепыми демоническими зверями и были богаты бесчисленными редкими травами и цветами, что делало это место излюбленной точкой для тренировок многих культиваторов.
— Ну, с этим спешить не обязательно, — заметил Гу Юй. — Ты ведь еще не ответил на мою просьбу насчет Шэнь Ецана, отец.
— Чем он вообще тебе приглянулся? — Гу Чэньюань скривился, с откровенным недовольством на лице: — Он ведь видел твой полудемонический облик! Если он проболтается, твоя истинная сущность Изумрудного Кролика Скромности окажется раскрыта!
— Шэнь Ецан не из таких, — Гу Юй не знал, как толком всё объяснить, поэтому отделался общей фразой.
— С чего ты взял, что он не из таких? Сколько вы вообще знакомы? Неужели ты не знаешь поговорку про то, что чужая душа — потёмки? — возмутился Гу Чэньюань.
Только что сын казался таким рассудительным взрослым, так откуда же бралась эта детская наивность, как только речь заходила о некоем Шэнь Ецане?
Гу Юю пришлось объяснять дальше:
— Мы заключили сделку: ты принимаешь его в ученики, а он хранит мой секрет.
— Вы принесли клятву Небесному Дао? — прищурился Гу Чэньюань.
— Эм... нет, — Гу Юй потер нос.
Стороны обошлись лишь устным обещанием. Главным образом потому, что он доверял главному герою, поэтому и не стал прибегать к клятвам.
Гу Чэньюань с досадой покачал головой и принялся наставлять сына:
— Пережив столько всего, ты всё ещё ничего не понимаешь? Человеческие сердца непостижимы, и лишь Небесное Дао вечно справедливо и беспристрастно. Принять его в ученики не проблема — в конце концов, он унаследовал наследие Ли Чэнфэна, и его будущие достижения поистине безграничны, так что, пожалуй, еще неизвестно, кому посчастливится разделить его славу... Ступай, заключите с ним клятву Небесного Дао в моём присутствии.
— Хорошо, — кивнул Гу Юй. Помолчав, он вдруг вспомнил, что отец обладает огромным опытом и широким кругозором, и, не удержавшись, снова потёр нос. Голос его прозвучал неуверенно: — Отец... а ты знаешь, что такое Гу Облаков Радости?
Взгляд Гу Чэньюаня мгновенно стал хищным и острым:
— Откуда тебе известно об этой дряни?!
*Вжух!*
Истинный меч судьбы Чжэнян вырвался из тела, и бушующие волны ци меча мгновенно искромсали в щепки всю мебель в комнате.
Гу Чэньюань резко развернулся, намереваясь немедленно отправиться на поиски Шэнь Ецана, чтобы проткнуть его мечом!
— Отец! — испуганно взвизгнул Гу Юй и стремглав бросился удерживать Гу Чэньюаня за руку. — Остынь! Это была случайность! К тому же Шэнь Ецан понятия не имеет, что в ту ночь рядом с ним был я! Ты хочешь, чтобы моя тайна раскрылась?
Голос Гу Чэньюаня охрип, а от ауры убийственного холода вокруг него мороз продирал по коже:
— Убью его — и все проблемы исчезнут.
Разве главный герой может так легко отбросить концы? Считать сюжетную бронь шуткой?
Если позволить Шэнь Ецану выжить, они с отцом моментально окажутся в его черном списке, и тогда останется только гадать, какой смертью они умрут!
Мысленно отпуская едкие комментарии, Гу Юй с горькой улыбкой на лице уговаривал отца:
— Он тоже ни в чем не виноват! Отец, меч Чжэнян карает лишь тех, кто заслуживает смерти, неужели ты нарушишь зов собственного Дао?!
Гу Чэньюань споткнулся на полуслове и всё же замер, тяжело и часто вздымая грудь.
До чего же обидно!
Он больше двадцати лет растил сокровище, лелеял этот нежный, прекрасный цветок, а его взяла и сожрала какая-то свинья! И мало того, что он не может прикончить наглеца — ему еще и придется взять его в ученики?! Ни за что! Скорее он умрет от кровохарканья, чем согласится учить этого Шэнь Ецана! Только подумать об этом — уже тошно!
Заметив, что глаза отца покраснели от гнева, но буря вроде бы улеглась, Гу Юй с облегчением выдохнул.
Пару секунд назад Гу Чэньюань не шутил — он действительно собирался прикончить Шэнь Ецана. К счастью, здравый смысл всё же взял верх.
Гу Юй поспешил вернуть разговор в деловое русло:
— Сейчас главное — избавиться от Гу Облаков Радости. Отец, эта дрянь активизируется каждый месяц! В этом месяце мне кое-как удалось переждать приступ, но что делать в следующем? Невозможно же каждый раз прятаться в пространственном кармане?
— А давай просто оскопим мерзавца, и дело с концом? — мрачно фыркнул Гу Чэньюань.
Гу Юй аж вздрогнул от неожиданности.
Сомнений не было: отец говорил абсолютно серьёзно.
Ещё чего не хватало, чтобы гаремный протагонист превратился в евнуха!
— Отец, давай поищем другой способ! — простонал Гу Юй, не зная, смеяться ему или плакать.
Гу Чэньюань помрачнел и некоторое время молчал, прежде чем наконец заговорить серьёзным тоном:
— Триста лет назад существовала секта, поклонявшаяся различным видам гу — Культ Бога Гу. Они выращивали насекомых-гу, чтобы подчинять себе культиваторов повсеместно, пока совместный поход сил праведности и магии не стер их с лица земли. Однако взращенные ими паразиты вышли из-под контроля, начали пожирать друг друга, и в конце концов на свет появился Король Гу. Король Гу способен повелевать любыми другими гу, и если заполучить его, можно избавиться от Гу Облаков Радости в твоем теле. Вот только руины Культа Бога Гу нынче зовут Долиной Смерти: там кишмя кишат смертоносные насекомые, и это место входит в тройку величайших запретных зон континента.
Ожидание на лице Гу Юя постепенно сменилось ледяным безразличием.
Три великие запретные зоны — про это он, разумеется, знал.
Долина Смерти, Хребет Похороненных Драконов и Гробница Призраков.
В двух последних Шэнь Ецан побывал в более поздних главах, и каждая вылазка балансировала на грани между жизнью и смертью. Что же до Долины Смерти, стоявшей во главе тройки запретных мест, то там опасности ждали на каждом шагу, к гадалке не ходи.
— Впрочем, помимо Короля Гу, мне известен еще один способ, который, возможно, поможет снять Гу Облаков Радости, — добавил Гу Чэньюань.
Гу Юй почувствовал, что зря только раскатал губу:
— Отец, нельзя ли выражаться чуть быстрее, без таких пауз?
Гу Чэньюань с улыбкой потрепал сына по макушке и пояснил:
— В глухих чащобах Леса Демонического Снега обитают духовные звери, питающиеся исключительно насекомыми-гу — свирепые хорьки. Правда, эти звери невероятно редки, за те двадцать с лишним лет, что я провёл в Лесу Демонического Снега, мне довелось встретить их всего дважды. К тому же класс Гу Облаков Радости довольно высок, так что справиться с ним сможет лишь свирепый хорек как минимум пятого уровня. Разумеется, отыскать свирепого хорька куда проще, чем соваться в Долину Смерти.
http://bllate.org/book/22051/2293029
Готово:
