Поэтому, даже ощущая, что его брат — прекрасный человек, он всё равно подсознательно держал Хоруса на некотором расстоянии.
Но с Юань Си всё было иначе. Привязанность Императора к ней походила на отношение к послушному и удобному инструменту, тогда как любовь Юань Си к Леману Русу напоминала ему ту волчицу, что вскормила его в детстве — теплую и бескорыстную. Именно поэтому Рус так любил крутиться рядом с ней.
Рус признавал, что в глубине души у него таилось легкое желание подразнить Хоруса, однако он никак не ожидал, что Хорус устроит для него столь грандиозное представление.
— Ладно-ладно, уговорил, я пойду и переговорю с батюшкой.
Юань Си рассмеялась. Отойдя от шока, вызванного той жуткой картиной, она наконец сообразила, что Хорус просто-напросто по-детски хандрит и ломает комедию. Ну ладно-ладно, придется и тебя побаловать, раз уж на то пошло.
Когда Юань Си ушла, в комнате снова остались только Хорус и Рус. Хорус как раз собирался завести какой-нибудь разговор, как вдруг...
— Братец, будешь выпивать?
Хорус едва не поперхнулся воздухом:
— Пить запрещаю!
— Да расслабься ты, домашнее, крепости почти нет.
— Да ты мать твою...
***
На космодроме Терры Малкадор тяжело вздыхал. С возвращением примархов он уже предвидел грядущую суету и неразбериху. Быть придворным у Императора плохо лишь одним: в семейные дела венценосных особ лучше не соваться — ни с краю, ни по центру. Чуть что — и твоя безупречная репутация и добрая слава покатятся к чертям собачьим. К счастью, если стрясется беда, за всё ответят Император и старшая принцесса, так что до него, судя по всему, дело даже не дойдет... Или дойдет?
Величественный боевой корабль плавно опустился на посадочную площадку. Толпы зевак вытягивали шеи: в наш Империум вернулся еще один царственный сын, говорят, шестой по счету? Дай-ка взглянуть, что он из себя представляет!
Люк открылся, и Рус в сопровождении двух гигантских волков уверенно зашагал навстречу ожидавшему его Малкадору. Позади Руса шли Юань Си и Хорус.
Зеваки слегка разочаровались: этот шестой принц казался каким-то дикарем, даже хуже предыдущего.
Тем не менее положенные по протоколу пышные церемонии отменять было нельзя. Наверху даже пригрозили: если уровень шума в толпе достигнет определенного числа децибел, то в сегодняшнем вечернем пайке выдадут добавку.
Рус оскалил зубы и под всеобщие восторги толпы пожал руку Малкадору, после чего они вместе с Хорусом и Юань Си поднялись на украшенную цветами платформу.
— Вы тот самый легендарный и непобедимый десница?
— Шестой принц преуспевает. Старый слуга — всего лишь дряхлый старик, доживающий свой век. Если бы не наставления Императора, сейчас я, пожалуй, всё еще ковырялся бы в земле на полях.
Хорус тем временем беспрестанно тыкал Малкадора взглядом. Все эти тридцать лет Хорус неизменно держал на Терре людей, следивших за каждым шагом Малкадора, и в итоге оказалось, что старик даже не утруждался маскироваться. Формирование клик и партий, самоуправство без предварительного доклада, обман вышестоящих и введение в заблуждение народа — он ухитрился сделать абсолютно всё!
Ах ты, мятежный царедворец! Придет день, и перед лицом всего мира я сорву с тебя личину! Империум моего отца не потерпит таких паразитов, как ты!
Юань Си видела всё насквозь. Вернулось всего два примарха, а шуму уже столько; если объявятся остальные, они ведь просто перевернут небо вверх дном! Возитесь, грызите друг друга, сколько душе угодно — в худшем случае, если стрясется беда, отдуваться придется Императору.
Император: ?
Праздничная платформа въехала на территорию Императорского Дворца. Рус окинул взглядом столпившихся вокруг его собственных сыновей, громко рассмеялся, махнул рукой и уверенно шагнул в главный вход.
Уже внутри дворца Рус закинул в рот изысканное пирожное с тарелки, словно фруктовое желе, пожевал и поморщился:
— Невкусно.
— Я тоже считаю, что невкусно.
Юань Си тем временем уже вовсю уплетала за обе щеки целый жареный бык, которого Рус притащил с собой.
Хорус чувствовал, что дело шло к катастрофе. Старшая сестра больше не могла оставаться рядом с этой шавкой: если так пойдет и дальше, его святая и благородная сестра превратится в хаски номер два.
— Сестра, Русу теперь нужно принимать командование своим легионом, так что давай-ка лучше вернемся к отцу и не будем терять время на Терре.
— Ась? Не надо, — Рус перехватил поданный Юань Си говяжий мосол и откусил кусок.
— В смысле не надо? — Хорус нахмурился. — Рус, Великий Крестовый поход не ждет. Мы с сестрой не можем вечно сидеть здесь и ждать, пока ты полностью приберешь к рукам собственный легион.
— Я говорю, что вам не придется ждать долго, — Рус оторвал кусок мяса с бычьего бедра и скормил его двум огромным волкам.
Хорус усмехнулся. Принять легион — задача не из легких. Заставить новоявленных сыновей признать никогда прежде не виденного отца, добиться, чтобы они добровольно подчинились его приказам и выполняли тактические маневры, с которыми они, возможно, никогда не сталкивались — это чертовски трудно. Тут языком не поболтаешь.
— Ого, и за сколько же ты управишься?
— А ты сколько времени потратил?
— Год.
— Мне хватит и минуты.
Хорус нахмурился — вовсе не из-за хвастовства Руса, а из искреннего беспокойства:
— Братец, я вовсе не шучу и не издеваюсь, но в таком деле, как принятие легиона, нельзя проявлять беспечность. Пожалуйста, не спеши.
Рус с ухмылкой оскалил зубы, поднялся с места, подошел к окну и распахнул его. Прямо под окном по-прежнему терпеливо ждал своего часа Шестой Легион.
— Братец, сестрица, вы только посмотрите и убедитесь сами.
Рус высунулся из окна и издал оглушительный, раскатистый волчий вой, адресованный многотысячной массе Астартес внизу:
— О-о-о-о-у-у-у-у-у-у!!!
Его величество?
Все Астартес Шестого Легиона одновременно ощутили пронизывающую до костей дрожь. Ч-что это за чувство? Моя ДНК зашевелилась, я... я больше не могу сдерживаться!
Легионеры один за другим невольно подхватили клич волчьего короля, отзываясь раскатистым воем. Даже обе гигантские волчицы рядом с Русом затянули песню, и перекликающиеся голоса зверей огласили весь Императорский Дворец.
Рус обернулся и улыбнулся, его золотые глаза ярко сияли в лучах солнца.
— Смотрите, волчья стая встретила своего короля.
В этот момент Хорус признал: этот его брат вполне достоин быть сыном своего отца и острым мечом Империума. Малкадор признал: этот на вид грубый и неотесанный дикарь определенно непрост. Юань Си признала: в искусстве покрасоваться ей действительно далеко до него. Патрулировавший дворец Вардо: ? Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? Во дворец что, волки прорвались?
Три месяца спустя «Храфнкель» взял курс на звезды, а Шестой Легион официально сменил название на Космические Волки.
***
Альфариус столкнулся с первейшим серьезным кризисом за всю свою шпионскую карьеру.
— Братец, от тебя падает как-то неправильно.
Толпа Астартес из Шестого Легиона плотным кольцом окружила замаскированного под волка Альфария, принимаясь обнюхивать его со всех сторон.
Альфарий сохранял невозмутимость:
— Наверное, потому что я здесь новенький.
До воссоединения с примархом Шестой Легион звался Легионом Серых Волков. Тогда в их облике присутствовали лишь легкие звериные черты, а во всем остальном они ничем не отличались от обычных Астартес. Но тот самый клич, изданный Русом по возвращении, словно сорвал какой-то предохранительный клапан, и эти закованные в броню гиганты стали еще сильнее походить на волков. И подумать только — даже будучи Астартес, полагаться на одно лишь обоняние, чтобы раскусить маскировку Альфария, было уже явным перебором!
— Быть того не может, раньше такого не случалось...
Тот космодесантник почесал затылок. По идее, любой член Волчьей Стаи мог на интуитивном уровне узнавать своих братьев, но с подобным они столкнулись впервые. Неужели генно-семя при рождении перепутали?
— Эй, братец, а ты часом не заблудился легионом?
Чушь собачья, я вам вообще не брат!
Альфарий ушел ни с чем. Он воспользовался моментом, сменил личину и попытался внедриться снова, но каждый раз эти хаски чуяли неладное.
Альфарий сдался. Сдался окончательно. Проникнуть в Шестой Легион оказалось выше его сил — это был самый сокрушительный провал в его карьере тайного агента.
— Вот такие дела, отец.
В уединенной комнате Альфарий докладывал обстановку Императору, время от времени украдкой поднимая взгляд на сидящего перед ним отца. В конце концов, на сей раз он действительно облажался по полной — а вдруг отец рассердится?
— Пустяки, оставь это. Больше в Шестой Легион можешь не соваться.
Император остался совершенно спокоен. У него хватало и других способов слежки помимо Альфария, да и даже если случится худшее — пока он сам способен сражаться, небо Империума не перевернется.
— Кстати, что там с Омегой?
На лице Альфария промелькнула горькая улыбка:
— По-прежнему без понятия, где он находится.
Омега был его братом-близнецом, они появились на свет вместе как Двадцатый Легион. К несчастью, тот вихрь Варпа, что унес примархов, забросил Омегу на дикую и пустынную планету, населенную лишь зверьем.
Альфарий был связан с Омегой ментально: всё, что происходило на той стороне, они оба чувствовали на уровне интуиции, но помочь брату Альфарий не мог. Местонахождение друг друга они определить были не в силах, а галактика слишком велика — где его искать?
— Что ж, свободен.
— Есть.
Альфарий почтительно склонил голову и вышел. Император по-прежнему оставался с ним холоден, но Альфарий уже смирился с этим. В конце концов, он всего лишь шпион, тайные глаза Империума, тени, что не должны выходить на свет. Если однажды он окажется на виду, Императору придется без колебаний провести между ними черту, и к такому исходу Альфарий был готов.
Раз уж выдался редкий выходной, стоит заглянуть к сестре и немного расслабиться.
Строго говоря, Нулевой Легион представлял собой самую сложную задачу для внедрения. Ничего не попишешь — людей мало. Если в какой-нибудь компании числится пятьдесят тысяч сотрудников, пропажу одного человека могут и не заметить, но попробуй затеряться в коллективе из пятидесяти душ, где каждый наперечет. Альфарий до сих пор помнил, как в первый же день пребывания в Нулевом Легионе его тут же раскусили.
К счастью, Юань Си быстро замяла это дело, и с тех пор во время каждого отпуска Альфарий приходил отдохнуть именно в Нулевой Легион.
— Ротный, эта физиономия снова здесь.
Сидевший на трибуне во время полуфинала турнира Нулевого Легиона Мело, командир второй роты Ангелов Восходящего Солнца, нахмурился, услышав эту новость.
Хотя в тот раз Юань Си покрыла Альфария, все прекрасно понимали, что этот тип уж точно не принадлежит к Нулевому Легиону. Все они вышли из военных академий, и поскольку бойцов в Нулевом Легионе кот наплакал, порой набора не хватало даже для заполнения одного казарменного отделения. Сейчас каждый знал в лицо каждого сослуживца наперечет — неужели они не заметят лишнего человека?
Тем более что на тренировках его вечно не было видно, зато стоило начаться играм — он тут же тут как тут. И что это значит? Блатной? Ты что, родной сын Юань Си или самого Императора? Из-за этого многие Астартес косо смотрели на подозрительного выскочку. Бойцы легиона неоднократно спрашивали об этом Юань Си, но та каждый раз отделывалась отговорками, отчего градус раздражения только рос.
— Ротный, может, выгоним его нахрен?
Один лишь вид этого парня вызывал у космодесантника зубовный скрежет: мы тут горбатимся на изнурительных тренировках — тебя и близко нет, а как доходит до отдыха — ты тут как тут.
— Не спеши, давай сперва поразвлечемся с ним.
В голове Мело созрел план. Все они прошли огонь и воду, и раз уж этот мажор волею судеб уже стал Астартес, то из заботы о его будущей безопасности следовало устроить ему хорошую встряску. Не обессудь, дружок, это мы исключительно о том, чтобы ты случайно не откинул копытца от собственной бездарности.
— Включите его в футбольную команду второй роты, и передайте соперникам, чтобы устроили ему горячий прием.
— Мудрое решение, ротный.
Альфарий, сидевший в стороне и ожидавший начала матча, вдруг заметил направляющегося к нему Астартес. Не успел он и слова сказать, как тот ухватил его за руку:
— Братец, выручай! В нашей команде игрок травмировался, подсоби, выйди на замену.
По правде говоря, предлог звучал глуповато, но у Альфария как раз было настроение, и он согласился.
Футбол у Астартес был особенным. Обычные мячи под ударами космодесантников разлетались в клочья в два счета, поэтому Юань Си лично изготовила для своих сыновей мяч из керамита.
Альфарий играл на позиции крайнего нападающего и уже вел мяч к чужим воротам, как вдруг его жестко атаковали в подкате.
По правде говоря, отбор не удался — Альфарий остановился ровно в тот момент, когда соперник пошел в подкат, просто опасаясь случайно отправить того на тот свет одним ударом ноги.
Оглядев равнодушных товарищей по команде и переведя взгляд на огорченного соперника, упустившего шанс заехать ему по ногам, Альфарий всё понял: его решили испытать на прочность. Раз так, то и он больше не собирался притворяться. Он-то планировал общаться с ними как рядовой Астартес, а в ответ встретил лишь отчуждение. Хватит ломать комедию, маски сорваны: я примарх, и если не продемонстрирую пару фокусов, вы так и будете принимать меня за простого космодесантника.
После этого футбольный матч превратился в бенефис Альфария. Ошеломленные Астартес замерли с отвисшими челюстями, наблюдая, как он раз за разом пробивает оборону противника. Его скорость была запредельной, а мощи хватало, чтобы удержать его не смогли и восемь космодесантников вместе взятых.
Мело стоял в полном оцепенении, в то время как Диаc, командир третьей роты и соперник второй по матчу, уже вовсю матерился. Ах ты ж хитрый жук! Ради победы в матче додумался легионерам левых наемников подтягивать да еще и устраивать им проверки на прочность? Да ты просто побеждаешь любой ценой! Судья, беспредел! Тут всё схвачено, беспредел!
Закончив легкую разминку и оставив за спиной застывших в изумлении бойцов, Альфарий развернулся и зашагал прочь. Как раз к этому часу сестра должна была освободиться от дел, самое время навестить ее.
— А, это ты. Присядь на минутку, я почти закончила.
Альфарий просчитался: работа Юань Си не заканчивалась никогда. Впрочем, она всё же отложила бумаги и уделила время на беседу.
По определенным причинам до официального возвращения примарха Двадцатого Легиона присутствие Альфария должно было оставаться строжайшим секретом. И дело было не только в прямом приказе Императора — даже сама Юань Си считала, что иного выхода попросту нет.
Они сыграли с Юань Си в настольную игру. Не в те сложные стратегические шахматы, в которые резались Император и Хорус, а в легкую «ходилку» с кубиком. Обладая своими возможностями, они запросто могли бы выбрасывать на кубике любые нужные им числа, но оба позволили костям падать наугад. Им не нужна была победа — они просто дорожили столь редкими минутами покоя.
— До встречи, сестра... моя повелительница.
— До встречи, заглядывай еще поиграть.
Радостные мгновения всегда пролетают слишком быстро, и завтра снова начнется унылая каторжная рутина.
Уже собираясь уходить, он заметил направляющуюся к нему небольшую группу Астартес во главе с Мело. Что еще такое? До сих пор неймется? Альфарий нахмурился: если эти ребята явились выяснять отношения, он преподаст им жесткий урок, даже несмотря на то, что они приходятся детьми его сестре.
Мело подошел вплотную и склонил голову:
— Прости, братец. Кажется, я был неправ насчет тебя, мне нужно извиниться.
Альфарий на секунду замер, а затем с улыбкой махнул рукой:
— Ничего страшного, я не в обиде, мне даже понравилось.
Мело с облегчением выдохнул и протянул руку:
— Нулевой Легион приветствует тебя, брат.
Альфарий пожал его лапку:
— Спасибо, друг.
***
Сегодняшней задачей Альфария было пробраться к Хорусу и доложить Императору о каждом его слове и поступке за день. Честно говоря, эту работу он находил сущим наказанием.
На планерке Лунных Волков Хорус излагал текущий маршрут марша и будущую стратегию, но постепенно, как водится, съехал с темы.
— Сынки, я ведь уже целых два часа не рассказывал вам ту историю про те тридцать лет.
Опять. Снова то же самое. Альфарий искренне не понимал, как остальные Лунные Волки ухитряются это выживать — с тех пор как вернулся Рус, один только Альфарий слышал эту байку больше десятка раз.
— ...Они вытащили меня из мрака Косонии, и мы провели вместе то время. Тридцать лет они заботились обо мне и воспитывали меня. Тридцать лет — срок небольшой, я думаю, по сравнению с тремя тысячами лет это всего лишь один удар сердца, но даже несмотря на это, я невероятно дорожу тем временем...
Папа, умоляю, перестань читать эту молитву, хватит!
У Лунных Волков уже мозоли на ушах образовались. Послушать разок — еще куда ни шло, но слушать это десятки раз — кто такое вытерпит! Вольчий король вернулся всего полмесяца назад, а они уже со страхом думали, в какой же кошмар превратится их дальнейшая жизнь.
— Абаддон, встать!
Абаддон, занимавший тогда должность сержанта, откровенно клевал носом прямо за столом, пуская слюни, и подскочил только от оклика Хоруса.
— А? Уже всё рассказали? Ну тогда я пошел, э-э-э.
Сидевший рядом сержант шепотом подсказал:
— Мы только на тридцать годах остановились, впереди еще не было историй про золотое кольцо с кентавром, серебряное ожерелье с цилинем, как я люблю отца, как отец любит меня, как сестра любит меня и как я люблю сестру.
У Абаддона перед глазами потемнело: мы же, блин, только в самом начале!
Хорус едва не рассвирепел, глядя на убитое горем лицо Абаддона.
— Абаддон, марш в конец зала, будешь слушать оттуда!
— За что мне такое наказание...
***
— Рус, я должен тебя предостеречь. Сестра и так загружена государственными делами по горло, почему ты вечно тащишь ее пить?
Рус поковырялся в носу:
— Братец, тут ты меня в корне неправ. Я никогда в жизни первым не звал сестру выпить — это она вечно заявляется ко мне с бутылкой.
— Наглость! Разве сестра похожа на какую-то пьянчужку? А ну-ка выкладывай всё как на духу.
Рус закатил глаза. Правду говорить — не веришь, да и насчет «пьянчужки» — ты это сейчас в чью сторону намекаешь?
С возвращением Руса имперские войска постепенно рассредоточились, и действовать сообща теперь уже не представлялось возможным. Поразмыслив, Юань Си решила, что раз она уже передала свои труды Императору, то они с Хорусом наверняка сумеют найти общий язык и без ее участия. Раз так, она решила действовать самостоятельно.
На ее взгляд, отношения между Императором и Хорусом уже наладились настолько, насколько это вообще было возможно. Стоило им обоим успокоиться и искренне высказать друг другу то, что наболело на сердце, как любые разногласия исчезли бы сами собой.
Если же Император продолжит вести себя по-старому — сколько ни учи, всё впустую, страдает аутизмом и держит всё в себе — тогда поделом ему, пусть его собственный любимый сыночек воткнет ему нож в спину.
Покинув Императора и Хоруса, Юань Си какое-то время путешествовала вместе с Русом, и за этот период они то и дело прикладывались к бутылке по любому поводу.
Узнав об этом, Хорус почувствовал, что мир погрузился во тьму. Всё кончено, неужели опять опоздал? И вот пожалуйста — прямо сейчас они через астропатов вовсю выясняли отношения.
— Рус, это ты развратил сестру!
— Хорус, в чем другом обвиняй, стерплю, но в этом — увольте! Что плохого в выпивке? Желание выпить — личное дело каждого, с какой стати ты заявляешь, что из-за алкоголя человек портится? Может, старик-отец тоже не прочь пропустить стаканчик, ты что, и его теперь запишешь в испорченные?
— Да ты бредишь! За эти тридцать лет я ни разу не видел, чтобы отец пригубил хоть каплю спиртного...
Опять за свое. Рус заткнул уши руками — настало время для традиционных номеров их семейной самодеятельности.
До этого, стоило Русу одержать очередную грандиозную победу в Великом Крестовом походе, Хорус непременно присылал послание с поздравлениями, исполненное искреннего энтузиазма и без всякой ядовитой иронии — он действительно радовался успехам брата и гордился ими.
http://bllate.org/book/22035/2291017
Готово:
