Ханей Куракута выхватил тетрадь из рук Хасубы и, опасаясь, что Хасуба Акира попытается её отобрать, поспешно засунул в свой рюкзак.
Хасуба Акира: …Куракута-тян, ты ведешь себя совсем не в своем характере.
— Знаю. В последнее время готовлюсь к олимпиаде, ложусь спать допоздна.
— Что за олимпиада?
— Химия.
— Тогда желаю удачи, а я пойду на тренировку.
Хасуба Акира направился к постоянной троице у дверей, и они, перешучиваясь, зашагали в сторону спортзала.
Вместе с приходом знойного июля студенты наконец дождались летних каникул, и команда Инаридзаки снова погрузилась в автобус, отправляющийся в Токио.
— Выезжать посреди ночи… сколько же в вас энергии, — Хасуба Акира стоял в стороне, наблюдая за потасовкой близнецов, и, зевая, привалился к плечу Суны.
— Почему ты облокотился именно на меня?
— К Кита-семпаю побоялся, Мия Осаму и Мия Атсуму — это несерьёзно, а Омими-семпая и Арана стесняюсь. Остался только ты.
Хасуба Акира с самым невозмутимым видом изложил свои доводы, а затем перенёс весь вес своего тела на Суну. — Не забудь разбудить меня, когда приедем. Впрочем, если хочешь донести меня до автобуса на спине, я не против.
Несмотря на эти слова, когда пришло время садиться в автобус, Хасуба Акира не проснулся, как бы его ни будили. Суне ничего не оставалось, кроме как самому донести его до места.
— И как можно спать так крепко?
Мия Атсуму сидел прямо за спиной Хасубы Акиры. Тот, стоило ему оказаться в автобусе, сразу перешёл в спящий режим и проснулся, лишь когда они уже почти прибыли, сонно потирая глаза и недоуменно оглядываясь.
— Проснулся? Собирайся, почти приехали.
— Угу.
— Это что, Токийская башня? — едва выйдя из автобуса, Акира услышал полный энтузиазма голос Хинаты.
— Мы приехали одновременно с Карасуно?
— И с Аобаджосай тоже, — Куроо, стоявший рядом, пояснил ситуацию. — Кстати, вы ведь не станете тыкать пальцем в любую встречную железную вышку и спрашивать, не Токийская ли это башня?
— Я что, похож на дурака? — Акира указал на себя, а затем на Мию Осаму и Мию Атсуму. — Если кто и мог такое спросить, то только они двое.
— Только тупой Атсуму, — услышав разговор, отозвался Осаму и, схватив брата за шиворот, потащил его обратно в строй.
— Летние тренировочные сборы проходят в Моридзэ, здесь довольно прохладно, — раздался вдалеке голос Кенмы.
— Атсуши-тян, ты скучал по Великому Ойкаве? Готовь шею к национальным — там я тебя и разделаю, — Ойкава Тору подбежал к команде Инаридзаки, чтобы бросить вызов.
— Ублюдок-Ойкава, ты хотя бы капитан, как можно бросать своих ради того, чтобы ходить и раздавать вызовы другим командам? — Иваидзуми Хаджиме запустил в него волейбольным мячом, а затем, подобно разъяренному Годзилле, ухватил Ойкаву за воротник.
— Поздравляю с выходом на национальные. Мы тоже не будем сдерживаться, — Кита Шинске поздравил Ойкаву, в его голосе по-прежнему не чувствовалось никаких эмоций.
— Ёси! Наша цель — ноль наказаний, — едва войдя в спортзал, все услышали голос Бокуто.
— Ха? Пока здесь мы, ваша цель абсолютно недостижима, — Ойкава подошел к Бокуто и вызывающе посмотрел на него. Более того, Мия Атсуму и остальные тоже не позволят им этого добиться.
— Конечно, — «простачок» Мия Атсуму без колебаний прыгнул в яму, которую специально для него вырыл Ойкава.Получив взгляд от тренера Черноуса, Усуха-чи вместе с Иваизуми Хаджиме, который также поймал сигнал от тренера Ирихаты, подошел к обоим наставникам. Иваизуми отвесил Ойкаве увесистый подзатыльник:
— Паршивец Ойкава, вечно ты навлекаешь на нас проблемы.
А Усуха-чи с улыбкой встал за спиной злорадствующего Мия Ацуму:
— Сегодня вечером тебя ждет сотня приемов подачи, Мия Ацуму. Разумеется, если кто-то сегодня ошибется на подаче, для него это тоже будет сотня приемов.
Последнюю фразу Усуха-чи произнес громче, обращаясь ко всей команде Инаридзаки. Подкрепив слова суровым взглядом Кита Широске, он заставил парней во главе с Мия Амуцумо быстро согнать с лиц шутливые выражения.
После начала тренировочного матча у Карасуно начались сплошные проблемы, а количество ошибок увеличилось в несколько раз.
— Что это с этими парнями из Карасуно?
— Понятия не имею.
Усуха-чи пожал плечами и направился на свою позицию.
По окончании дневной тренировки Усуха-чи и Суна вышли в коридор и как раз столкнулись с Куроо и Бокуто, которые уговаривали Тсукишиму Кей помочь им с блокированием.
— Я уже закончил тренировку, до свидания.
— Сколько ни тренируй атаку, без блокирующих от нее нет никакого толка, я же умоляю тебя, — Бокуто прислонился к косяку двери, и голос его звучал предельно искренне.
— Почему вы зовете меня? А как же люди из Фукуродани?
— Когда Бокуто-сан начинает тренировать удары, это затягивается на вечность, так что остальные давно разбежались.
— А я должен возиться с наставничеством вот для этого парня, — Куроо протянул руку в сторону изнуренного Хайба Лиефа.
— Возможно, по тебе и не скажешь, но этот парень входит в пятерку лучших нападающих всей страны, так что польза точно будет, — Куроо заметил колебания Тсукишимы и перевел разговор на Бокуто.
— Ну, давайте и мы с Суной присоединимся к блокирующим, — Усуха-чи взял Суну за руку, подошел к компании и заодно притянул за собой ошеломленного Тсукишиму.
— Очконавт, у тебя неплохо получается предугадывать траекторию мяча, но... как бы это сказать, блокирование у тебя слишком слабое, — выдав эту оценку, Бокуто как раз заблокировал удар Тсукишимы.
— Хайб, не хочешь потренировать прием? — Усуха-чи вытолкнул Суну в центр площадки и с улыбкой посмотрел на распластавшегося на полу Хайба Лиефа.
— Куроо-сан, одолжите мне Лиефа ненадолго? Я как раз буду отрабатывать подачу, а он заодно потренирует прием.
Не дожидаясь согласия Хайба, Усуха-чи утащил его на соседнюю с Куроо и остальными площадку.
Суна, до этого проявлявший мало интереса к их беседе, мгновенно оживился и влился в тренировку.
— А подача и прием Усуха-чи настолько страшная вещь? — стоя рядом с Суной, поинтересовался Куроо с тайным любопытством.
— Сам скоро увидишь.
Хайб Лиеф поначалу решил, что нашел спасителя, и замер напротив Усуха-чи во всеоружии, но после первой же корзины мячей окончательно рухнул на пол.
Однако эта корзина мячей повергла остальных четверых в полный шок.
— Он что, всегда так мощно подавал?
— Нет, он освоил новую подачу, — Суна горько усмехнулся, словно уже предвкушая грядущие мучительные тренировки на собственной шкуре.
— Всего-то двадцать мячей, — бубнил под нос Усуха-чи, собирая мячи, явно недовольный результатами.
Воспользовавшись тем, что Усуха-чи отвлекся на сбор мячей, Хайб со всех ног дунул из спортивного зала.
— В Инаридзаки заводится чудовище! — вылетевший пулей Хайб Лиеф продолжал бежать и вовсю орал об этом на каждом углу, благодаря чему уже к вечеру имя Усуха-чи прочно засело в памяти представителей всех остальных школ.
http://bllate.org/book/21830/2261240
Готово:
