Затем она протянула руку, потянула его за рукав и произнесла мягким голосом:
— Может, сегодня не будем учиться? Я хочу отдохнуть.
Дань Фэн опустил взгляд на руку, державшуюся за его рукав, а затем перевел его на лицо девушки, выражающее крайнюю степень послушания.
— Хорошо, — ответил он.
Цин Тан расплылась в улыбке.
— Однако... — тон Дань Фэна внезапно изменился.
Улыбка на лице Цин Тан тут же увяла.
— Начнем с завтрашнего дня, — сказал он с усмешкой. — Будешь заниматься по одному часу каждый день.
Цин Тан: «...»
Она отпустила его рукав и, развернувшись, пошла прочь.
Позади послышался смех Дань Фэна — тихий, едва уловимый, но полный искреннего веселья.
Шагая прочь, Цин Тан мысленно вела счет обидам:
Дань Фэн: заставляет меня учиться — обида +100.
Однако, пройдя всего несколько шагов, она сама не заметила, как уголки ее губ поползли вверх.
Этот неигровой персонаж... кажется, он не такой уж и злодей.
Под неусыпным надзором Дань Фэна Цин Тан каждый день тратила по часу, корпя над книгами.
Книги, книги, повсюду книги.
Она сидела, обхватив голову руками посреди книжных завалов, чувствуя себя крошечным насекомым, погребенным под грудой макулатуры.
— История народа Видхарадха... Основы управления Древним морем... Подробный разбор союза Сяньчжоу...
Она перелистывала страницу за страницей, и ее глаза (хотя она ничего ими не видела) все сильнее разбегались: «Неужели в этой игре прописан настолько детальный лор? У разработчиков что, крыша поехала?»
Но как бы она ни ворчала, она все равно послушно продолжала читать. В конце концов, час — время не такое уж долгое, но и не короткое. Можно считать это изучением предыстории мира, чтобы потом в беседах с другими персонажами блеснуть знаниями.
К тому же она заметила, что Дань Фэн иногда подходит к ней, садится рядом и, указывая на определенный отрывок, объясняет смысл написанного.
— Этот фрагмент повествует о первом союзе между народом Видхарадха и Альянсом Сяньчжоу.
Его голос звучал низко, неторопливо и спокойно:
— В то время Древо Аброр вышло из-под контроля, и народ Видхарадха добровольно предложил свою помощь в его запечатывании...
Слушая его, Цин Тан постепенно начинала отвлекаться.
А голос у него довольно приятный. Да и внешность привлекательная.
Жаль только, что он такой скрытный манипулятор — минус балл.
— Цин Тан? — голос Дань Фэна вернул ее в реальность. — Ты поняла?
Цин Тан моргнула и с невозмутимым видом ответила:
— Поняла.
Дань Фэн посмотрел на нее и слегка улыбнулся.
Эта улыбка была очень мягкой — настолько, что у Цин Тан зародилось подозрение.
Странно.
Почему он сегодня такой нежный?
Задумал какую-то пакость?
Она решила проверить это.
На следующий день, когда пришел Дань Фэн, она как раз изучала письмо, которое он только что закончил писать.
— Что это? — спросил Дань Фэн.
Цин Тан сложила письмо, парой движений превратила его в бумажный самолетик и с легким свистом запустила в воздух.
Самолетик, описав дугу, приземлился прямо у ног Дань Фэна. Она смотрела на него, ожидая, что он разозлится.
Дань Фэн наклонился, поднял самолетик и внимательно осмотрел его.
— Это... сделано из бумаги?
Цин Тан гордо ответила:
— Да, бумажный самолетик. Никогда не видел?
Дань Фэн покачал головой, а затем... он рассмеялся.
— Забавно, — сказал он. — Научишь меня складывать такой?
Цин Тан: «...»
Серьезно?
Это точно тот самый Дань Фэн, которого я знаю? Где же тот Дань Фэн, который вдавливал меня в одеяло и заставлял грызть гранит науки?
Она не сдавалась и решила испытать его снова.
На третий день, пока Дань Фэн не видел, она тайком нарисовала маленького дракончика у него на одежде. Когда Дань Фэн заметил рисунок, крошечный дракон сидел у него на обшлаге рукава, склонив голову набок и грозно размахивая лапами.
Цин Тан затаилась в углу, ожидая бури.
Дань Фэн посмотрел на дракончика и три секунды хранил молчание. Затем он поднял голову и посмотрел в тот угол, где пряталась Цин Тан.
— Неплохо нарисовано, — сказал он. — Очень креативно.
Цин Тан: «...»
Все, конец. Его точно кто-то одержимый подменил.
Она выскочила за дверь и схватила первого попавшегося прохожего из народа Видхарадха. Тот так испугался, что чуть не выронил вещи из рук.
— Ты... ты кто такая?
— Неважно, кто я! — Цин Тан понизила голос, придав лицу максимально серьезное выражение. — Скажи, где здесь продают амулеты для изгнания нечисти?
Прохожий опешил:
— Из... изгнания нечисти?
— Да! Ну, такие желтые талисманы, мечи из персикового дерева, все, что помогает против призраков!
Прохожий на мгновение замолчал, а затем указал направление. Цин Тан сунула ему в руку деньги за услугу и строго наказала:
— Купи мне несколько штук. И помни: это тайна!
В ту ночь.
Луна скрылась за тучами, поднялся ветер.
Цин Тан притаилась у дверей комнаты Дань Фэна, разложив перед собой купленные талисманы. Она взяла один из них и подожгла с помощью кремня. Свет пламени плясал на ее лице.
Она начала бормотать:
— Дань Фэн, дух, вернись...
Она подожгла второй талисман.
— Дань Фэн, дух, вернись...
Еще один.
— Какой бы злой дух ни вселился в тебя, немедленно прочь! Верни мне нормального Дань Фэна!
Она так увлеклась заклинаниями, что не заметила, как дверь позади нее внезапно открылась.
— ...Что ты делаешь?
Цин Тан даже не обернулась. Она продолжала поджигать талисманы:
— О, великий Дигун, взирающий с небес... — она сложила руки в молитвенном жесте и обратилась к небу: — Скорее изгони этого демона и верни мне нормального Дань Фэна!
За спиной повисла тишина. Через несколько секунд голос раздался снова, с ноткой безнадежности:
— Цин Тан.
Она по-прежнему не обращала внимания, продолжая просить об исполнении желания.
Стоявший позади человек вздохнул, подошел и присел перед ней.
Лицо Дань Фэна осветилось пламенем горящего талисмана. Цин Тан уставилась на него, удерживая следующий талисман в воздухе.
— Ты...
— Это я, — сказал Дань Фэн. — Правда.
Цин Тан смотрела на него несколько секунд, затем покачала головой и собралась поджечь бумагу снова.
— Врешь, — пробормотала она. — Настоящий Дань Фэн не был бы таким нежным.
Дань Фэн: «...»
Он протянул руку и выхватил у нее из рук еще не подожженный талисман.
— Давай поговорим серьезно.
Цин Тан подняла на него глаза. Отражение огня в его лазурных зрачках казалось... искренним. Подумав, она кивнула:
— Ладно. Мне интересно, что ты сможешь сказать.
Она поднялась и последовала за ним в комнату, не выпуская из рук пачку талисманов — на случай, если ситуация выйдет из-под контроля.
Дань Фэн сел у стола и жестом пригласил ее сесть. Цин Тан настороженно опустилась на стул, положив талисманы под руку.
Дань Фэн, видя, как она готова к бою, тихо вздохнул:
— В эти дни я... — он, казалось, подбирал слова, — я просто хотел наладить с тобой отношения.
Цин Тан приподняла бровь.
— И что дальше?
— А дальше... — он посмотрел на нее, фокусируя взгляд на ее глазах. — Я хотел взглянуть на твои глаза.
Цин Тан остолбенела. Глаза?
Верно. В его глазах, или, вернее, в глазах неигрового персонажа, ее слепота была большой проблемой. Разве может маленький представитель народа Видхарадха, только вылупившийся из яйца, иметь такой врожденный дефект, требующий лечения? Неужели его необычная мягкость в эти дни была связана именно с этим?
— Почему ты не сказал мне прямо? — спросила она.
Дань Фэн помедлил:
— Мы знакомы всего несколько дней. Для тебя я все еще чужак. Я не хотел... проявлять навязчивость.
Он помолчал, затем добавил:
— Поэтому я хотел сначала заслужить твое доверие, а когда наступит подходящий момент, спросить, не позволишь ли ты мне посмотреть.
Цин Тан молчала. Неужели Дань Фэн настолько чуткий? Она считала его лишь расчетливым драконом, который только и думал, как подшутить над ней или заставить учиться. А оказалось, что за этим скрывались столь бережные намерения.
Игроки обычно привыкли манипулировать персонажами, но Дань Фэн «завоевывал» ее в ответ. Повышал уровень расположения, добивался доверия — только ради того, чтобы попытаться вылечить ее глаза. Эта неловкая, но искренняя забота заставила что-то дрогнуть в сердце Цин Тан.
— Дань Фэн!
Она резко вскочила, отбросила пачку талисманов и бросилась к нему в объятия.
Дань Фэн, застигнутый врасплох, замер.
— Ты такой хороший!
Цин Тан уткнулась лицом в его грудь:
— Ты самый-самый любимый человек на свете!
Дань Фэн смотрел на пушистую макушку у себя в объятиях, не зная, как реагировать. Если присмотреться, можно было заметить, что кончики его ушей покраснели так, будто вот-вот пойдет кровь. Его руки повисли в воздухе, не зная, куда деться. Лишь спустя несколько секунд он осторожно опустил их ей на спину.
— ...М-м.
Голос прозвучал едва слышно.
Цин Тан потерлась о него и вдруг почувствовала себя невероятно счастливой. Через некоторое время она отстранилась и снова села на свое место. Дань Фэн уже вернул себе невозмутимый вид, если не считать все еще розовеющих ушей.
— Итак, — тихо спросил он, — можно мне посмотреть?
— Конечно! — легко согласилась Цин Тан.
Дань Фэн приблизился. Снова та же близость. Он протянул руку, и его подушечки пальцев нежно коснулись ее закрытых век. Прикосновение было легким, словно взмах крыла бабочки. Слабое сияние просочилось с его пальцев, проникая в ее глаза.
Цин Тан сидела тихо, не двигаясь. Она чувствовала, как сила циркулирует вокруг ее глазниц, осторожно исследуя их. Прошло много времени, прежде чем Дань Фэн убрал руку. Голос его звучал глухо:
— ...Прости. Я не могу тебя вылечить.
Цин Тан открыла глаза. Они по-прежнему ничего не видели. Она и так это знала — это системное ограничение, заложенное в логику игры, и неигровой персонаж не мог его изменить. Она позволила ему посмотреть только для того, чтобы он убедился в этом сам.
— Ничего страшного, — ответила она легко. — Эти глаза никак не влияют на меня. Без них я все равно вижу этот мир. Другими путями.
Дань Фэн смотрел на нее молча. Наверное, он думал, что она лишь пытается утешить саму себя, скрыть печаль или успокоить его. Видя его выражение лица, Цин Тан вдруг рассмеялась.
— Серьезно, — сказала она. — Я не лгу. Эти глаза для меня как... как...
Она подумала и привела пример:
— Как рога у тебя на лбу. Они всегда там, но ты же не считаешь их дефектом, верно?
Дань Фэн слегка вздрогнул.
— Поэтому, — серьезно добавила Цин Тан, — я ни о чем не жалею. Правда.
Дань Фэн долго молчал. Затем протянул руку и мягко взъерошил ее волосы:
— Хорошо. Я верю тебе.
Цин Тан не стала уворачиваться, хотя ее прическа превратилась в хаос.
За окном лился лунный свет, освещая двоих. Между ними велся тихий разговор, о котором не знала даже луна.
Вскоре Цин Тан утомилась и уснула, прислонившись к столу. Дань Фэн бережно поднял ее на руки и отнес в комнату. Он уложил ее в постель, укрыл одеялом и еще некоторое время сидел рядом, любуясь ее спокойным сном. Глаза ее были закрыты, а ресницы отбрасывали на лицо тонкие тени. Он протянул руку, словно желая коснуться ее, но в последний момент остановился.
— Спокойной ночи, — прошептал он, встал и вышел.
Дверь мягко закрылась. В комнате слышалось лишь размеренное дыхание Цин Тан.
Внутри игры время всегда летит быстро. Цин Тан уже перестала считать, сколько времени провела в этом мире. Она лишь видела, как число «игровых дней» в углу экрана сменилось на «месяцы», а затем и на «годы».
Она открыла панель персонажа:
【Цин Тан】
Статус: Видхарадха (особый)
Состояние: Слепота (заблокировано)
Репутация: Луофу · Знакомая
Знания: История народа Видхарадха Ур. 2, Союз Сяньчжоу Ур. 1, Управление Древним морем Ур. 1...
И длинный список навыков ниже.
Цин Тан довольно кивнула. Знания растут, репутация тоже — отличный прогресс. Самое главное, что она неплохо «вписалась» в здешнее общество. Теперь, когда она гуляла по Чешуйчатому ущелью, местные жители из народа Видхарадха приветствовали ее: «Госпожа Цин Тан», «Доброе утро, госпожа Цин Тан», «Вы сегодня снова к Великому Дракону?».
Сначала ей было неловко, но потом она привыкла. В конце концов, она игрок, разве не положено ей быть уважаемой неигровыми персонажами? Иногда она слышала их тайные перешептывания:
— Какие отношения связывают госпожу Цин Тан и Великого Дракона?
— Не знаю, но он так о ней заботится! В прошлый раз, когда я приносил чай, я видел, как она рисовала на его одежде, а он не только не разозлился, но еще и похвалил ее...
— Ты уверен, что это был Великий Дракон? Его не подменили?
— Я тоже сомневался...
А иногда разговор заходил о ее глазах:
— Она правда ничего не видит? Но она ходит так уверенно, ее никогда не приходится поддерживать.
— Великий Дракон говорил, что она чувствует мир иначе.
— Как же это невероятно...
Слыша подобные разговоры, Цин Тан мысленно кивала. Да, именно так — невероятно. Базовый уровень, обычное дело.
Однажды она открыла свое моделирование, чтобы полюбоваться своей красавицей-героиней, и замерла.
На голове что-то появилось.
Крошечные, спрятанные в светлых волосах, их почти невозможно было заметить, если не приглядываться. Она приблизила экран и всмотрелась.
Два маленьких рожка. Очень тонкие и короткие, цветом чуть темнее волос, похожие на два проклюнувшихся ростка.
Рога дракона?
Цин Тан моргнула. У меня выросли рога?
Она поспешно вскочила и бросилась к Дань Фэну. Последние дни он был очень занят: в кабинете высились горы документов, которые, казалось, никогда не закончатся, да и уходил он часто. Но сегодня ей повезло — он был на месте.
— Дань Фэн!
Цин Тан распахнула дверь и вбежала в комнату. Дань Фэн, что-то подписывающий, поднял голову:
— Что случилось?
Цин Тан молчала. Она лишь приблизилась к его лицу и задрала голову, ожидая, пока он сам все заметит.
Дань Фэн посмотрел на лицо в непосредственной близости от своего и замолчал. Ее внезапное молчание привлекло его внимание. Он слишком хорошо ее знал: обычно она болтала без умолку, а если молчала — значит, что-то стряслось.
Он внимательно осмотрел ее — от бровей до подбородка. Наконец его взгляд остановился на макушке.
— Не двигайся.
Он протянул руку и осторожно отвел в сторону пряди ее волос. Кончики его пальцев коснулись двух крошечных рожек.
Стало щекотно. Цин Тан порывисто дернулась, но сдержалась.
— Что это? — спросила она.
Дань Фэн не сразу ответил. Его пальцы задержались на рожках, ощущая их едва уловимое тепло и текстуру. Наконец он убрал руку и посмотрел на нее:
— Это рога дракона.
Цин Тан моргнула.
— И что? — спросила она. — Что это значит?
— Это значит... — Дань Фэн помолчал, — что ты особенная.
Цин Тан склонила голову, ожидая продолжения.
— У обычных представителей народа Видхарадха в обычном состоянии нет рогов, — голос Дань Фэна был спокойным, но звучал очень серьезно. — Только Великий Дракон при воплощении истинной формы или пробуждении силы обретает рога и хвост.
Глаза Цин Тан загорелись:
— Значит, у меня есть и хвост?
Дань Фэн: «...»
Он беспомощно посмотрел на нее:
— Я хотел сказать, что ты не принадлежишь к числу пяти ныне живущих Великих Драконов, но обладаешь такой формой. Это крайне необычно.
Цин Тан призадумалась:
— Может быть, это из-за *того*?
— Из-за чего?
Она указала на панель персонажа (хотя Дань Фэн ее не видел):
— Сила. У меня внутри есть сила, которая была со мной с момента входа в игру, но я до сих пор не могла ею воспользоваться. — Она вспомнила системное сообщение: — Там сказано, что я «еще не полностью овладела ею».
Дань Фэн замолчал, глядя на нее долгим, задумчивым взглядом. Она знала, что Тао Жань верит в ее способность потягаться с Дань Фэном, а сам он видит в ней потенциал стать Великим Драконом — все это указывало на ту самую неведомую силу.
— Нормально, нормально, — гордо задрала нос Цин Тан. — Игроки — существа, которые не поддаются обычной логике. Базовый уровень, — добавила она с самодовольством.
Дань Фэн посмотрел на ее самодовольный вид, и уголки его губ приподнялись. Затем он произнес фразу, от которой ее выражение лица мгновенно сменилось на унылое:
— Поэтому я считаю, что в твое обучение нужно добавить еще один предмет.
— Какой?
— Боевые искусства.
На следующий день Дань Фэн выделил ей место для тренировок во дворе. Небольшое, но достаточное. Несколько деревянных столбов, свободная площадка и стойка с оружием в углу, где лежали копья разных размеров.
— С учетом того, что ты еще мала, — сказал Дань Фэн, стоя у края площадки, — начнем с упражнений для укрепления тела. Когда подрастешь, начнем полноценную подготовку.
Цин Тан кивнула, глядя на копья. Дань Фэн подошел к стойке, снял самое маленькое копье и протянул ей:
— Попробуй.
Цин Тан взяла копье. Оно было чуть выше ее, но легкое, и в руке лежало удобно.
— Смотри внимательно.
Дань Фэн взял другое копье, встал в центре и начал демонстрацию. Раз, два, три. Движения неспешные, но уверенные. Копье в его руках словно ожило — то стрелой уходило в море, то вспыхивало быстрой тенью. Кончик копья рассекал воздух с тихим свистом.
Цин Тан засмотрелась. Не столько потому, что ее поразила техника (хотя это было впечатляюще), сколько потому, что в правом нижнем углу экрана выскочило системное уведомление:
【Вы изучили «Базовые стойки копья Великого Дракона», способность к пониманию повышена.】
【Изучен навык: Основы владения копьем Ур. 1】
Она замерла, а затем улыбнулась.
Дань Фэн опустил копье и посмотрел на нее:
— Запомнила?
Цин Тан кивнула, подняла свое копье и начала повторять движения — одно за другим. Конечно, у нее не получалось так плавно: движения были скованными, стойки кривыми, и она несколько раз чуть не ткнула себя. Но она училась с большим усердием.
Дань Фэн стоял в стороне и наблюдал. Солнце освещало двор и крошечную фигурку девушки. Она сжимала копье, которое было выше ее самой, и раз за разом повторяла упражнения. Иногда останавливалась, чтобы подумать, и продолжала снова. Неловко, но с душой. Уголки его губ тронула едва заметная улыбка.
— Неплохо, — сказал он.
Цин Тан повернула голову в его сторону и довольно улыбнулась:
— Еще бы! Кто я, по-твоему!
Дань Фэн покачал головой и направился к кабинету. Сделав несколько шагов, он остановился и, не оборачиваясь, бросил:
— Завтра продолжим.
Улыбка Цин Тан застыла.
— А? Завтра тоже?
— Каждый день.
— ...Дань Фэн!
Но он уже скрылся за дверью, оставив ее крики гулять по двору.
Дни тянулись один за другим. Час чтения, час тренировки с копьем. Иногда она тайком сбегала с тренировок, чтобы «исследовать карту» Чешуйчатого ущелья, но каждый раз попадалась Дань Фэну. Иногда он ловил ее сам, иногда посылал стражников.
— Почему ты всегда знаешь, где я? — возмущенно спрашивала она.
Дань Фэн только улыбался и молчал. Позже она узнала, что все дело в колокольчиках. Браслет из колокольчиков, который он ей подарил, звенел при каждом шаге. Куда бы она ни убежала, он всегда слышал ее.
— Подло! — обвинила она его.
Дань Фэн улыбнулся еще шире:
— Умно, — поправил он.
Дни шли своим чередом. Воды Древнего моря в Чешуйчатом ущелье по-прежнему бурлили, а над яйцами видхарадха продолжала звучать колыбельная.
http://bllate.org/book/21827/2260742
Готово:
