Лоб Хэ И уже покрылся тонким слоем испарины, хотя из-за повязки на лбу это было не так заметно. Сначала он опустился из полувоздуха на висящий в пустоте стул, а затем вместе со стулом стал медленно опускаться вниз, что доставляло немало хлопот.
Седьмая сцена, мотор! — наконец дошла очередь до сцены Хэ И. Он быстро приготовился, ожидая, пока страховочные тросы опустят его на стул. Однако на этот раз лебедка сработала слишком резко: его не только не опустили на сиденье, но он еще и сильно ударился коленом, так что от боли даже судорожно втянул воздух.
В чем дело? Ты вообще умеете работать со страховкой?! Вы сегодня все сговорились против меня, что ли? Еще раз, всё сначала! — на этот раз режиссер действительно вышел из себя. Размахивая рупором, он отчитал всех попавшихся на глаза людей, после чего съемки возобновились.
Хэ И ободряюще улыбнулся в сторону Ли Ли, а затем снова приготовился. На этот раз трос опускался очень медленно, и он благополучно приземлился на стул. Затем стул начал плавно опускаться дальше, но прямо в этот момент угодил на большой камень, и сиденье перекосило.
Стоп! Вырежьте момент сразу после приземления, ту сцену переснять! Откуда вообще взялся этот камень? Уберите его, живо уберите!
Лицо Хэ И заметно побледнело. Стоявшая неподалеку Ли Ли подошел к режиссеру и о чем-то с ним заговорил. Режиссер бросил взгляд на Хэ И, затем махнул рукой, велев всем сделать перерыв, а сам, не выпуская из рук рупора, принялся распекать тех, кто сегодня снова облажался.
Добравшись наконец до прохладного местечка для отдыха, Ли Ли подошел и тяжело вздохнул:
Стоит ли оно того? Даже чтобы шутить собственным здоровьем, нужно иметь соответствующий запас прочности.
Хэ И сделал глоток теплой воды и покачал головой:
— Я в порядке. Только что записал?
Записал, записал. Вечером найду толкового монтажера — зуб даю, из тебя сделают образцового стойкого, терпеливого и жизнерадостного маленького ангела, — Ли Ли усмехнулся, но в глубине его глаз читалось чистейшее отчаяние. Наверняка, когда видео выйдет в свет, его снова вызовет на беседу о высоких материях собственный босс.
И с чего это он в свое время ослеп? То, что сидело перед ним сейчас, было вовсе не мягким и беззащитным пушистым ягненком, а настоящим волчонком в овечьей шкуре. Он прекрасно умел разыгрывать карту собственной слабости и ничуть не стеснялся выставлять ее напоказ. Эх, не повезло же его боссу: иметь слишком хороший вкус — значит обрекать свой путь к сердцу возлюбленного на бесконечные тернии.
При этой мысли Ли Ли машинально скосил глаза на Хэ И. Хэ И как раз снял повязку, обнажив бледный, красивый лоб, отчего лицо его казалось необычайно привлекательным. На шее выступили капельки пота, весь он выглядел влажным и донельзя соблазнительным, особенно когда его губы шевелились во время разговора. И хотя кожа его круглый год отличалась болезненной бледностью, казалось, будто на лице у него непрерывно сияет лучик света. Да и эта хрупкая фигурка…
Бац! — Ли Ли со всего маху врезался лбом в раскидистое дерево поблизости, так что на лбу тут же вздулась шишка.
Ты что, с катушек съехал? — моргая, непонимающе уставился на него Хэ И.
Нет, просто на секунду усомнился в смысле собственного бытия, — Ли Ли прикусил кончик языка, мысленно пинками вышвыривая из головы все крамольные мысли, после чего его лицо вновь обрело привычную невозмутимость.
Пойду тебе водички принесу, — бросил он и тут же поспешно ретировался.
Хэ И слегка покачал в руке недопитую бутылку, склонил голову набок и в один присест допил остатки.
В тот же вечер в сети завирусилось еще одно видео с Хэ И. На кадрах видно, как он висит на страховке с мученическим выражением лица, в то время как пожилые актеры всячески тянут время и наотрез отказываются нормально подыгрывать. Кое-как отсняв сцену, съемочная группа снова сталкивается с непредвиденной случайностью, и в финале камера выхватывает самодовольную физиономию Чжан Цзышу, замирая в конце на лице Хэ И.
Хэ И, заметив, что кто-то за ним наблюдает, вскинул руку, показал знак мира и озарил всех широчайшей улыбкой, выглядя при этом донельзя наивно и трогательно.
Стоило этому ролику появиться в сети, как фанаты, только-только утихшие после стычек вокруг Хэ И и Чжан Цзышу, вновь взбеленились. Общественность наперебой принялась гадать: неужели отношения между Хэ И и Чжан Цзышу накалились до предела? Особенно всех взбудоражила та самая промелькнувшая в конце самодовольная ухмылка Чжан Цзышу — неужели он приложил к этому руку?
Вскоре в интернете всплыла целая серия инсайдерских историй о том, как матерые актеры третируют новичков. Выяснилось, что издевательствам со стороны ветеранов подвергался далеко не один Хэ И — через это прошли многие нынешние дебютанты. Поползли даже слухи о некоем новичке, которого старожилы в свое время публично унизили. Эта новость тут же подняла новую волну бурных обсуждений в сети, где пользователи принялись дотошно копаться в информации о прошлых жертвах дедовщины.
Впрочем, раздавались и скептические голоса: почему это имя Хэ И постоянно привязывают к имени Чжан Цзышу ради хайпа? Почти любая новость с участием Хэ И мгновенно взлетает в тренды — уж не задействован ли у него такой мощный бэк-офис, что даже ботофермы работают на его раскрутку?
Однако эти сомнительные голоса быстро потонули в новых волнах сплетен. В конце концов, мы живем в эпоху скандалов, и любопытство присуще каждому, так что на фоне остального все эти сомнения казались уже не столь важными.
А Ли Ли, сливший то видео в сеть, тем же вечером закономерно получил очередной нагоняй от собственного босса. Тот в красках расписал ему его будущие идеалы и саму жизнь, прозрачно намекнув, что если подобное повторится, то отправиться на встречу с Богом он сможет уже прямо сейчас.
Ли Ли оставалось только мысленно взвыть: почему во всех неприятностях и грехах вечно делают крайним именно его?!
Впрочем, не только Ли Ли — в тот вечер звонок от Е Фэнъяня получил и режиссер. Содержание их беседы осталось тайной для всех, однако на следующий день постановщик устроил грандиозный разнос, заявив, что повторения вчерашнего цирка он больше не потерпит: можете играть — играйте, нет — отправляйтесь на выход!
Стоит признать, авторитет режиссера возымел действие: в дальнейшем подобных инцидентов на площадке больше не возникало. Сам Хэ И не имел ничего против и с головой погрузился в образ персонажа по имени Хуа.
Ты говоришь, почему я должен так поступать? — Хэ И сидел в инвалидном кресле, облаченный в черные одежды, укрыв ноги плетем; его растрепанные длинные волосы развевались на ветру, слегка заслоняя глаза.
Слегка подавшись вперед, он с ожесточением процедил сквозь зубы слова, обращенные к поверженному у его ног главному герою:
— Да потому что вы мне противны!
Всю свою жизнь я не верил ни в небеса, ни в судьбу, но всегда находились те, кому везло больше, чем мне. То, чего я тщетно добивался, доставалось вам без малейших усилий. Я завидую! — выражение лица Хэ И одновременно отражало и лукавую усмешку, и глубокую скорбь, из-за чего эта полуулыбка выглядела жутковато.
Хэ И толкнул колеса кресла, подъезжая к главному герою, и мысленно нанес ему удар ладонью в воображении — герой тут же изверг новую порцию крови.
А знаешь что? — Хэ И остановился в шаге от него, склонился и кончиками пальцев приподнял подбородок поверженного соперника, а его лицо исказилось от нескрываемой злобы. — Я завидую вам до безумия, а потому никогда не позволю вам жить спокойно. Никогда!
Сумасшедший… — главный герой сглотнул кровь во рту, в упор глядя на Хэ И. — Конченый сумасшедший!
Стоп! — режиссер поспешно скомандовал остановку, явно оставшись крайне доволен этой сценой. Его отношение к Хэ И заметно потеплело.
Хэ И улыбнулся, поднялся с места, помог Ли Фэну подняться и извинился:
— Прости, по сценарию так нужно.
Ничего страшного. У красивых людей всегда есть привилегии, — Ли Фэн с усмешкой пожал плечами. К удивлению многих, он оказался парнем компанейским и на редкость разговорчивым. У него совершенно не было звездной болезни, более того, они с Хэ И сошлись на удивление легко. А главным связующим звеном между ними стало общее неприятие Чжан Цзышу.
Ли Фэн бросил косой взгляд в сторону Чжан Цзышу и обреченно усмехнулся. Чжан Цзышу играл вторую мужскую роль, так что общих сцен у них было предостаточно. Ли Фэн предпочел бы играть в паре с Хэ И в каждой сцене, лишь бы не пересекаться с Чжан Цзышу. Как бы сказать… уж больно этот парень фальшивый!
На это Хэ И ответил с долей самоиронии:
— Вообще-то я тоже тот еще фальшивкоман.
Это другое. Ты фальшивишь открыто, а он исподтишка. Как отъявленный негодяй и лицемерный ханжа. Мне больше по душе честные мерзавцы, — Ли Фэн отмахнулся рукой, показывая, что это пустяки.
Хэ И на мгновение задумался и мысленно перевел Ли Фэна в категорию приятелей, с которыми можно поддерживать знакомство, но сближаться не стоит.
Хэ И вообще никогда ни с кем не сближался по-настоящему, ведь ему рано или поздно предстояло уйти. Настоящая близость существовала лишь с его любимым — и речь шла не только о душевной связи.
Эй, в сети нас уже шипперят, — вскоре Ли Фэн подошел к Хэ И, демонстрируя экран своего телефона.
Поскольку в последнее время они с Ли Фэном тесно общались и даже выкладывали совместные фото, многие быстро раскусили личность Хэ И. А учитывая, что оба актера были хороши собой, армия фанатов новой пары образовалась в мгновение ока.
Ли Фэн не стал этому препятствовать: подобное шло только на пользу растущей популярности Хэ И и сулило ему сплошные плюсы без единого минуса.
Хэ И бегло просмотрел страницу, обнаружив немало фанфиков. Добравшись до сцен постельного характера, его лицо на секунду приняло странное выражение, но он тут же пролистал их дальше и небрежно бросил:
— Угу.
Кстати, с твоей внешностью — неужели в твоей компании и правда перепутали векторы продвижения? — долистывая чей-то фанфик о темной стороне Хэ И, Ли Фэн внезапно вспомнил об этом.
Хэ И замер на секунду и кивнул:
— Я сам так захотел.
Да ладно? Ни за что бы не поверил, что у тебя такие наклонности. Какой там сильный и милый ангелочек — контраст с реальным человеком просто колоссальный! — изумленно вытаращил глаза Ли Фэн.
Да нет, просто ради одного человека. Думал, вдруг удастся отыскать, — в прошлом мире Хэ И как раз воплощал образ ангела. В этой жизни он актер, и если снова примерить тот же образ, возможно, его получится быстрее найти?
Или же знакомое амплуа подтолкнет кое-кого вспомнить то, что нужно? — с сомнением размышлял Хэ И. После казуса в прошлом мире он уже не решался бросаться к первому встречному. Раз уж тот человек пообещал, что сможет найти его, значит, лучше оставаться на месте и позволить себя отыскать.
Ладно, съемки начинаются, — Хэ И бросил взгляд на Ли Фэна. Режиссер на противоположном конце площадки уже звал всех занимать позиции. Ли Фэн скривился: следующая сцена была у него с Чжан Цзышу, и сниматься в ней ему откровенно не хотелось.
Хэ И же, уткнувшись в телефон, о чем-то глубоко задумался. Лишь спустя какое-то время он пришел в себя и снова с головой погрузился в плотный съемочный график.
Съемки дорамы растянулись ровно на пять месяцев. К моменту окончания проекта Хэ И заметно осунулся, и на его исхудавшем лице персиковые глаза казались просто огромными, придавая ему еще более жалобный вид.
После завершения работы Ли Фэн обменялся с Хэ И контактами, выразив надежду еще не раз поработать вместе.
Вернувшись домой, Хэ И снялся в парочке небольших рекламных роликов, а компания помогла завести официальный аккаунт в соцсетях, ведение которого поручили Ли Ли.
Разобравшись со всеми делами и отдохнув несколько дней, Хэ И выдвинул руководству Компании «Синьюэ» новое требование: он хочет записать музыкальный альбом. Причем песни он напишет сам, выступит режиссером клипов и сыграет в них главные роли.
Стоило этому условию всплыть наружу, как многие лишились дар речи, но Е Фэнъянь все же позволил Хэ И пройти прослушивание, потребовав предварительно принести готовые треки — окончательное решение руководство обещало вынести после их прослушивания.
Хэ И и раньше доводилось примерять амплуа певца в других мирах, так что всеми необходимыми вокальными навыками он владел безупречно. После прослушивания даже профессиональные вокалисты осыпали его похвалами.
Что же до написанных им песен, то в этом деле у Хэ И имелся определенный талант. Он быстро сочинил пять композиций, каждая из которых отражала историю его скитаний по мирам вместе с любимым. Начиная с их первой встречи и заканчивая сегодняшним днем — всего пять миров, пять песен, объединенных в единую сюжетную серию под названиями: Знакомство, Встреча, Постижение, Обретение и Ожидание.
Стоило трекам записаться и лечь на стол руководства, как высокие чины закивали в знак одобрения, дав зеленый свет на выпуск полноценного альбома. Что же до клипов, то их целиком и полностью отдали на откуп Хэ И.
Он не мудрствовал лукаво и просто перенес на экран истории их с возлюбленным скитаний. Каждый сюжет проносился стремительно, подобно бегущей воде, оставляя при этом неизгладимый, глубокий след.
Готовый клип незамедлительно лег на стол Е Фэнъяня. Тот следил за происходящим от первого мира к четвертому, и когда в четвертой новелле Хэ И собственноручно отсек себе крылья и полетел вниз с небес, сердце Е Фэнъяня пропустило болезненный удар.
Я не могу найти тебя, я снова спущу кого-то другого, — в клипе Хэ И уткнулся лицом в грудь стоявшего рядом человека, выражая одновременно обиду и глухое отчаяние.
— Пообещай мне, что найдешь меня в следующем мире…
— …а потом…
Хрусь! — Е Фэнъянь с такой силой сжал ручку в руке, что та переломилась пополам. В груди поднялось незнакомое, щемящее чувство, мгновенно сменившееся волной жгучего раскаяния. Ему безумно захотелось сорваться к Хэ И, заключить этого человека в объятия и наконец произнести вслух заветное признание в любви.
И Е Фэнъянь действительно так поступил. Он вскочил из-за стола, даже не захватив пальто, выбежал на парковку и, вдавив педаль газа в пол, помчался к дому Хэ И.
Апартаменты Хэ И представляли собой двухуровневую квартиру, выделенную компанией. Район был тихим и уединенным, а главное — с высочайшим уровнем безопасности.
Е Фэнъянь беспрепятственно прошел на территорию и принялся нетерпеливо барабанить в дверь. Сам Хэ И в этот момент спал. Едва закончив работу над клипом, он рассчитывал как следует выспаться, поэтому разбудивший его трезвон вовсе не добавил ему хорошего настроения — напротив, проснулась та самая злосчастная утренняя вредность.
Недолго думая, Хэ И схватил подушку, распахнул дверь и швырнул ее прямо в лицо незваному гостю.
— У меня скверный характер спросонья, так что какими бы ни были твои дела, дождись, пока я высплюсь!
Бум! — Хэ И захлопнул дверь перед самым его носом и снова рухнул в постель.
Оставшийся стоять на лестничной площадке Е Фэнъянь машинально поднял голову. Когда Хэ И открыл дверь, на нем была лишь просторная мужская рубашка, едва прикрывавшая ягодицы и обнажающая стройные белые ноги. К тому же верхние пуговицы расстегнулись, открывая взору аккуратные розовые бугорки сосков.
Прижав к груди брошенную подушку, Е Фэнъянь уткнулся в нее лицом. Ему срочно требовалось остыть. Нет, пожалуй, ему сейчас больше помог бы ледяной душ!
Когда Хэ И наконец выспался, за окном уже вовсю царил второй половине дня. Поднявшись с постели, он потер сонные глаза, пытаясь собрать мысли в кучу, и лишь с запозданием вспомнил, что кто-то вроде бы заходил к нему. Тряхнув головой, Хэ И переоделся и первым делом проверил телефон — никаких пропущенных вызовов.
Тогда он неспешно направился в прихожую и приоткрыл входную дверь, искренне полагая, что снаружи уже никого нет. Каково же было его удивление, когда на пороге обнаружился все тот же Е Фэнъянь, по-прежнему прижимающий к груди ту самую подушку.
Хлоп! — рефлекторно захлопнув дверь, Хэ И замер.
Подумав пару секунд, он снова отворил ее, озарив гостя дежурной улыбкой:
— Господин Е?
Я могу войти? — взгляд Е Фэнъяня метался по лицу Хэ И, словно сися вычитать там хоть намек на эмоции — холод или отказ?
К его разочарованию, на лице Хэ И не отразилось ровным счетом ничего. Тот по-прежнему сохранял вежливое выражение и слегка отступил в сторону, пропуская Е Фэнъяня внутрь.
Господин Е, чего-нибудь желаете выпить? — Хэ И подошел к кулеру, набрал стакан простой воды и поставил его на журнальный столик. — Правда, из вариантов у нас пока только обычная вода.
Угу, — отозвался Е Фэнъянь, подхватил стакан и осушил его в один присест.
Хэ И пожал плечами и опустился на диван рядом с ним:
— Так зачем вы меня искали, господин Е?
Е Фэнъянь повернулся к нему, медленно подвигаясь ближе. Заметив, что Хэ И лишь слегка приподнял брови, не выказывая протеста, он осмелел и закинул руку на спинку дивана, еще больше сокращая дистанцию.
Помедлив, Е Фэнъянь тихо заговорил:
— Долгое время я сам не понимал, как к тебе относиться. Но с нашей первой встречи я понял, насколько сильно ты привязан к моему сердцу. Твои видео, твои фотографии — каждую ночь перед сном я пересматривал их, гадая, с каким выражением лица ты снимался в той или иной сцене и о чем думал в тот момент. Знаю, звучит странно, но клянусь, ни к кому другому я никогда не испытывал ничего подобного.
Е Фэнъянь протянул руку и накрыл ладонь Хэ И. Тот попытался высвободить пальцы, но Е Фэнъянь тут же сжал их крепче и медленно приложил к собственному сердцу.
Стоило мне встретить тебя, как моя жизнь обрела смысл. Хэ И, умоляю, дай мне шанс. Всего один шанс, прошу тебя… — в голосе Е Фэнъяня звучало почти отчаяние. Он неотрывно смотрел в лицо Хэ И, боясь упустить малейшую перемену в его мимике.
Хэ И же лишь склонил голову набок, на мгновение погрузившись в задумчивость, после чего снова посмотрел на Е Фэнъяня.
— А, давай позже.
Позже?!
Автор пишет:
Ля-ля-ля, какая сочная и жирная глава получилась!!
Ха-ха-ха-ха! (35| Миф шоу-бизнеса)
В следующую секунду Е Фэнъянь внимательно всмотрелся в выражение лица Хэ И, после чего осторожно коснулся тыльной стороной ладони его щеки. Хэ И с сонным видом потерся о его руку, словно от щекотки, а в его глазах все еще клубился утренний туман.
О боги, Е Фэнъянь едва сдерживал внутренний трепет: лицо, которым он столько раз мог любоваться лишь через холодный экран монитора, теперь можно было по-настоящему касаться кончиками пальцев.
Хэ И? Хэ И? — Е Фэнъянь знал, что после долгого сна человеку требуется какое-то время, чтобы полностью прийти в себя. Судя по всему, из-за слабого здоровья Хэ И проспал слишком долго, и его разум еще не до конца прояснился.
М? Чего тебе? — Хэ И уставился на Е Фэнъяня затуманенным взглядом, который, впрочем, постепенно обретал осмысленность.
От этого взгляда у Е Фэнъяня перехватило дыхание. Хэ И еще не до конца проснулся, к тому же его тело источала слабость — воспользуйся он моментом сейчас, он мог бы сделать всё, что захочется. Но Е Фэнъянь лишь всматривался в его глаза и, помедлив, тихо позвал:
— Хэ И, ты проснулся? Хэ И?
Е Фэнъянь тихонько звал его по имени, замечая, как в глазах напротив постепенно проясняется сознание и та мимолетная нежность тает, словно наваждение.
Господин Е, у вас еще остались вопросы? — заметив, что его рука по-прежнему крепко зажата в чулане ладони и прижата к чужой груди, Хэ И слегка опешил.
Е Фэнъянь замер на секунду, а затем разжал пальцы. Ручка Хэ И была такой крошечной — вероятно, сказывалось слабое здоровье, в ладони она казалась совсем хрупкой. Эта мысль заставила Е Фэнъяня вновь ощутить тревогу за его физическое состояние. Хэ И был донельзя хрупким.
Как твое самочувствие? В последнее время мне казалось, что ты сильно похудел, — Е Фэнъянь окинул взглядом бледное личико Хэ И, порываясь протянуть руку, но вовремя одернул себя, сочтя жест слишком дерзким.
Только что он исчерпал почти весь свой запас смелости. Мысль о том, что Хэ И может произнести отказ, пугала его сильнее, чем удар ножом. И теперь Е Фэнъянь попросту не представлял, как продолжать разговор — кажется, он угодил в классическую ловушку безвыходного положения.
Все в порядке, ты смотрел мой клип? — Хэ И склонил голову, переводя взгляд на Е Фэнъяня.
Стоило вспомнить об этом, как сердце Е Фэнъяня снова забилось в горле, а перед глазами встал тот самый четвертый мир из клипа, едва не толкнувший его на безумный поступок.
Даже от одной мысли о том, как Хэ И был беспомощен перед лицом надвигающейся гибели, его сердце до сих пор пронзала тупая боль.
Хэ И, послушай. Только что ты спал, так что теперь я повторю это со всей серьезностью, — Е Фэнъянь поднялся с дивана, опустился перед Хэ И на одно колено и снова взял его за руку.
http://bllate.org/book/21671/2235838
Готово:
