Маленький феникс выпорхнул из кольца хранения и, загоревшись любопытством, уставился на кувшин с вином, намереваясь клюнуть крышку, чтобы отведать заключённого внутри нектара.
Заметив это, Пэй Юй торопливо прижал кувшин к груди, не позволив маленькому фениксу добиться своего.
После того как Пэй Юй успокоил маленького феникса перед входом в Малую секретную обитель, тот уже полностью восстановил силы. К тому же, проведя с человеком целый год бок о бок в этом потаённом месте, птица заметно сблизилась с юношей.
На самом деле, ещё в Малой секретной обители маленький феникс узнал, что Пэй Юй тайком от Чжун Сибая постигает технику культивации демонов. Однако благодаря уговорам Пэй Юя, а также поддавшись уколам совести, маленький феникс скрыл это и принялся неустанно утешать самого себя: нет ничего страшного в одновременном освоении праведного и демонического путей, лишь бы сердце оставалось чистым. Разве оно само не было духовным зверем? Дела людей и демонов его не касались, так к чему было переживать о пустяках?
С тех пор, видя, что Пэй Юй ведёт себя как обычно, маленький феникс окончательно перестал обращать внимание на его двойную культивацию.
Именно благодаря этому общему секрету его отношения с Пэй Юем стали ещё более близкими.
Поэтому теперь, когда Пэй Юй надежно защитил вино, птица сменила тактику: она больше не пыталась подступиться к добыче с клювом, а вместо этого приблизилась к Пэй Юю и потёрлась головой о его плечо, изо всех сил стараясь угодить.
В обычное время Пэй Юй легко мог бы уступить, но на сей раз его решимость была непоколебима, и он твёрдо произнёс:
— Нет.
Маленький феникс отстранился от Пэй Юя, понурил голову и, моргая большими глазами, посмотрел на юношу с таким видом, будто пытался разжалобить его.
— Сказано же: нельзя, значит нельзя. Это подношение для Учителя, — объяснил Пэй Юй.
Услышав это, маленький феникс понял, что ловить здесь больше нечего.
Прожив с Пэй Юем столь долгое время, птица успела хорошо изучить его нрав: пока дело не касалось Чжун Сибая, всё было открыто для обсуждения, но стоило упомянуть Чжун Сибая — и любые разговоры мгновенно прекращались. Да уж, Пэй Юй действительно обладал железными принципами...
Чжун Сибай только переступил порог, как эти слова долетели до его слуха. Увидев Пэй Юя, он прямо спросил:
— Ученик, что это ты собрался преподнести своему наставнику?
В голосе Чжун Сибая прозвучало лёгкое, едва заметное любопытство...
Пэй Юй невольно замер, увидев перед собой Учителя, но тут же вскочил на ноги, почтительно поклонился и, недолго думая, решил воспользоваться моментом, чтобы тут же преподнести заветный кувшин:
— Ученик сегодня раздобыл прекрасного вина и хочет преподнести его Учителю.
Глаза Чжун Сибая ярко блеснули, однако он тут же завёл руки за спину и с предельно серьёзным видом изрёк:
— Наставник не пьет вино.
— ... — Пэй Юй лишился дар речи.
— Раз Учитель не позволяет пить тебе, то и сам Учитель, разумеется, пить не станет. Иначе как я смогу служить тебе примером? — продолжил Чжун Сибай.
Пэй Юй хранил молчание. Он понятия не имел, как отреагировал бы его Учитель, если бы однажды вспомнил, что сам когда-то напивался в присутствии своих учеников.
— И всё же, раз это дар ученика, проявившего сыновнюю почтительность, Наставник так и быть примет его.
С этими словами Чжун Сибай легко взмахнул рукавом, и кувшин с вином на столе тут же исчез.
Пэй Юй продолжал молчаливо безмолвствовать...
Истинная натура его Учителя была донельзя изменчива: казалось бы, всё лежало на поверхности, но порой поведение наставника оставалось совершенно непостижимым, превращаясь в неразгаданную загадку.
Раз уж Учитель сам завёл речь о личным примере, он точно не станет пить у него на глазах, а значит, план напоить наставника потерпел полный крах.
Хотя было немного досадно, Пэй Юй всё же отбросил эту затею — в конце концов, с самого начала никто не гарантировал успеха. Получилось бы — отлично, а не вышло так не вышло.
— Учитель пожаловал к ученику по какому-то важному делу? — напомнил о себе Пэй Юй.
Главным образом он опасался, что Наставник, увлекшись чем-то посторонним, снова забудет о цели своего визита. Раз такое уже случалось однажды, повторение подобного вовсе не исключалось.
Чжун Сибай странно и выжидающе замолчал на мгновение, прежде чем произнести:
— Ты уже достиг Стадии Закладки Основания, поэтому я хочу поведать тебе о Дао.
Услышав это, Пэй Юй остолбенел. Он явно не понимал, с чего бы Чжун Ситаю рассуждать с ним о Дао — для него, только-только переступившего порог Закладки Основания, это казалось непозволительно далёким.
— Ученик, что это за выражение лица? — глядя на него, спросил Чжун Сибай. — Разве ты не рад послушать наставления о Дао из моих уст?
Пэй Юй опомнился, опустил голову и почтительно ответил:
— Раз Учитель изволит обучать меня Дао, ученик, разумеется, бесконечно рад.
— Хорошо, иди за мной, — бросил Чжун Сибай, подошёл к топчану и присел на него. Развернувшись, он скрестил ноги, затем посмотрел на Пэй Юя и указал на место напротив, жестом приглашая юношу сесть.
Пэй Юй бросил взгляд на неизменно суровое лицо Чжун Сибая, послушно подошёл и опустился на циновку напротив наставника.
Как только Пэй Юй устроился поудобнее, Чжун Сибай начал передавать ему учение о Дао.
Эта передача знаний затянулась больше чем на месяц. Чжун Сибай торопился, словно желая в срочном порядке выплеснуть на Пэй Юя все свои озарения и постижения Дао, накопленные за последние триста лет.
Пэй Юй внимательно слушал слова Учителя и запечатлевал их в своём сердце, но по мере того, как шло время, на душе у него становилось всё тревожнее. Его не покидало смутное предчувствие, будто Учитель собирается отправиться в некие далёкие края, а потому спешит передать ему все плоды своих долгих размышлений.
Когда Чжун Сибай наконец умолк, Пэй Юй посмотрел на него и прямо спросил:
— Учитель, почему вы так спешите?
В глазах Чжун Сибая мелькнуло нечто неопределённое. Опустив взгляд, он принялся аккуратно расправлять манжеты и спокойно ответил:
— С чего бы мне спешить? Просто нахлынуло вдохновение, вот и сказал лишнего.
Сердце Пэй Юя рухнуло вниз. Глядя на мелкие нервные движения наставника, разве мог он не догадаться, что тот скрывает от него нечто важное?
Напоследок Чжун Сибай велел Пэй Юю как следует всё обдумать и покинуть его покои.
Пэй Юй долго сидел неподвижно, погруженный в мрачные мысли, после чего поднялся и направился к задним горам.
— Тц-тц, разве это не мой славный ученик? Какими судьбами решил навестить наставника? — едва появившись, тут же принялся подначивать его Демон.
Пэй Юй, как и прежде, пропустил издёвки мимо ушей, но на этот раз на его лице читалась глубокая тревога:
— Учитель-Демон, известно ли тебе что-нибудь о делах моего наставника?
Демон слегка приподнял брови и, прищурившись, с улыбкой протянул:
— Разумеется, известно. Во всём белом свете не сыщется человека, который знал бы его лучше, чем я.
— Тогда знаешь ли ты, что в последнее время происходит с моим Учителем?
— А вот тут Наставник бессилен помочь, — Демон развёл руками и с показным сожалением вздохнул: — С тех пор как моя истинная сущность достигла Поздней Стадии Преодоления Скорбей, мне стало гораздо труднее заглядывать за завесу и подглядывать за ним, что изрядно прибавило мне одиночества.
В другое время Пэй Юй непременно сосредоточился бы на том факте, что Демон шпионит за его Учителем. Но сейчас мысли юноши были заняты совсем другим, и это позволило ему мгновенно ухватиться за брешь в словах собеседника:
— Раз нельзя делать это часто, значит, иногда всё же удаётся?
Демон с одобрением посмотрел на Пэй Юя:
— Не зря ты мой ученик — ума тебе не занимать.
— Так ты заметил в моём Учителе что-то странное?
Демон слегка кивнул и под пристальным, полным надежды взглядом Пэй Юя неторопливо произнёс:
— Сила моей истинной сущности растёт с каждым днем. Теперь каждый раз, когда я пытаюсь заглянуть к нему, он замечает это мгновенно. Просто сердце кровью обливается.
Пэй Юй тут же испытал горькое разочарование — очевидно, это было совсем не то, что он хотел услышать.
Заметив разочарование на лице юноши, Демон тихонько рассмеялся:
— Именно потому, что культивация моей истинной сущности становится всё мощнее, здесь и кроется подвох.
Пэй Юй замер, а затем, лихорадочно сопоставив факты в голове, побледнел от ужаса.
— Вижу, ты тоже догадался, — Демон остался весьма доволен сообразительностью юноши. Улыбка исчезла с его лица, сменившись беспрецедентной серьёзностью: — Культивация твоего Учителя уже достигла Стадии Преодоления Скорбей, а куда лежит путь выше? Разве не к Вознесению?
— Учитель собирается вознестись... — потерянно прошептал Пэй Юй.
Демон покачал головой:
— Хотя вероятность этого сейчас крайне велика, утверждать наверняка нельзя. Мне нужно лично повидаться с моей истинной сущностью, чтобы во всём разобраться.
Сделав шаг вперед, Пэй Юй в отчаянии схватил Демона за руку и выпалил:
— Так отправляйся же туда немедленно!
— Не спеши, умерь свой пыл, — Демон похлопал его по руке. — Если бы я мог пойти, я бы давно уже отправился. Но сейчас я не справлюсь с ним в бою, при встрече меня ждёт верная смерть, а расставаться с жизнью понапрасну я вовсе не намерен.
— Что же тогда делать?
— Позволь мне вселиться в твоё море сознания — это убережёт меня от обнаружения моей истинной сущностью, — с бесстрастным выражением лица произнёс Демон, глядя на Пэй Юя.
Пэй Юй кивнул и, не колеблясь ни секунды, согласился:
— Давай.
Видя такую решимость, Демон вновь тихо усмехнулся и без лишних слов прямиком устремился в духовные чертоги Пэй Юя.
Юноша почувствовал, как его сознание сотряс мощнейший удар, от которого в голове мгновенно померк свет. Лишь спустя довольно долгое время к нему вернулось самообладание, хотя внешне, казалось, ничего не изменилось.
— Хороший ученик, пойдём. Веди меня к моей истинной сущности.
Глас раздался прямо в его голове. Пэй Юй молча кивнул и со всех ног бросился прочь из внутренних помещений задних гор.
Глава 38.
Пэй Юй не мог ждать ни мгновения дольше и сразу же отправился к пещере Чжун Сибая.
Стоя у входа в обитель, Пэй Юй почтительно поклонился:
— Учитель, ученик просит аудиенции.
— Зачем ты пожаловал? — голос донёсся изнутри ещё до того, как хозяин показался на пороге.
— У ученика возникли кое-какие вопросы по поводу того «Дао», о котором вы рассказывали сегодня, никак не могу разобраться, — первое, что пришло на ум, выпалил Пэй Юй.
— О? — Чжун Сибай наконец вышел из пещеры и, окинув юношу взглядом, спросил: — Что именно тебе непонятно?
Стоило Пэй Юю приоткрыть рот в надежде что-то ответить, как выражение лица Чжун Сибая резко изменилось:
— Подожди-ка. Почему от тебя разит аурой демона?
Чувствуя за собой вину, Пэй Юй поспешно опустил голову, пытаясь скрыть нахлынувшую панику.
Чжун Сибай сделал шаг навстречу. Пэй Юю казалось, что каждый шаг наставника отзывается прямо в его сердце, усиливая и без того жуткую тревогу.
Подойдя вплотную, Чжун Сибай подцепил пальцем его подбородок и пронзительным взглядом впился в межбровье юноши.
Раскрыт!
Разум Пэй Юй охватил полный хаос, мысли спутались в тугой клубок.
Оторвав взгляд от лба юноши, Чжун Сибай опустил глаза на его дрожащие ресницы и приказал глухим голосом:
— Смотри на меня.
Тело Пэй Юя слегка вздрогнуло. Медленно поднимая веки, он встретился взглядом с Чжун Сибаем.
— Ты был у задних гор? — прямо спросил наставник.
Пэй Юй крепко стиснул зубы, не издавая ни звука.
Не дождавшись ответа, Чжун Сибай прищурился, и в его голосе прозвучали суровые нотки:
— Я спрашиваю тебя: ты ходил к задним горным кручам?!
Никогда прежде не видевший наставника столь гневным, Пэй Юй затрепетал всем телом, но по-прежнему упорно хранил молчание.
Глядя на ученика, Чжун Сибай на мгновение словно проявил тень разочарования, а затем разжал пальцы, отпустив его подбородок.
— Есть о чём поговорить — так поговорил бы со мной. Надо же, до чего испугали ребёнка, тц-тц, просто жалко смотреть, — раздался в тишине чарующий, полный демонического очарования голос.
Лицо Пэй Юя моментально побелело: в тот самый миг, когда зазвучал этот голос, он осознал, что попался в ловушку!
Выражение лица Чжун Сибая не изменилось. Сделав пару шагов назад, он устремил взор на межбровье Пэй Юя и холодно бросил:
— Раз уж явился, так выходи.
Демон разразился звонким смехом и материализовался прямо перед Чжун Сибаем.
Два абсолютно одинаковых лица замерли друг напротив друга: одно — воплощение горделивой холодной неприступности, другое — источающее зловещее очарование. Оба они были редчайшими, ослепительными красавцами этого мира.
— Пришёл сам — так зачем же впутывать моего ученика? — укоризненно произнёс Чжун Сибай.
Тихо усмехнувшись, Демон в два шага преодолел разделяющее их расстояние, обхватил Чжун Сибая за талию и прошептал:
— Боялся, что, приди я один, мне захочется уничтожить самого себя. В конце концов, я — единственный изъян в твоей безупречной жизни.
— Убери руки, — безмятежно глядя на двойника, потребовал Чжун Сибай.
В глазах Демона плясали весёлые искры, но он упрямо покачал головой:
— Не уберу.
Наблюдая за этой сценой, Пэй Юй почувствовал, как в груди поднимается липкое чувство странного отторжения.
— Если бы ты смирно отсиживался у задних гор, я ещё планировал оставить тебя в покое, но раз ты сам вылез наружу, в живых останется только кто-то один из нас, — сказал Чжун Сибай.
Дотронувшись до бровей и глаз наставника, Демон нежно прошептал:
— К чему тебе вечно эта кровожадность? Разве мы не можем жить в мире?
— С самого дня твоего рождения наше противостояние было предопределено! Праведность и демонический путь несовместимы!
Рука Демона скользнула с бровей вниз, очертила щеку Чжун Сибая и замерла на его подбородке. Слегка приподняв его лицо, он провёл большим пальцем по губам наставника и, глядя прямо в его глаза, с улыбкой бросил:
— Что ж, тогда твой собственный ученик тоже ступил на демонический путь. И что ты собираешься с ним делать?
Услышав это, Чжун Сибай умолк.
— Видишь? Я так и знал, что рука у тебя не поднимется на твоего драгоценного ученика, — с торжеством протянул Демон.
Только теперь Пэй Юй до конца осознал, что угодил в капкан с самого начала! Из-за бушевавших в душе бурных эмоций из его тела неконтролируемо повалили клубы демонической ци.
Бросив на ученика мимолётный взгляд, Чжун Сибай заговорил ещё более тяжёлым, низким тоном:
— Со своим учеником я разберусь сам, без твоих советов обойдёмся.
— С чего бы? Раз он твой ученик, то он и мой ученик тоже. Как же я могу оставаться в стороне? К тому же, его демоническую технику передал ему я, — ехидно протянул Демон.
— Тебе не следовало его трогать.
— Разумеется, цель была вовсе не в нём. Я хотел задеть тебя — кто велел тебе быть столь жестокосердным, заточить меня у задних гор и ни разу не навестить? Раз уж подвернулся тот, кто способен задеть тебя за живое, я просто обязан был воспользоваться этим, разве не так?
Чжун Сибай едва заметно вздохнул и закрыл глаза.
— Значит, мне вовсе не следовало брать учеников...
Улыбка на лице Демона стала ещё глубже. Он подался вперед и накрыл губы Чжун Сибая поцелуем.
Чжун Сибай резко распахнул глаза и уставился на Демона, не проявляя ни малейшей ответной реакции — даже в этот момент от него исходила всё та же ледяная неприступность.
Пэй Юй был потрясён до глубины души. Все странности в поведении Демона, замеченные им ранее, наконец обрели объяснение. Он никак не ожидал, что простое внешнее воплощение может питать к своей истинной сущности столь глубокие чувства!
Вспыхнув от гнева, Пэй Юй взревел, обращаясь к Демону:
— Оставь Учителя!
В тот же миг юноша рухнул на землю, судорожно схватившись за раскалывающуюся от боли голову. Его горло исторгло пронзительный, разрывающий душу крик, а из тела во все стороны поползли зловещие нити демонической ци.
Демон, всё еще целуя губы Чжун Сибая, скосил глаза на корчившегося на земле Пэй Юя и презрительно фыркнул:
— Ничтожные амбиции.
Взгляд, которым Чжун Сибай одарил Демона, казался острым клинком, готовым насквозь пронзить противника.
На мгновение замешкавшись, Демон неохотно оторвался от губ наставника и с тенью наигранной обиды произнес:
— Ревную. Ты так переживаешь за него.
— Убери своё духовное сознание из разума моего ученика, — потребовал Чжун Сибай.
— И не подумай. Он — моя единственная страховка. Неужели ты думаешь, что я добровольно расстанусь с ней?
С этими словами Демон шумно вздохнул:
— Вообще-то, если бы ты не был со мной столь суров, мне бы и в голову не пришло искать подобную страховку. Но раз уж всё сложилось именно так, у меня нет выбора... Пришлось пойти на крайние меры, чтобы увидеться с тобой.
Боль немного утихла. Обессиленный Пэй Юй лежал на земле, беззвучно роняя слёзы. Мнящий себя умником, он всё же попался в ловушку, доверившись тому, кому не следовало, и теперь из-за него Учитель оказался не в силах противостоять Демону. До чего же он бесполезен!
Пэй Юй даже не заметил, как аура демона вокруг него стала еще гуще и темнее.
— Чего ты добиваешься? — глядя на двойника, спросил Чжун Сибай.
— Я хочу, чтобы у тебя был только я, — прильнув к груди Чжун Сибая, Демон потёрся щекой о его плечо. — Мы с тобой самые близкие существа, нам не нужен никто третий. Я знаю, что тебе жаль его, именно поэтому я и толкнул его на путь демонов. Теперь он больше не принадлежит к твоему пресловутому праведному пути — изринь его из секты.
Услышав это, Пэй Юй широко распахнул глаза. Он смотрел на Демона полным жгучей ненависти взглядом, готовым разорвать обидчика на куски.
Демону было глубоко плевать на ярость юноши — станет ли кто-нибудь обращать внимание на муравья под своими ногами?
— Хорошо, — кивнул Чжун Сибай.
Тело Пэй Юя мгновенно оцепенело. Он с неверием уставился на Учителя.
А Чжун Сибай меж тем продолжил:
— Раз он ступил на путь демонов, он больше не мой ученик.
Взгляд Пэй Юя померк. Он никак не ожидал от Учителя столь безжалостного решения, но мог ли он винить наставника? В конце концов, именно его собственные неуместные тайные желания открыли дверь демонам.
Довольный Демон снова потёрся о плечо Чжун Сибая, явно ликуя.
— Раз он больше не мой ученик, не пора ли нам с тобой свести старые счёты? — холодно бросил Чжун Сибай, глядя на двойника.
Демон приподнял голову:
— Неужели ты думаешь отделаться одними словами?
— Чего же ты хочешь?
— Уничтожь его духовные корни. Уничтожь технику, которую ты сам передал ему.
Чжун Сибай хранил молчаливое безмолвие.
Прищурившись, Демон уточнил:
— Не желаешь?
Наставник не шевельнулся, судя по всему, он всё ещё не мог проявить жестокость к Пэй Юю.
Заметив это, Пэй Юй вновь воспрянул духом: его Учитель не был к нему равнодушен!
Почти сразу же заметив оживление на лице юноши, Демон счёл его взгляд слишком раздражающим и двусмысленно произнёс, обращаясь к Чжун Сибаю:
— Ты так дорожишь этим учеником, а знаешь ли ты вообще, что этот сопляк на самом деле думает о тебе?
Зрачки Пэй Юя сузились, и он исступленно рявкнул:
— Замолчи!
Демон действительно замолчал, как того требовал Пэй Юй, больше не произнося ни слова. Однако смысл, застывший в его глазах, был более чем очевиден.
Пэй Юй понял его без слов. Охваченный жгучей тоской, он с трудом поднялся на ноги, рухнул на колени и промолвил:
— Ученик молит Учителя уничтожить мои духовные корни и изгнать меня из секты.
Чжун Сибай молчал.
— Он сам обо всём просит, а ты всё ещё жалеешь его? Пожалуй, мне всё же придётся выложить тебе всю правду о том, что он замышлял — тогда-то ты сможешь расправиться с ним без малейших колебаний...
— Ученик молит Учителя разрушить мои духовные корни и изгнать меня из секты! — твёрдый, звенящий голос Пэй Юя заглушил Демона.
Демон с хитрой, лукавой улыбкой перевёл взгляд на юношу.
Сейчас мысли Чжун Сибая были целиком сосредоточены на коленях перед ним. Глядя на Пэй Юя, наставник спросил:
— Ты уверен? Стоит оборвать духовные корни, и наша связь учителя и ученика навсегда прервётся.
Пэй Юй ответил:
— Ученик уверен. Это я оказался неблагодарным и не оправдал ваших надежд, Учитель.
Чжун Сибай ещё некоторое время молча стоял над ним, но в конце концов сделал шаг вперёд. Подойдя к Пэй Юю, он опустился на колени и бережно огладил голову юноши:
— Ты предал вовсе не меня. Ты предал самого себя.
Пэй Юй закрыл глаза:
— У ученика оказались слишком широкие аппетиты, он посмел возжелать то, что ему не принадлежит.
Чжун Сибай легко вздохнул:
— Знал бы ты, чем всё обернётся, ни за что не стал бы...
В следующее мгновение Пэй Юй почувствовал, как его тело пронзила острая, невыносимая боль. Словно не в силах вынести вид его мучений, Чжун Сибай широко распахнул руки, прижал юношу к груди и успокаивающе произнёс:
— Потерпи немного, скоро всё закончится.
http://bllate.org/book/21650/2234299
Готово:
