Потоки крови и демонической энергии, бушевавшие слишком бурно, ударили ей в голову, и теперь вместо Бай Лухана и Ци Шуана она видела перед собой лишь Тяньиня и Фэн Инь.
Она взмахнула обоими рукавами, бледные пальцы согнулись в когти, целясь прямо в горло Ци Шуана!
Бай Лухан резко развернулся, прикрывая Ци Шуана собой. Вскинув меч, он отбил удар демонической наложницы, а его взгляд заледенел. В голове молниеносно проносились мысли о том, как бы раз и навсегда покончить с этой безумной каргой. Она была слишком опасна, да еще и положила глаз на его младшего ученика!
Пока она жива, Ци Шуану не видать спокойной жизни.
Пока Зал Кровавого Сердца не искоренен, бедствий не миновать. Но какими же средствами этого добиться?
***
Пока Мастер Цинфэн сражался с Демонической наложницей Сюэ У, Лю Лянь тоже пытался облегчить его ношу. Опоясанный искуснейшей техникой легкости, он словно ветер метался среди толпы, и люди из Зала Кровавого Сердца не могли даже задеть полу его одежды. Все заклинания, направленные на него, сбивались с пути и попадали в своих же. А поскольку приверженцы секты демонов не щадили сил, со всех сторон один за другим неслись крики ужаса и боли.
Применив навык Отклонение потока энергии, Лю Лянь поначалу счел его бесполезным хламом, однако теперь, в деле, эффект превзошел все ожидания.
Сюжет опять пошел по шרהте, тьфу ты... — ехидно протянула система. — Вообще-то босса должен был бить главный герой. Номер Пять, наверное, сейчас лопнет от злости, хи-хи.
Но ведь боссом должен был быть не этот персонаж... А демон И Си, потрясающе красивый злодей. — Система почесала в затылке. — А теперь он превратился в мертвеца, который существует лишь на бумаге в описании мира.
Лю Лянь со спокойным видом наступил на голову какому-то развратно-красивому мужику и, оттолкнувшись, взмыл в воздух: — Всё равно сюжет искорежен до неузнаваемости, лучше думай, как ее прикончить.
Система уставилась в пустоту остекленевшими глазами, принимаясь искать данные в базе, и тут же выдала результат: — Огненное озеро в недрах Горы Леянь. Даже бессмертный, упав туда, превратится в кусок жареного мяса. Можно запросто соорудить какую-нибудь формацию и разнести этих злодеев в пух и прах.
Но то, до чего додумались мы, Наставник наверняка сообразил и сам, он умнее меня. — Система примостилась на плече у Лю Ляня. — Нам нужно лишь следовать за ним и прикрывать от ударов исподтишка...
Пока баклан и ракушка бьются, рыбак получает всю добычу. Независимо от того, кто из них выживет, после стольких часов истощения они неизбежно падут духом и силами. Убить двух верховных мастеров за один раз — это сделка с баснословной прибылью.
Бормоча всё это себе под нос, система совершенно не замечала устремленного на нее жгучего взгляда.
***
Опустив острие меча, Бай Лухан окружил себя аурой холода радиусом в десять чжанов, превращая мягкую землю в промерзшие каменные глыбы. Сражаясь и отступая, он постепенно уводил наложницу подальше от Горы Сюаньцан.
Хотя Ци Шуан крутился неподалеку, сам он особо не переживал. Жизнь его младшего ученика была связана с его собственной — они разделят и жизнь, и смерть. Даже если враги и нанесут удар по нему, урон перенаправится на самого Бай Лухана, так что он останется цел и невредим.
Бормоча под нос имя Тяньинь и безумно преследуя Бай Лухана, наложница сама не заметила, как поддалась на его уловку. Бай Лухан взмыл на мече прямо в небеса, и разъяренная наложница устремилась следом. Как только они удалились, глава секты решительно отдал приказ о преследовании, лично отправляясь на бой с таинственным человеком из паланкина демоницы.
Ци Шуан молнией сорвался с места: Бай Лухан летел в небесах, а он бежал по земле. Скорость Таинства Пустоты в Лунном Свете на пределе возможностей почти не уступала летящему мечу. Белая тень непрерывно мелькала по вершинам деревьев, словно расправляющий крылья журавль.
Обе стороны сошлись в ожесточенной схватке, но Король Зверей, только что проявивший чудесы мощи на заднихгорьях, на этот раз решил отлынивать от работы. Юнь Сижань не стал его подгонять и предпочел действовать самостоятельно. Король Зверей поднял взгляд на удаляющегося Бай Лухана, и его глаза помрачнели. Он резко схватил Юнь Сижаня за плечо и рявкнул: — Идем!
Он не мог позволить Мастеру Цинфэну убить наложницу — это должно стать триумфом Юнь Сижаня!
Впрочем, он и сам не знал, кто сильнее — наложница или демон И Си... Как бы то ни было, он сделает всё возможное, чтобы помочь Юнь Сижаню.
Никто не смеет отнять заслуги, принадлежащие главному герою!
И Си прислонился к стволу дерева, даже не подняв век. Он чувствовал, что зефирка удаляется от него всё дальше и дальше, но та от начала и до конца не обратила на него ни малейшего внимания!
В глазах этой твари существовал лишь ее Хозяин, а он тогда кто такой?
Даже когда она была крошечной, она не любила ластиться к нему, а стоило ей услышать, что он поблизости, как она тут же сбегала. И Си не понимал, откуда в ней это отвращение, но чем сильнее она сторонилась его, тем больше ему хотелось ее схватить.
Идиот. Чем я хуже? — выругался И Си, заметив идущего с мечом главу секты Сюаньцан.
Тот скривился, словно увидел какую-то гадость, и, взмахнув рукавом, бросил: — Мне лезть в ваши дела недосуг, но и ты мне не мешай!
С этими словами он растворился в воздухе, а меч главы секты рассек пустоту в каких-то дюймах от того места, где он только что стоял.
***
Гора Леянь — место погребения древнего Бога Огня. Согласно легендам, кровь, пролитая божеством, собралась здесь, образовав огненное озеро, способное испепелить всё сущее; угодить туда означало навеки лишиться души и тела. Прежние мудрецы установили здесь запреты, дабы никто не забрёл сюда случайно. Однако они могли остановить лишь обычных людей, но никак не тех, кто сошлся насмерть в битве не на жизнь, а на смерть.
Потому фраза имеешь смелость — пошли драться на Огненное озеро стала расхожим ругательством. На деле же тех, кто действительно решался сражаться у озера, можно было пересчитать по пальцам.
Внутри эта гора пылала жаром, зато снаружи ее веками укрывали снега. Фигура, окруженная бушующим вихрем, пронеслась над вершиной, поднимая тучи снежных хлопьев.
Бай Лухан с размаху влетел в пещеру и заскользил по извилистым ходам. Наложница неотступно следовала за ним по пятам; заметив преграждающие путь причудливые сталагмиты, она в бешенстве взмахнула локтем, разбив их в щебень, и драгоценный каменный сок ручьями полился на землю.
Чем глубже они уходили, тем невыносимее становился жар, и сам воздух казался наэлектризованным. От едкого запаха, источаемого гневом божества, горевшим на протяжении мириадов лет, становилось тяжело дышать.
Вылетев из пещеры, они оказались перед багровым заревом: насколько хватало глаз, вокруг бушевали языки пламени и раскаленная до красно-золотого цвета лава.
Здесь даже Бай Лухану приходилось действовать с осторожностью. В самом центре озера парил духовный шар — глаз Бога Огня. Стоило лишь завладеть им, как можно было обратить подземный огонь этого озера себе на пользу: перед лицом такой силы боги и Будды пали бы ниц!
Разумеется, за использование божественного артефакта приходилось платить: глаз Бога Огня вытягивал из владельца все до капли духовные силы. Обладай кто-то поверхностной базой культивации, от одного прикосновения к нему его тело разорвало бы на части, не говоря уж о том, чтобы совладать с ним.
План Бай Лухана заключался в том, чтобы задействовать Око Бога Огня, в один миг уничтожить наложницу и навсегда избавиться от угрозы. Кем бы она ни была — порождением запретных искусств или воскресшим мертвецом, — на сей раз ей не выпадет шанса вредить людям!
В те дни Старец Тяньинь затаил в сердце вину и не уничтожил наложницу, надеясь подарить ей шанс на перерождение в новой жизни, поэтому он предпочел убить ее не здесь, а на Великой Снежной Равнине, исполнив и ее желание умереть от его руки.
Но он, Бай Лухан — не Старец Тяньинь. Наложница поднялась из Желтых Источников, чтобы вновь навлечь на мир кровавую бойню. Нельзя позволить ей угрожать жизни Ци Шуана.
Все угрозы должны быть стерты с лица земли!
Бай Лухан взмахнул рукавом, поднимая мощную волну ци, и отразил мощнейшую атаку наложницы.
Тяньинь, Тяньинь! — в глазах наложницы заблестели слезы.
Бай Лухан произнес: — Я не он.
Резко взмахнув мечом, он очертил острием ослепительную полосу света: — Когда-то давно мой Наставник сохранил твою душу целой и невредимой, но он вряд ли предвидел сегодняшний день... Демоническая наложница, в этом мире больше нет Тяньиня, и тебе не место среди живых.
Ты — он! Ты и есть он! — глаза наложницы покраснели. — Почему ты не захотел взять меня в жены? Почему ты разлюбил меня... Чем хороша эта дешевка!
Она вдруг исступленно заверещала: — Тяньинь! Позволь мне сожрать тебя! Мы, мы больше никогда не расстанемся!
Бай Лухан оставил попытки вразумить ее. По правде говоря, он даже испытывал к наложнице каплю жалости — она была лишь несчастной женщиной, которой не досталось любви.
Тягостную тайну прошлого он знал... Старец Тяньинь и наложница когда-то были возлюбленными детских лет. Он повидал просторы необъятного мира и поклялся покорить его, прославить свое имя, а затем вернуться и взять ее в жены. Кто же знал, что в смутные времена судьба покачнется, и хрупкую наложницу похитят адепты темных искусств, обрекая на невыносимые страдания. Хоть Тяньинь и спас ее, но рядом с ним уже давно находилась другая непревзойденная красавица. Прежние клятвы превратились в пустой звук, как же ей было не ненавидеть его?
После этого последовало возвышение Зала Кровавого Сердца, и имя наложницы загремело на весь свет. Из смертной красавицы с нежным лицом она превратилась в вечно юную демонессу.
Чем сильнее любовь, тем яростнее ненависть.
Старец Тяньинь в конце концов так и не остался с Фэн Инь. Предав обеих женщин за свою жизнь, он угас в тоске.
Если бы и Ци Шуан увлекся кем-то другим, он, пожалуй, сошел бы с ума еще сильнее наложницы. В периоды буйства Демона сердца он не раз всерьез подумывал о том, чтобы растерзать плоть Ци Шуана и выпить его кровь.
Нет, не надо думать об этом... Ци Шуан не покинет его.
Успокоив разум, Бай Лухан тихо заговорил. Его голос прозвучал ниже и глубже обычного — это был голос его наставника, Старца Тяньиня: — Юаньло... Тебе не следовало приходить сюда. Возвращайся, и больше не позволяй никому использовать себя!
Наложница всем телом задрожала.
Вернуться? — она закусила палец, и по щекам покатились градины слез.
Домой... — мягко произнес Бай Лухан.
В глазах наложницы человек, которого она безумно любила, распахнул ей навстречу объятия — такой красивый и ласковый.
Стоило сделать лишь один шаг, и она обрела бы желанную любовь.
На ее нежном, бледном лице расцвела сладкая улыбка, и она медленно шагнула к Бай Лухану.
Иди ко мне... — тихо позвал Бай Лухан. Под его ногами бушевало пламя огненного озера, а багрово-золотая лава катилась валом. Очень скоро душа и тело наложницы будут уничтожены дотла.
***
Преследуя их по пятам, Ци Шуан добрался до Горы Леянь и вслед за ними вошел в пещеру. Снаружи приходилось кутаться в меховой плащ, спасаясь от холода, но стоило переступить порог, как в лицо пахнуло невыносимым жаром. Сбросив накидку и яростно утирая пот со лба, он выпустил духовную бумажку на поиски Бай Лухана. Ему были доступны лишь простейшие поисковые талисманы, однако духовная ци Бай Лухана была настолько мощной, что даже обычная бумага улавливала ее, если он не скрывал свое присутствие намеренно.
Достав покрытый тонким инеем нефритовый кулон, он прижал его к груди, спасаясь от палящего подземного зноя.
Из-за подземного озера и пропитанной божественной силой за мириады лет почвы вся живность на Горе Леянь обладала огненной стихией, а преобладающие красные оттенки отлично маскировали их среди багрового песка и камней.
По пути Ци Шуану то и дело попадались огненные ящерицы, выскакивавшие из зарослей камней; кончики их хвостов еще искрились пламенем. С сводов пещеры свисали маленькие темно-красные летучие мыши, которые, завидев чужеродного зверя, поспешно прикрывали глаза перепончатыми крыльями.
Вслед за Ци Шуаном в пещеру явился и Юнь Сижань с Королем Зверей. Он убрал парящий меч, собираясь войти, но Король Зверей придержал его, знаком призывая подождать.
Ауры Мастера Цинфэна и наложницы все еще оставались слишком сильными, казалось, ни одна из сторон пока не понесела потерь... Неужели они не сошлись в бою?
Поразмыслив немного, он все же решил войти и взглянуть на всё своими глазами.
Я помогу тебе, — объяснил Король Зверей Юнь Сижаню. — Действуй без сомнений. (Конечно, было бы еще лучше прикончить заодно и Мастера Цинфэна).
Они двинулись вперед по оставленному на земле следу холода, даже не подозревая, что позади них кто-то идет.
И Си на ходу откинул назад пряди длинных волос, и на его запястье зазвенели золотые украшения. Он не спешил входить внутрь, поскольку драка еще не началась. Вот когда она завяжется, тогда и удастся в суматохе утащить Гулу.
У берегов огненного озера Бай Лухан пытался заманить наложницу в ловушку, используя ее любовь к Старцу Тяньиню, как вдруг, когда она уже почти ступила в озеро, невыносимый жар на мгновение вернул ей рассудок!
В груди Бай Лухана похолодело, и он мгновенно отскочил назад.
Наложница опустила взгляд на стоявшего перед ней холодного чужака, а затем перевела его на бурлящую лавой гладь озера неподалеку.
Хорошо же, хорошо! — захлопала она в ладоши, и ее пронзительный смех едва не проткнул им барабанные перепонки. — Под стать своему учителю! Такой же жестокий!
Жаль... тебе меня не убить! — смех наложницы оборвался. Она взмахнула рукавами, обнажая тонкие белые руки, а ее змеиный, полный соблазна взгляд впился в Бай Лухана.
Бай Лухан оставался непреклонным: — Какая жалость. Раз уж ты обратилась в прах, зачем было выползать из Желтых Источников?
Сто лет назад ты погибла от этого меча, так что мешает умереть вновь сегодня?
В сияющем лезвии отразились его суровые, ледяные брови.
Они вновь сошлись в яростной схватке, и наложница, заметив Око Бога Огня над озером, вознамерилась завладеть им. Однако меч Бай Лухана неотступно следовал за ней по пятам, не оставляя ни малейшего шанса.
Когда подоспели Юнь Сижань и остальные, Бай Лухан взмахнул широким рукавом и одним ударом отсек наложнице левую руку!
Эта изящная белая рука взлетела высоко вверх, с обрубка сорвались капли крови, и она стремительно рухнула в огонь, мгновенно обратившись в пепел.
Лицо наложницы побледнело, а холод от Чжэньюэ мгновенно сковал ее рану бледно-голубой ледяной корочкой, не давая плоти восстановиться.
Пронизывающий холод пробудил в памяти боль от пронзившего ее сто лет назад меча Тяньиня. Разница была лишь в том, что Тяньинь даровал ей избавление, в то время как Бай Лухан отправлял ее прямиком в ад!
Правой рукой наложница схватилась за культю левого плеча и яростно содрала мелкие осколки льда. Новая рука тут же начала стремительно отрастать.
Погладив только что появившуюся руку, она одарила Бай Лухана демонической улыбкой.
Я разорву тебя пополам, — произнесла она.
Надменность, — в глазах Бай Лухана закружились хлопья снега.
В этот момент Король Зверей начал поглощать силу пламени внутри пещеры, и его глаза постепенно покраснели. Обратившись к Юнь Сижаню, он бросил: — Пора. Освободи меня. Столкни ее в озеро.
Юнь Сижань закрыл глаза.
Алый дракон с грохотом взметнулся ввысь, но в этот раз он обрел плоть и чешую, вот только три его глаза по-прежнему горели мертвенно-белым пламенем.
Наставник, я иду на помощь! — Юнь Сижань взлетел в воздух на мече.
Пылающий дракон с ревом бросился на наложницу, пытаясь пронзить ее тело парой темно-красных острых рогов.
В бешенстве наложница взмахнула рукой и сорвала с дракона огромный кусок чешуи.
Словно молния, она появилась за спиной Юнь Сижаня и прошипела ледяным голосом: — Смертники!
Алые пальцы уже занеслись для того, чтобы пробить спину Юнь Сижаня и вырвать его сердце, но Бай Лухан рассек воздух мечом, в самый последний момент сбривая ей ногти. Оттолкнувшись от удара, наложница взмыла высоко в небо.
Зачем ты явился сюда? — с укором бросил Бай Лухан. — Разве тебе по силам вмешиваться в это? Убирайся прочь!
Никому не уйти живым! — пронзительно завопила наложница.
Легким движением руки Бай Лухан отбросил Юнь Сижаня на землю потоком мягкой ци.
Пылающий дракон продолжал отчаянно пытаться столкнуть наложницу в озеро, но Бай Лухан заметил, что, судя по всему, эта тварь намерена захватить с собой и его самого.
Его взгляд помрачнел: он не понимал, делается ли это намеренно или случайно.
Сделав сальто, наложница наступила на голову дракону и высоко взмыла вверх, устремляясь прямо к Оку Бога Огня.
Дело плохо, промелькнуло в голове у Бай Лухана — нельзя позволить ей заполучить Око Бога Огня! В то, что эта безжалостная женщина способна взорвать огненное озеро, он верил безоговорочно!
Однако чья-то фигура оказалась проворнее: в тот самый миг, когда наложница едва коснулась пальцами жемчужины, откуда-то сбоку протянулась рука и наотмашь схватила духовный шар.
Заполучив Око Бога Огня, Ци Шуан со скоростью молнии сорвался с места, оставляя в воздухе искаженные остаточные силуэты. Тяжело дыша, он приземлился на землю и ухмыльнулся: — Хе-хе. Мое.
Бай Лухан в гневе вскричал: — Шуанэр! Как ты здесь оказался! Что за глупости! Живо убирайся отсюда!
Твоя рука... — изумленно выдохнул Юнь Сижань. К таким вещам, как Око Бога Огня, даже он не смел прикасаться. У смертного без культивации этот шар превратил бы руки в уголья. А Ци Шуан мало того что взял его, так еще и остался невредим?
Ци Шуан протянул ему раскрытую ладони, на гладкой белой коже которой едва заметно мерцал тончайший слой инея.
Завладеть Оком Бога Огня означало выиграть половину битвы... Но как им пользоваться?
Он принялся разглядывать шар, в то время как зефирка на его плече принялась озабоченно пищать.
Сдавайся! — бросил Ци Шуан наложнице.
Бай Лухан опустился рядом с ним на землю и сурово отчитал: — Смелости тебе не занимать.
Ци Шуан втянул голову в плечи, рефлекторно прикрывая уши ладонями, чтобы Бай Лухан не оттаскал его за них.
Ах ты... — Бай Лухан ничего не мог с ним поделать и лишь потрепал по голове.
Наложница застыла со странным выражением лица. Не произнеся ни слова, она медленно раскинула руки.
Раз уж вы все умрете со мной... — выплюнула она, и ее тело пропиталось кровавым туманом.
Парящая в воздухе женщина плавно закружилась в танце.
В такт ее причудливым движениям лава в озере забурлила с новой силой, и языки пламени взметнулись ввысь.
Шар в руке Ци Шуана внезапно раскалился, став горячим, словно кусок раскаленного железа. Он поспешно разжал пальцы, и Око Бога Огня со звонким стуком покатилось по земле, мгновенно вспыхнув бушующим пламенем!
Цвет этого огня разительно отличался от лавы в озере — он отливал багрово-бурым оттенком засохшей крови.
Огромная свирепая тень проекцией легла на каменную стену, и прямо из воздуха раздался хриплый, режущий слух голос: — Земные букашки, пожертвовавшие мне свои жизни, какой награды вы желаете?
Наложница с ног до головы пропиталась кровью, ее жизненные силы истощались. Ласковым голосом она проговорила: — Я хочу лишь, чтобы эти люди обратились в пепел вместе со мной. Раз ей не суждено познать счастье, то с какой стати оно должно достаться остальным?
То, как Бай Лухан и Ци Шуан стояли плечом к плечу, ранило ее сердце так, что на нем не осталось живого места.
Призрак окинул ее взглядом: — Твоя ненависть прекрасна...
Взгляд Бай Лухана похолодел: он мгновенно высвободил девять десятей своей духовной энергии, возводя нерушимую защитную формацию. Эта ци замерзала ледяными глыбами даже в раскаленном воздухе.
Побледнев лицом, Король Зверей понял, что ситуация вышла из-под контроля. Ни Мастер Цинфэн, ни наложница были еще живы, а они умудрились пробудить остаток души Бога Огня!
В мире, где духовные жилы почти исчерпаны, божественная мощь — пусть даже и усеченная — была абсолютно непреодолима для смертных!
Что делать... Во всем виноват этот проклятый сюжет!
Скрипя зубами, он приготовился увести Юнь Сижаня. Но тот не сдвинулся с места, лишь молча вытащил меч и шагнул вперед.
Бай Лухан остановил его: — Не нужно. Сиэр, уводи Шуана.
Обернувшись, он мягко улыбнулся, и во взгляде, устремленном на Ци Шуана, плескалась безграничная нежность.
В следующей жизни Наставник надеется встретить тебя много раньше...
Ци Шуан едва не схватился за голову — его терпение лопнуло окончательно.
Он оттолкнул Бай Лухана назад: — Чем старше, тем глупее, какая еще следующая жизнь, ты в этой еще не дожил до конца, что ты несешь!
Закатав рукава и обнажив нежно-белые руки, Ци Шуан размял пальцы и оскалил в улыбке ряд аккуратных зубов, глядя на Бай Лухана: — Смотри внимательно на то, как твой ученик вершит великие дела и втаптывает злодеев в грязь!
Зефирка на его плече согласно пискнула, отчаянно размахивая парочкой мягких ручек.
И Си, укрывшийся в глубине пещеры, видел всё как на ладони и поспешно прижал руку к груди. Ах, как же хочется ее потискать!
Он уже не мог дождаться, когда наконец поймает ее.
Ци Шуан водрузил зефирку на макушку Бай Лухана: — Замри.
Бай Лухан: — ...
Он успел заметить лишь две крошечные глазки на мордашке зефирки, после чего его тело окаменело, словно изваяние из глины.
Видя, как Ци Шуан шагом покидает его ледяную формацию, Бай Лухан едва не сошел с ума, а в его глазах заплескалась кровавая пелена. Мысленно он отчаянно орал: Маленький ублюдок, вернись, немедленно вернись!
Совсем рядом, тихо и нежно, прозвучал тоненький голосок: — Перестань волноваться.
Боковым зрение Бай Лухан заметил зефирку, сидевшую у него на плече. Это она говорила?
Она что, умеет разговаривать?
Что вообще это за существо такое? Даже божественные звери зачастую не способны говорить человеческим языком!
То, что произошло далее, в одно мгновение стерло в пыль все познания Бай Лухана, не оставив даже мелких осколков.
Он увидел, как Ци Шуан вышел за пределы ледяной формации, развязал пояс, небрежно швырнул ученическую одежду в сторону и извлек из пространственного мешка струящееся изумрудным светом облачное одеяние.
Это одеяние казалось до боли знакомым — разве не его он некогда подарил Ци Шуану, Тончайшие Небесные Одежды Цуйвэй?
http://bllate.org/book/21647/2233958
Готово:
