Ах, он вспомнил: тогда Ю Сяомэн как раз несла с собой в школу ту самую новеллу, а в результате попала в банальнейшую автокатастрофу и угодила прямиком внутрь книги. Так какова же была возможность её встречи с генеральным директором? Поскольку она состояла при Шангуань Юйе в качестве личной служанки, в один прекрасный день, когда барышня забыла взять с собой бэнто, Ю Сяомэн отправилась в университет, где учился директор. Там она случайно стала свидетелем того, как какая-то женщина приставала к нему, храбро вмешалась и выручила генерального директора.
Хотя столкновение вышло непреднамеренным, это ничуть не помешало ей внезапно созреть для коварного плана, чтобы произвести на генерального директора глубокое впечатление.
Самое нелепое заключалось в том, что генеральный директор и впрямь обратил на неё внимание — банальнее некуда.
Стоит упомянуть, что, несмотря на свой статус генерального директора, по возрасту он сейчас находился лишь на четвёртом курсе университета, однако хватка у него была куда круче, чем у собственного папаши, — это один из незаменимых золотых читов для главного героя Мэри Сью.
Кроме того, главный герой Мэри Сью обладал куда более бурным успехом у противоположного пола, чем обычные люди: куда бы ни направлялся генеральный директор, повсюду за ним толпами увязывались всякие цветочки и сорная трава. Вы не ослышались — именно цветы и сорная трава, ведь у этой новеллы в жанре Мэри Сью была одна особенная черта: там присутствовали гомосексуальные отношения.
Просто полнейший сюрприз без всяких объяснений.Пока Лю Хань мысленно выстраивал у себя в голове самые разные цепочки рассуждений, в реальности прошло всего несколько минут. Подоспел автобус, и Лю Хань, ловко обогнав нескольких толкавшихся в очереди людей, широким шагом поднялся в салон.
Внутри автобуса и впрямь было яблоку негде упасть: люди стояли плечом к плечу, наступая друг другу на ноги, и пошевелиться не было никакой возможности. Стоило бы водителю резко нажать на тормоз, как весь салон наверняка бы рухнул единой волной, а сам автобус задрожал бы от толчка.
Лю Хань стоял у самого окна, прижатый к нему всем телом. Вдруг он почувствовал, как кто-то потрогал его за задницу.
Чего?! В голове мгновенно возникло недоумение.
Его что, облапали?! Или это случайно? Но чужая рука снова прижалась к нему, скользнула вниз по изгибу ягодицы, слегка помяла упругую плоть, а затем — и это перешло все границы — похоже, попыталась пробраться спереди!
Вот чёрт. Лю Хань с ужасом на лице уставился на отражение физиономии мерзкого дядьки в стекле. Похотливый тип в упор разглядывал смотревшего в окно Лю Ханя, его уши и шея покраснели, он тяжело дышав и облизал губы языком.
Если бы такое движение проделал писаный красавец, любой бы при виде него наверняка смутился и затрепетал от восторга. Но когда нечто подобное вытворяет перед тобой мерзкий мужик, сердце и впрямь затрепещет, а лицо покраснеет — только исключительно от гнева.Сейчас Лю Хану хотелось просто вдребезги расшибить голову о стену, но в салоне было так тесно, что даже пошевелиться не получалось. Все вокруг были целиком поглощены своими делами, и никто вообще не обращал внимания на то, что происходит в этой стороне. Лю Хану оставалось лишь во все глаза смотреть, как противный сальный мужик медленно тянет руку к нему спереди.
Лю Хах был в таком отчаянии, что кулаки сами собой сжались до боли, а деть эту силу было абсолютно некуда. Его переполняло глухое раздражение: он просто не понимал — какого чёрта в великой Поднебесной, это ведь тебе не какая-нибудь Япония, с ним, здоровым мужиком, приключился такой паскудный тип, распускающий руки на мужчин!
И вот когда рука этого борова уже почти коснулась его ширинки, откуда-то сбоку внезапно высунулась длинная, сильная рука и мёртвой хваткой вцепилась в ладонь извращенца. Раздался тихий сухой щелчок — судя по всему, пальцы мужика оказались сломаны.
Лю Хах с изумлением уставился на вне появившуюся руку, проследил глазами вверх по предплечью и, увидев лицо её обладателя, на мгновение полностью онемел.
Лицо этого человека было до невозможности потрясающим. Его тщательно уложенные волосы, нахмуренные мужественные брови, глубокий взгляд, прямой нос и едва сжатые бледно-розовые тонкие губы. Смуглая кожа придавала ему невероятно мужественный вид, а сам он был одет в безупречно сшитый чёрный костюм.Лю Хань впервые видел человека, на котором деловой костюм сидел бы настолько безупречно. Раньше в его мире почти не было людей с приятной внешностью, не говоря уже о костюмах — их носили либо мешковато, так, что они висели, либо внатяжку, начисто лишая всякой эстетики.
К тому же, украдкой подняв взгляд, Лю Хань заметил, что этот мужчина, кажется, был еще и довольно высоким?
Размахивая силой, мужчина тут же отпустил руку того дядьки, засунул ладони в карманы брюк и сохранил совершенно бесстрастное выражение лица — так, будто ничего и не произошло.
Тот негодяй, судя по всему, прекрасно понимал, что его мерзкий поступок попался на глаза постороннему, а аура мужчины внушала такой трепет, что он не посмел раскрыть рта. Истошно воя от боли, на следующей же остановке он в панике выскочил из вагона.
Лю Хань снова бросил косой взгляд на невозмутимого незнакомца. Заговорить с ним он не смел — очевидно, давала о себе знать легкая социофобия — и лишь с трудом выудил из кармана рабочей формы блокнот и ручку. Прижав лист бумаги к оконному стеклу, он в крайне неудобной позе набросал несколько кривых букв, а перед выходом, проходя мимо мужчины, тихонько сунул записку ему в карман.
Поскольку на выходе толпа пассажиров качнула Лю Ханя, легкого соприкосновения с мужчиной было не избежать, и он воспользовался этим движением потока людей, чтобы незаметно проскользнуть мимо и вложить записку в карман.Лю Хань, наконец-то спасшийся из автобуса, тяжело вздохнул, а затем со скоростью восемьсот метров в секунду рванул в высокое здание, тихо стоявшее неподалеку. Там располагалось место его нынешней работы, компания президента — Корпорация Тэнфэн.
Хорошо хоть название компании вполне нормальное, без особого Мэри Сью.
Когда Лю Хань влетел в здание и добрался до турникета, оставалось всего пять минут до девяти. Собравшись с духом, он одновременно шарил по карманам в поисках пропуска и приближался к аппарату. Наконец, когда до девяти оставалась ровно минута, карточка вовремя коснулась считывателя, раздался звонкий сигнал, и створки распахнулись.
Лю Хань без передышки вбежал в полупустой лифт. Переведя дух, он вдруг заметил рядом знакомое лицо.
Разве этот парень — не тот великий красавец, который только что помог ему в автобусе? Почему он прибежал даже быстрее него? Он ведь точно не видел, чтобы тот выходил на остановке!
А затем, сообразив, где он сейчас находится, Лю Хань неловко усмехнулся. Мать твою, в этом роскошном лифте... кто-нибудь, скажите ему, не перепутал ли он кабину? Уж не та ли это легендарная президентская лифтовая шахта?!
Значит ли это, что тот самый писанный красавец, который только что оказал ему огромную услугу, — никто иной, как главный герой этой легендарной истории в жанре Мэри Сью: Си... Ко... деспотичный президент... Нань?!
От этого сюжетного поворота повеяло какой-то смутно знакомой до боли тоской.
Верно, разве этот клишированный эпизод не чертовски похож на завязку какого-нибудь заурядного романа про Мэри Сью? Запаниковавшая героиня по невнимательности забредает в лифт для высшего руководства, а затем сталкивается там с самим главным боссом, успешно привлекая его внимание. Всемогущий президент не только не отчитывает девушку, но еще и любезно доставляет ее на этаж нужного отдела.
Сохраняя натужную улыбку, Лю Хань оглянулся на президента, чье лицо озаряла очаровательная и зловещая улыбка. Куда страшнее было то, что его тонкими холеными пальцами зажата легкая бумажка — та самая записка, которую он сунул парню в автобусе, где красовались его полное имя и вереница цифр мобильного телефона.
Небо хочет моей гибели!
Деспотичный президент и его босс: героиня вовсе не я! (Часть 2)
Глава вторая: Личный помощник?!
Когда Лю Хань, застывший в неловкости, уже собрался силой раздвинуть двери лифта руками, кабина как раз прибыла на нужный этаж. В тот самый миг, когда створки разъехались, Лю Хань почувствовал, что жизнь снова прекрасна. Он торопливо отвесил легкий поклон грозному президенту:
— Президент, я пожалуй пойду! Никаких больше случайных поездок не в тех лифтах, до свидания, президент!
Закончив говорить, он крутанулся на месте и, не дожидаясь ответа босса, ураганом выскочил из лифта.
А наш великий президент с загадочным выражением лица наблюдал сквозь сужающуюся щель закрывающихся дверей за тем, как фигура Лю Ханя постепенно растворяется вдали. Затем он молча посмотрел на записку в своей руке и невозмутимо сунул ее обратно в карман брюк.
Лю Хань на одном дыхании добежал до своего отдела и рухнул прямо на рабочее место. Не спрашивайте, как он его отыскал: кроме углового кабинета менеджера, снаружи пустовал ровно один стол — сомнений не было, он принадлежал именно ему.
Не успел он как следует устроиться на стуле, как в комнату вошел генеральный отдел... Их шеф был довольно колоритной личностью: вылитый стереотипный толстосум лет сорока-пятидесяти с лоснящимся от жира лицом. И хотя одет он был с иголочки, скрыть его мерзкую душонку не удавалось ничем.
Менеджер вошел, сжимая в руке шестой айфон и с кем-то оживленно беседуя. И не спрашивайте, откуда Лю Хань понял, что тот разговаривает с какой-то важной персоной — об этом красноречиво свидетельствовала заискивающая физиономия начальника.
Продолжая разговор, менеджер шел вперед — да-да, прямо к столу Лю Ханя. Как раз когда он поравнялся с новичком, телефонный разговор завершился. Сбросив вызов, шеф неторопливо обратился к Лю Ханю:
— Лю Хань, тут мне только что звонили из приемной президента, говорят, тебе больше незачем оставаться в нашем отделе...
На этом месте менеджер зловеще замолк. Сердце Лю Ханя едва не остановилось: неужели все?! Всего лишь за ошибку с лифтом его уволили?! Верно говорят, что все эти президенты — двуличные лицемеры!
— Собирай манатки и немедленно дуй на верхний этаж, в приемную президентского помощника, он объяснит, что тебе делать дальше.
С этими словами начальник похлопал его по плечу и скрылся в своем кабинете.
Лю Хань так и остался сидеть в кресле с глупым выражением лица, в то время как остальные коллеги уставились на него взглядами, полными зависти, ревности и ненависти.
Какого черта?! Где обещанное увольнение?! Почему вдруг показалось, что его повысили?! Стоп, помощник президента?!
Ослушаться приказа президента он не смел, поэтому ему оставалось лишь покорно и шустро собрать свои вещи, юркнуть в лифт и, даже не попрощавшись с коллегами, подняться на самый верх.
В тот момент, когда двери лифта снова открылись, Лю Хань отчетливо понял: добром это не кончится.Взгляд сразу охватывает панорамные окна от пола до потолка, черная напольная плитка сияет безупречной чистотой. Прямо перед лифтом стоит кожаный диван, обращенный к окнам, а перед ним — журнальный столик. Выйдя из лифта и повернув налево, можно увидеть письменный стол длиной метра три-четыре на глаз. Его поверхность чиста и аккуратна, на ней стоят лишь компьютер, настольная лампа, небольшой стакан для ручек и огромная стопка папок с документами.
Позади стола выстроились книжные полки, плотно заставленные множеством книг. Стоя слишком далеко, Лю Хань не мог разобрать, что это за книги, и не знал, поставил ли их сюда хозяин для показухи или действительно прочитал каждую от корки до корки.
Если посмотреть направо, там находится зона, похожая на комнату отдыха: небольшой бар, заполненный всевозможным алкоголем, а в глубине — тяжелая ширма. Лю Хань предположил, что за ней, должно быть, скрывается огромная двуспальная кровать размера кинг-сайз.
И всё-таки, эти президенты — сущее сплошное искушение для зависти.
Стоило ему замереть с вещами в руках перед панорамными окнами, как справа внезапно раздался низкий голос:
— Пришел? Подойди.
Этот леденящий голос мгновенно вернул его к реальности. Он посмотрел на говорившего — кто это мог быть, если не великий президент?
Великий президент, похоже, остался недоволен его заторможенной реакцией и повторил свои слова:
— Чего застыл? Подойди.
Тут умственные способности Лю Ханя, казалось, наконец-то подключились к сети. Он механически зашагал вперед и остановился в двух шагах от президента:
— Эм, президент, зачем вы перевели меня сюда?..
Великий президент держал в руке чашку обжигающе горячего черного кофе. Лю Хань бросил на него мимолетный взгляд и нахмурился:
— Эм, президент, вам лучше пить поменьше кофе. Раньше я сам слишком налегал на него, и теперь у меня часто болит желудок. Попробуйте заменить кофе чаем.
Президент приподнял брови и покосился на чашку в своей руке:
— Правда? Тогда заваришь мне чашечку? У барной стойки есть самый разный чай, завари что-нибудь на свой вкус, заодно и твое мастерство испробую, — на этих словах на губах президента появилась чарующая и зловещая улыбка. — Ведь с сегодняшнего дня ты — мой личный помощник.
Лю Хань испытал глубочайший, настоящий ступор. С чего это вдруг он стал личным помощником? Да он же сегодня утром опоздал, какой из него личный помощник! Хоть готовит он неплохо и по хозяйству управляться умеет, но с какой стати его вдруг назначили личным помощником?
Впрочем, задавать все эти вопросы он, разумеется, не стал. Взяв из рук президента кружку, он отнес свои вещи к стене, а затем направился к барной стойке заваривать чай.
Президент бросил взгляд на возившегося с кипятком Лю Ханя, подошел к панорамному окну, сунул одну руку в карман брюк, а другой набрал номер на телефоне:
— Лейно, до конца сегодняшнего рабочего дня распорядись купить письменный стол. Да, в мой кабинет, поставить рядом с моим столом.
С этими словами он резко и решительно сбросил вызов.
Тем временем Лю Хань почти закончил с чаем.
Он неслись с дымящейся кружкой в руках (почему-то заваривать чай в кружке казалось ему странным). Для великого президента он заварил мятный чай. Лю Хань понятия не имел, почему у президента нашлось столь простое и привычное растение, но это оказалось как нельзя кстати. Лю Хань считал мяту невероятно удобной, к тому же она была очень вкусной и не оставляла той горчинки, которая появляется при заваривании других чайных листьев.
Больше всего на свете Лю Хань боялся горчины.
Президент повесил трубку и посмотрел на Лю Ханя, который шел с испускающей пар кружкой. По мере его приближения в воздухе заструился освежающий аромат мяты, смешанный с тонким благоуханием зеленого чая. От одного этого запаха президент почувствовал бодрость.
Лю Хань подошел и протянул кружку президенту, попутно бросив:
— Горячеват, остудите немного, прежде чем пить.
Дождавшись, пока президент возьмет чашку, он снова спросил:
— Эм, президент, вы и вправду хотите, чтобы я стал вашим личным помощником? Мм… а что вообще должен делать личный помощник?
Президент слегка опустил взгляд на жидкость в кружке, а затем спокойно произвел:
— Личный помощник, исходя из самого названия, помогает мне в бытовых делах. Само собой разумеется, с сегодняшнего дня ты будешь жить у меня. Все подробности тебе объяснит мой секретарь Лейно.
Президент слегка покачал чашку в руке, поднес ее к тонким губам и сделал небольшой глоток. Вкус оказался вполне сносным.
Наблюдая за движениями президента, Лю Хань подумал, что даже пить чай из кружки у него получается так, будто он дегустирует элитное красное вино — просто головокружительно. Впрочем, чему удивляться: в романах Мэри Сью главный герой — излюбленное чадо автора, и вполне естественно, что он хорош во всех аспектах. На языке простонародья подобные навыки обычно называют читерством.
Кхе, Лю Хань вернулся к действительности:
— Так что мне теперь делать, президент?
Президент наконец соизволил поднять глаза и одарить его чарующе-зловещим взглядом, а его голос остался все таким же ровным:
— Сейчас твоя задача — разобраться со своими вещами. Скоро Лейно принесет твой стол. Как только всё устроишь, я сообщу, если будут поручения, а после окончания работы пойдешь со мной.
Лю Хань ошеломленно слушал его указания, все еще до конца не отойдя от шока. Его по-прежнему грызла мысль о том, при каких обстоятельствах он вообще угодил в личные помощники — хоть кто-нибудь мог открыть ему правду?
Как бы сильно он ни жаждал узнать причину, отвечать ему никто не собирался. Система тоже не проявила любезности и проигнорировала вопросы своего хозяина, проявив возмутительную безответственность.
Пока он пребывал в состоянии полной растерянности, Лейно вместе с шедшими следом грузчиками тихо вышел из лифта. Они бесшумно обогнули Лю Ханя, легко и стремительно собрали стол, а затем так же молча удалились. Вся эта череда движений прошла мимо сознания Лю Ханя, который продолжал витать в собственном мирке.
Тем временем великий президент аккуратно поставил кружку на стол, с непостижимым выражением лица приблизился к Лю Ханю, протянул руку, ухватил его за подбородок и приподнял лицо, заставляя вернуться в реальность. Властным тоном он произнес:
— При мне витать в облаках запрещено.
Лю Ханя словно током ударило. Осознав, что рука великого президента сжимает его подбородок, он почувствовал себя из рук вон плохо. Господи боже мой, с какого перепугу этот штамп из романов Мэри Сью применили к нему?! Разве этот жест не должен предназначаться исключительно для главных героинь?!
Лю Хань выдавил из себя неловкую улыбку, втянул голову в плечи и спас свой подбородок:
— Я-я-я… просто привык, ха-ха, больше не повторится, больше не повторится.
Президент убрал опустевшую руку и приподнял бровь:
— Больше никаких «в следующий раз». А теперь заййся своими вещами.
Лю Хань закивал с усердием клюющего зерна цыпленка, круто развернулся, подхватил свои пожитки и бросился к вновь установленному столу, принявшись по одному выкладывать предметы из коробки.
Президент прислонился к собственному письменному столу и какое-то время молча наблюдал за тем, как Лю Хань обустраивается, после чего с бесстрастным выражением лица повернулся, сел за свое рабочее место и погрузился в бумаги.
Закончив с половиной вещей, Лю Хань украдкой бросил взгляд назад, чтобы проверить, чем занят президент. Увидев, что тот с предельно серьезным и сосредоточенным видом изучает ту самую огромную стопку папок, которую он заметил еще при входе, Лю Хань подсознательно стал двигаться тише, боясь потревожить работающего президента.
Заметив, что кружка возле руки президента опустела наполовину, он на цыпочках подошел, забрал ее, а когда повернулся обратно, президент поднял глаза и тут же снова уткнулся в документы.
Свежезаварив чай, Лю Хань поставил кружку чуть дальше от бумаг, но так, чтобы президент мог дотянуться до нее без труда — на случай, если он случайно заденет чашку и зальет документы или компьютер.
Завершив хлопоты, он на цыпочках вернулся к своему столу и продолжил распаковывать вещи. На новом рабочем месте его тоже ждал компьютер, поэтому, разобравшись с коробкой, он включил его, открыл браузер и принялся изучать информацию об этом мире.
Перелопатив немало страниц, он наконец примерно сориентировался в местной обстановке. На форумах обнаружилось множество вещей, о которых умалчивали новости, и их достоверность не вызывала сомнений. К немалому удивлению Лю Ханя, в этом мире и впрямь существовали преступные группировки, причем бандиты промышляли совершенно открыто: до тех пор, пока власти не поймали тебя на контрабанде всякой всячины, можешь светить лицом сколько душе угодно.
Кроме того, на форумах упоминались частые похищения и убийства, из-за чего Лю Хань невольно подумал, что этот мир кажется даже более хаотичным, чем его собственная реальность.
Неизвестно, насколько прогнило здешнее правительство, но сейчас мир производил впечатление абсолютно коррумпированного. Судя по рассказам пользователей о различных происшесиях, правительство здесь было лишь пустой марионеткой с красивым фасадом, в то время как реальную власть целиком и полностью держали в руках главы крупнейших корпораций. И да, великий президент тоже входил в число этих боссов — теперь Лю Хань окончательно понял, почему Система предупреждала его о смертельной опасности.
В конце концов, всякие похищения и всё в таком духе — сожми он в руке Бедствие Рыб, чего ему бояться?
Лю Хань разжал вспотевшую от напряжения мышь, сладко потянулся всем телом, и из его носа невольно вырвался расслабленный стон:
— Мн-м~
Звук оборвался на полуслове, когда он сообразил, что в этот момент великий президент, скорее всего, всё еще занят работой. Оглянувшись, он обнаружил, что президент с чарующе-зловещим выражением лица сверлит его взглядом. Оставалось только гадать, сколько именно его неприличных движений попалось на глаза боссу. Лицо Лю Ханя покрылось густой сетью неловкости.
Он опустил голову, поднял руку и взглянул на наручные часы — уже наступил полдень. Теперь он прекрасно понял значение того недавнего взгляда: президент просто намекал, что пора добыть еды!
Лю Хань хлопнул себя по лбу и повернулся к президенту:
— Простите, извините! Оказывается, уже полдень, я сию же секунду закажу доставку. Что бы вы хотели съесть, президент?
http://bllate.org/book/21635/2232454
Готово:
