Он поднял руку, развязал пакет и заглянул внутрь:
— Разве ты не говорил, что всегда не любил такую сдобную выпечку?
Он уже поднял руку, собираясь взять одно печенье-бабочку, но не успела его ладонь залезть в пакет, как он услышал голос своего подозрительного артиста:
— Не смей трогать это печенье-бабочку.
Рука менеджера вмиг замерла на весу.
Жун Цзинь подошел, забрал пакет и сказал:
— Забудь, здесь нет ничего для тебя.
Менеджер растерянно распахнул глаза.
Жун Цзинь ни капли не заботился о многосложных мыслях своего менеджера. Он опустил взгляд и какое-то время смотрел на печенье-бабочку, после чего поджал губы и загадочно улыбнулся.
Затем он достал одно пирожное, а остальное убрал в холодильник.
Он понемногу откусывал десерт, а спустя полпаузы протянул руку:
— Дай мне информацию о сегодняшней ассистентке.
На следующий день.
Когда Ли Юй пришла в студию, ни Жун Цзинь, ни менеджер еще не прибыли.
Она зевнула, прислонилась к стене и лениво прикрыла глаза.
Вчера она дочитала тот свод правил, а затем долго изучала информацию о Жун Цзине, из-за чего легла спать довольно поздно, и подняться сегодня ей помогла чистая любовь.
Стоило Ли Юй прикрыть глаза, как сонливость нахлынула с головой. Она начала клевать носом, и ее сознание поплыло.
— Шэнь Юй!
Ли Юй вздрогнула и резко очнулась. Она инстинктивно попыталась выпрямиться, но из-за того, что только что проснулась, ноги совершенно не держали, и ее тут же качнуло в сторону.
Чья-то рука внезапно протянулась перед ее глазами и поддержала ее за плечо.
— Осторожнее.
Голос Жун Цзиня тихо прозвучал у ее мягкого уха. Затем этот человек убрал руку, одарил ее мягкой и вежливой улыбкой и поприветствовал:
— Пришла очень рано.
Ли Юй выпрямилась, слегка поджала губы и, опустив взгляд, произнесла:
— Немного волновалась, поэтому пришла пораньше.
Она ни капли не смущаясь говорила неправду с открытыми глазами.
Жун Цзинь слегка приподнял брови и бросил на нее косой взгляд. Его голос был легким и безмятежным — то ли он поверил, то ли нет:
— Правда?
Он открыл дверь студии и, шагая внутрь, поинтересовался:
— Раз пришла так рано, позавтракала?
— Перекусила по дороге...
Ли Юй не успела договорить, как Жун Цзинь уже распахнул холодильник и достал оттуда коробочку с десертом:
— Вчера А Чэн купил слишком много.
А Чэн — это и был тот самый менеджер.Жун Цзинь поставил десерт на стол, приподнял брови и улыбнулся Ли Юй: Не завтракать — плохая привычка.
Ли Юй: ……
Я вообще-то ела.
Она вздохнула, подошла к столу и открыла коробку с десертом.
Павлиньи язычки.
Запястье Ли Юй слегка дрогнуло, затем она взяла лежащую рядом пластиковую вилку и легко подцепила печенье.
В душе она молча вздохнула.
Этот человек полдня спорил с ней из-за него, сам есть не стал, да еще и свалил всю вину за борьбу за десерт на агента…
Жун Цзинь сел рядом с ней, склонив голову набок, и, заметив, что она откусила кусочек печенья, неторопливо заговорил: Вкусно?
Он легко смахнул крошки со дна коробки, поднес пальцы к губам и, высунув кончик языка, легость коснулся их.
Его движения были очень медленными, а взгляд, устремленный на Ли Юй, казалось, таил в себе улыбку.
Такое простое движение в его исполнении почему-то приобрело отчетливо чувственный оттенок.
Ли Юй замерла с печенью в руке, ошеломленно глядя на Жун Цзиня.
Мама, тут кто-то ее соблазняет!
Пока она пребывала в растерянности, Жун Цзинь уже опустил руку, встал, вытащил влажную салфетку и легость протер пальцы: Приторно-сладкое, и как А Чэн только умудрился купить такое.
Он слегка нахмурился, бросил салфетку в урну, прислонился к косяку двери и посмотрел на Ли Юй, чуть приподняв брови: Тебе нравится?
Ли Юй откусила еще кусочек и тихонько моргнула: Н-ну, вроде неплохо…
Жун Цзинь слегка опустил ресницы, больше ничего не говоря, однако уголки его губ едва заметно приподнялись.
Подождав немного и убедившись, что Ли Юй доела десерт, он заговорил снова: У А Чэня сегодня другие дела, так что сопровождать меня на съемку обложки журнала будешь только ты.
Он вскинул руку и взглянул на часы: Половина восьмого, как раз самое время выезжать на место съемок.
Ли Юй резко подняла голову: Поедем на машине?
Она сдержанно выпрямилась и тихо произнесла: Я-я не умею водить…
Умение водить автомобиль — это самый базовый навык для ассистента.
Жун Цзинь слегка нахмурился, словно никак не ожидал от нее подобных слов.
Он какое-то время смотрел на Ли Юй, а затем тихо вздохнул: Ладно, поведу я.
В его голосе слышалось легкое смирение, смешанное с долей снисхождения.Ли Юй всю дорогу была какой-то притихшей.
Для ассистентки не уметь даже водить машину — это поистине халатность.
Она молча сидела на пассажирском сиденье, опустив голову и размышляя об обязательных для ассистента навыках, и начала планировать, как выделить время на обучение.
Ли Юй погрузилась в мысли и даже не заметила, как машина остановилась, и лишь когда чья-то рука оперлась о сиденье рядом с ней, она резко пришла в себя.
Ли Юй повернула голову и посмотрела на Жун Цзиня.
Жун Цзинь легко нажал на замок безопасности, и ремень со щелчком отщёлкнулся.
Затем он изогнул брови и с некоторым лукавством улыбнулся Ли Юй:
— Барышня Шэнь не подходит на роль ассистентки.
Ли Юй резко подняла голову, широко распахнула глаза, мгновенно напряглась и собралась с духом:
— Это всего лишь оплошность, я, я постараюсь как можно быстрее освоить основные навыки ассистента!
Она плотно сжала губы и жалобно уставилась на Жун Цзиня.
Жун Цзинь усмехнулся, поднял руку и легко погладил Ли Юй по макушке:
— Я не собирался тебя увольнять.
Ли Юй слегка склонила голову набок.
Раз уж он не собирался её увольнять, то к чему были те слова?
На её лице читалось некоторое недоумение, но Жун Цзинь вовсе не собирался ничего объяснять.
Он поднял руку и взглянул на часы:
— Время на исходе, пора подниматься.
Ли Юй тоже перестала ломать голову над этим вопросом, второпях распахнула дверцу машины и следом за Жун Цзинем вошла в здание.
Съёмки проходили на двадцать третьем этаже, декорации были уже полностью готовы.
Их встретила женщина лет сорока с изысканным и деловым макияжем, одетая в сшитый по фигуре костюм.
— Какая честь для нас — заполучить в партнёры господина Жун, — женщина озарила их вежливой улыбкой. — Если подумать, это, кажется, первый раз, когда господин Жун согласился сняться для обложки журнала.
Она на мгновение замолчала, бросила взгляд за спину Жун Цзиня и слегка удивилась:
— Господин Жун не привёз с собой личного стилиста?
В индустрии все знали, что у Жун Цзиня была лёгкая щепетильность: и косметические средства, и всё остальное у него всегда было своё.
Жун Цзинь слегка улыбнулся:
— Стилист вашей компании, надо полагать, разбирается в сегодняшней теме лучше моего.
Он и причину отсутствия стилиста объяснил, и ненавязчиво сделал комплимент.
Главный редактор улыбнулась:
— Господин Жун поистине мастер красноречия.
Она повела Жун Цзиня в гримёрную:
— Сегодняшняя тема съёмок — ангелы и демоны, макияж будет довольно плотным.
Жун Цзинь слегка нахмурился:
— Нужно переодеваться?
— Да, одежда сшита на заказ по тем меркам, которые передал ваш агент.
Главный редактор остановилась у двери и улыбнулась Жун Цзиню.
Жун Цзинь толкнул дверь, немного подумал и протянул телефон Ли Юй:
— Похрани у себя.
Ли Юй послушно взяла телефон, проводила взглядом человека, толкнувшего дверь, и уселась рядом ждать.
Время нанесения макияжа тянулось долго, Ли Юй стало скучно, и она достала собственный телефон, чтобы продолжить поиски информации о Жун Цзине. Не успела она просмотреть и нескольких статей, как в кармане завобрировало.
Ли Юй на мгновение замерла, прежде чем сообразила, что это телефон Жун Цзиня.
Колеблясь, она извлекла аппарат.
Звонил агент.
Ли Юй слегка закусила губу, поднялась на ноги, собираясь отнести телефон Жун Цзиню, но вызов уже оборвался.
Затем пришло сообщение.
А Чэн: Ты сукин сын! Какого чёрта ты бросил своего визажиста, девчонка целый час прождала тебя на ледяном ветру!
Ли Юй слегка опешила, не успев даже толком осмыслить смысл этих слов, как услышала звук открывающейся двери — вышел Жун Цзинь.
Она инстинктивно подняла голову, а затем судорожно втянула воздух.
Ли Юй: Ослеплена красотой.Жун Цзинь вышел из гримёрной, обвел взглядом съёмочную площадку и направился прямо к Ли Юй.
Ли Юй слегка растерянно смотрела на него.
Он остановился перед ней, чуть наклонился, и его ослепительно прекрасное лицо внезапно оказалось совсем близко к Ли Юй.
Ли Юй закусила губу и уже собиралась заговорить, как увидела, что он легко поднял руку, снял розу со своей груди и протянул её Ли Юй.
Жун Цзинь слегка приподнял голову, его чёрные глаза смотрели на неё с нежностью, словно он глядел на любимого человека.
Он чуть приоткрыл губы, и его голос звучал мягко и сладко, так, будто в нём можно было утонуть:
— Посвящается моей дорогой мисс.
Ли Юй в оцепенении приняла розу.
Она слегка опустила ресницы и хотела было что-то сказать, как услышала тихий смешок.
Жун Цзинь чуть склонил голову набок, его алые губы приоткрылись, а затем он подался вперед и взял розу зубами.
Испугавшись, Ли Юй тут же разжала пальцы.
Жун Цзинь с еще большей легкостью забрал розу, выпрямился, улыбнулся Ли Юй глазами и повернулся к главному редактору.
Та, цокая каблуками по полу, приблизилась, бросила взгляд на Ли Юй, а затем перевела его на Жун Цзиня и с улыбкой произнесла:
— Не думала, что вы станете дразнить свою ассистентку.
Жун Цзинь уже вытащил розу изо рта, зажал её в руке и слегка покачал.
Ему вовсе не хотелось болтать с главным редактором о Ли Юй, поэтому он направился к съёмочной площадке и неторопливо бросил:
— Давайте снимать.
Стоило Жун Цзиню объявить о начале, как главный редактор перестала медлить. Она принялась командовать съёмочной группой, и работа официально стартовала.
Ли Юй сидела в стороне, прижав к груди телефон, и в задумчивости наблюдала за Жун Цзинем.
За последние два дня она собрала массу информации о Жун Цзине.
Жун Цзинь пришёл в шоу-бизнес в семнадцать лет. Благодаря выдающейся внешности его быстро подписала развлекательная компания, после чего его карьера пошла в гору без единой заминки, и он мгновенно стал суперзвездой первой величины. А за роль в одном образовательном фильме он даже получил премию как лучший актёр.
Репутация у Жун Цзиня была безупречной: все отзывались о нём как об изящном джентльмене, мягком и чистом, словно нефрит.
Идеальная внешность, гладкий жизненный путь, прекрасная репутация.
Ли Юй совершенно не находила причин, почему у него могли быть какие-то душевные травмы.
Ли Юй поджала губы и, колеблясь, коснулась телефона в кармане.
Хотя... тайком проверять чужой телефон нехорошо...
Ли Юй потратила полдня на уговоры самой себя, прежде чем медленно вытащила тот телефон.Она прижала телефон к груди, опустила голову и тихо спросила Лин-дан: — Ты же сможешь снять блокировку экрана?
Лин-дан едва не расплакалась: — Смогу, смогу.
Ли Юй посмотрела на автоматически разблокировавшийся экран и протянула палец к истории чата.
Но не успела она разглядеть то, что было внутри, как чья-то рука легла поверх её руки.
Этот человек слегка навалился ей на плечо, и его тёплая ладонь накрыла её пальцы.
В голосе Жун Цзиня слышалась лёгкая улыбка: — Подглядывать нельзя.
Он легко и непринуждённо вытащил телефон из её рук, а его губы скользнули по уху Ли Юй: — Видишь ли, мой телефон можно показывать только моей жене.
Ли Юй с каменным лицом сидела на табурете и смотрела, как Жун Цзинь снова заходит в ту гримёрку.
Сейчас её ладони были мокрыми от пота, щеки слегка покраснели, а сердце бешено колотилось.
Она и сама не понимала, нервничает ли она из-за того, что её поймали за попыткой заглянуть в чужой телефон, или же её взволновали ухаживания этого человека.
Ли Юй медленно вздохнула, чуть сильнее сжаfiла ткань одежды и, опустив голову, тревожно переплела пальцы.
Долго терзаться сомнениями ей не пришлось — дверь гримёрки снова отворилась.
Жун Цзинь уже сменил образ: теперь он выглядел чистым и послушным, облачённый в белоснежный костюм.
Ли Юй немного понаблюдала за ним, размышляя, не придёт ли он снова учить её чему-нибудь, но увидела, как этот человек прошёл мимо неё и направился прямо на съёмочную площадку.
Ли Юй охглое чувство непонятной досады.
Она прикусила губу и только собралась посмотреть на Жун Цзиня, как на её плечо внезапно опустилась рука.
Это была та главная редакторша.
Ли Юй нахмурилась и повернула голову.
Редакционный директор стояла рядом с ней и не смотрела на неё — её взгляд был прикован к Жун Цзиню, находившемуся на площадке.
— Судьба некоторых людей — быть солнцем. Нельзя думать, что раз его свет упал на тебя, значит, он освещает только тебя одну.
Главный редактор повернула голову и улыбнулась Ли Юй.
Ли Юй слегка моргнула.
Поразмыслив и решив, что ей совершенно нечего ответить этой женщине, она подняла голову и одарила её вежливой, но отстранённой улыбкой.Она пробыла рядом с господином столько лет, и ей не нужно, чтобы кто-то другой объяснял такие простые истины.
Съёмки продолжались не слишком долго, и до обеда было ещё далеко, когда Жун Цзинь закончил работу.
Он снял грим, переоделся и, поманив Ли Юй пальцем, бросил:
— Пошли.
Ли Юй поднялась на ноги, быстрым шагом последовала за ним и тихонько зашла следом в лифт.
Жун Цзинь с удивительной чуткостью уловил, что настроение его маленькой помощницы слегка испортилось.
Он чуть склонил голову, мысленно припоминая всё, что произошло во время съёмок, а затем протянул руку и коснулся макушки Ли Юй.
— Эта женщина отлично знает своё дело, но репутация в индустрии у неё скверная.
Ли Юй на мгновение замерла, прежде чем сообразить, что он говорит о той главном редакторе.
Она подняла голову и озадаченно посмотрела на Жун Цзиня.
Малышка широко распахнула круглые глаза, а выбившиеся со лба прядки послушно прильнули к лицу, делая её похожей на крошечного кролика.
Взгляд Жун Цзиня стал чуть глубже, а затем он легко погладил Ли Юй по голове и негромко произнес:
— Она очень часто меняет спутниц.
Ли Юй с удивлением посмотрела на Жун Цзиня.
Уголки губ Жун Цзиня изогнулись в улыбке, а на душе стало чуточку теплее. Затем он убрал руку и посмотрел на стремительно уменьшающиеся цифры на табло:
— Что бы она ни говорила, не принимай это близко к сердцу.
Цифры сменились на минус один, и двери лифта плавно раскрылись.
Жун Цзинь шагнул из кабины и направился к припаркованному неподалеку автомобилю.
Когда Ли Юй в спешке догнала его, Жун Цзинь прислонился к двери со стороны пассажира, слегка опустив голову, и кончиками пальцев бездумно постукивал по корпусу машины.
Ли Юй подумала, что он заждался, торопливо подбежала и уже собиралась извиниться, как вдруг заметила, что он поднял голову и одарил её мягкой, нежной улыбкой.
Затем он плавно приоткрыл дверцу, словно доставая что-то изнутри, зажал предмет в кулаке и протянул руку прямо перед Ли Юй.
Глаза Жун Цзиня были чистыми и прекрасными, и когда он смотрел на кого-то, это всегда создавало ощущение глубокой привязанности.
Уголки его губ чуть дрогнули в улыбке, голос стал мягким, тягучим и тихим:
— Томиангел.
В его глазах мерцали крошечные искорки звезд, то загораясь, то угасая.
Угадай, что это?
Ли Юй невольно затаила дыхание.
Она медленно протянула руку, желая коснуться ладони Жун Цзиня, но не успела она дотронуться, как он внезапно разомкнул пальцы.
Внутри лежал яблоко.
Ли Юй опешила.
Жун Цзинь выглядел очень довольным. Он вложил яблоко в руку Ли Юй:
— Взял реквизит со съёмок. Преподношу чужой дар в знак своей благосклонности.
Ли Юй не знала, смеяться ей или плакать.
Она повертела яблоко в руках, разглядывая его со всех сторон, и с видом знатока принялась хвалить:
— Колер алый, аромат насыщенный — отличное яблоко.
Жун Цзинь усмехнулся, открыл водительскую дверь и негромко спросил:
— Есть хочешь?
Ли Юй забралась на пассажирское сиденье и задумалась:
— Хочу. — Она склонила голову набок. — Вы собираетесь угостить меня обедом?
Жун Цзинь завёл мотор и тихо рассмеялся:
— Разве помощница госпожа Сянь умеет только не водить машину и ни в чём не помогать, но при этом ещё и рассчитывает на моё угощение?
Ли Юй тут же опустила голову, изображая страуса.
Жун Цзинь вывел машину из подземного паркинга и вежливо поинтересовался:
— Где живёт госпожа Сянь? Если по пути, я могу подбросить.
Ли Юй назвала адрес и с надеждой уставилась на него.
Жун Цзинь крутанул руль и небрежно бросил в ответ:
— Не по пути, не подброшу.
Ли Юй:
— ……
Почему этот мужчина меняет мнение так быстро?
Только что он был милым соблазнителем сердец, а теперь превратился в холодного и бесчувственного чурбана?
Она поджала губы, опустила голову и принялась теребить ремень безопасности, а затем глухим, тихим голосом выдала:
— Ох.
Ли Юй отвернулась, уставившись на сменяющиеся за окном пейзажи, немного подумала и снова тихонько попросила:
— Тогда высадите меня где-нибудь впереди, я дальше на метро доберусь.
Голос девушки звучал жалко, с едва уловимой ноткой обиды.
Жун Цзинь чуть улыбнулся, но тон его по-прежнему оставался небрежным:
— Когда ты откроешь дверцу, люди снаружи смогут меня разглядеть.
Уголки его губ приподнялись еще чуть выше:
— Если меня кто-нибудь сфотографирует, я сразу же окажусь на первых полосах газет.
Ли Юй окончательно поникла.
Она ещё с минуту помучила ремень безопасности, но в конце концов сдалась:
— Тогда можете высадить меня у входа в офис.
Пусть ехать дальше, но на метро лишние пару станций проехать — не проблема.
Однако Жун Цзинь лишь усмехнулся:
— Я не возвращаюсь в офис.
Ли Юй резко вцепилась в ремень безопасности.
http://bllate.org/book/21628/2231487
Готово:
