Затем она вышла из спальни и направилась прямо в ванная, чтобы вымыть руки — вид оставшихся на них ярко-красных следов всё ещё был немного пугающим.
Е Няньси очнулась в полумраке, прищурившись и по привычке пытаясь потереть глаза, но руки внезапно словно лишились сил, отказываясь подниматься.
Помучившись с минуту, она решила сдаться, скосила глаза и к своему удивлению обнаружила, что той девушки уже нет рядом — наверное, встала пораньше?
Следом она заметила аккуратно сложенную стопку одежды на подушке — судя по всему, Ци Лэчжи оставила всё готовое.
Разгуливать голой ей сейчас совсем не улыбалось, и Е Няньси попыталась приподняться с постели.
Стоило ей лишь шевельнуться, как тело пронзила тяжелая ломота, а поясницу заныло от тупой боли, смешанной с неприятным чувством распирания.
Е Няньси окончательно обессилела и, уставившись пустым взглядом в потолок, погрузилась в самые противоречивые мысли.
Прошедшая ночь полностью перевернула её представление о Ци Лэчжи.
Раньше она считала её тихоней и добрячкой, примерной ученицей, но теперь поняла, что Ци Лэчжи совсем не та, за кого себя выдает. Внутри неё словно дремал дикий зверь, жаждущий разорвать добычу и поглотить целиком.
В те моменты она начисто теряла рассудок: как бы Е Няньси ни умоляла о пощаде, та не ослабляла хватку, проявляя пугающую властность.
Впрочем, в глубине души она ни о чём не жалела. Ей хотелось, чтобы они были вместе всю жизнь, чтобы она принадлежала ей, а она — ей.
Тем не менее, это вовсе не значило, что боль можно было спустить с рук.
— Ци Лэчжи… Ци Лэчжи… — изо всех сил позвала она.
Голос Е Няньси звучал хрипло и глухо — горло после вчерашнего явно оставляло желать лучшего.
— Ой! Солнышко, я иду! — услышав голос из спальни, Ци Лэчжи в панике влетела внутрь.
Е Няньси лежала на спине, распустив волосы, а её изящные ключицы маняще виднелись из-под простыни.
Ци Лэчжи уставилась на неё, невольно сглотнув слюну.
— Эм… Солнышко… Что такое? — деланно удивилась она.
Вид у Е Няньси был мрачный, и она гневно выругалась:
— Ци Лэчжи, мать твою! Дай тебе палец — всю руку откусишь! Знаешь вообще, как у меня сейчас всё тело болит? Ни капли сил не осталось!
Ци Лэчжи подошла к кровати, изображая на лице вселенское раскаяние, и бухнулась на колени.
— Прости, солнышко, вчера я слишком разошлась и не рассчитала силы. Клянусь, в следующий раз такого не повторится!
Е Няньси скосила на неё взгляд и тут же возразила:
— Что? Ты ещё и следующий раз планируешь?! Забудь, даже не мечтай!
— А… — Ци Лэчжи скисла. Выходило, что о дальнейшей сладкой жизни можно забыть, и вчерашний раз вполне мог стать для них последним.
— Ты чего это звуки издаешь? Возразить хочешь? — Е Няньси уже давненько не вела себя так деспотично с Ци Лэчжи — обычно до такого состояния её доводило только крайнее бешенство.
Ци Лэчжи принялась яростно мотать головой:
— Нет-нет, солнышко, я полностью согласна, ты абсолютно права!
— Хмф! — даже надувшись от злости, она казалась Ци Лэчжи невероятно милой.
— Эм, солнышко, раз такое дело… Значит, сама ты одеться не сможешь? — Ци Лэчжи вновь построила коварный план и осторожно прощупала почву.
— Ещё бы.
Yes! План сработал!
В душе Ци Лэчжи ликовала, но тут же предложила:
— Солнышко, раз уж ты не в силах одеться сама, давай… я тебе помогу?
В её глазах читалось столько мольбы, что Е Няньси тут же жестко отвергла предложение:
— И не думай! Ты просто хочешь поглазеть на меня, извращенка!
— Ну солнышко, как ты могла обо мне такое подумать? Я же искренне переживаю, как бы ты не простудилась без одежды! Правда хочу помочь одеться.
Ци Лэчжи скорчила комично-беспомощную мину, изо всех сил изображая уныние.
А про себя подумала: Нет уж, я просто хочу тебя раздеть! Кто не хочет любоваться любимым человеком — тот евнух!
В конце концов Е Няньси оказалась не такой уж непреступной, и, глядя на этот цирк, её сердце дрогнуло:
— Ладно уж… помогай.
— М-м, хорошо. — На её лице тут же расцвела улыбка.
Глядя на такую простодушную ухмылку, Е Няньси в очередной раз заподозрила, что её ловко обвели вокруг пальца.
Она осторожно приподняла одеяло и крайне бережно помогла Е Няньси сесть.
Решив временно прикинуться благородной девицей, Ци Лэчжи демонстративно отвела взгляд в сторону, не глядя на Е Няньси.
Несмотря на всю аккуратность движений, Е Няньси всё равно поморщилась от боли.
— Ц-с-с… — не удержавшись, тихо выдохнула она.
Услышав это, Ци Лэчжи тут же встревожилась:
— Что такое, солнышко?
— Ничего, просто там… немного болит.
Ци Лэчжи внезапно умолкла, видимо, в ней наконец проснулась совесть.
— Тогда потерпи немного, солнышко, я буду очень аккуратно, совсем медленно.
— Угу…
Ци Лэчжи принялась за дело. Одевая Е Няньси, она до самого конца упорно смотрела в другую сторону.
Из-за этого пару пуговиц она, конечно, застегнула не туда, но беды не случилось — всё быстро исправили.
Возиться пришлось долго, прежде чем Ци Лэчжи наконец одела её.
Но сил у Е Няньси так и не прибавилось, она даже встать с постели была не в состоянии.
Оставалось лишь смиренно лежать в кровати и восстанавливать силы.
А Ци Лэчжи превратилась в её личную служанку.
Захотелось есть — она бегала закупать всякую всячину, а потом сидела и кормила её с ложечки.
Вдобавок к этому вся домашняя работа внезапно легла на плечи Ци Лэчжи, пока Е Няньси преспокойно нежилась в постели, не зная никаких забот.
Сама же Ци Лэчжи проявляла завидную покорность: куда жена пошлет — туда и идти, шаг влево, шаг вправо не смей, если только… кх-кх, не в том самом смысле.
Вот так заботливо Ци Лэчжи ухаживала за Е Няньси целых два дня.
Спустя это время Е Няньси уже практически пришла в норму.
Она могла самостоятельно ходить по дому и даже… мутузить людей.
— Ци Лэчжи, а ну стой! Не смей двигаться! — неслась по гостиной Е Няньси, преследуя девушку.
— А-а-а! Не могу, солнышко, не бей меня, я правда больше не буду! — вопила в ответ убегающая Ци Лэчжи.
— Ладно, Ци Лэчжи, если ты сейчас же не остановишься, я с тобой больше не останусь, соберу вещи и уеду к себе! — Е Няньси пустила в ход тяжелую артиллерию, решив взять её на испуг.
И приемчик сработал безотказно. Ци Лэчжи тут же замерла на месте, обернулась и принялась вымаливать прощение:
— Солнышко, солнышко, прости! Я виновата, заставила тебя страдать, но я же целых два дня за тобой ухаживала, давай это послужит искуплением вины? Ну пожалуйста!
Ци Лэчжи включила обаяние на максимум и пустила в ход все свои навыки уговоров.
Е Няньси всегда была слаба перед её дурацкими нежностями и напускным капризом — противостоять этому она попросту не умела.
Сглотнув слюну, она решила великодушно закрыть на всё глаза:
— Ладно-ладно, прощаю так уж и быть.
Ци Лэчжи тут же расплылась в доверчивой глуповатой улыбке:
— Хи-хи-хи, спасибо, солнышко, ты у меня самая лучшая.
— Ладно, хватит. Ци Лэчжи, посмотри-ка, какое сегодня число?
— Сейчас сделаем! — на радостях Ци Лэчжи молниеносно вытащила телефон и проверила дату.
— Сегодня восьмое, а что? — озадаченно моргнула она, пытаясь сообразить, не пропустила ли какое важное событие. Вроде бы не трехлетняя годовщина их отношений и не какой-то традиционный праздник, что за день-то такой?
— Ци Лэчжи, ты что, от любви совсем мозги растеряла? Сегодня же объявляют результаты экзаменов. — Е Няньси мягко улыбнулась, раскрывая карты.
Услышав это, Ци Лэчжи постепенно вспомнила — и правда, сегодня же день оглашения баллов!
— Ой, точно! Давай скорее проверим!
— Угу.
Сердце Ци Лэчжи бешено колотилось, пока она судорожно вбивала данные на экране.
— Солнышко! Есть! Твой результат — целых 569 баллов!
Услышав это, Е Няньси замерла от неожиданности, выхватила у неё телефон и принялась перечитывать цифры снова и снова.
Ошибки быть не могло — ровно 569. Убедившись в этом, она пришла в дикий восторг: с такими баллами она с легкостью проходила проходной балл Университета Фудань!
— Ура! Я прошла! Я поступаю в Фудань!
— Здорово как! Поздравляю, солнышко, ты просто умница.
— Да при чем тут я… Лучше скажи, чего ты свой результат не проверяешь? Ты же у нас отличница, давай гляди скорее. — Е Няньси вернула ей телефон.
— Сейчас-сейчас. — Ци Лэчжи принялась проверять собственные баллы.
Е Няньси затаила дыхание, в упор глядя в экран телефона.
Страница наконец загрузилась. Ци Лэчжи кликнула на нужный раздел — Общий балл: 730! — восторженно выкрикнула Е Няньси, разглядев заветные цифры.
— Литература 135, математика 146, иностранный 140, льготные баллы за политику 20, комплексный экзамен 289… Ци Лэчжи, с такими баллами ты стопроцентно стала первой ученицей города по естественным наукам!
— Первой по естественным наукам? Ну, не факт, в других школах ведь тоже гении есть, — скромничала она на словах, тогда как внутри неё бушевало безраздельное ликование.
Ха-ха-ха, ещё бы! С такими-то баллами не стать лучшей — это надо умудриться. И всё же, не зря это я!
Тут телефон в её руках завибрировал, нарушая тишину звонком.
На экране высветился незнакомый номер, но Ци Лэчжи всё же ответила, включив громкую связь.
— Алло, здравствуйте! Это ученица Ци Лэчжи?
— Да, я. Слушаю?
— Дело в том, что я заместитель ректора Университета Хуэйда. Поскольку вы стали лучшей выпускницей нашего города по естественным наукам в этом году, я от лица всего университета искренне приглашаю вас к нам. Если вы выберете Хуэйда, мы готовы предложить вам максимальные условия:
полное освобождение от платы за обучение, солидную стипендию, отдельную одноместную комнату в общежитии и целый ряд привилегий. Все детали можем обсудить при личной встрече…
На другом конце провода явно вещал какой-то средних лет мужчина, продолжая сыпать заученными фразами, но Ци Лэчжи, не дослушав, оборвала его:
— Простите, но какие бы условия вы ни предлагали, я уже выбрала вуз по душе и в Хуэйда поступать не собираюсь. До свидания.
Затем последовал короткий гудок — «ту-ту-ту» — и вызов завершился.
— Постой-ка, Ци Лэчжи, в Хуэйда ведь такие крутые условия, почему ты отказалась? — недоуменно спросила Е Няньси.
— Солнышко, ну как я могла согласиться? Ты же подаешь документы в Университет Фудань, а я хочу быть рядом с тобой. Мы поступим вместе, и тогда нас никто не разлучит.
— Но, Ци Лэчжи, ты… ты достойна лучшего университета, не нужно из-за меня… — Е Няньси всё ещё переживала за неё и пыталась переубедить.
— Солнышко, да какая разница, где учиться? Главное — быть рядом с тобой, разве нет?
Столкнувшись с такой непреклонностью, Е Няньси смягчилась и наконец сдалась:
— Эх… ладно уж, пожалуй… ты права…
Кажется, даже выхлопные газы цензура решила прибрать к рукам…
Студенческая жизнь
После этого Ци Лэчжи оборвала телефоны целой череде вузов — приемные комиссии со всей округи насмерть бились за абитуриентку, суля невероятные привилегии.
Но её решение было непоколебимо: она идет только туда, где Е Няньси. Как только закончатся каникулы, они вместе отправятся подавать документы в Университет Фудань.
Что касается специальности, то тут Ци Лэчжи еще не до конца определилась. Поступив на первом курсе в свое время, она и не подозревала, сколько всего предложено на выбор, растерялась от обилия вариантов и послушалась маму, выбрав правоведение.
Вот уж поистине угораздило! Она-то думала, юристам нужно лишь языком трепать, а оказалось, что расписание забито под завязку, и целый список законов входит в обязательную программу.
Взять хотя бы гражданское, уголовное право, гражданский и уголовный процесс, административное право и административный процесс, теорию государства и права, историю правовых учений, международное право…
Горы статей, кодексов и нормативных актов приходилось зубрить наизусть. Если бы не феноменальная память Ци Лэчжи, она бы давно вылетела из топ-20.
Раз уж выпал шанс начать всё сначала, зачем снова выбирать эту каторгу?
Раньше она слышала от жены, та мечтает изучать психологию, поэтому Ци Лэчжи молча решила подать документы туда же, куда и любимая.
На том и порешили, дело было в шляпе.
Освободившаяся минутка выдалась удачной для того, чтобы написать Фан Вэй.
Папочка (Ци Лэчжи): Старик Фан, сегодня же результаты выкатили, да?
Сынок (в заметках): Угу, выкатили.
Папочка: Ну и как, проверил?
Сынок: Угу.
Папочка: И чо? Сколько баллов-то набрал? Выкладывай, старик Фан.
Сынок: Эм… 548. Сойдет, по крайней мере, поступить в Фудань вместе со старшей сестрой проблем не составит.
Папочка: А ты в курсе, сколько старик Цю набрал?
Сынок: Угу, Цю Цзыси та еще маньячка, около 610 баллов вроде.
Папочка: Неплохо. Выходит, она тоже в Фудань подает?
Сынок: Естественно! Заявила: где я — там и она.
Папочка: Тц-тц-тц.
Сынок: Чего ты там цыкаешь? А ты знаешь баллы старшей сестры Е?
Папочка: Знаю, 569. Побольше твоего будет.
Сынок: Пф, старшая сестра выше меня набрала — это норма, у нее же под боком такой гений трется. О, кстати, старик Ци, а у тебя сколько?
Поинтересовался Фан Вэй, хотя примерно и так догадывался — эта зараза наверняка опять выдала заоблачный результат.
Прекрасно всё понимая, Фан Вэй всё же поддался чистому любопытству.
Папочка: Да так, немного, всего 730 баллов, заодно случайно лучшей по естественным наукам стала, сам не пойму, как так вышло.
Фан Вэй лишился дарча речи. Ей дико захотелось через экран телефона отлупить эту наглую морду по имени Ци Лэчжи — набрала кучу баллов, так еще и хвастается!
Сынок: Тьфу! Случайно! Да я мать твою в жизни не видел столь бесстыдной особи!
Папочка: Ой-ой, правда тебе говорю, само как-то вышло.
Ци Лэчжи настучала на клавиатуре максимально бесячую фразу безо всяких эмоций и отправила оппоненту.
Фан Вэй на том конце аж закипела от злости, в бешенстве вцепившись в телефон и яростно барабаня по экрану.
Сынок: Я твою** Ци Лэчжи, у тебя такой тошнотворный тон!
Папочка: Мы же с тобой кореша до гроба, подумаешь, побесила немного.
Сынок: Твою мать, Ци Лэчжи, предупреждаю: я собираюсь учиться с главной в одном вузе, будешь и дальше выпендриваться — я тебе измену на расстоянии устрою!
Папочка: Ой-йой, спешу огорчить: папаша твой тоже в Фудань направляется, так что твоим мечтам не сбыться. И да, скриншот твоих только что отправленных слов я уже переслала старику Цю. Эх… бедняжка, готовься морально.
Сынок: Блин! Ци Лэчжи, ты по правилам играешь вообще? А ну удали скрин! Я же просто пошутил, обязательно было так лютовать?
Ци Лэчжи самодовольно ухмыльнулась — она действительно сделала снимок экрана и скинула его Цю Цзыси, теперь шоу обещало быть интересным.
Старик Цю: ???
Папочка: Цю Цзыси, твоя благоверная тут только что писала, что изменит мне, а заодно и тебе!
Старик Цю: М? Серьезно?
Папочка: Ага, у твоей женушки больно дерзкое поведение пошло!
Старик Цю: ОК, понял.
Написав это, Цю Цзыси словно растворилась в тумане и больше не выходила на связь.
Ци Лэчжи уже отчетливо представляла себе картину домашнего насилия на том конце провода.
Она заблокировала телефон и с легким сердцем сладко потянулась.
————————————————
Беспечные деньки пролетели незаметно, и вот Ци Лэчжи с Е Няньси провели дома уже почти весь вечер, приближался час ночи.
Е Няньси, облаченная в кавайную пижаму с белым кроликом, сидела на диване, скрестив ноги, и, хрустя чипсами, сосредоточенно пялилась в мультик.
Ци Лэчжи устроилась рядом в серой пижаме с медвежонком, разделяя её досуг.
И надо сказать, здешние мультфильмы оказались на редкость годными — интересные, живые, а в некоторых сериях даже заложен глубокий воспитательный смысл и жизненная мудрость.
Сперва Ци Лэчжи лишь посмеивалась над увлечением Е Няньси, удивляясь, как взрослая девица может залипать на детские сказки.
Потом… она подсела. Стоило ей разок за компанию посмотреть одну серию, как её затянуло по самые уши.
Хотя вслух она заявляла, будто согласна терпеть этот глупый мультик лишь из страха оставить жену в одиночестве, на деле Ци Лэчжи и сама была не прочь залипнуть, но из-за собственного зарока приходилось зыркать украдкой.
Честно говоря, денег в анимацию вбухали прилично: картинка сочная, в разы лучше какого-то розового фена.
Е Няньси тихонько хихикала, следя за сюжетом.
Заметив, как на её щеках проступают ямочки, Ци Лэчжи невольно заулыбалась сама.
Но в следующую секунду её словно окатило ледяной водой — внешне не подав вида, внутри она содрогнулась от неожиданности.
Ци Лэчжи предпочла не показывать виду и тихонько сдвинулась в угол дивана.
Причина была проста: в её голове вновь раздался тот самый позабытый металлический голос.
【Хозяин, я вернулся. Этот сон, кажется, затянулся дольше обычного.】
«Да неужели ты соизволил вспомнить дорогу! После того раза я не могла с тобой связаться чертовых два года! Братишка, я уж думала, что ты с концами забросил свои божественные обязанности», — мысленно отчитала его Ци Лэчжи.
【Не зацикливайся на мелочах, я просто немного вздремнул, чтобы восстановить крупицу божественной силы. Зато ты неплохо справилась с заданием: Дитя мира больше не генерирует негативные эмоции, колебания энергии планетарного уровня стабилизировались.
Вот только кризис почернения Детя мира устранен не до конца. Согласно траектории судьбы, скрытая угроза все еще существует.】
«Угроза? Какая еще угроза?»
【Этого я точно не знаю. В общем, я потратил остатки сил, чтобы заглянуть в судьбу, и выяснил лишь одно: опасность связана с кем-то из близких Детя мира. Если её не устранить, Дитя мира может в любой момент сорваться в темноту и обрушить весь мир.】
«Аси, неужели опять её родители? Похоже, с этим придется разобраться как можно скорее».
【Хозяин, раз поняла — отлично. Больше мне сказать нечего, ступай и избавься от этой занозы.】
«Угу».
http://bllate.org/book/21620/2230273
Готово:
