Я чувствую, что моя реакция на происходящее крайне ненормальна. Откуда у меня это необъяснимое чувство близости к главному герою?
В другое время он ни за что не стал бы обсуждать подобные вещи с 001. Были секреты, которые он предпочел бы унести с собой в могилу, не проронив ни слова. Но сейчас это чувство стало настолько удушающим и невыносимым, что он не выдержал. К тому же, ему казалось, что 001 наверняка что-то об этом знает.
— ...
— Честно говоря, еще в прошлом мире я начал это замечать.
— Как быстро...
— Что?
— Ничего.
— Что значит ничего?
— То и значит. Слишком много болтаешь.
— ...
Цинь Цзысю почувствовал, что 001 сворачивает куда-то не туда.
— Он... что с ним? — Мэйси, испуганный внезапным уходом Цинь Цзысю, с опаской посмотрел на Пуандо, чье лицо выражало полное удовлетворение.
— Стесняется, — решив, что достаточно подразнил свою цель, Пуандо поднялся и направился к выходу. Он даже не удостоил Мэйси прощального взгляда. Когда рядом не было Цинь Цзысю, он не утруждал себя тем, чтобы казаться дружелюбным, хотя, по правде говоря, даже стараясь, он не выглядел особо приветливым.
— Эй, постой...
Бам!
Не желая слушать мольбы Мэйси, Пуандо захлопнул дверь прямо перед его носом.
Получив такой холодный прием, Мэйси, у которого еще оставалась капля самоуважения, не мог заставить себя продолжать навязываться после столь явного отказа. Поэтому он отправился искать Цинь Цзысю.
Тук-тук.
— Брайан, что с тобой?
Цинь Цзысю только успел выдохнуть с облегчением, услышав, что Пуандо ушел, как Мэйси заставил его волосы встать дыбом. Он понятия не имел, как теперь общаться с этой парочкой главных героев.
Неужели я в прошлой жизни задолжал им обоим? — с горькой усмешкой подумал он.
Цинь Цзысю хотел было ускорить сюжет и поскорее убраться отсюда, но задание по повышению боевых навыков главного героя не позволяло ему уйти раньше времени. Это была настоящая ловушка.
Простояв у двери Цинь Цзысю еще десять минут и так и не дождавшись ответа, Мэйси в сердцах вернулся в свою комнату.
Наконец-то в комнате стало тихо, и Цинь Цзысю смог спокойно поразмыслить. Ситуация была просто катастрофической. Если навязчивость Мэйси, явно пытающегося усидеть на двух стульях, можно было как-то игнорировать, то внезапные заигрывания Пуандо застали его врасплох.
Ему казалось, что на губах до сих пор сохранилось то теплое и влажное ощущение. Впрочем, на этот раз Цинь Цзысю не покраснел — напротив, его лицо помрачнело. Неужели он слишком привык к прикосновениям главного героя? Почему он не почувствовал ни капли отвращения или раздражения?
Забудь, решил он, может, я просто не воспринимаю его как человека, а отношусь как к домашней кошке. А что касается Пуандо... Эх, остается только плыть по течению.
На следующее утро, едва рассвело, Цинь Цзысю решил отправиться к Пуандо, пока Мэйси еще спал. Он немного переживал, что не найдет дорогу к общежитию надзирателей, ведь раньше он старался держаться от этих людей как можно дальше.
Как оказалось, беспокоиться было не о чем. Увидев сияющую, как солнце, улыбку у входа, он на мгновение даже ослеп.
— Ты пришел ко мне? — Пуандо, как всегда, был невыносимо самоуверен.
— ...Да, — Цинь Цзысю не мог отрицать очевидного. — Тренировка.
Пуандо не произнес ни слова согласия, но характер Брайана был таков, что он придерживался авторитарного стиля воспитания: формальности соблюдены, а ответ не так уж важен. Он привык командовать: на поле боя нерешительность означала подарок врагу. Однако он не был феодальным тираном и умел прислушиваться к советам. Если бы Пуандо хоть раз сказал нет, он бы немедленно ушел и больше никогда не упомянул об этом. Конечно, в таком случае их отношения были бы закончены.
Видя, что Цинь Цзысю не принял вчерашнее происшествие близко к сердцу, Пуандо почувствовал досаду. Но что он мог поделать? Ударить его он не мог, запереть — тоже, да и на алчного до власти человека Цинь Цзысю не был похож.
Пуандо прошел базовую подготовку, поэтому тренировки с Цинь Цзысю не были для него слишком изнурительными. К тому же, главный герой учился так быстро, будто использовал читы, легко выжимая из Цинь Цзысю все силы.
Это неправильно. Если бы Брайан использовал стандартные армейские приемы, это было бы понятно, но он учил его собственным новаторским техникам, а Пуандо не только схватывал все на лету, но и развивал их.
— Недостаточно силы в ногах, — Цинь Цзысю пнул Пуандо по бедру. После долгой тренировки ноги у того затекли, и он едва не рухнул на колени. Но перед Цинь Цзысю он должен был держать лицо. Хотя его лицо не выражало ни тени боли, Цинь Цзысю отчетливо прочитал в его глазах презрение.
— Ладно, еще ребенок, — не то себе, не то Пуандо пробормотал Цинь Цзысю и сел в стороне, обдумывая план тренировок.
— Можешь перестать называть меня ребенком? — Пуандо был недоволен тем, что человек, который ему нравится, считает его малышом. — В каком месте я маленький?
— ... — Цинь Цзысю мысленно отругал себя за пошлые мысли и глубоко вздохнул. — Тебе еще нет двадцати. Ни опыта, ни навыков.
— Но по крайней мере... — Пуандо подошел ближе и прошептал что-то на ухо Цинь Цзысю. Уши последнего моментально вспыхнули. — Я совсем не маленький.
— Бесстыдник! — Цинь Цзысю был шокирован этим открытием. Что он, сорокалетний дядька, вообще может значить для этого парня?
Цинь Цзысю, привыкший к долгому пребыванию в элитных кругах, уже смутно представлял, что такое красивая внешность, но даже он вынужден был признать, что Пуандо и Шэнь Юань обладают несомненным шармом.
— Пф, — конечно, чтобы соблазнять, нужен капитал. Привлекая партнера, нужно показывать лучшее. — Вечно твердишь ребенок да ребенок, а сам выглядишь не намного старше.
От Цинь Цзысю исходила аура зрелости, он носил строгие вещи холодных тонов или простое черно-белое сочетание, что не давало ему выглядеть как вчерашнему студенту. Хотя за лицом он особо не ухаживал, на нем не было ни морщинки, и выглядел он максимум на двадцать пять-двадцать шесть.
Цинь Цзысю не стал вступать в перепалку и лишь холодно бросил:
— Я — Альфа.
— Вот как? Я тоже.
— ... — Это было уже за гранью наглости. Цинь Цзысю хотелось окунуть его головой в толпу Омег, чтобы тот пришел в чувство.
Считая, что факты говорят сами за себя, он решил использовать самый прямой метод. Запах мяты — его феромоны — вырвался из железы на шее и мгновенно заполнил комнату.
— Чувствуешь? Ты не реагируешь на феромоны Альфы, твое тело даже сопротивляется...
— Прости, не сдержался.
Цинь Цзысю смотрел на опустившего голову Пуандо, не зная, за что хвататься — за лицо или за пах. Его мировоззрение подверглось смертельному удару. Неужели у главного героя какое-то необычное строение тела?
В следующую секунду Цинь Цзысю почувствовал запах, напоминающий легкое вино. Он не курил и не пил, но этот фруктово-винный аромат не вызвал у него отвращения, скорее даже наоборот.
Конечно, когда этот запах попытался проникнуть в его тело, он перестал ему нравиться. Его собственные феромоны инстинктивно отвергали чужака. Он даже чувствовал, как его сила подавляет этот винный аромат, вытесняя его прочь. И в тот момент, когда феромоны Пуандо были изгнаны, Цинь Цзысю показалось, что они жалобно потерлись о него напоследок.
Показалось. Обязательно показалось.
***
Кто прислал эти две бутылки питательного раствора? Я не знаю, как это посмотреть, но в любом случае — огромное спасибо!
Кстати, сразу предупреждаю: маленький Шэнь Юань — это «гуй-чу» (садистский) тип Альфы, а не классический преданный пес.
***
Тебе не быть хорошей собакой (9)
Забудь, он ведь не может запереть их в одной комнате и заставить насильно впасть в гон.
Следующие дни для Цинь Цзысю стали сущим кошмаром. С одной стороны — Альфа, с другой — Омега, такое давление с обеих сторон терзало его душевное равновесие.
К счастью, сюжет все же двигался вперед.
— Федерация снова набирает людей.
— Интересно, какие неудачники попадутся на этот раз?
— Говорят, отбор идет в группу к тому бешеному псу.
— Правда? Тогда все будут счастливы, не так ли?
— Кто бы спорил.
Да, все будут счастливы! Цинь Цзысю подумал, что если бы не его роль, он мог бы искренне радоваться целый день.
Однако отбор проводили сразу целыми отрядами, и тут он обнаружил, что Мэйси включили в его группу, как и ту черную кошку, которую в прошлый раз избили до полусмерти.
Небо хочет моей смерти.
— Что с тобой? Выглядишь не очень, — Мэйси, стоявший в трех метрах, почувствовал исходящее от него тяжелое давление. Он сглотнул и молча отошел подальше.
— ...Ничего, — Цинь Цзысю глубоко вздохнул и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.
— Пуандо!
Только услышав радостный возглас Мэйси, Цинь Цзысю обернулся.
— Брайан!
Проигнорировав Мэйси, Пуандо — редкий случай, в безупречной военной форме — сияя, направился к Цинь Цзысю. Тот уже привык к подобным выходкам и больше не чувствовал неловкости, даже мог спокойно выдерживать его заигрывания. Честно говоря, разница в возрасте не заставляла его воспринимать чувства главного героя всерьез: он все больше считал это детской шуткой или просто баловством. В конце концов, что взять с сорокалетнего старика?
Пуандо: А я хочу!
Цинь Цзысю взглянул на Мэйси, который за полгода так ничего и не понял — то ли притворялся, то ли был действительно глуп. Он вздохнул, не зная, кого винить — Мэйси или Пуандо.
— Еще не прибыли?
— Федералы, ты же знаешь этих стариков, — Пуандо взял Цинь Цзысю за руку и принялся вертеть ее в своей. — Им доставляет удовольствие заставлять вас ждать, чтобы с самого начала поставить на место.
— Веди себя прилично, — Цинь Цзысю смахнул его руку, предупреждающе взглянув на него, но в ответ получил лишь невинный взгляд. Впрочем, Пуандо угомонился — он знал, когда стоит вести себя осмотрительно.
Однако Пуандо просчитался. Он думал, что ждать придется как минимум до трех часов дня, но ровно в час раздался гул приближающегося флота.
После того как корабли совершили мягкую посадку, первым вышел зверолюд из рода медведей. Звание генерал-лейтенанта на его плечах недвусмысленно указывало на статус.
— Приветствую вас.
Мужчине на вид было не больше тридцати, он стоял прямо, с дружелюбной улыбкой на лице. Приятная внешность и безупречные манеры сразу располагали к себе.
— П-приветствую.
Глядя на Мэйси, который без всякой причины покраснел, Цинь Цзысю даже испытал некое подобие восхищения: это тоже навык, которым владеет не каждый.
— Здравствуйте, вы, должно быть, Брайан? Много наслышан.
Неудивительно, что первым делом он решил завести знакомство именно с ним. Но Цинь Цзысю не питал теплых чувств к людям из Федерации, поэтому просто отступил на шаг, холодно глядя на мужчину и не протягивая руки в знак приветствия.
— Отношение не то, — Цинь Цзысю не забыл, что Федерация обвинила его в терроризме.
— Федерация всегда терпима к сильным, — мужчина не обиделся на пренебрежение, лишь улыбнулся.
— ... — Да уж, верю. Посмотрел бы я, как вы сами дошли до жизни такой.
— Кстати, мы ведь уже встречались, просто ты не помнишь, — мужчина покачал головой с легким разочарованием. Увидев, что Цинь Цзысю нахмурился, пытаясь вспомнить, когда это было, он вдруг рассмеялся. — На самом деле ты совсем не изменился, лицо все такое же юное.
— И характер такой же скверный.
Видя, как лицо Цинь Цзысю почернело, мужчина, напротив, пришел в отличное настроение. Брайан больше всего ненавидел, когда его называли юным — это заставляло его чувствовать, что его не воспринимают всерьез.
— Давай познакомимся заново. Меня зовут Саркос Севаг.
— ...Брайан Хосакс, — Цинь Цзысю произнес это имя с заминкой, ведь, кажется, никогда раньше не слышал, чтобы кто-то называл его по фамилии.
— Эй! Не игнорируйте меня! — черная кошка мяукала уже долгое время, но его присутствие меркло даже на фоне того глупого льва, который только и делал, что приставал к Брайану. Пытаясь вклиниться в разговор и видя, что на него никто не обращает внимания, он почувствовал себя глубоко уязвленным. — Я спрашиваю: если я вступлю в армию, я правда смогу покинуть это чертово место?
Цинь Цзысю не понимал ярости черной кошки. В 41-м секторе было чем заняться и что поесть — если бы не эта парочка главных героев, он бы с радостью остался здесь навсегда.
— Разумеется, — Саркос, хотя и сохранял улыбку, был явно недоволен тем, что какой-то юнец посмел его перебить. В глубине его глаз промелькнуло презрение. — Если ты будешь служить Федерации и народу, разве имеет значение то, что было в прошлом?
Сказано красиво, подумал Цинь Цзысю, но не стал вмешиваться. Бессмысленно.
— Кто поверит в сказки Федерации?! Если ты не поклянешься, я ни за что не поверю!
Эти слова заставили Цинь Цзысю взглянуть на него с интересом. Паренек был ненамного старше Мэйси и выглядел довольно хрупким по сравнению с остальными, чьи плечи были шире 180 сантиметров. В нем чувствовалась храбрость новорожденного теленка, не боящегося тигра. Интересно, за что он сюда попал?
— ...О? И как же, по-вашему, я должен дать обещание? — Саркос продолжал улыбаться, но в его глазах не осталось тепла. Цинь Цзысю почувствовал, что терпение мужчины на исходе, и чтобы не усугублять ситуацию, бросил на кота предупреждающий взгляд.
Тот вздрогнул, вспомнив боль от недавней потасовки, и, несмотря на всю свою ярость, замолчал, лишь тихо проворчав что-то под нос.
— Проходите на корабль, — видя, что Цинь Цзысю проявил должное уважение, Саркос немного смягчился.
Цинь Цзысю кивнул, оттолкнул Пуандо, который все это время не переставал к нему приставать, и первым поднялся на борт.
Внутри их ждал ряд проверок. После прохождения через сканер и тщательного досмотра, подтвердившего отсутствие опасных предметов, им разрешили пройти дальше.
***
Тебе не быть хорошей собакой (10)
— Зачем так переживать?
Пуандо помассировал переносицу Цинь Цзысю, призывая его расслабиться.
Тот действительно всю дорогу нервничал. Космический корабль и военные вызывали у Брайана смутное чувство узнавания, но он никак не мог понять, откуда оно берется. В глазах Пуандо это выглядело как враждебность и беспокойство по отношению к Федерации.
— Нет, — Цинь Цзысю уже привык к контакту и лишь покачал головой, не сопротивляясь.
Он поднял глаза и увидел, что Мэйси пытается заигрывать с Саркосом, поэтому решил не обращать на это внимания.
— Эй, — черная кошка подошел к нему, немного смущаясь; его лицо покраснело от напряжения. — Как думаешь, Федерация правда снимет с нас обвинения и дарует свободу?
Он не хотел обращаться к этому пугающему человеку, но сидел в тюрьме меньше года, никого не знал, а в этом странном отряде все уже разбились по кучкам. Ему ничего не оставалось, кроме как подойти к этому странному, но сильному парню. В конце концов, они ведь «сражались» (?), так что можно считать, что они знакомы?
— За что сидишь? — вместо ответа спросил Цинь Цзысю.
— Зачем спрашиваешь? — кот замялся, но, чувствуя авторитет собеседника, ответил: — Кража. Вещи из Национального музея. Неаккуратно сработал, вот и поймали.
— Наивный.
Бросив это слово, он закрыл глаза, не обращая внимания на вздыбившуюся шерсть собеседника.
— Ха? Что ты сказал?! Я к тебе по-доброму, а ты...
Пуандо: (взгляд)
Кот: ...Мяу.
— Пожалуйста, веди себя тише.
Саркос был уже на грани из-за выходок Мэйси, его улыбка давно исчезла. Но Мэйси, казалось, был лишен эмоционального интеллекта и продолжал болтать без умолку.
— ...П-простите, я вам мешаю? — Мэйси, получив такой отпор, тут же изобразил слезы на глазах. Он понял, что у него нет шансов ни с Цинь Цзысю, ни с Пуандо, но, найдя новую цель, он не собирался так легко сдаваться.
— Да.
Саркос не хотел оказывать ему ни малейшего внимания. Нахмурившись, он ответил с нескрываемым отвращением и развернулся, уходя во внутренние отсеки.
Мэйси, который столько лет не мог никого закадрить, почувствовал себя обиженным. Крупные слезы покатились по его щекам.
Цинь Цзысю был в шоке от его неуместных слез, и тут, спустя столько времени, снова почувствовал этот запах молочных конфет.
Да ладно?!
Окружающие вмиг обернулись. Цинь Цзысю видел, как у многих загорелись глаза — ведь в этой толпе было всего несколько «Бет», остальные были «Альфами».
С легким чувством злорадства Цинь Цзысю посмотрел на Пуандо и обнаружил, что тот пристально смотрит... на его нижнюю часть тела.
— У тебя никакой реакции!
— ... — Само собой. Это тело прошло специальную тренировку по сопротивлению феромонам, чтобы не отвлекаться на подобные провокации. К тому же, сам он терпеть не мог этот приторно-сладкий запах конфет. Реакция была бы странным делом.
Затем Цинь Цзысю почувствовал, как Пуандо довольно обнял его.
Убейте меня.
— А ты?
Спустя три секунды Пуандо понял, что тот спрашивает, почему у него самого нет реакции.
— Хочешь верь, хочешь нет... — внезапно возникла идея поддразнить его. Пуандо наклонился к самому уху Цинь Цзысю, обдавая его горячим дыханием. — У меня реакция только на тебя.
Хлоп!
Он получил пощечину и отлетел в сторону. Но Пуандо ожидал этого, как и того, что выражение лица Цинь Цзысю останется невозмутимым, а уши — красными.
Цинь Цзысю огляделся: все смотрели на Мэйси, никто не обращал внимания на них. Он перевел взгляд на дрожащего Мэйси, который только сейчас осознал, что натворил, и почувствовал, как начинает болеть голова.
http://bllate.org/book/21613/2229444
Готово:
